21.6. Право и справедливость

21.6. Право и справедливость

215
0

Если мы заглянем
в древнейшие, средневековые, новей­шие источники права и трактаты, то увидим,
что право всегда тесно связывается со справедливостью, а некоторые теории права
отождествляют его со справедливостью. Юрист Древ­него Рима Павел писал: «Право
означает то, что всегда явля-

333

ется справедливым
— каково естественное право». По словам Цельса, «право есть наука о добром и
справедливом».

Представители
школы естественного права сводили право к справедливости. «Право, — писал Г.
Гроций, — не что иное, как то, что справедливо». Представитель психологической
школы права Л. Петражицкий писал, что справедливость есть не что иное, как
право, а именно интуитивное право. Инту­итивное право — область распределения
блага и зла. Но такую распределительную функцию имеет и справедливость.

Позитивное право
с точки зрения естественно-правовой и психологической теории должно отражать
естественное и интуитивное право и в силу этого становится справедливым.

Представители
других школ и направлений юридической мысли хотя и не отождествляют право со
справедливостью,-однако подчеркивают связанность права справедливостью.

В главе о праве
говорилось об аксиологической обосно­ванности права. Она заключается в первую
очередь в том, что утверждает такую ценность, как справедливость. Утверждая
справедливость как ценность, право само становится ценно­стью. Справедливость —
это ценность моральная, духовная, идеальная. Это «вещь», которую нельзя
увидеть, услышать, взвесить, измерить, пощупать и т. д. Справедливость, отмечал
Ф. Энгельс, — это выражение существующих экономических отношений, масштаб,
которым измеряются все дела челове­ческие. Повторим, что это не масштаб типа
мер длины, веса и т. п., а масштаб идеальный. Это мысль о том, как следует
распределять блага и тяготы между людьми, как воздавать за содеянное, как
относиться к другим людям. Справедливость, несомненно, носит нормативный
характер. И в этом отноше­нии она тождественна праву

Справедливость
носит конкретно-исторический характер, с точки зрения марксизма — классовый
характер. Представ­ления о справедливости в ходе исторического развития могут
изменяться. Например, институт права частной собственнос­ти с точки зрения
одних рассматривается как справедливый, с точки зрения других — как
несправедливый.

Традиционно,
начиная с Аристотеля, выделяют две основ­ные формы справедливости. Уравнивающая
справедливость предполагает воздаяние равным за равное, основывается на
принципах эквивалентности, соразмерности. Распределяющая справедливость
допускает неравное распределение благ и тя-

334

гот с учетом
каких-либо качеств субъектов (их происхожде­ния, возраста, пола, общественного
положения, заслуг и т. п.).

Общее понятие
справедливости нуждается в конкретиза­ции. Справедливость, как отмечено выше,
носит норматив­ный характер и выражается в ее принципах (формулах, пра­вилах)
распределения благ. Исторически сложились следую­щие принципы: каждому одно и
то же (или каждому поровну);

каждому по труду;
каждому по заслугам; каждому по его до­стоинству (или по рангу); каждому в
соответствии с оценкой его социально полезных услуг в связи с их редкостью,
недо­статочностью, исключительностью; каждому в соответствии с его усилиями и
жертвами; каждому в соответствии с требо­ваниями общего блага; каждому то, что
положено по закону. Евангельское изречение: богу — богово, кесарю — кесарево —
тоже формула справедливости (церкви — десятина, государ­ству — налоги).
Наконец, наиболее общая формула Платона:

«каждому — своё».
Вышеназванные принципы (формулы) по сути дела конкретизируют эту наиболее общую
формулу. Од­нако вопрос состоит в том, что считать своим, по каким прин­ципам
определять нечто своим.

В добуржуазных
обществах каждый получал «своё» в со­ответствии с рангом, прирожденным
достоинством, в соот­ветствии с происхождением и т. д. В буржуазном обществе
«свое» определялось максимой: «каждому — по его капиталу». Здесь разное «своё»
у капиталиста, у рабочего, у фермера и т. д.

Перечисленные
формулы касаются распределения благ. Но в обществе распределяются также труд,
тяготы, обязан­ности в пользу общества и других лиц. В этой сфере действуют
такие формулы справедливости, как «от каждого одно и то же (поровну)», «от
каждого пропорционально его капиталу», «от каждого по его достоинству,
вытекающему из происхождения, общественного положения».

Писатель-журналист
Овчинников в своем сочинении «Дуб и сакура» приводит такой пример,
иллюстрирующий по­следнюю формулу На общественном туалете объявление:

«Джентльмены — 10
центов, мужчины — бесплатно; леди — 10 центов, женщины — бесплатно».

Сюда же относится
и формула «от каждого по способнос­тям», выдвинутая сторонниками социализма.

Если обратиться к
воздающей справедливости, то и здесь мы видим разные формулы, начиная с принципа
талиона «око

335

за око, зуб за
зуб» до принципа композиции «от каждого со­ответственно причиненному вреду» и
современного прин­ципа наказания «каждому воздается соответственно содеян­ному».

Наличие формул
справедливости сковывает свободу ус­мотрения дистрибьютора (распределителя).
Указанные фор­мулы предписывают поступать по отношению к людям как к равным в
определенном отношении: равный труд — равная оплата, равные доходы — равные
налоги, равные заслуги — равная награда, равные преступления — равные наказания
и т.д.

Типичная
дистрибутивная ситуация строится обычно по вертикали: дистрибьютор наверху,
остальные ниже; директор и рабочие; командир и подчиненные; государство и
граждане и т. д.

Государство
осуществляет распределение благ и тягот с помощью закона. Это распределение
сводится к распределе­нию прав и обязанностей. Распределяя права и обязанности,
государство тем самым распределяет блага и тяготы.

Однако, как
видим, формулы справедливости различны и далеко не однозначны. Возникает
вопрос: на какие из них должно ориентироваться государство? Содержание законода­тельства
показывает, что государство фактически ориентиру­ется если не на все, то на
многие формулы в зависимости от сферы правового регулирования.

В одних случаях
государство ориентируется на простую эгалитарную формулу «каждому одно и то
же», беря во вни­мание лишь один признак — принадлежность к человеческо­му
роду. Государство, например, устанавливает равные конс­титуционные права и
обязанности, выдавая приватизацион­ные чеки, в других случаях определяя
«каждому по труду». Последняя формула считается обычно социалистической. Но она
находит закрепление в конституциях ряда современных государств (например,
Италии, Греции), зафиксирована в международном пакте об экономических,
социальных и куль­турных правах (ст. 2).

Принцип «каждому
по труду» трактуется двояко: «каждо­му по его трудовым усилиям» и «каждому по
результатам тру­да». Предпочтительной является последняя формула, которая
стимулирует результативный, производительный труд. Одна­ко в ряде случаев
необходимо стимулировать и усилия, кото-

ЧЧй

рые могут не дать
положительный результат. Право ориенти­руется на обе формулы (сдельная и
повременная оплата тру­да).

Принцип «каждому
по потребностям» считается комму­нистическим. Однако и коммунистическая
идеология пред­полагала не безграничные, а разумные потребности. Принцип
«каждому по общественно обоснованным потребностям» дей­ствует в современных
социальных государствах. Речь идет прежде всего об обеспечении потребностей в
пище, одежде, жилище, обеспечении здоровья, без чего невозможна достой­ная
жизнь человека. В ст. 4 указанного международного пакта сказано, что
государства, участвующие в настоящем пакте, признают право каждого на достойный
жизненный уровень для него и его семьи. В Конституции РФ указанное право
рассматривается как право неотчуждаемое, следовательно, го­сударство берет на
себя обязательство обеспечить разумные потребности в пище, жилище, образовании
и т. п., в том числе и независимо от трудового вклада гражданина.

Другие формулы
справедливости также находят выраже­ние в праве: каждому по заслугам (льготы
ветеранам, награ­ды), каждому по капиталу (проценты на вклады в банках, ди­виденды
по акциям и т. д.), каждому по его рождению (в на­следственном праве), от
каждого по его доходам (налоги, в том числе и прогрессивный налог).

В ряде ситуаций
распределение благ осуществляется са­мими участниками распределительных
отношений без дист­рибьютора наверху В этом случае действует распределяющая
справедливость на основе эквивалентности по формулам: ао и1 аех (даю, чтобы ты
дал); оо Л Гас1е5 (даю, чтобы ты сделал);

Гасю и1 ае5
(делаю, чтобы ты дал); Гасю и1 Гас1е5 (делаю, чтобы ты сделал). На этих
формулах покоится обязательное право. Но за рамками этих отношений применение
указанных фор­мул в распределении благ превращается в несправедливость. Если
формулу «даю, чтобы ты сделал» перенести на отноше­ния чиновника и гражданина,
то получится взятка.

Между разными
формулами справедливости могут возни­кать противоречия, конфликты. Тогда неизбежно
возникают проблема преференций (предпочтений) или проблема комп­ромиссов между
разными формулами. Например, пенсионное обеспечение осуществляется по формуле
«каждому по его тру­довым заслугам» (в зависимости от среднего заработка, ста-

337

жа), но корректируется
формулой «каждому поровну» (уста- , навливается минимум и максимум пенсий).

Налоги
взыскиваются на основе формулы распределяю­щей справедливости «от каждого по
его доходам», но коррек­тируются формулой «от каждого по его заслугам»
(налоговые льготы) или «от каждого по его достоинству», если измерять последнее
капиталом (прогрессивный налог).

Нормы о
возмещении вреда основываются на принципе равенства, эквивалентности (объем
возмещения вреда про­порционально причиненному вреду). Однако принцип равен­ства
в данном случае корректируется распределяющей спра­ведливостью с учетом
имущественного положения граждани­на, причинившего вред. Ст. 1083 ГК РФ
позволяет суду умень­шить размер возмещения вреда.

УК РФ
ориентирован на формулу равенства, принцип со­ответствия тяжести наказания
тяжести преступления (ст. 6), но этот принцип корректируется другой формулой,
требую­щей учета особенностей, например субъекта преступления:

некоторые
наказания хотя и предусмотрены нормами УК, но не применяются к несовершеннолетним,
беременным жен­щинам и женщинам, имеющим несовершеннолетних детей (ссылка,
высылка). С учетом личности закон допускает сни­жение наказания.

В сфере
реализации права действует формула «каждому то, что положено по закону». Эта
формула не имеет своего собственного содержания, отсылает к закону, имеет ярко
вы­раженный формалистический характер. Она фактически сли­вается с законностью:
что законно, то и справедливо, что не­законно, то и несправедливо.

Относительно
правоприменения польский правовед Е. Врублевский различает три концепции
справедливости.

Легалистическая
концепция справедливости: справедли­вым является решение, соответствующее
закону. Здесь мы имеем дело со справедливостью «под законом»: что законно, то и
справедливо. Суд не оценивает сам закон с точки зрения справедливости. Как
говорил Ш. Монтескье, суд — это уста закона.

Нелегалистическая
концепция справедливости: справед­ливым является то решение, которое вынесено
на основе за­кона, поскольку закон справедлив. Законы применяются, ес­ли справедливы,
не применяются, если несправедливы. Тогда

338

судья становится
на путь «свободного поиска справедливого права» за рамками закона и на путь
алегалистической кон­цепции справедливости.

Алегалистическая
концепция: судья принимает решение независимо от закона. Это может быть и
решение ргас1:ег1е§ет (в обход закона), соп1га 1е§ет (вопреки закону). К этой
кон­цепции примыкают представители движения «свободного права» (Эрлих, школа
реалистов).

Концепция
справедливости, на которую ориентируется российское право, занимает
промежуточное положение меж­ду первой и двумя другими концепциями.

Суд или иной
орган должен принимать решение в соот­ветствии с нормами действующего права.
Судья исходит из того, что справедливость заложена в самом праве (справедли­вость
над правом). В случае, если закон допускает разные варианты решений, судья
выбирает то из них, которое больше соответствует справедливости применительно к
данным от­ношениям (справедливость под правом). Определяющим пос­тулатом
является формула «что законно, то и справедливо».

В подобном
формалистическом понимании справедли­вости есть, несомненно, положительные
моменты. Аеяшог ей ДароаШо 1е@15 §иат Ьогтт$ — закон решает более справедли­во,
чем человек. Иными словами, закон беспристрастен, рав­но относится ко всем или
равно к субъектам определенного рода. Решение на основе закона исключает
произвольный вы­бор формул справедливости, выбор качеств, свойств субъек­тов, к
которым он относится как к равным.

Справедливость
является критерием оценки соответст­вующих типичных или конкретных
распределительных ситу­аций, решений, связанных с распределением благ и тягот.
Од­нако с точки зрения справедливости могут быть оценены по­литические,
экономические и социальные структуры и их институты (государство и право в целом
и т. д.).

В этом отношении
представляет интерес работа профес­сора Гарвардского университета (США) Джона
Ролза «Теория справедливости» (Новосибирск, 1971), которая стала стан­дартным
учебным пособием для университетов США и Евро­пы. Справедливость, пишет Д.
Ролз, — это первая доброде­тель общественных институтов, точно так же, как
истина — первая добродетель системы мысли. Как первые добродетели,
справедливость и истина бескомпромиссны. Любая теория,

339

как бы она ни
была элегантна, экономна, должна быть от-  ‘ вергнута. Подобным же образом
общественные институты и законы, как бы они ни были эффективны, должны быть ре­формированы
или ликвидированы, если они несправедливы. Общество и его институты должны
оцениваться на основе | двух основных принципов. Каждый человек должен иметь
равные права и свободы, совместимые со свободами других. Неравенство
экономическое и социальное допустимо, но дол­жно быть устроено так, чтобы: а)
от него можно было ожидать преимущества для всех; б) доступ к тому или иному
социаль­ному положению был открыт всем.

Далее Д. Ролз
формулирует общую концепцию справед­ливости, как бы объединяющую оба принципа:
все социаль­ные ценности — свобода и благоприятные возможности, до­ходы и
богатство и т. д. — должны распределяться равно, кро­ме тех случаев, когда
неравное распределение любой из всех этих ценностей дает преимущество каждому,
т. е. когда из не­равенства вытекает польза каждому, в том числе самому бед-
ному, чтобы каждый извлекал выгоду из неравенства. Если . неравенство не ведет
к улучшению положения каждого, то оно несправедливо.

Такая концепция
справедливости накладывает опреде­ленные обязательства на общественные
институты, и прежде всего на государство. Государство должно обеспечивать рав­ные
стартовые возможности для развития каждого, опреде­ленный уровень
благосостояния, равную доступность долж­ностей и т. д.

21.7. Правовая
культура

В широком смысле
под культурой понимается все, что создано человечеством благодаря его
умственному и физиче­скому труду. В более узком смысле под культурой понимается
идейно-нравственное состояние общества, выражающееся в его идеологии, быте,
образовании и воспитании, в достиже­ниях науки, искусства, литературы, системе
нормативного ре­гулирования.

Под правовой
культурой в широком смысле слова пони­мается все, что создано человечеством в
правовой сфере: пра­во, правовая наука, правосознание, юридическая практика.
Правовая культура характеризуется состоянием юридической

340

науки,
правосознания, уровнем разработки текстов законов, состоянием законности и
правопорядка, уровнем професси­ональной деятельности правоохранительных
органов, юрис­тов-профессионалов.

В узком смысле
слова правовая культура — это уровень знания права членами общества и
уважительное отношение к праву, высокий престиж права в обществе. Правовая куль­тура
является важным условием и средством укрепления за­конности и правопорядка в
обществе. Особенно важна юри­дическая культура работников государственного
аппарата.

Антиподом
правовой культуры является правовой ниги­лизм как недооценка роли права или
даже его отрицательная оценка, неуважение к праву, пренебрежительное к нему от­ношение,
питающее различного рода правонарушения. Край­ним проявлением правового
нигилизма являются взгляды анархистов, объявляющих государство и право злом.

В России
носителями правового нигилизма были славя­нофилы. С их точки зрения, жизнь
России основывается не на праве, а на нравственности, монархическом
патернализме, христианских идеалах, соборности. К. С. Аксаков утверждал, что
русский народ негосударственный, право и конституция ему не нужны. Л. Н.
Толстой призывал жить не по закону, а по совести. Ему^ вторит А. И. Солженицын.
Эти нигилистиче­ские взгляды не| изжиты и поныне. Вряд ли следует противо­поставлять
добропорядочность, совесть и право. В рыночной экономике, в обществе нужно и то
и другое.

Любое общество
заинтересовано в ликвидации правового нигилизма, повышении уровня правовой
культуры, для чего используются разные формы правового обучения и воспита­ния.
Правовое воспитание не следует понимать как некую изолированную форму
воспитания, оно является элементом общего воспитания и образования, по крайней
мере высту­пает как совокупное нравственно-правовое воспитание.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ