1.3. Тактическая комбинация: понятие, содержание, виды

1.3. Тактическая комбинация: понятие, содержание, виды

60
0

Как мы смогли убедиться, авторы, исследуя проблему
тактических операций, нередко оперируют термином «тактическая
комбинация», причем зачастую эти категории смешиваются (точнее,
отождествляются). В то же время они рассматриваются в основном в двух аспектах:
с одной стороны, как комплекс целенаправленных следственных действий и
различных мероприятий; с другой — как система тактических приемов в рамках
отдельного’следственного действия.’
■•■■■■■             :     .
■             !-:    :

Разработка проблемы тактических комбинаций -1 отнюдь не
очередная попытка так называемой «теоретизации»
тактико-криминалистических положений, тем более что сам термин
«комбинация» применительно к тактике. .производства следственных
действий был предложен, именно практиками. Еще в 1966 году, включившись в
полемику о критериях допустимости и правомерности применения тактических
приемов, прокурор-криминалист прокуратуры Луганской области Б. Г. Розовский
подчеркнул, что «должны занять свое законное место… всякого рода
комбинации, используемые следователем при допросах. Но при этом нужно установить
четкие грани, отделяющие комбинацию от провокации, которая, вне всякого
сомнения, недопустима»1.

Под комбинацией (от лат. combinatio — соединение) обычно
понимается сочетание, соединение, взаимно обусловленное расположение ряда
преимущественно однородных предметов^, план,,, слрждый,замысел^3, а также
совокупность приемов, объединенных сложным замыслом и направленных на его
осуществление4.

Применительно к тактике производства следственных действий
тактические комбинации определяются по-разному.

А.Н. Васильев отмечал, что «есть тактические приемы,
каждый из которых состоит фактически из нескольких приемов, имеющих более или
менее самостоятельный характер. Последний вид тактических приемов иногда
именуется сложными приемами или тактическими комбинациями». Однако термин
«тактическая комбинация» А.Н. Васильев находил неудачным и считал,
что «более правильно было бы называть их тактическими задачами, состоящими
из группы тактических приемов»5.

1  Розовский Б.Г. Еще раз о тактике допроса // Следственная
практика. М., 1966. Вып. 72. С. 100 — 101.

2  См.: Толковый словарь русского языка / Под ред. Д.Н.
Ушакова. М., 1935. Т. 1. С. 1418 — 1419.

3  См.: Там же; Энциклопедический словарь. М, 1952. Т. 2. С.
113; Ожегов СИ Словарь русского языка. М., 1953. С. 251; Словарь иностранных
слов. 13-е изд., стереотип. М., 1986. С. 238.

4 См.: Большая Советская Энциклопедия. М, 1953. Т. 22. С.
124 — 125; Советский Энциклопедический Словарь. М., 1983. С. 606.

5 Васильев А.Н. Следственная тактика. М., 1976. С. 37.

.

24

Данная точка зрения представляется весьма спорной. Дело,
разумеется, ровсе не в том, что какой-либо термин нам кажется более или менее
удачным. Дело в сущности той категории, которая определяется этим термином.

Рассматривая проблему психологического воздействия, направленного
непосредственно на преодоление установки на ложь при допросе и получение
правдивых показаний от допрашиваемых лиц, А. Н. Васильев подчеркивал, что это
целенаправленное воздействие «представляет собой фактически группу
тактических приемов»1. То есть, используя предложенную А.Н. Васильевым и
изложенную выше терминологию, психологическое воздействие на допрашиваемое лицо
представляет собой «тактическую задачу,’.’.. ,Нр психологическое
воздействие имеет своей непосредственной .задачей преодоление установки на ложь
и получение правдивых показаний:»Выходит, что средством решения
тактической задачи является также тактическая задача, но уже в другом
понимании. Таким образом, ничего, кроме путаницы, введение указанного термина
не вносит.

Еще дальше в своих рассуждениях идет С.А. Величкин. Если
А.Н. Васильев, не отрицая существования тактических комбинаций, предлагал лишь
изменить терминологию, то С.А. Величкин вообще отвергает не только понятие
«тактическая комбинация», но и понятие «тактическая
операция». Автор аргументирует это тем, что «названные понятия
недостаточно точно отражают сущность производимых действий, их целевую
направленность. В процессе расследования преступлений проводится много
различных действий и тактических приемов, которые в своей совокупности
напоминают те или иные операции, комбинации. Однако объединяющим их в одну
систему является единое назначение этих действий, направленных на достижение
определенной цели. Учитывая это, более подходящим будет употребление термина
«тактическая задача», а не «тактическая операция» или
«тактическая комбинация». Термин «тактическая задача», как
и рассматриваемые, указывает на комплексность проводимых действий и приемов,
отражая в общих чертах характер последних. Он будет постоянным, однако в
зависимости от конкретных обстоятельств преступления, проявляющихся в
следственной ситуации, сложившейся к этому моменту, в него могут вноситься
дополнения и изменения»2.

Не вдаваясь в подробности, отметим, что даже краткий
этимологический экскурс в отношении понятий «операция» и
«комбинация» убедит нас в том, что как раз они-то и отражают как
нельзя лучше сущность определяемых ими категорий.

С.А. Величкин отмечает, что «тактическую задачу можно
определить как основанную на уголовно-процессуальном законе систему конкретных,
относительно самостоятельных следственных, оперативно-розыскных

1  Васильев А.Н., Корнеева Л.М. Тактика допроса при
расследовании преступлений. М., 1970. С. 94, 124.

2  Величкин С.А. О соотношении понятий «тактический
прием», «тактическая задача», «тактическая операция
(комбинация)» // Проблемы укрепления социалистической законности в
уголовном судопроизводстве. Барнаул, 1985. С. 108 — 109.

25

действий и тактических приемов, объединенных на определенном
отрезке расследования общей промежуточной целью». Далее автор продолжает:
«Тактические задачи… разрешаются с помощью системы целенаправленных
действий и тактических приемов»1.

Таким образом, получается, что автор, во-первых, не включает
в структуру понятия ревизионные, организационные, технические и тому подобные
мероприятия. Во-вторых, если сопоставить процитированные положения, то получим
буквально следующее: основанная на уголовно-процессуальном законе система
конкретных, относительно самостоятельных следственных, оперативно-розыскных
действий и тактических приемов, объединенных на определенном отрезке
расследования общей промежуточной целью… разрешается с помощью системы
целенаправленных действий и тактических приемов. Где же логика?

По сути дела, С.А. Величкин термином «тактическая
задача» обозначает две категории: 1) систему действий и приемов и 2)
собственно задачу, разрешаемую данной системой. Видимо, автор недостаточно
глубоко проанализировал соотношение «цель — задача — средства достижения
цели и решения задачи».

Обратимся вновь к примеру преодоления установки на ложь при
допросе. Здесь: цель — получение правдивых показаний, установление истины;
задача — преодоление установки на ложь со стороны допрашиваемого; средства
решения задачи — тактические приемы.

С.А. Величкин, во многом поддерживая концепцию А.Н.
Васильева, некоторые вопросы развивает в собственной интерпретации, порой
весьма своеобразной. Так, исходя из точки зрения А.Н. Васильева о понятии
тактического приема, С.А. Величкин отмечает, что последний «состоит из
одного или нескольких действий, объединенных единой целью. Те приемы,
выполнение которых требует системы действий, следует именовать
«тактической задачей»2. Но, в отличие от А.Н. Васильева, С.А.
Величкин подразделяет тактические приемы только на простые и сложные, отмечая,
что «зависит это в первую очередь от количества действий, образующих
тактический прием»3. К первым, в частности, он относит такие приемы, как
следственная версия и планирование расследования.

Выступая против отнесения следственной версии и планирования
расследования к системе тактических приемов, мы поддерживаем тех авторов,
которые под тактическим приемом понимают способ действия либо линию поведения
(Р.С. Белкин, СП. Митричев, И.М. Лузган, О.Я. Баев, Н.И. Хлюпин, В.В. Степанов
и др.).

1  Величкин С.А. О соотношении понятий «тактический
прием», «тактическая задача», «тактическая операция
(комбинация)» // Проблемы укрепления социалистической законности в
уголовном судопроизводстве. Барнаул, 1985. С. 108.

2 Он же. Тактический прием, его природа и свойства // Проблемы
уголовного процесса и криминалистики. М., 1976. С. 139.

3  Величкин С.А.. О соотношении понятий «тактический
прием», «тактическая задача», «тактическая операция
(комбинация)». С. 104.

26

Прав был М.Н. Хлынцов, утверждая, что версия является всего
лишь «выводом следователя из сопоставления различного рода сведений об
объектах и явлениях… Она является побудительным толчком к получению
информации, указателем направления ее поиска»1.

Итак, версия побуждает следователя к получению определенной
информации. Тактические приемы (в том числе и тактические комбинации) — одно из
средств получения таковой. Они обусловлены следственной ситуацией, а
информация, полученная при их реализации, направлена на проверку версий.

Совершенно верно замечает В. В. Степанов, что
«планирование расследования и выдвижение версий нельзя рассматривать в
качестве тактического приема… В версии и планировании расследования
невозможно усмотреть что-либо похожее на тактический прием. Они не являются
таковыми потому, что не имеют в своей основе действия. Версия — это
предположение, а вся деятельность по формированию версий является мыслительной.
Суть же приема состоит в осуществлении каких-либо действий»2.

Абсолютно верно резюмируют авторы книги «Криминалистика
социалистических стран», что «приемы следственной тактики — это линия
поведения следователя, действия, выбор их последовательности и условий для
выполнения, наиболее целесообразные в определенной ситуации, обеспечивающие
максимальную результативность расследования и выяснение истины по делу»3.

Вряд ли можно согласиться с мнением С.А. Величкина об
отнесении формирования психологического контакта следователя с участниками
следственных действий к разряду сложных тактических приемов4. Существуют
тактические приемы, направленные на установление психологического контакта
следователя с участниками следственных действий. Установление контакта является
итогом применения подобных тактических приемов.

Психологический контакт — это одно из основных условий
нормального хода следственного действия, а зачастую и расследования в целом.
Прав Ф.В. Глазырин, отмечая, что «установление нужного психологического
контакта, создание необходимой обстановки доверия между следователем и
обвиняемым (а также иными участниками следственных действий. — Авт.) являются
важными условиями эффективности допроса (а равно и других следственных
действий. — Авт.)… В основе установления контакта, доверия лежат не только
вежливость, внимательность, благо-

1 Хлынцов М.Н. Версия и модель // Актуальные вопросы
советской юридической науки. Саратов, 1978. Ч. 2. С. 130.

2  Степанов В.В. Криминалистическая версия в системе
криминалистики // Теория и практика криминалистики и судебной экспертизы.
Саратов, 1978. С. 52.

3  Криминалистика социалистических стран / Под ред. В.Я.
Колдина. М., 1986. С. 91.

4  См.: Величкин С.А. О соотношении понятий
«тактический прием», «тактическая задача»,
«тактическая операция (комбинация)». С. 105.

27

желательность и иные качества следователя, но и характер тех
доводов, аргументов, к которым он прибегает»1.

Однако вернемся к анализу имеющихся в литературе точек
зрения по вопросу о понятии тактической комбинации.

Сложность решения рассматриваемой проблемы обусловливается
тем, что некоторые авторы не проводят дифференциации между категориями
тактических комбинаций и тактических операций; более того, нередко
рассматривают их как адекватные понятия.

Нам представляется, что в понятийный аппарат криминалистики
в качестве самостоятельных терминов должны быть включены оба понятия —
«тактическая операция» и «тактическая комбинация»,
поскольку это разные категории.

Нередко критическое отношение к термину, определяющему
какое-либо явление, автоматически переключается и на само явление. То же самое
можно сказать и о тактической комбинации.

Негативное отношение некоторых авторов к тактическим
комбинациям тесно связано с тем, что, как правильно отмечал Р.С. Белкин,
проблема тактических комбинаций включает в себя как подчиненное звено концепцию
так называемых «следственных хитростей» и «психологических ловушек»2,
противников которых всегда было в избытке. Да и сам термин
«комбинация», если еще раз предпринять краткий этимологический
экскурс, понимается в русском языке не только как совокупность приемов,
объединенных сложным замыслом и направленных на его осуществление, но и как
маневр, ухищрение, уловка3.

Складывается впечатление, что в данном случае критическое
отношение к термину, определяющему рассматриваемую категорию, автоматически
переключилось и на саму категорию в целом. То же самое можно сказать о
«хитростях» и «ловушках», среди противников которых можно
назвать М.С. Строговича, И.Д. Перлова, СП. Стремовского, И.Ф. Пантелеева, В.К.
Гавло и других ученых (хотя, справедливости ради, нужно отметить, что термины
явно неудачны, малоприемлемы и не отражают сущности определяемых ими
категорий).

Наиболее широко полемика в отношении применения различного
рода тактических приемов и их совокупностей развернулась с 1964 года. Толчком
послужила публикация статей В.Г. Красуского и А.Р. Ратинова в сборнике
«Следственная практика»4. Публикации вызвали горячий инте-

1  Глазырин Ф.В. Личность обвиняемого и тактика следствия //
Ленинский принцип неотвратимости наказания и задачи советской криминалистики.
Свердловск, 1972. С. 74 — 75.

2 См.: Белкин Р.С. Указ. курс. Т. 3. С. 127.

3   См.: Большая Советская Энциклопедия. Т. 22. С. 124 —
125; Словарь иностранных слов. С. 238; Советский Энциклопедический Словарь. С.
606.

4  См.: Красуский ВТ. О некоторых психологических приемах
расследования // Следственная практика. М., 1964. Вып. 65; Ратинов А.Р. О
допустимости и правомерности некоторых тактических приемов // Следственная
практика. М., 1964. Вып. 65.

28

pec со стороны ученых и практиков, вступивших по этому
поводу в научный спор, который не прекращается вот уже три с половиной
десятилетия. Между тем практика показывает, что давно назрела насущная
необходимость приведения многочисленных точек зрения к «единому
знаменателю».

Не будем здесь вдаваться в подробности этой полемики,
поскольку так или иначе придется затронуть вопрос о критериях допустимости
тактических приемов и их комбинаций1. Н.А. Селиванов правильно заметил, что
«на стыке этики и тактики расследования возникла проблема так называемых
«следственных ловушек» и «следственных хитростей». Их
принципиальную дозволенность признают многие авторы, однако их сущность и
критерии дозволенности формулируют по-разному»2.

Р.С. Белкин, исследуя проблему «следственных
хитростей», рассматривавшихся ранее в качестве отдельных тактических
приемов, приходит к выводу, что данный термин не соответствует обозначаемому им
понятию и что в сущности это не отдельные приемы, а комбинации приемов,
объединенных единой целью и рамками одного следственного действия. Совершенно
верно считая неудачными термины «следственные хитрости» и
«психологические ловушки», Р.С. Белкин включает данные категории в
понятие «тактическая комбинация»3, мин чистическю . i пр.,
наце-■ -Несколько’Повднее^Р.’С: Белкин определяет тактическую комбинацию
как создание ситуации, допускающей возможность неправильной оценки ее
допрашиваемым, что объективно влечет за собой его изобличение во лжи. Такая
ситуация создается на основе истинных фактов, которые могут быть двояко —
правильно или неправильно — истолкованы самим допрашиваемым без всякой
провокации к неправильному истолкованию со стороны следователя4.

Н.И. Порубов, поддерживая концепцию Р.С. Белкина, уточняет,
что тактическая комбинация — это система тактических приемов, направленных на
создание ситуации, которая может быть неправильно истолкована допрашиваемым5.

1  Подробнее об этом см.: Фирсов Е.П., Михальчук А.Е.
Критерии допустимости применения совокупностей тактических приемов в
расследовании преступлений // Проблемы социальной справедливости в отраслевых
юридических науках. Саратов, 1988. С. 120 — 124; Михальчук А.Е. Пределы
допустимости тактических приемов при расследовании преступлений // Проблемы
повышения  качества следствия в органах прокуратуры. Саратов, 1994. С. 82 — 87;
Он же. Тактические комбинации при производстве следственных действий. Саратов,
1991. С. 47 — 76.

2  Селиванов Н.А. Этико-тактические вопросы расследования //
Вопросы борьбы с преступностью. М., 1983. Вып. 38. С. 53.

3  См.: Криминалистика. М., 1974. С. 361.

4  См.: Криминалистика / Под ред. БА. Викторова и Р.С.
Белкина. М., 1976. С 324 — 325; Криминалистика / Под ред. Р.С. Белкина. М,
1979. С. 258.

5  См.: Порубов Н.И. Научные основы допроса на
предварительном следствии. Минск, 1978. С. 70.

29

Впоследствии, классифицируя тактические комбинации, Р.С.
Белкин относил «следственные хитрости» и «ловушки» к
категории простых (элементарных) тактических комбинаций, учитывая то, что они
имеют в своей основе рефлексивное управление1. Параллельно Р.С. Белкин приходит
к выводу о том, что тактическая комбинация — не только определенное сочетание
тактических приемов в рамках отдельного следственного действия, но и сочетание
следственных действий2.

В целом, по мнению Р.С. Белкина, тактическая комбинация —
это «определенное сочетание тактических приемов или следственных действий,
преследующее цель решения конкретной задачи расследования и обусловленное этой
целью и следственной ситуацией»3.

В дальнейшем Р.С. Белкин внес некоторые коррективы в свою
концепцию тактических комбинаций. В частности, автор отмечает: «Сочетание
тактических приемов в рамках определенного процессуального действия образует
одну из разновидностей тактической комбинации. Такое сочетание всегда
преследует цель решения конкретной задачи и обусловливается этой целью и
следственной ситуацией»4. Еще позднее Р.С. Белкин расширил границы
реализации тактических комбинаций. Последние осуществляются уже не только в
рамках отдельного следственного действия или определенного акта расследования.
«Определенное сочетание тактических приемов или следственных действий в
пределах процесса расследования конкретного преступления, преследующее цель
решения конкретной задачи расследования и обусловленное этой целью и
следственной ситуацией, образует «тактическую комбинацию,» — писал
автор5.

Связь тактической комбинации со следственной ситуацией —
двусторонняя. Тактические комбинации реализуются в основном в условиях
конфликтной ситуации с целью изменения последней в благоприятном для
расследования направлении. Конфликтная ситуация обусловливает применение
конкретного «набора» приемов в виде тактической комбинации, а
последняя, в свою очередь, является средством тактического воздействия на
ситуацию в аспекте ее определенного изменения. Таким образом, тактическая
комбинация — специфическое средство разрешения конфликтной ситуации.

Вместе с тем тактические комбинации могут быть реализованы и
в бесконфликтной ситуации. Например, в том случае, если возникнет необходимость
уточнения либо проверки показаний допрашиваемого, в отношении

1 См.: Белкин Р.С. Указ. курс. Т. 3. С. 124.

2 См.: Он же. Проблемы определения последовательности
следственных действий  //   Проблемы   совершенствования   следственных
действий   и  оперативно-розыскных мероприятий в аспекте ликвидации
преступности в СССР. Алма-Ата, 1974. С. 16; Он же. Указ. курс. Т. 3. С. 124.

3  Он же. Указ. курс. Т. 3. С. 128; Криминалистика: Учебник
/ Под ред. Р.С. Белкина. М, 1986. С. 216.

4 Он же. Общая теория советской криминалистики. Саратов,
1986. С. 282.

5 Криминалистика социалистических стран С. 154.

30

правдивости которого у следователя имеются сомнения. В
большинстве же случаев в условиях бесконфликтной ситуации следователь
ограничивается комплексом тактических приемов, направленных, например, при
допросе на получение правдивых и полных показаний. Цель трансформации ситуации
в пользу следователя при этом не преследуется.

■»Теоретические выводы подтверждаются
результатами анкетирования практических   работников   следственного
аппарата   органов   прокуратуры

I и МВД: подавляющее большинство следователей (70,3%)
отметили, что : используют тактические комбинации только в условиях конфликтной
ситуации;   16,0%  реализуют  тактические  комбинации  в  бесконфликтной  си-

? туации;    13,7%   опрошенных   высказались   за
возможность   использования

;;: тактических   комбинаций   как   в   той,    так  и
в   другой   ситуации   следст-

I  венного действия.

Таким образом, тактическая комбинация рассматривается в двух
аспектах: во-первых, как сочетание тактических приемов, и, во-вторых, как
сочетание следственных действий.

Что касается первой позиции — сочетания «тактических
приемов, объединяемых единым тактическим замыслом»1, то здесь мы полностью
поддерживаем точку зрения Р.С. Белкина.

Несколько подробнее необходимо остановиться на второй части
указанного определения, где речь идет о тактической комбинации как о сочетании
следственных действий.

Р.С. Белкин акцентировал внимание на том, что тактическая
комбинация заключается в сочетании следственных действий в рамках одного акта
расследования. Замысел комбинации, по мнению автора, заключается в жестко
определенной последовательности следственных действий, каждое из которых
является незаменимым. Эти действия могут быть как одноименными, так и
разноименными. Целью каждого следственного действия является создание условий
для проведения другого (последующего) следственного действия, а также формирование
нужной следственной ситуации.  .

В состав тактической комбинации могут входить и
организационно-технические, и оперативно-розыскные мероприятия (в последнем
случае формируется так называемая «оперативно-тактическая
комбинация»); эти мероприятия носят обеспечивающий характер, а их
включение, как считал Р.С. Белкин, не отражается на тактической природе
комбинации, поскольку организационно-технические мероприятия не имеют
самостоятельного значения, а следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия
осуществляются соответствующими лицами путем их взаимодействия, не выходя при
этом из строгих рамок своих методов и своей компетенции2.

В связи с этим возникает ряд вопросов.

Во-первых, если последовательность проведения следственных
действий в комбинации жестко определена, то каким образом при подобном подходе
Учитывается такая динамическая категория, как следственная ситуация?

1  Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. М.,
1986. С. 215.

2 См.: Белкин Р.С. Указ. курс. Т. 3. С. 128 — 130.

31

Во-вторых, если для сравнения обратиться к концепции
тактических операций, то сможем увидеть, что четкой грани, разделяющей
тактическую операцию как совокупность целенаправленных следственных действий и
различного рода мероприятий и тактическую комбинацию как систему следственных
действий с включением в эту категорию организационно-технических и
оперативно-розыскных мероприятий, Р.С. Белкин не проводил.

Если тактическая комбинация в анализируемом смысле —
определенная совокупность следственных действий и обслуживающих мероприятий, то
это не означает, что отработка тактической операции происходит стихийно.
Последняя — также всегда определенное сочетание действий и мероприятий,
проводимых планомерно и упорядоченно.

По мнению Р.С. Белкина, оперативно-розыскные мероприятия как
элемент комбинации служат целям создания условий, обеспечивающих
результативность, целеустремленность и безопасность входящих в структуру
комбинации следственных действий. В свою очередь, отмечал автор, следственные
действия могут быть проведены для обеспечения эффективности последующих
оперативно-розыскных мер.

Но ведь и следственные действия и оперативно-розыскные
мероприятия, входящие в тактическую операцию, также имеют своей целью взаимное
обеспечение их эффективного проведения. И в тактической операции
организационно-технические мероприятия носят вспомогательный характер, имея
значение лишь в совокупности с иными мероприятиями и следственными действиями.
Как мы видим, налицо смешение категорий тактических операций и тактических
комбинаций. Поэтому представляется правильным замечание СВ. Лаврухина,
отметившего: «Поскольку сочетание следственных и иных действий в
криминалистике обычно именуется тактической операцией, во избежание
терминологической путаницы представляется целесообразным тактической
комбинацией называть сочетание тактических приемов производства одного
следственного действия»1.

Сложилась правильная тенденция обозначения производства ряда
следственных действий (пусть даже одноименных и в рамках одного акта
расследования) термином «тактическая операция». Правы отдельные
авторы, именующие тактической операцией групповой обыск2.

Здесь же хотелось бы уточнить свою точку зрения в отношении
категории, получившей в криминалистической литературе название
«оперативно-тактическая комбинация». Выделение этого вопроса
представляется обоснованным, поскольку это не только связано с уточнением
понятий тактической операции и тактической комбинации, но необходимо еще и

1  Лаврухин СВ. Роль криминалистических характеристик и
следственных ситуаций в расследовании умышленных убийств: Дис. канд.. юрид.
наук. Саратов, ■ 982. С. 152.

2  См.: Руководство для следователей. М., 1981. Ч. 1. С.
314; Турчин ДА. Тактическая операция «групповой обыск»:
Криминалистические методы расследования преступлений. Томск, 1994. С. 3 — 10.

32

в связи с тем, что некоторые авторы, оперируя термином
«оперативно-тактическая комбинация» применительно к концепции
тактических комбинаций, пытаются обосновать тезис, согласно которому
тактическая операция определяется как разновидность тактической комбинации’.

В свое время некоторая полемика в литературе развернулась в
отношении так называемого «тактического эксперимента», предложенного
А.В. Дуловым и П.Д. Нестеренко-.

И.Ф. Герасимов писал по этому поводу: «Последнее время
некоторые авторы выступали с предложением о выделении в качестве
самостоятельного следственного действия — так называемого тактического
эксперимента. Но то, что предлагается именовать таким образом, не является
следственным действием, а относится к числу оперативно-тактических
комбинаций»3.

С.А. Шейфер также отмечает, что «в практике
следственной работы возникают некоторые познавательные приемы, которые на
первый взгляд представляют собой вновь формируемые следственные действия. К ним
прежде всего относятся так называемый тактический эксперимент и реконструкция.
Анализ этих приемов показывает, что они следственными действиями не являются, а
их результаты сами по себе не имеют доказательственного значения.

Под тактическим экспериментом понимают проведение органом
расследования наблюдения за поведением подозреваемого, намерения которого стали
известны этому органу, и фиксацию (сначала негласную, а на более позднем этапе,
в момент задержания, путем составления протокола) тех его действий, которые
свидетельствуют об осуществлении преступных намерений (подача условных сигналов
сообщникам, явка к условленному месту, изъятие информации из тайника и т.
д.)»4.

Критикуя предложение А.В. Дулова и П.Д. Нестеренко, И.Ф.
Герасимов подчеркивал, что «оно прямо направлено на недопустимое
сращивание следственной и оперативно-розыскной работы… Вполне очевидно, что
оперативно-розыскные меры в ряде случаев способствуют выполнению отдельных
следственных действий (в основном в процессе подготовки), но «необходимыми
составными частями» процессуальных действий являться не могут в силу своей
специфической сущности. Иное решение сводит на нет различие между этими формами
деятельности и противоречит нормам закона»5.

Следственное действие не может одновременно включать в себя
процессуальные и оперативно-розыскные меры, ибо они основаны на совершенно

1  См.: Криминалистика социалистических стран. С. 155.

2  См.: Дулов А.В., Нестеренко П.Д. Тактика следственных
действий. Минск, 1971. С. 232 — 239.

3  Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений.
Свердловск, 1975. С. 85.

4 Шейфер С.А. Следственные действия. Система и
процессуальная форма. М., 1981. С. 25 — 26.

5  Герасимов И.Ф. Указ. соч. С. 85.

33

различных принципах. В частности, в ходе следственного
действия отношения между его участниками могут носить только правовой
характер1.

Подобное действие (точнее, действия), именуемое
«тактическим экспериментом», вряд ли можно назвать и
оперативно-тактической комбинацией (термин Р.С. Белкина и И.Ф. Герасимова). По
нашему мнению, так называемый «тактический эксперимент» — одна из
форм тактической операции. С.А. Шейфер, говоря о тактическом эксперименте,
употребляет термин «операция»2. Да и сами А.В. Дулов и П.Д.
Нестеренко называют его операцией3. Результаты данной операции могут быть
использованы, например, при допросе: показания лиц, производивших наблюдение,
являющиеся доказательствами по делу, оглашаются допрашиваемому, что выступает в
роли своеобразного тактического приема, направленного на преодоление установки
на ложь в условиях конфликтной ситуации допроса.

Использует термин «оперативно-тактическая
комбинация» и А.Д. Труба-чев. «При наличии соответствующих условий, —
пишет он, — следователь в целях изобличения обвиняемого может разработать и
более сложную тактическую операцию. На стадии возбуждения уголовного дела или
сразу после его возбуждения такая операция может заключаться в организации
поимки с поличным. На более поздних этапах расследования она может быть
проведена в форме оперативно-тактической комбинации, то есть в виде определенного
сочетания следственных и оперативных действий, в основе которых лежит
рефлексивное управление поведением допрашиваемого»4.

Таким образом А.Д. Трубачев справедливо определяет
оперативно-тактическую комбинацию как один из видов тактической операции.
Данные, полученные оперативным путем в ходе ее реализации, трансформируются в
определенном порядке и используются при допросе обвиняемого в качестве
тактических приемов, помогая путем непосредственного рефлексивного управления
поведением допрашиваемого преодолеть конфликтную ситуацию допроса и разрешить
ее в благоприятном для следователя плане.

В.И. Куклин определяет тактическую комбинацию как
совокупность тактических приемов или следственных действий, отмечая при этом,
что комбинация — либо разновидность тактической операции (простейший вариант),
либо составная часть последней5. И что интересно, при таком подходе В.И. Куклин
предпринимает попытку разграничить данные понятия.

А. Б. Соловьев считает термин «тактическая
комбинация», предложенный Р.С. Белкиным, неудачным на том основании, что в
данном случае исчезает психологическое содержание тактических приемов,
заключающихся в акцентированном использовании правомерного психологического
воздействия

1  См.: Шейфер С.А. Указ. соч. С. 26.

2 Там же.

3  См.: Дулов А.В., Нестеренко П.Д. Указ. соч. С. 233.

4  Трубачев А.Д. Влияние научно-технического прогресса на
развитие методики расследования хищений, совершаемых с использованием
служебного положения. С. 115 — 116.

5  См.: Куклин В.И. Указ. соч. С. 76 — 77.

34

на допрашиваемого в сочетании с использованием имеющейся у
следователя доказательственной информации. В связи с этим он вводит (несмотря
на определенное, по его мнению, несовершенство) термин «психологические
приемы», который якобы более полно отражает направленность и особенности
данной группы приемов, и предлагает его использование в качестве
операционального понятия1. То есть налицо, по сути, возврат к точке зрения А.
Н. Васильева, анализ которой приведен выше.

Но «хотя такие приемы и оказывают определенное психологическое
воздействие на обвиняемого, — отмечает А.Я. Марков, — применяются… с учетом
психологических особенностей личности», с нашей точки зрения, приемы эти
правильнее определить как тактические, ибо применение их зависит от конкретных
обстоятельств дела. В связи с этим нельзя согласиться с авторами, которые без
достаточной аргументации называют их «психологическими»2, поскольку,
как правильно подчеркивает А.Р. Ратинов, «применение психологических
знаний в той или иной сфере еще не создает самостоятельной науки»3.

«В криминалистике, — продолжает А.Я. Марков, — могут
использоваться данные и других наук, но тактические рекомендации, основанные на
них, все равно остаются криминалистическими, а не становятся приемами тех наук,
данные которых применялись»4. Более того, Р.С. Белкин справедливо указывал
на то, что «творческое использование достижений других наук — это
характерная черта любой современной науки»5.

Таким образом, отказ А.Б. Соловьева от термина
«тактическая комбинация» представляется необоснованным. Кстати, и сам
автор психологические приемы допроса именует тактическими6.

Некоторые авторы не признают существования самостоятельного
криминалистического понятия «тактическая комбинация». Л.Я. Драпкин
отмечает: «Что касается термина «тактическая комбинация», то он
представляется нам менее удачным, чем «тактическая операция». Понятие
«комбинация» пришло в криминалистику из теории и практики
оперативно-розыскной деятельности (ОРД), где оно имеет иную функциональную и
структурную нагрузку. Кроме того, этот термин недостаточно строг и в обычном
смысловом его понимании»7.

1  См.: Соловьев А.Б. О психологических приемах допроса:
Проблемы предварительного следствия в уголовном судопроизводстве. М., 1980. С.
63 — 64.

2  Марков А.Я. О соотношении психологических и тактических
рекомендаций при допросе обвиняемых: Ленинский принцип неотвратимости наказания
и задачи советской криминалистики. Свердловск, 1972. С. 145.

3  Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М.,
1967. С. 9.

4 Марков А.Я. Указ. соч. С. 146.

5 Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические
проблемы советской криминалистики. М., 1970. С. 43.

6 См.: Соловьев А.Б. Указ. соч. С. 81.

7 Драпкин ЛЯ. Первоначальные следственные действия в
методике расследования преступлений и проблема повышения их эффективности. С.
57.

35

В.И. Шиканов также считает, что комбинация — атрибут теории
и практики оперативно-розыскной деятельности, а в криминалистике термин
«тактическая комбинация» употребляется лишь тогда, когда
подчеркивают, что тактическая операция связана с особо сложными,
«многоходовыми» расчетами, основанными на возможностях рефлексивного
анализа и предполагает широкое использование оперативных возможностей органа
дознания1.

А.В. Дулов оценивает точку зрения В.И. Шиканова как
неточную. По его мнению, тактическая операция по сравнению с комбинацией
является понятием более широким. А.В. Дулов не отрицает возможности
самостоятельного существования тактических комбинаций, однако под ними он
понимает разновидность тактической операции, в которой используется
совокупность следственных действий (иногда с подключением и оперативных
действий), направленных на реализацию отдельного тактического приема2. Как
видим, А.В. Дулов, с одной стороны, как бы признает, что тактические операции и
тактические комбинации — самостоятельные категории, а с другой — определяет
тактическую комбинацию как один из видов тактической операции. И уж совсем не
вписывается в концепцию тактических операций цель тактической комбинации —
реализация отдельного тактического приема.

П.А. Волостнов определяет тактическую комбинацию как
«обусловленное сложившейся тактической ситуацией оптимальное сочетание
тактических приемов и других средств воздействия, используемых при производстве
отдельного следственного действия»3. Принимая данную точку зрения почти
безоговорочно, все же отметим, что при разработке и реализации тактических
комбинаций должна учитываться не только конкретная тактическая ситуация
следственного действия, но и общая ситуация расследования, то есть следственная
ситуация в целом.

Правильно определяет тактическую комбинацию и В.И. Баронин.
Но он не учитывает ее зависимость от следственной ситуации, отмечая, что
«тактическая комбинация — это система тактических приемов при производстве
отдельного следственного действия, направленных на достижение целей этого
действия»4.

Мы рассматриваем тактическую комбинацию как оптимальное
сочетание тактических приемов, применяемых в процессе производства отдельного
следственного действия, направленное на решение конкретной промежуточной задачи
расследования и обусловленное сложившейся следственной ситуацией.

1  См.: Шиканов В.И. Теоретические основы тактических
операций в расследовании преступлений. С. 18 — 19.

2 См.: Дулов А.В. Тактические операции при расследовании
преступлений. С. 45.

3  Волостнов П.А. Роль поведения обвиняемого в формировании
следственных ситуаций: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Свердловск, 1985. С. 14.

4  Баронин В.И.  Понятие тактического приема, тактической
операции и их роль в расследовании преступлений // Научно-практическая
конференция. Краснодар, 1980. С. 143.

36

Актуальность разработки концепции тактических комбинаций
обусловливается тем, что еше в свое время Б.Г. Розовский отметил в качестве
одного из недостатков научной разработки тактики допросов «отсутствие исследований
о применении всякого рода комбинаций»1.

Дальнейшая разработка проблемы тактических комбинаций имеет
не только теоретическое, но и практическое значение, позволяя включить в
арсенал следователя научные рекомендации, способные сыграть существенную роль в
повышении эффективности производства следственных действий и в конечном счете в
установлении истины по делу.

Выделение тактических комбинаций в качестве самостоятельной
проблемы обусловливает необходимость определения их места не только в системе криминалистической
тактики (поскольку комбинация есть оптимальное сочетание тактических приемов),
но и в общей системе криминалистики.

В криминалистической литературе уже предпринимались попытки
определить место тактических комбинаций в системе криминалистической тактики. В
частности, Р.С. Белкин включал тактические комбинации в состав общих положений
криминалистической тактики2. Однако в содержание тактических комбинаций, как
уже было отмечено, автор включает не только тактические приемы следственных
действий, но и сами следственные действия (в том числе и разноименные), а также
организационные и некоторые технические и оперативно-розыскные мероприятия.

Учитывая, что тактические операции и комбинации — это
самостоятельные криминалистические категории, нам представляется, что при
определении места тактических комбинаций в системе криминалистической науки
необходимо исходить из их содержания и главного признака — оптимальной
совокупности тактических приемов.

Применительно к частным основам тактики (конкретно, к
тактике допроса) предпринимает попытку определения места тактических комбинаций
Н.И. Порубов. В частности, тактические комбинации он относит к группе
тактических приемов, выделенной по признаку объема тактического приема3.

Представляется, что анализ должен проводиться в двух
направлениях, исходя из того, что, во-первых, тактические комбинации
реализуются в ходе следственных действий, которые проводятся вне тактической
операции, и, во-вторых, когда следственные действия являются элементами
тактических операций. Во втором случае наша задача облегчается, поскольку
вопрос о месте тактических операций в системе криминалистики уже нашел
достаточно глубокое отражение в теоретических исследованиях.

По иному дело обстоит с определением места тактических
комбинаций в каждом из указанных подразделений криминалистической науки. Исходя
из того, что следственную тактику традиционно подразделяют на

1  Розовский Б.Г. Указ. соч. С. 102.

2 См.: Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. С.
211.

3 См.: Порубов Н.И. Указ. соч. С. 69.

37

две составные части — общую и частную1, — попытаемся
определить место тактических комбинаций в каждом из указанных подразделений
криминалистической науки.

В общей части криминалистической тактики должны
рассматриваться вопросы, связанные с частным учением о тактических комбинациях:

—    их понятием и содержанием;

—    соотношением с иными тактико-криминалистическими
категориями (такими,   как  тактический   прием,  тактическая  задача,
тактическая операция и др.);

—    классификацией тактических комбинаций;

—    обусловленностью их реализации с позиций той или иной
следственной ситуации.

Здесь же должны найти свое отражение критерии допустимости
применения тактических комбинаций.

В разделе организации и планирования расследования должны
занять свое место общие рекомендации, связанные с особенностями планирования
возможности реализации тактических комбинаций в ходе того или иного
следственного действия2.

Рекомендации о реализации тактических комбинаций
непосредственно в ходе какого-либо следственного действия исследуются в
особенной части следственной тактики, в которой рассматриваемая категория
наполняется конкретным содержанием. Это содержание определяется в зависимости:

—    от следственного действия, в рамках которого
применяется тактическая комбинация;

—    непосредственной тактической ситуации (естественно, с
учетом общей следственной ситуации);

—    целей (задач), стоящих перед следственным действием;

—    уровня информированности следователя о событии
преступления и других значимых обстоятельствах;

—    личности допрашиваемого или иного контрагента и
некоторых других факторов.

В отличие от общей части следственной тактики, одним из
подразделений которой должны явиться теоретические основы тактических
комбинаций, в особенной части теоретический «скелет» обрастает
рекомендациями, имеющими непосредственно практическую направленность. То есть в
частных основах следственной тактики наряду с традиционными пробле-

1  См.: Комиссаров В.И. Научные, правовые и нравственные
основы следственной тактики. Саратов, 1980. С. 29.

2  Здесь необходимо отметить, что мы придерживаемся точки
зрения, согласно которой организация и планирование расследования, будучи тесно
связанными со следственной тактикой, являются самостоятельным звеном в системе
криминалистики.

38

мами должны рассматриваться вопросы планирования тактических
комбинаций, их реализации в ходе подготовки к проведению следственного
действия, определения содержания тактических комбинаций, участия них
необходимых лиц, привлечения определенных средств и других ресурсов.

Очевидно, что приведенные положения найдут соответствующее
отражение и в методике расследования отдельных видов преступлений исходя из
специфики производства следственных действий в процессе расследования
конкретных составов преступлений.

В криминалистике, как и в любой другой науке, большое
значение имеет систематизация научных знаний, базирующихся на положениях
системно-структурного подхода. В свою очередь, такой подход позволяет научно
обоснованно классифицировать криминалистические объекты, что является
необходимым условием развития науки и использования ее рекомендаций в
практической деятельности по расследованию преступлений1.

Прав В.А. Образцов, рассматривая криминалистическую
классификацию как «необходимое условие эффективного познания… объекта,
важное средство проникновения в его глубинные, базисные слои и обеспечения
продуктивного движения мысли исследователей от исходного целого к образующим
его частям и от них снова к целому для выявления закономерностей, знание
которых необходимо для его научного объяснения и описания»2.

Попытки классифицировать тактические комбинации ранее
предпринимались учеными-криминалистами. В частности, это было сделано Р.С.
Белкиным: «Мы подразделяем тактические комбинации на сложные, содержанием
которых является система отдельных следственных действий, и элементарные, или
простые, состоящие из системы тактических приемов, применяемых в рамках одного
следственного действия, — пишет автор, — сложные тактические комбинации мы
подразделяем на однородные, или одноименные (состоящие из одноименных
следственных действий), и разнородные, или разноименные (состоящие из различных
следственных действий, на сквозные и локальные… Простые тактические
комбинации можно подразделить на рефлексивные, целью которых является
рефлексивное управление лицом, противодействующим следствию, обеспечивающие и
контрольные, осуществляемые для проверки правильного хода расследования, хода
отдельных следственных действий и т. д.»3

В связи с этим представляется необходимым высказать следующие
соображения. Указанный автор подразделяет тактические комбинации, исходя из
определения комбинации как определенного сочетания тактических приемов или
следственных действий. Мы же опираемся на определение тактической комбинации
как оптимального сочетания тактиче-

1  См.: Закатов А.А. Совершенствование классификаций в
теории розыскной деятельности — важное условие развития криминалистической
методики. С. 29.

2  Образцов В.А. Криминалистическая классификация
преступлений. Красноярск, 1988. С. 5.

3 Белкин Р.С. Указ. курс. Т. 3. С. 131 — 132.

39

ских приемов в рамках отдельного следственного действия, не
включая в структуру комбинации сочетание следственных действий, и на основе
этого строим классификационную схему.

Р.С. Белкин, классифицируя тактические комбинации, исходил
из схемы классификации тактических операций, предложенной Л.Я. Драп-киным1, о
чем прямо и писал на страницах «Курса советской криминалистики»2.
Р.С. Белкин брал во внимание два основания подразделения тактических операций,
выделенных Л.Я. Драпкиным: содержание и временную структуру тактической
операции. По содержанию Л.Я. Драпкин подразделяет тактические операции на
неоднородные, включающие в себя следственные действия, оперативно-розыскные
мероприятия и иные действия; и однородные, состоящие только из следственных
действий. По временной структуре — на сквозные, производство которых
осуществляется на протяжении нескольких этапов расследования, и локальные
тактические операции, проводимые на каком-нибудь одном этапе расследования3.

Несколько нелогичным выглядит то, что Р.С. Белкин,
предпринимая попытку дифференциации категорий тактических операций и
тактических комбинаций, при классификации последних исходил из систематизации
тактических операций. Это положение, как и некоторые другие, о чем было сказано
выше, невольно приводит к выводу о том, что Р.С. Белкин фактически не
отграничивал тактические комбинации от тактических операций. Данный вывод
подкрепляется еще и высказыванием автора, что «комбинация, в содержание
которой наряду со следственными действиями включаются оперативно-розыскные
мероприятия, в литературе иногда именуется тактической операцией»4.

На наш взгляд, разработка классификации тактических
комбинаций должна вестись на несколько иной основе. Тактические комбинации
могут подразделяться по следующим основаниям.

Во-первых, они могут быть дифференцированы в зависимости от
следственных действий, в ходе которых они реализуются. По этому критерию
различаются тактические комбинации: допроса, очной ставки, обыска и других
следственных действий. Указанное основание классификации имеет довольно общий
характер, поскольку систематизация комбинаций может быть продолжена уже в
рамках данной классификационной группы. Так, вполне правомерно выделение
тактических комбинаций до-

1  См.: Драпкин Л.Я. Особенности информационного поиска в
процессе расследования и тактика следствия: Проблемы повышения эффективности
предварительного следствия. Л., 1976. С. 54 — 55.

2 См.: Белкин Р.С. Указ. курс. С. 131.

3  См.: Драпкин Л.Я. Особенности информационного поиска в
процессе расследования и тактика следствия. С. 54 — 55.

4   Криминалистика социалистических стран.  С. 54 — 55.
Аналогичной точки зрения автор придерживался и в более поздних работах (см.:
Белкин Р.С. Курс криминалистики. В 3 т. Т. 3: Криминалистические средства,
приемы и рекомендации. М., 1997. С. 210 — 212).

40

проса, исходя из процессуального положения допрашиваемого
(то есть тактические комбинации допроса свидетеля, потерпевшего,
подозреваемого, обвиняемого), возрастных критериев (тактические комбинации
допроса несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого и т. д.). Кроме того,
расширение классификационных рамок позволяет и специфика осуществляемых
действий (в этом случае, например, можно выделить тактические комбинации обыска
на местности и тактические комбинации обыска в помещении), а также некоторые
другие основания. Вместе с тем свою задачу мы видим в выработке общей схемы
классификации тактических комбинаций.

Во-вторых, тактические комбинации подразделяются в
зависимости от задач, на решение которых они направлены. В этом плане различают
тактические комбинации: направленные на получение доказательственной или иной
информации1; осуществляемые с целью проверки информации (а вместе с тем и
правильности хода отдельного следственного действия и т. д.).

При проведении систематизации необходимо учитывать и факт
реализации тактических комбинаций на определенном этапе расследования
преступления. В связи с этим выделяются тактические комбинации, реализуемые: на
первоначальном этапе расследования; последующих этапах расследования.

В зависимости от участия в реализации тактических комбинаций
тех или иных лиц они подразделяются: на осуществляемые следователем единолично;
реализуемые с помощью иных лиц (которые, не являясь субъектами тактической
комбинации, выполняют функцию обеспечения применения определенных тактических
приемов).

Возможно оперирование и таким основанием классификации
тактических комбинаций, как их относимость к тактической операции. В
соответствии с этим основанием выделяются комбинации, осуществляемые в рамках
тактической операции, и комбинации, реализуемые в следственных действиях, не
входящих в тактическую операцию.

Полагаем нецелесообразным рассматривать в качестве
самостоятельного основания классификации тактических комбинаций фактор их
реализации в условиях той или иной ситуации следственного действия. Конфликтная
либо бесконфликтная ситуация следственного действия лишь предопределяет
применение конкретных тактических приемов, реализуемых в своей совокупности в
тактической комбинации. Она влияет на цель тактической комбинации и в какой-то
степени обусловливает привлечение к ее реализации определенного количества
участников. При-

1 Если, например, при допросе умело использованные
следователем тактические приемы, составляющие тактическую комбинацию, привели к
получению процессуально удостоверенных показаний допрашиваемого, то такой
результат имеет доказательственное значение. В иных случаях полученный
результат будет иметь не доказательственное, а оперативно-тактическое значение,
способствуя выбору правильных следственных действий, поиску недостающих
доказательств (см.: Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. Волгоград,
1983. С. 83).

41

мерно аналогичную роль играют и такие факторы, как личность
контрагента, уровень информированности следователя на данном этапе
расследования и некоторые другие. Безусловно, эти факторы необходимо учитывать
при планировании и реализации тактических комбинаций, но самостоятельной
предпосылкой для проведения системно-структурного анализа они в данном случае
не являются.

Анализ точек зрения ученых-криминалистов свидетельствует,
что в некоторых случаях категории тактических операций и комбинаций или
смешиваются, или рассматриваются как адекватные. Единого мнения в отношении
дифференциации указанных категорий нет и у практических работников.

. При анкетировании и интервьюировании практических
работников след-.,; ственного аппарата получены следующие результаты:

■;'{ —     41,5% опрошенных определяют тактическую
комбинацию как комплекс

•»        взаимосвязанных следственных действий,
организационно-подготовительных, оперативно-розыскных и иных мероприятий;

■■-     41,9 — как оптимальное сочетание
тактических приемов в рамках

7        отдельного следственного действия;

, —     6,0 — как оптимальное сочетание следственных
действий

■ —     10,6% — смешивают указанные позиции в
различных сочетаниях.

■ Кроме того, практическим работникам было предложено
ответить на вопрос,  связанный с формами использования тактических комбинаций.
46,7% из них указали, что используют тактические комбинации в форме продуманных
«блоков» тактических приемов в рамках отдельного след-

к. ственного действия; 43,0 — в форме сочетания тактических
приемов с заданиями оперативного характера органам дознания; 10,3% —
отмети-ВЛИ/ что реализуют тактические комбинации в обеих из указанных форм.

Таким образом, анализ различных точек зрения ученых и
практических работников приводит к выводу о необходимости исследования вопроса
о соотношении тактических операций и комбинаций.

Возможно, смешение (а порой и прямое отождествление)
категорий тактических операций и комбинаций происходит не только потому, что
некоторые ученые считают тактическую комбинацию разновидностью тактической
операции (или наоборот), но и потому, что, как правильно замечает А.Д.
Трубачев, комплекс следственных, оперативно-розыскных, ревизионных и иных
действий, составляющих тактическую операцию, динамичен, то есть эти действия
«комбинируются в различных вариациях в зависимости от характера задачи и
обстоятельств, способных существенным образом повлиять на ход и результаты
производства таких действий»1.

Оперируя термином «комбинация следственных
действий», А.Д. Трубачев отмечает, что «для изобличения виновного в
хищении иногда дос-

1 Трубачев А.Д. Использование специальных познаний при
производстве тактических операций в процессе выявления и расследования хищений:
Применение специальных познаний в борьбе с преступностью. Свердловск, 1983. С.
46.

42

таточно в ходе допроса предъявить ему одно или несколько
доказательств (например, документ, посредством которого было совершено
противоправное действие, заключение соответствующей экспертизы,
свидетельствующее о подлинности этого документа). Так обычно и поступает
следователь на первом этапе расследования. Убедившись, что такой прием не дает
ожидаемого эффекта, он избирает иные методы воздействия на допрашиваемого. При
определенных условиях это серия очных ставок, проводимых по оспариваемому
обвиняемым факту, и повторный его допрос. Подобная комбинация следственных
действий применяется как особый тактический прием. Обвиняемому предоставляется
возможность лично убедиться, что его доводы опровергнуты. Практика показывает,
что допрашиваемый иногда уже в процессе проведения очных ставок меняет свою
позицию. В большинстве же случаев правдивые показания он дает на завершающем
этапе описываемой тактической операции (курсив наш. — Авт.), в ходе допроса по
результатам очных ставок»1.

На первый взгляд, здесь наблюдается сведение тактической
операции к тактическому приему, пусть даже «особому», что представляется
спорным, ибо правы ученые, усматривающие в тактической операции средство
реализации методов расследования. Но при более подробном анализе точки зрения
А.Д. Трубачева можно прийти к выводу о том, что речь идет все-таки о
тактической операции (так сказать, «в чистом виде»), а термин
«комбинация» употреблен попутно, без претензии на самостоятельное
определение.

Употребляет термин «комбинация» и Б.Г. Кульчицкий.
«Самостоятельный интерес, — пишет он, — представляет вопрос, в каких
комбинациях встречались тактические операции и какие из них оказывались
наиболее результативными. Термин «комбинация» употреблен условно,
поскольку речь идет не о специально заранее предусмотренных случаях, а о
совпадении при их применении на практике. Более того, одновременно могли
осуществляться и другие тактические операции. Комбинация чаще состоит из двух и
значительно реже — из трех тактических операций, которые, дополняя друг друга
полученной информацией, приводят к раскрытию преступления»2.

Речь идет именно о совпадении тактических операций при
реализации, а не об отдельной категории «тактическая комбинация». Да
и определение этого термина в работе отсутствует. Говорится о комбинации
тактических операций, а термин употреблен условно, опять-таки без претензии на
какое-либо раскрытие его содержания.

Основным признаком тактической операции А.Д. Трубачев
считает именно сочетание следственных, оперативно-розыскных,
организационно-подготовительных и иных действий3.

1  Он же. Влияние научно-технического прогресса на развитие
методики расследования хищений, совершаемых с использованием служебного
положения. С. 115.

2 Кульчицкий Б.Г. Указ. соч. С. 106.

3  См.: Трубачев А.Д. Использование специальных познаний при
производстве тактических операций в процессе выявления и расследования хищений.
С. 47.

43

Н.И. Хлюпин также подчеркивает, что «отличительным
свойством тактической операции является то, что это прежде всего система…
различных по характеру и содержанию действий, подчиненных единой цели
эффективного получения доказательств или иной значимой для раскрытия
преступления информации»1.

Тактическая операция и тактическая комбинация — это
самостоятельные криминалистические категории. При этом категория тактической
операции шире. Прежде всего это связано с тем, что тактическая комбинация —
один из факультативных структурных элементов тактической операции. Связь
тактической комбинации с тактической операцией выражается в том, что
тактические комбинации могут быть реализованы в следственных действиях,
предусмотренных к осуществлению в общем замысле тактической операции.

Если схематично представить тактическую операцию, то
тактические комбинации занимают в ней место в части, касающейся следственных
действий2 (см. схему).

ТАКТИЧЕСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Организационные мероприятия

Следственные действия

ОРД

Контрольно-ревизионные мероприятия

Технические мероприятия

Иные мероприятия

Тактические комбинации

В то же время тактическая комбинация носит независимый,
самостоятельный характер в условиях осуществления ее вне тактической операции
(не всегда же определенный этап расследования протекает в виде или в форме
тактической операции).

В.И. Куклин отмечает, что различие тактической операции и
тактической комбинации обнаруживается в масштабности действий: для операции
свойственны действия крупной группировки, а комбинации — простые; операция
складывается из ряда действий, а в комбинации, по мнению ученого, этот признак
отсутствует. С последним положением вряд ли можно согласиться, поскольку
тактический прием — это также определенное действие. Исходя из этого
тактическая комбинация пред-

1  Хлюпин Н.И. Тактические операции в структуре методики
расследования отдельных  видов преступлений:  Особенности  расследования
отдельных видов и групп преступлений. Свердловск, 1980. С. 38.

2 Мы не отвергаем существования тактических комбинаций при
производстве оперативно-розыскных действий. Однако поскольку предметом нашего
исследования являются категории тактики следственных действий, вопросы,
связанные с ОРД и, в частности, с применением тактических комбинаций в них, в
работе не рассматриваются.

44

^

ставляет собой совокупность действий, но иного рода, нежели
действия, входящие в тактическую операцию.

Если рассматривать исследуемые термины с философских
позиций, продолжает В.И. Куклин, то операция — это общее, комбинация —
особенное, а следственное действие — частное (индивидуальное). При этом автор
исходит из собственного определения тактической комбинации как совокупности
тактических приемов или следственных действий.

И все же В.И. Куклин считает тактическую комбинацию
разновидностью тактической операции. «Более того, — пишет он, — комбинация
может быть и, как правило, является составной частью тактической
операции»1. Но если рассматривать комбинацию следственных действий в
качестве подвида тактической операции, то и нужно называть ее операцией.

Спорно также утверждение о том, что тактическая комбинация,
как правило, является составной частью тактической операции. Комбинация может
выступать в качестве факультативного элемента тактической операции, но это
положение не обязательно.

Р.С. Белкин, изучая1 соотношение тактической операции и
тактической комбинации, отмечал, что эти категории отличны друг от друга по
следующим основаниям: во-первых, тактическая операция рассматривается лишь как
система следственных и иных действий, но не как система приемов в рамках одного
действия; во-вторых, концепция тактических операций не охватывает собой понятия
«следственных хитростей», а концепция тактических комбинаций включает
в себя и это понятие как подчиненное, как частный случай2.

Однако ряд исследователей рассматривают тактическую операцию
не только как комплекс следственных действий и различных мероприятий, но и как
совокупность тактических приемов в рамках отдельного следственного действия3.

А.А. Закатов в концепцию тактических операций включает и
проблему так называемых «следственных хитростей»4.

Исследуемые категории отличны по другим основаниям. Цель
тактической операции — решение задачи общего плана, возникшей на определенном
этапе расследования. Тактическая комбинация же имеет целью решение задачи
частного характера.

Например, при розыске скрывшегося обвиняемого действия и
мероприятия, входящие в состав тактической операции, подчинены цели
установления местонахождения этого лица с его последующим задержанием. Целью же
тактической комбинации, например, при допросе (составном элементе тактической
операции) является установление круга лиц,

1  См.: Куклин В.И. Указ. соч. С. 76

2 См.: Белкин Р.С. Указ. курс. Т. 3. М., 1979. С. 126 — 127.

3  См.: Комарков B.C. Указ. соч. С. 13; Закатов А.А. О
совершенствовании розыскной деятельности следователей органов внутренних дел.
С. 35 ■* 36.

4 См.: Закатов А.А. Ложь и борьба с нею. С. 108.

45

которые могут что-либо знать о местонахождении
разыскиваемого; при обыске — обнаружение почтово-телеграфной корреспонденции и
т. п. Тактическая комбинация имеет самостоятельную цель, хотя и подчиненную
конечной цели тактической операции.

Таким образом, перед тактической операцией и тактической
комбинацией стоят хотя и взаимосвязанные, но самостоятельные и конкретные цели.
Это в том случае, когда тактическая комбинация осуществляется в рамках
тактической операции. Если же тактическая комбинация реализуется вне
тактической операции, ее цель определяется целью производства следственного
действия и носит по отношению к тактической операции относительно независимый
характер.

Круг субъектов тактической операции шире, нежели круг
субъектов тактической комбинации1, в который входят: следователь, орган
дознания, контрольно-ревизионные органы, эксперты и специалисты и т. д. Причем
каждый из этих субъектов действует своими методами и в пределах своей
компетенции. «В связи с тем, что та

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ