1. Понятие ценной бумаги

1. Понятие ценной бумаги

29
0

Понятие ценной бумаги получается в результате анализа
функций, выполняемых в гражданском и торговом обороте юридическими документами.

Юридические документы, т. е. документы, содержание которых
удостоверяет те или иные, юридически значимые факты или основанные на них
правоотношения, выполняют в обороте различные функции в зависимости от того,
каково значение документа для соответствующего правоотношения.

Письменное удостоверение определенных юридических фактов
может иметь значение доказательства в судебном процессе. Документ в этом случае
не играет роли в динамике правоотношения. Правоотношение возникает, существует
и прекращается независимо как от наличия документа, так и от его содержания.
Документ находится как бы вне правоотношения и приобретает значение только в
случае судебного спора, в котором ему принадлежит роль доказательства наряду с
другими допущенными процессуальным правом доказательствами или преимущественно
перед ними. Ст. 130 Г. К., согласно которой договор на сумму свыше пятисот
рублей должен быть совершен в письменной форме, имеет в виду эту функцию
юридического документа. Примечание к этой статье устанавливает в отношении
договоров на сумму свыше пятисот рублей преимущественное значение письменных
доказательств и, в случае отсутствия письменной формы лишает стороны права
ссылаться в подтверждение договора на свидетельские показания. Если сумма
договора ниже пятисот рублей, документ имеет значение просто одного из
доказательств, допущенных в гражданском процессе. В некоторых случаях (ст. 141,
153, 184, 211 и 218 Г. К.) закон устанавливает для отдельных договоров и на
сумму ниже пятисот рублей то же положение, которое содержится в общем правиле,
формулированном в ст. 136 и примечании к ней.

В других случаях документу присваивается не только
процессуальное, но материально-правовое значение. Закон или воля сторон
устанавливают, что наличность документа необходима для возникновения
соответствующего правоотношения. Такие документы, составление которых
необходимо для возникновения правоотношения (так наз. конститутивные документы),
известны Г. К. Согласно примечанию I к ст. 130, «Когда законом установлено
обязательное нотариальное удостоверение договора в нотариальном органе,
договор, поскольку в законе не установлено иное, считается заключенным со
времени его нотариального удостоверения». В этом случае правоотношение
возникает только с момента надлежащего оформления сделки. Правильно
составленный при участии нотариального органа документ необходим для
возникновения правоотношения. Составление документа входит в corpus сделки, составляет
ее необходимую часть. Конститутивное значение документа может быть установлено
также и волею сторон, как это вытекает из примечания 2 к ст. 130 Г. К.,
согласно которой договор признается заключенным лишь по совершении его в
определенной форме, хотя бы и не требуемой законом, если стороны предварительно
согласились совершить его в этой форме. Примерами конститутивных документов по
Г. К. могут служить договоры о праве застройки, об отчуждении или залоге права
застройки или немуниципализованных строений и др.

Равным образом материально-правовые функции принадлежат
документу тогда, когда он имеет значение при осуществлении выраженного в нем
права. В отношении целого ряда бумаг (вексель, чек, акция и т. д.) предъявление
бумаги необходимо для осуществления выраженного в ней права. Такие документы
называются ценными бумагами. Это понятие обнимает собой большое разнообразие
бумаг, – акции, облигации, вексель, чек, вкладные документы кредитных
учреждений, банковые билеты, коноссамент, складочное свидетельство и т. д. Все
эти бумаги, столь характерные для различных областей современной хозяйственной
жизни и столь разнообразные по своему содержанию, объединяются общим им всем
признаком, – необходимостью их предъявления для осуществления выраженного в них
права.

Права, которые составляют содержание ценных бумаг, могут
принадлежать к различным категориям субъективных частных прав. Чаще всего они
принадлежат к обязательственным правам. Но они могут быть также вещными
правами, правами членства в корпорации или же представлять собой управомочие на
совершение действий, затрагивающих чужую правовую сферу, т. е. принадлежать к
так называемым секундарным правам. Обязательственно-правовое содержание имеют
вексель, облигация, вкладной билет кредитного учреждения и т. д. Вещно-правовое
содержание (но вместе с тем и обязательственно-правовое) имеют распорядительные
товарные документы. Советскому праву неизвестны бумаги с исключительно
вещно-правовым содержанием. Право членства составляет существенную часть
содержания акции. В чеке содержится управомочие получить от своего имени
(чекодержателя), но за чужой счет (чекодателя) платеж от третьего лица
(плательщика). В ценной бумаге не может быть выражено правоотношение, в силу
которого обе стороны взаимно приобретают права и обязанности (ст. 139 Г. К.), т. к. сторона, не владеющая бумагой, не сможет осуществить принадлежащих ей прав. Однако,
право, принадлежащее одной из сторон в двухстороннем договоре, может быть
выражено в ценной бумаге после того, как эта сторона исполнит свое обязательство
и право ее сделается безусловным. Равным образом возможно выражение в ценной
бумаге права требовать от должника определенного исполнения, обусловленного
встречным исполнением со стороны кредитора, если встречное исполнение является
не обязанностью последнего, а только потестативным условием, от выполнения
которого зависит осуществление права требования к должнику. Мыслимо выражение
взаимных прав сторон по двухстороннему договору в двух ценных бумагах,
соответственно находящихся у каждой из сторон. Однако, такая комбинация едва ли
имеет практическое значение. С этой комбинацией не следует смешивать случай,
когда каждая из сторон выдает другой стороне (обмен) ценную бумагу, причем
права, выраженные в них, не поставлены в условную зависимость друг от друга. В
этом случае отношения между сторонами не являются отношениями из двухстороннего
договора.

Бумаги, в которых не выражено какое-либо право, как, напр.,
почтовые или гербовые марки, а также денежные знаки, не являются ценными
бумагами.

Необходимость предъявления бумаги для осуществления
выраженного в ней права имеет двоякое значение. Предъявление бумаги, во-первых,
необходимо кредитору для легитимации его в (качестве субъекта выраженного в ней
права. В частности, для истребования от должника по бумаге исполнения его
обязательства кредитор должен предъявить бумагу. Без бумаги кредитор может быть
лишен возможности осуществить свое право требования. Должник имеет право
отказать в исполнении, если бумага ему не предъявлена. Во-вторых, лицо,
обязанное по бумаге, может выполнять свою обязанность только в отношении
предъявителя бумаги. В противном случае оно будет нести ответственность перед
субъектом, управомоченным бумагой, в частности, должник по ценной бумаге
обязательственно-правового содержания может оказаться вынужденным дважды
исполнить свое обязательство. Исполнив же правильному держателю бумаги, он
погашает свое обязательство. Таким образом, легитимация держателя ценной бумаги
в качестве субъекта соответствующего права имеет значение как в интересах самого
держателя, которого он управомачивает выступить с соответствующим притязанием,
так и в интересах обязанного лица, который, исполнив свою обязанность
предъявителю, освобождает себя от ответственности перед действительным
субъектом права, если держатель таковым не был.

Однако, легитимационное значение предъявления бумаги само по
себе достаточно только в том случае, когда ценная бумага является бумагой на
предъявителя. В других случаях легитимационное действие ценной бумаги, как в
отношении ее держателя, так и в отношении обязанного лица основано не только на
предъявлении бумаги, но и на некоторых иных юридических фактах. Предъявление
ценной бумаги всегда необходимо для осуществления выраженного в ней права. Но
не всегда достаточно одного предъявления. В случае ценных бумаг иных, чем
бумаги на предъявителя, для обоснования претензий держателя, а также для
признания исполнения со стороны должника, совершенным по надлежащему адресу,
необходима еще дополнительная легитимация, различная для отдельных видов ценных
бумаг. (См. ниже гл. 1, 2.)

Необходимость предъявления бумаги для осуществления
выраженного в ней права предполагает зависимость между бумагой и
соответствующим правом. Бумага является как бы носителем права. Право
овеществляется в бумаге. Однако, этой формуле нельзя придавать значение
большее, чем обратному выражению, порой весьма удобному при изложении и хорошо
оттеняющему особенности ценных бумаг, но ни в какой степени не обладающему той
степенью точности, которая необходима в юридических построениях.

Зависимость, существующая между ценной бумагой и выраженным
в ней правом, приводит к тому, что передача этого права предполагает и передачу
права на бумагу. Только тот, кто имеет право на бумагу, может в силу этого
права распоряжаться ею с целью осуществления права из бумаги. Право на бумагу и
право из бумаги нормально имеют одну и ту же судьбу. Они могут быть разъединены
только в случае, специально установленном законом, каковым является случай
объявления бумаги уничтоженной в особом, определенном законом порядке.

Владение бумагой служит не только для легитимации держателя
в качестве субъекта означенного в ней права в отношениях между ним и обязанным
лицом. Владение бумагой легитимирует держателя в качестве субъекта права, также
и в отношении третьих лиц. В этом случае один факт владения бумагой сам по себе
достаточен также только для бумаг на предъявителя. Для других ценных бумаг
необходима дополнительная легитимация. Легитимация держателя в отношении
третьих лиц чаще всего имеет значение в случае обращения взыскания на право,
выраженное в ценной бумаге. Обращение взыскания на право, выраженное в ценной
бумаге, может иметь место только путем обращения взыскания на самую бумагу.
Поэтому только после обращения взыскания на самую бумагу возможно обращение к должнику
в порядке, предусмотренном ст. 292 Г. П. К.

От ценных бумаг необходимо отличать так называемые
легитимационные бумаги и легитимационные знаки. Предъявление легитимационных
бумаг и знаков не является необходимым условием для осуществления соответствующего
права. Предъявление легитимационной бумаги или значка не управомачивает
требовать исполнения. Но должник управомочен исполнить свою обязанность
предъявителю. Исполнив обязательство предъявителю, должник освобождает себя от
обязанности и не несет ответственности перед действительным субъектом права,
если предъявитель таковым не был. Таким образом эти бумаги и знаки, также как и
ценные бумаги, имеют легитимационное значение в интересах должника, но в
отличие от них не имеют легитимационного значения в интересах держателя.

Легитимационные бумаги и знаки весьма распространены в
повседневной жизни и в деловом обороте. Очень часто на них имеется одно только
изображение какого-либо знака или номера и нет другого текста, в частности, на
них обычно отсутствует подпись обязанного лица. Они всегда имеют в виду
предъявителя и не содержат наименования управомоченного лица. К их числу
принадлежат гардеробные марки, так называемые «собачки», т. е. номерки,
выдаваемые в банках клиенту, совершившему операцию, для представления их в
кассу при получении денег и т. д. Ввиду своей многочисленности они не поддаются
исчерпывающему перечислению.

Юридический документ может выполнять не одну, а несколько
указанных функций. Все документы, в том числе и ценные бумаги, могут служить
письменным доказательством. Ценная бумага может быть, кроме того, и
конститутивной бумагой, как, напр., вексель, но может и не быть ею, – напр.,
акция. Составление и выдача акции не является необходимым условием для
возникновения прав акционера. Наконец, ценная бумага может добавочно выполнять
легитимационные функции, кроме тех, которые присущи ей как определенной ценной
бумаге. Такой случай мы имеем в отношении ценных бумаг, управомачивающих
должника чинить исполнение не только субъекту Орава, означенному в бумаге, но и
каждому ее предъявителю (808 Гер. Гражд. Ул.). В юридической литературе за ними
укрепилось название легитимационных бумаг, также как и за бумагами, описанными
выше. Однако, их необходимо строго различать. В одном случае дело идет об именной
ценной бумаге, имеющей, кроме того, и легитимационные функции, выходящие за
предел тех, которые присущи именным бумагам. В другом случае документ вообще не
является ценной бумагой.

На практике определение того, принадлежит ли документ к
числу ценных бумаг, может в отдельных случаях оказаться затруднительным. Решать
этот вопрос следует по рассмотрении совокупности обстоятельств, позволяющих
судить о том, какова воля сторон, – желали они сделать бумагу необходимой для
осуществления выраженного в ней права или нет. Облегчает задачу принадлежность
бумаги к такому типу, который обычно рассматривается в обороте как ценная
бумага. Вопрос не представляет затруднений тогда, когда документ обладает
реквизитами, которые в силу закона определяют ее принадлежность к определенному
типу ценной бумаги (напр., вексель) .

Термин «ценная бумага», употребляемый юридической теорией
для обозначения документов, предъявление которых необходимо для осуществления
выраженных в них прав, не имеет единого и вполне определенного значения в
современных законодательствах . В советском законодательстве он часто
обозначает бумаги, составляющие предмет массовых эмиссий государства или
хозяйственных предприятий (облигации, акции). В этом смысле ст. 23 Г. К. говорит об изъятии из оборота аннулированных ценных бумаг. В этом же смысле употреблен
термин «ценная бумага» в ст. 30 Положения о товарных и фондовых биржах и
фондовых отделах при товарных биржах, указывающий на государственные (в том
числе и коммунальные), а также на допущенные к обращению в пределах СССР
иностранные ценные бумаги как на объект биржевого оборота. В этом же смысле
употребляют выражение «ценная бумага» положения и уставы кредитных учреждений.

Согласно ст. 204 Г. П. К. и ст. 89 Полож. о нотариате РСФСР
в депозит суда и нотариусу могут быть внесены деньги, ценные бумаги и
драгоценности. Значение термина «ценные бумаги» не является в этом случае
совершенно ясным. До настоящего времени практика не внесла еще определенности в
этот вопрос. Вполне допустимо придать термину то же значение, которое
вкладывает в него теория, и допускать внесение в депозит суда всякого
документа, предъявление которого необходимо для осуществления выраженного в нем
права. Мыслимо, хотя Г. П. К. этого и не делает, допускать внесение в депозит
вообще всякого документа, а следовательно, и всякого рода ценных бумаг. На этой
точке зрения стоит германское право (§ 372 Гер. Гр. Ул.). То же значение, что и
в ст. 204 Г. К, имеет термин «ценные бумаги» в ст. 100 Кодекса Законов о браке,
семье и опеке.

Употребление термина «ценная бумага» совпадает с
теоретическим его значением в прим. 2 к ст. 60 Г. К., которая говорит о
государственных и иных допущенных к обращению в пределах СССР ценных бумагах на
предъявителя, содержащих обязательство платежа определенной денежной суммы. В
этом случае выражение «ценная бумага» употреблено для того, чтобы ограничить
действие нормы только теми денежными документами на предъявителя, предъявление
которых необходимо для осуществления выраженного в них права и исключить
применение ее к распискам, не указывающим имени того, кому она выдана, или к
легитимационным бумагам.

Таким образом, термин «ценная бумага» подлежит каждый раз
особому истолкованию для определения того, какое значение придано ему той или
иной нормой.

Выявление понятия ценной бумаги имело место первоначально в
Германии, а затем также и в других странах. Еще полстолетия назад Thol называл
ценной бумагой всякий документ имущественно-правового содержания. Но вскоре
после этого Brunner предложил свое определение понятия ценной бумаги, которое
легло в основу дальнейшей разработки вопроса. Определение Brunner’a гласит
следующим образом: «Wertpapier ist eine Urkunde ueber ein Privatrecht, dessen
Verwertung durch die Innehabung der Urkunde privatrechtlich bedingt ist.
Brunner уловил в нем ту характерную особенность, которая позволяет объединить в
одном понятии все разнообразие отдельных видов ценных бумаг. Его формула в
процессе последующей разработки подверглась уточнению, но не менялась по
существу. Е. Jacobi, взгляды которого приняты господствующим в настоящее время
в германской науке направлением в теории ценных бумаг, определяя ценную бумагу
как документ, предъявление которого необходимо для осуществления выраженного в
нем права, справедливо отмечает тождество своего определения с определением
Brunner’a.

В настоящее время единое понятие ценной бумаги не составляет
исключительное достояние германской науки. Швейцария, цивилистическая доктрина
которой тесно связана с германской, целиком восприняла германские взгляды, что
и получило выражение в составленном Е. Huber’ом проекте 1919 г. о пересмотре титулов XXIV-XXXIII швейцарского обязательственного права. В Италии понятие
ценной бумаги вошло в научный обиход и, что обычно свидетельствует о победе
новой юридической фигуры, заняло определенное место в юридическом преподавании.
Кроме того, Италия сделала крупный вклад в теорию ценных бумаг в лице Vivante,
который в т. III своего курса торгового права дал монографическое исследование
вопроса, представляющее собой одну из наиболее капитальных работ в этой
области. Определение, положенное Vivante в основу своего исследования,
совпадает с определением Jacobi, с тем, однако, что Vivante суживает его путем
введения признака автономности и литтеральности права, выраженного в бумаге и,
таким образом, исключает из него, так наз. в Германии, Rektapapiere (см. гл. 1,
2).

Особое положение занимает французская доктрина.
Установившаяся в ней традиция различает два вида бумаг, – valeurs mobilieres и
effets de commerce. Понятие valeurs mobilieres обнимает собой совокупность
бумаг, составляющих предмет массовых эмиссий и могущих обращаться на фондовой
бирже при содействии фондовых маклеров. К их числу относится французская рента,
облигации, выпускаемые юридическими лицами публичного или частного права, и акции.
Effets de commerse представляют собой бумаги, предназначенные, главным образом,
для производства расчетов по торговым операциям, как, напр., вексель и чек.
Несмотря на возможность, предоставленную ст. 76 Французского Торг. Код., эти
бумаги на практике не составляют предмета сделок, совершаемых при содействии
биржевых маклеров. Торговля ими совершается при посредстве банков, а также
разного рода банкирских и меняльных контор. Таким образом, valeurs mobilieres и
effets de commerce имеют различный рынок. В первом случае это так наз. рынок
капиталов, во-втором – денежный рынок.

Понятия valeurs mobilieres и effets de commerce в
совокупности не покрывают полностью понятие ценной бумаги в том его объеме,
который принят в германской литературе. Так, напр., товарораспорядительные
документы не попадают ни в ту, ни в другую группу, за исключением, впрочем,
варранта, который может быть отнесен к effets de commerce.

Традиционная система изложения французского торгового права,
рассматривающая отдельно каждую из этих групп, создает неудобства, которые в
настоящее время, благодаря более усиленной разработке во французской доктрине
соответствующих проблем, делаются особенно заметными. Некоторые первостепенной
важности юридические вопросы имеют одинаково существенное значение как в учении
о valeurs mobilieres, так и в учении об effets de commerce. Так, напр., вопрос
об исключении для должника возможности приводить против требования по бумаге
возражения, основанные на отношениях между ним и кем-либо из предшественников
держателя, может быть приурочен как к тому, так и к другому отделу, причем
делается неизбежным или повторение или соответствующая ссылка. Эти неудобства,
а также влияние немецкой и итальянской доктрины, привели к попыткам разработать
единую обобщающую теорию. Наибольший интерес в этом направлении представляет
работа Thaller’a об юридической природе titres de credit. Понятие titres de credit Thaller определяет следующим образом: «Valeurs de tout genre enfermees dans un instrument de papier,
dans un certificat, se pretant a une circulation facile et dormant au porteur
un droit Й une ou и plusieurs
prestations pecuniaires qu’il tire ou parait tirer du titre lui meme». Под
это неточное и очень расплывчатое определение Thaller подводит векселя, чеки,
облигации, ордерный страховой полис и некоторые другие бумаги. Товарные бумаги
с его точки зрения не являются titres de credit. При помощи понятия titres de
credit он делает попытку объединить valeurs mobilieres и effets de commerce.
Еще до появления цитируемой работы, Thaller высказался за построение единой
теории ценных бумаг, находя, что перенесение во Францию этой идеи привело бы к
значительным преимуществам.

Французская доктрина не создала еще систематического учения
о ценных бумагах по французскому праву. Она находится только в начале этого
пути, несмотря на то, что в разработке проблем, связанных с отдельными видами
ценных бумаг, ей принадлежат весьма значительные заслуги (особенно по вопросу
об именных бумагах и об юридической природе трансферта).

Обособленное положение занимает в интересующем нас вопросе
Англия и Северо-Американские Соединенные Штаты. Английское и американское право
не знает понятия ценной бумаги. Но им не чуждо обобщение положений, относящихся
к отдельным видам ценных бумаг. Результатом такого обобщения является в
англо-американской юриспруденции понятие оборотного документа (negotiable
instrument). Оборотным документом считается предъявительская или ордерная
бумага, предоставляющая своему добросовестному держателю право на получение
платежа, свободное от недостатков в праве его предшественников. Понятие
оборотного документа известно в С. А. С. Ш. также и законодательству.
Большинство штатов имеют мало отличающиеся друг от друга законы, посвященные
оборотным документам. Типичным может считаться Нью-Йорский Negotiable
Instruments Law, 1897 г. В § 20 этого закона указаны реквизиты оборотного
документа. Типичными оборотными бумагами являются переводный вексель (bill of
exchange), простой вексель (promissory note) и чек (cheque). Но к их числу
могут быть отнесены и другие бумаги, как, напр., банковые билеты, облигации на
предъявителя.

Понятие оборотного документа значительно уже понятия ценной
бумаги. Оно довольно близко подходит к французскому понятию effets de commerce,
но все же не совпадает с ним. Теория ценных бумаг разрабатывалась главным
образом в связи с учением о бумагах на предъявителя, которые на европейском
континенте представляют собой довольно резко обособленный вид ценных бумаг.
Обособлению бумаг на предъявителя способствовало то обстоятельство, что право
европейских континентальных государств не допускает векселей на предъявителя.
Наоборот, английское и американское право допускают векселя на предъявителя,
что делает возможным объединение на основе вексельного права положений о целом
ряде других бумаг не только ордерных, но и на предъявителя.

Понятие оборотной бумаги обладает некоторыми несомненными
практическими преимуществами. Благодаря меньшему по сравнению с понятием ценной
бумаги объему, ему присуще большое содержание. Положений, общих всем оборотным
документам, больше, чем положений, общих всем ценным бумагам. Однако это
обстоятельство приводит и к практическому недостатку понятия Оборотного
документа. Оно объединяет меньшее количество документов, чем понятие ценной
бумаги, и не выделяет юридически весьма существенного момента – необходимость
предъявления бумаги для осуществления выраженного в ней права.

Ввиду зависимости понятия оборотного документа от допущения
векселей на предъявителя, оно не может быть использовано при догматической
разработке континентального европейского права, а также и советского права.

Общее понятие ценной бумаги известно русской цивилистической
науке. Проф. Г. Ф. Шершеневич, отмечая, что «понятие о ценных бумагах не успело
до сих пор выясниться ни в жизни, ни в науке, ни в законодательстве», считал
необходимым установить за этим термином определенное содержание. Понятие ценной
бумаги он определял следующим образом: «под именем ценной бумаги следует
понимать документ, которым определяется субъект воплощенного в нем имущественного
права». Проф. В. М. Гордон, не определяя понятия ценной бумаги, указывает
характерные для него признаки (начала  литтеральности, легитимации,
презентации, абстрактность и автономность права из бумаги; об этих признаках
см. гл. 1, 2).

Разработка теории ценных бумаг оказала значительное влияние
на новейшие проекты кодификации торгового права: швейцарский проект 1919 г., итальянский проект Торгового Кодекса, составленный комиссией под председательством С.
Vivante, и проект Торгового Свода СССР, составленный Комиссией при быв.
Комвнуторге, работавшей под председательством проф. В. Ю. Вольфа. Эти три
проекта представляют значительный интерес, впрочем, не столько ввиду своего
официального происхождения и назначения, сколько в качестве первых попыток формулировать
результат теоретических исследований в области ценных бумаг в виде
законодательных норм.

Швейцарский проект следующим образом определяет понятие
ценной бумаги: «Wertpapier im Sinne dieses Gesetzes ist eine jede Urkunde, mit
der ein Recht, auf das sie lautet, derart verknupft erscheint, dass ohne die
Urkunde das Recht weder verwertet oder geltend gemacht, noch auf andere
uebertragen werden kann» (art. 842).

Итальянский проект дает следующее определение: « titolo di
credito 6 il documento necessario per esercitare il diritto letterale che vi e
menzionato. Non e titolo di credito il documento che contine 1’obligo di
scambiare due prestazioni». (Art. 309).

Проект Торгового Свода СССР признает ценными бумагами
«документы, предъявление которых составляет необходимое условие для
осуществления основанного на них права» (ст. 186).

Определение швейцарского проекта формулировано в
описательном стиле. Определение итальянского и советского проекта носят более
лапидарный характер. Но во всех трех проектах определения построены на
признании необходимости предъявления документа, и, следовательно, владения им
для осуществления выраженного в нем права.

Особенность итальянского проекта составляет то, что он не
относит к числу ценных бумаг бумаги типа Rektapapiere германского права, как
это вытекает из приведенного выше определения, в которое введен признак
литтеральности права. Rektapapiere этим свойством не обладают (см. гл. 1, 2).

Общность содержания понятия ценной бумаги, установленная в
указанных трех проектах, свидетельствует об определившейся тенденции
континентального европейского права к объединению положений об отдельных видах
ценных бумаг в единую систему.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ