Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 47      Главы: <   41.  42.  43.  44.  45.  46.  47.

    § 1. Правила о долевой ответственности наследника

    Если наследников несколько, возникает вопрос: каковы пределы ответственности каждого из наследников. При наследовании по закону этот вопрос разрешается весьма просто. В силу ст. 420 ГК «при наследовании 'по закону наследственное имущество делится на равные доли между лицами, призванными к на-

    Эту установку Верховный суд СССР давал и ранее. См., например, определение № 763—42 от 30 сентября 1942 г., по иску Ахалумского райпром-комсбыта к Гаспарян ](«Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР 1942 г.», М„ 1947, стр. 212).

    2 «Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР 1940 г.». М., 1941, стр. 236 (разрядка наша.— Б. А. и К. Г.).

    17*

     

    262

    следованию». В соответствии с таким делением прав наследо-дателя, составляющих актив наследства, делятся и обязанности наследодателя, образующие пассив наследства. Каждый из наследников по закону несет ответственность 'по долгам наследства в пределах стоимости своей доли в активе наследства.

    Внуки и правнуки наследодателя, как известно, призываются к наследованию не непосредственно, а в порядке представления '. Наследники, призываемые к наследованию в порядке представления, «делят между собой поровну ту долю, которая причиталась бы их умершему родителю». Поэтому наследники в порядке представления получают только часть той доли в наследстве, которая причиталась бы наследнику по закону, призываемому к наследованию в общем порядке. Только в совокупности доли лиц, наследующих в порядке представления, равны доле того наследника, которого они представляют (то есть доле их умершего родителя). Только в том случае, если в порядке представления наследует один наследник, единолично представляющий своего умершего родителя, доля наследника в порядке представления в активе и в пассиве наследства оказывается равной доле любого из наследников, призываемых к наследованию в общем порядке. Как известно, ст. 421 ГК устанавливает правило, также приводящее к некоторому неравенству долей наследников по закону: «Из лиц, призванных к наследованию ..., те, кто проживал совместно с наследодателем, получают имущество, относящееся к  обычной  домашней  обстановке  и  обиходу...  сверх доли из имущества умершего, причитающейся им согласно ст. 420 ГК» 2.

    Из этого следует, что при наследовании по закону некоторые права наследодателя переходят только к наследникам, проживавшим совместно с наследодателем, притом переходят сверх долей в прочем имуществе, которое делится между наследниками поровну. Однако и в этом случае нет оснований для отступления от общего принципа: ответственность наследника по долгам наследства не может превышать стоимости наследственного имущества, причитающегося данному наследнику. Стоимость домашней обстановки и обихода, переходящих к наследникам, проживавшим совместно с наследодателем, не исключается из стоимости наследства. Ответственность каждого наследника по долгам наследства пропорциональна действительной стоимости актива наследственного имущества, переходящего к данному наследнику. Если один из наследников получает известную ценность (в виде обстановки и вещей домашнего обихода) сверх обыкновенной равной доли наследника по закону (ст. 420 ГК), то этот насЛед-

    ' О наследовании в порядке представления см. § 2 гл. IV. 8 Подробности о применении ст. 421 ГК изложены в § 4 гл. IV.

     

    253

    ник должен и ответственность по делам наследства нести в пропорционально большем объеме.

    При наследовании по завещанию доли наследников могут быть и неравными. Если завещатель не коснулся в завещании вопроса о распределении между наследниками пассива, то есть долгов, обременяющих наследство, то, как и при наследовании по закону, каждый из наследников должен отвечать по долгам наследства не свыше стоимости своей доли и вместе с тем пропорционально стоимости этой доли. Если не говорить о необходимых наследниках, доли которых неприкосновенны и не могут быть уменьшены завещателем ', завещатель по своему усмотрению может определить долю наследника. Он может даже и вовсе устранить от наследования того или другого наследника. Определение размера доли наследника может быть дано в завещании любым способом. В частности, завещатель вправе уменьшать долю наследника, не только понижая стоимость переходящего к наследнику актива наследства, но и повышая сумму обременении, переходящих к наследнику, например, возлагая на него обязанность оплатить тот или другой долг, удовлетворить требования отказополучателя. Поэтому при наследовании по завещанию доли наследников в пассиве наследства могут оказаться и не равными и даже не пропорциональными долям в активе наследства. Однако завещатель не может обязать наследника оплатить долги наследства на сумму, превышающую действительную стоимость доли в активе, переходящей к этому наследнику. Такое завещательное распоряжение было бы не действительно в силу ст. 434 ГК, которая относится к любому наследнику, принявшему наследство, — следовательно, не только к наследнику по закону, но и к наследнику по завещанию.

    Завещатель лишен права увеличивать обременение наследника по пассиву наследства, если речь идет о необходимом наследнике. Неприкосновенность долей необходимых наследников гарантирована этим наследникам в ч. 2 ст. 422 ГК. Непропорциональное увеличение обязательств необходимых наследников, в сравнении с действительной стоимостью их доли в активе наследства, приводило бы к фактическому уменьшению доли необходимого наследника, свободной от долгов. Это увеличение было бы обходом закона, поскольку ст. 422 ГК в ч. 2 говорит о неприкосновенности долей необходимых наследников, имея в виду доли при наследовании по закону. При наследовании же по закону доля наследника в пассиве наследства всегда пропорциональна его доле в активе.

    ' См. § 3 гл. V.

     

    254

    Когда наследство принято не одним, а несколькими наследниками, практическое значение получает иногда вопрос о п о-р я д к е, в котором наследники отвечают перед кредиторами наследодателя. Иными словами, при множественности наследников необходимо бывает выяснить, отвечают ли наследники -перед кредиторами наследодателя солидарно или только в пределах своих долей в наследстве. Вопрос о солидарной ответственности здесь вовсе не исключен правилом, вытекающим из ст. ст. 420 и 434 ГК, по которому каждый из наследников отвечает перед кредиторами не свыше действительной стоимости своей доли в принятом наследственном имуществе. Ведь согласно ч. 3 ст. 115 ГК должник, исполнивший солидарное обязательство, имеет право обратного требования к остальным должникам в равной доле. Поэтому, признав солидарную ответственность наследников перед кредиторами и допуская регрессное требование наследника, сполна удовлетворившего кредитора, к другим наследникам, мы остаемся на почве ст. ст. 420 и 434 ГК.

    В нормах нашего наследственного права ответ на вопрос о характере ответственности наследников перед кредитором наследства не содержится. По общим же правилам ст. 115 ГК солидарная ответственность должников не предполагается: такая ответственность должна быть установлена законом или договором. Основываясь на этом положении, В. И. Серебровский еще в 1925 году писал: «Солидарная ответственность наследников наступает только при  неделимости предмета обязательства (ст. 116 ГК)» '. В последующих своих работах В. И. Серебров-ский не упоминает прямо о солидарной ответственности наследников в тех случаях, когда предмет обязательства неделим, пользуясь менее конкретной формулировкой: «Закон... в качестве общего правила солидарной ответственности наследников по долгам наследодателя не устанавливает...» 2.

    Это положение совершенно правильно, но требует некоторых уточнений3.

    Если предмет обязательства наследодателя является неделимым, то в силу ст. 116 ГК каждый из наследников, принявших наследство, несет перед кредитором солидарную ответственность, сохраняя лишь право на перерасчет путем осуществления регрес-сных исковк другим наследникам. Таковы случаи, в которых на-

    ' В. И. Серебро веки и, Наследственное право, М„ 1925, стр. 66. В 1925 году ст. 422 КЗоБСО еще не существовала.

    2 «Гражданское право», учебник для юридических институтов, т. 2. М., 1944, стр. 307. Эта формулировка воспроизведена в точности и в новом учебнике «Советское гражданское право», т. 2. учебное пособие для юридических .вузов. 1951. стр. 479.

    3 Эти уточнения отчасти сделаны В. И. Серебровским в работе «Наследственное право», М., 1948, стр. 57.

     

    следодатель обязан был выдать кредитору неделимую вещь и т. д. В 4.2 ст. 422 КЗоБСО РСФСР содержится прямое указание закона о солидарной ответственности наследников. Ответственность наследников перед детьми, получавшими алименты от наследодателя (ч. 1 ст. 422 КЗоБСО), «является для них солидарной и возлагается на них пропорционально размерам полученного наследства»'.

    Редакция ч. 2 ст. 422 КЗоБСО не вполне удачна, но ясно, что перед лицом, претендующим на алименты, наследники отвечают в полном размере, в порядке солидарной ответственности. После же удовлетворения требования кредитора производится перерасчет между наследниками по принципу возложения ответственности пропорционально стоимости наследственной доли каждого наследника3. В своем постановлении от 23 февраля 1925 г. Пленум Верховного суда РСФСР предусмотрел особое правило определения долга наследников, заключающееся в обязанности производить систематические платежи3. При вычете долгов умершего, говорится в постановлении Пленума, в случае наличия судебного решения о периодических взысканиях по делам об алиментах и за увечье применяется десятилетняя сумма присуждаемых платежей, если иной срок не указан в решении или не вытекает из существа решения.

    Как мы отметили ранее, завещатель вправе по своему усмотрению распределить между наследниками свои обязательства перед кредиторами, не считаясь с пропорцией между долгами и правами наследников. Единственным ограничением является лишь императивное правило ст. 434 ГК: наследник не обязан удовлетворять кредиторов на сумму, превышающую действительную стоимость доли наследника, хотя бы это и было предусмот-

    1 Солидарную ответственность наследников устанавливает и ст. 48 Семейного кодекса Грузинской ССР в отношении пасынков или падчериц наследодателя.

    2 Г. Н. Амфитеатров, правильно 'воспроизводя схему солидарной ответственности наследников перед лицами, 'имеющими право на алимента-цию согласно ст. 422 КЗоБСО, приводит невозможный на практике случай:

    «Наследодатель по завещанию оставил все свое имущество дочери, во после него остался еще нетрудоспособный совершеннолетний сын». По мнению автора, в этом случае у дочери яаследодателя возникает обязанность алимен-тировать своего брата в порядке ст. 422 КЗоБСО.-Однако нетрудоспособный сын, хотя бы и совершеннолетний, является в силу ч. 2 ст. 422 ГК необходимым наследником; завещание, в котором обойден такой наследник, не действительно; нетрудоспособный сын получит свою долю в наследстве, а правило ст. 422 не найдет себе применения (см. Г. Н. Амфитеатров. Право наследования в СССР, 1946, стр. 31).

    3 Постановление Пленума Верховного суда РСФСР от 23 февраля 1925 г., протокол № 3. «Еженедельник советской юстиции» 1925 г. № 11.

     

    266

    рено завещателем 1. Это правило свободного распределения долей в пассиве наследства по завещанию безусловно обязательно в отношениях наследников между собою. Ведь наследники приняли наследство по завещанию и тем самым выразили (в односторонней сделке принятия наследства) согласие выполнить волю завещателя. Каково, однако, значение распределения долгов наследства по завещанию для кредиторов наследства? Очевидно, что для кредиторов обязательны только те ограничения ответственности наследников или наследника, которые установлены законом. Кредитор не вправе требовать с наследников удовлетворения по долгам, превышающим актив наследства. Но диспропорции в распределении долгов между наследниками, внесенные завещанием, для кредитора наследодателя не обязательны.

    Кредитор вправе обращать свои требования к наследникам, исходя из того, что размер ответственности каждого наследника пропорционален стоимости прав, переходящих по наследству к э т о м у наследнику (ст. ст. 420 и 434 ГК). Когда закон установил солидарную ответственность наследников по долгам наследодателя, кредитор наследодателя вправе от любого из наследников потребовать удовлетворения в полном объеме. Последующие внутренние перерасчеты между наследниками кредитора наследодателя не касаются. •

    Разумеется, что по соглашению между наследниками и кредиторами наследодателя возможно установление любого порядка расчета с кредиторами наследодателя. Возможно, например, по соглашению наследников с кредиторами сосредоточение всех расчетов у того из наследников, который проживает в том же городе, что и кредитор, или у того, который получил большую часть наследственного имущества, и т. д.

    § 2. Порядок и срок предъявления требований к наследникам

    Примечание к ст. 434 ГК РСФСР и соответствующие нормы Гражданских кодексов других  союзных республик ограничивают срок на предъявление требований к наследникам. «Кредиторы наследодателя, — говорится в примечании к ст. 434 ГК РСФСР, — обязаны заявить свои претензии под страхом утраты права требования в течение шести месяцев со дня открытия наследства» 2.

    ' Случаи солидарной ответственности наследников перед кредиторами наследства являются исключением из этого правила.

    2 Этот текст примечания к ст. 434 ГК РСФСР остается неизменным с момента издания Гражданского кодекса, если не говорить об общем пересмотре всех норм наследственного права в связи с законом РСФСР 20 июля 1930 г.,

     

    257

    Текст примечания к ст. 434 ГК не позволяет рассматривать этот шестимесячный срок как срок давности: закон говорит здесь не о предъявлении иска в суде, а о заявлении претензий, М. П. Ринг справедливо указывает, что здесь нет налицо одного из признаков давности: непредъявления иска в течение срока, установленного в законе'.

    Кому, однако, кредитор наследодателя должен заявлять свои претензии? Президиум Верховного суда РСФСР указал, что заявления по ст. 434 ГК «считаются предъявленными в срок, если они заявлены нотариусу или финансовому органу или суду»2. Следовательно, судебная практика изменила смысл примечания к ст. 434 ГК, в силу которого предъявление претензии к самим наследникам уже должно считаться достаточным для соблюдения правила о шестимесячном сроке.

    Очевидно, что заявление кредитором своей претензии финансовому органу в настоящее время возможно только при отсутствии наследников, когда наследство никем не принято. Нотариусы открывают теперь производство о наследстве только в связи с поступившим к ним заявлением о выдаче свидетельства о праве наследования (ст. 435 ГК). Поэтому во многих случаях в судебной практике оказывается, что кредитору наследодателя в примечании к ст. 434 ГК предоставлен в сущности срок н а предъявление иска. Судебные органы иногда делают отсюда'и другой практический вывод: они применяют ст. ст. 48 и 49 ГК к сроку по примечанию к ст. 434 ГК, то есть иногда признают этот срок приостановленным; иногда суды продлевают этот срок, когда он оказывается пропущенным по уважительным причинам. Оставаясь на позициях действующего закона (Гражданского кодекса), невозможно обосновать этот вывод: примечание к ст. 434 ГК вполне определенно и решительно предлагает кредиторам наследодателя заявить свои требования в течение шести месяцев со дня открытия наследства «под страхом утраты права требования».

    В нашей литературе отмечалось неудобство, возникающее от того, что срок на принятие наследства равен сроку на заявление кредиторами претензий к наследнику. Указывали, что в 'некоторых случаях кредитор до истечения последнего дня шестимесячного срока может и не знать, кому он должен адресовать свою претензию. Уже после принятия наследства может обнаружиться,

    по которому сроки должны отсчитываться не с момента принятия к наследству мер охранения, а с момента открытия наследства (СУ РСФСР 1930 г. № 10, ст. 91).

    .1 М. П. Ринг, Исковая давность в советском гражданском праве, Автореферат диссертации, М., 1952, стр. 7.

    3 Разъяснение Президиума Верховного суда РСФСР от 2 июля 1928 г. («Сборник разъяснении Верховного суда РСФСР», М., 1931, стр. 193).

     

    2S8

    что имеется еще претензия кредитора, о которой ничего не было известно до последнего дня шестимесячного срока. Так бывает, например, если кредитор по почте послал свое исковое заявление в суд. Но эти неудобства не так уж значительны: кредитору закон указывает путь, которым он должен итти, если наследник неизвестен ', наследника же всегда ограждает правило ст. 434 ГК: он не отвечает перед кредиторами наследодателя свыше действительной стоимости своей доли в наследственном имуществе. Но если признавать, что срок, установленный примечанием к ет. 434 ГК, может быть приостановлен или продлен судом, то в некоторых случаях могут возникнуть действительно серьезные затруднения. По истечении шести месяцев со дня открытия наследства наследник, принявший наследство, не имеет более никаких оснований воздерживаться от ликвидации имущества, от его расходования. Однако, если срок по примечанию к ст. 434 ГК будет судом восстановлен, наследник может оказаться в тяжелом положении: ведь ему придется отвечать перед кредитором в пределах стоимости наследственного имущества на момент открытия наследства 2, а не в пределах стоимости имущества, оказавшегося налицо в момент предъявления кредитором своего требования. Конечно, когда поведение наследника было недобросовестно, когда он скрывал, например, от кредитора факт открытия наследства, нет ничего несправедливого в применении к наследнику общего правила о пределах ответственности наследника. Но если поведение наследника было безупречно, то очевидно, что восстановление срока кредитору (несмотря на правило примечания к ст. 434 ГК) должно влечь за собой ограничение ответственности наследника перед кредитором в сравнении с правилом ст. 434 ГК. В таких случаях, как нам представляется, ответственность наследника должна определяться стоимостью наличного наследственного имущества, то есть имущества, которое налицо у наследника на момент предъявления к нему требования. Именно такой выход был найден Пленумом Верховного суда СССР в постановлении от 5 сентября 1952 г. «О судебной практике 'по применению ст. ст. 430 и 433 ГК РСФСР и соответствующих статей ГК других союзных республик» для тех слу- ' чаев, когда восстанавливается срок наследнику для принятия наследства. Подобное решение представляется нам приемлемым и для тех случаев, когда срок восстановлен не наследнику, а кредитору наследодателя.

    Мы думаем при этом, что понятие «наличное имущество» не следует толковать чрезмерно узко — только в смысле вещей, входивших в состав наследственной массы.

    1 Статья 29 ГПК, см. об этом ниже. •2 См. об этом в § 1 этой главы.

     

    2SV

    - Если наследники, получив по наследству дачу, продали ее и приобрели на вырученную от 'продажи сумму другую дачу либо дом в городе, нельзя считать, что право кредиторов потребовать удовлетворения от наследников тем самым устранено, поскольку у наследников нет уже тех конкретных вещей, которые они унаследовали. С нашей точки зрения, это право кредиторов сохраняется и в том случае, если наследники перевели наследственное имущество как экономическую ценность из одной формы в другую. Существенно лишь, чтобы это формальное преобразование имущества было установлено и было соблюдено основное начало ст. 434 ГК.

    Удовлетворяя требования кредиторов наследодателя, наследники должны соблюдать общие правила об очередности удовлетворения требований (ст. 101 ГК РСФСР, ст_. 266 и следующие за ней статьи ГПК РСФСР и соответствующих им норм гражданских кодексов и гражданско-процессуальных кодексов других союзных республик). Это относится, конечно, только к тем редким на практике случаям, в которых пассив наследства превышает его актив.

    Наследник во всех случаях вправе отложить расчет с кредиторами до выяснения всех требований кредиторов, то есть до истечения шестимесячного срока, предусмотренного в ст. 434 ГК .(примечание).

    ; Это не может, однако, повлечь за собой отказа наследников в выплате очередных платежей по алиментным обязательствам, перешедшим от наследодателя. Предусмотренная законом очередность удовлетворения требований ставит требования об алиментах на первое место. Поэтому не 'может быть опасений, что очередной платеж *сумм по действительному алиментному обязательству может быть успешно оспорен другими кредиторами на-следодателей, не получившими удовлетворения за недостаточностью наследственного имущества. Со своей стороны кредиторы не лишены права просить суд об обеспечении их требований в порядке ст. 82 и ел. ГПК РСФСР и соответствующих статей  гражданско-процессуальных  кодексов других союзных республик.

    Если учесть практику восстановления судами срока, предоставленного в ст. 434 (примечание) кредиторам на заявление претензий к наследникам, то может возникнуть вопрос, как быть в том случае, если с просрочкой заявленные требования не могут быть полностью удовлетворены из имущества, оставшегося у наследников в наличии. С нашей точки зрения, восстановление срока, пропущенного одним из кредиторов, не может повлечь за собой поворота расчетов, законно произведенных с другими кредиторами, заявившими свои требования в шестимесячный срок

     

    260

    со дня открытия наследства. Кредитор, заявивший свое требование с опозданием (против срока, установленного законом в примечании к ст. 434 ГК), должен будет довольствоваться и неполным удовлетворением из оставшегося в наличии имущества, хотя бы прочие кредиторы (своевременно заявившие требования) получили от наследников полное покрытие своих требований.

    Если кредитор наследодателя не знает и не может узнать, кто является наследником умершего должника и к о м у именно надлежит предъявить требования, кредитор должен руководствоваться правилом, установленным в гражданско-процессуальных кодексах союзных республик. Статья 29 ГПК РСФСР 'допускает «иски к имуществу, оставшемуся после смерти собственника». Эти иски должны предъявляться «по месту нахождения наследственного имущества или основной его части».

    Отсюда следует, что кредитор наследодателя не обязан указывать ответчика в исковом заявлении такого рода, так как это иск к наследству. Персонификации вещей советское право не знает. Ответчик по такому делу — всегда либо наследник, предусмотренный ст. ст. 418 или 422 ГК, либо государство, если других наследников нет и имущество оказывается выморочным.

    В Кодексе законов о браке, семье и опеке РСФСР (ст. ст. 68, 74, 75) предусматривается назначение «опекуна над имуществом» умершего лица. В гражданском же процессе эти опекуны над имуществом рассматриваются как представители стороны (ст. ст. 12 и 15 ГПК РСФСР). Таким образом, по искам кредитора наследодателя опекун над имуществом всегда представляет \ в суде наследника, а не имущество как таковое. В плане будущего законодательства СССР можно пожелать, чтобы вопрос об «исках к наследству» в целом был разрешен в Гражданском кодексе СССР. Целесообразно допустить назначение опекуна над имуществом, не принятым еще наследниками, в судебном порядке. Это устранило бы отсрочку в удовлетворении требований кредиторов, которая неизбежна при назначении опекуна над имуществом органами опеки.

    Вместе с тем нужно поставить и вопрос об удлинении сроков на предъявление требований кредиторами наследодателя. Нужно учесть, что кредитор без всякой оплошности со своей стороны может и не знать о смерти своего должника в течение длительного срока.

    Нам представляется правильным применение к требованиям кредитора наследодателя общего срока давности. Интересы наследников от этого пострадать не могут, .поскольку наследник не отвечает перед кредитором сверх стоимости своей наследственной доли.

     

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 47      Главы: <   41.  42.  43.  44.  45.  46.  47.





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.