§ 4. Соотношение вердикта и приговора в суде присяжных.

§ 4. Соотношение вердикта и приговора в суде присяжных.

67
0

Приговор суда, будучи решением, обобщающим всю совокупность
уголовно-процессуальных отношений, имевших место при производстве по уголовному
делу, постанавливается на основе норм уголовно-процессуального законодательства.
При этом в приговоре как акте судебной власти виновность или невиновность лица
в совершении преступления устанавливается вердиктом, а вид и размер наказания —
приговором суда.  

Вердикт присяжных заседателей, всегда являясь коллегиальным
решением о виновности или невиновности лица (в отличие от приговора, который
может постанавливаться единолично судьей в случаях,  указанных в законе),
выносится также на основании и в рамках уголовно-процессуального закона. В этой
связи представляется, что вердикт присяжных заседателей есть не столько
формальная воля законодателя, сколько реальная значимость всех внутренних и
внешних обстоятельств, выражающих индивидуальное представление о долге, добре,
справедливости и законности. Отмечая это обстоятельство, А.М.Бобрищев-Пушкин
писал, что суд присяжных всегда решает конкретные случаи согласно его
особенностям. При этом в соображениях относительно справедливости у присяжных
заседателей есть “забота об одинаковой судьбе равно виновных”.[143]

Я уже отмечал, что приговор суда, постановленный в рамках
общего порядка судопроизводства или в рамках суда присяжных, должен отвечать
требованиям законности, обоснованности, мотивированности и справедливости. В
связи с этим становится очевидным, что состоявшийся вердикт присяжных
заседателей (то есть вердикт, вынесенный с соблюдением указанных в законе
условий и не вызвавший замечаний председательствующего в порядке ст. 456 УПК),
также отвечает требованиям законности. В этом случае мы можем говорить о том,
что вердикт присяжных заседателей, будучи структурным элементом приговора как
процессуального решения по делу, определяет в целом характер и степень
справедливости судебного решения. Практически такую же точку зрения высказывал
А.А. Квачевский, заметив, что присяжные заседатели своим решением вносят в
приговоры “народную правду, отличную от книжной”.[144]

Приговор суда служит единственным актом, в рамках которого
устанавливается виновность лица. После признания гражданина виновным к нему
могут быть применены меры уголовного наказания. В случае постановления
оправдательного приговора лицо освобождается от инкриминируемого ему обвинения.
Вердикт же присяжных заседателей о виновности лица в совершении преступления,
будучи главным решением по делу в суде присяжных, не позволяет применить к
подсудимому меры уголовного наказания, а создает лишь предпосылки к их
применению. Состоявшийся вердикт присяжных заседателей является окончательным
актом, определяющим объем виновности с точки зрения коллегии присяжных, и в
этом смысле обязателен для председательствующего судьи при решении вопроса о
квалификации деяния.

Действующее законодательство (нормы Конституции РФ и УПК)
позволяет при постановлении приговора о признании лица виновным применить к
нему санкцию уголовного закона (меру уголовного наказания). При этом в
приговоре суда определяется конкретный вид наказания, который предусмотрен
нормой УК.  Вопрос о размере наказания определяется судьей единолично, исходя
из собственного усмотрения в действиях подсудимого смягчающих и отягчающих вину
обстоятельств в случаях, когда по мнению коллегии присяжных заседателей
подсудимый не заслуживает снисхождения, или данный вопрос остался без ответа.

В этом плане приговор суда присяжных близок к  приговору
суда, вынесенному в рамках общего порядка судопроизводства, который определяет
виновность лица и позволяет применить или не применить к нему меры уголовного
наказания. Вердикт присяжных заседателей также выступает в качестве решения
вопроса о виновности или невиновности лица. Однако, будучи совместным решением
самостоятельной коллегии присяжных заседателей, вердикт создает лишь
предпосылки к применению норм уголовного права. Установление виновности лица в
совершении преступления в вердикте не позволяет присяжным заседателям применить
сразу же санкцию уголовного закона. Тем не менее вердикт присяжных заседателей
устанавливает виновность и тем самым определяет фазу привлечения к уголовной
ответственности. При этом решение о виновности в вердикте не всегда является
окончательным, так как в соответствии со ст. 459 УПК обвинительный вердикт не
препятствует постановлению судьей оправдательного приговора за отсутствием в
деянии состава преступления. В то же время вердикт присяжных заседателей может
масштабировать применение санкции уголовного закона. Так, наличие в вердикте
решения коллегии присяжных заседателей о том, что подсудимый заслуживает
снисхождения или особого снисхождения, существенно влияет на вид и размер
наказания.

Современные правоведы при определении основ уголовной
ответственности указывают на то, что уголовная ответственность заключается в
осуждении, порицании лица государством и в претерпевании виновным
правоограничений, вытекающих из его осуждения. В частности, отмечается, что
уголовное правоотношение “включает в себя уже первоначальную стадию применения
уголовного закона — уголовно-правовую оценку деяния. В этом смысле уголовная
ответственность как бы вырастает из оценки деяния как преступления”.[145]
Данная точка зрения представляется мне спорной. Я считаю, что оценка
преступного деяния проходит несколько этапов, которые условно можно назвать
фазами. Так, орган расследования, вынося постановление о привлечении лица в
качестве обвиняемого (ст.ст. 143, 144 УПК), дает уголовно-правовую оценку
деянию. Окончание предварительного расследования и составление обвинительного
заключения (ст. 205 УПК) также основываются на уголовно-правовой оценке деяния,
окончательной с точки зрения следователя (лица, производящего дознание, и
органа дознания). Прокурор, надзирающий за производством и утверждающий
обвинительное заключение, также в свою очередь соглашается с предложенной
следователем уголовно-правовой оценкой либо в случае несогласия с ней дает
собственную уголовно-правовую оценку деянию, составляя новое обвинительное
заключение (ст. 215 УПК). Однако окончательная уголовно-правовая оценка деяния
принадлежит суду (или судье).

Применительно к суду присяжных следует отметить, что вердикт
коллегии присяжных о виновности (или невиновности) подсудимого обусловлен
фактическими обстоятельствами, достаточно полно установленными в судебном
разбирательстве. Тем самым присяжные заседатели предопределяют
уголовно-правовую оценку деяния судьей либо вовсе исключают ее при вынесении
оправдательного вердикта. Подобная точка зрения была  высказана еще
Д.Г.Тальбергом, который отмечал, что “право наказания (jus puniendi) может быть
основано только на почве фактически обоснованных данных действительной
жизни”.[146] Изложенное положение позволяет утверждать, что вопрос об уголовной
ответственности и моменте ее наступления по результатам вердикта окончательно
не разрешается. Уголовная ответственность возникает в момент признания
обвиняемого виновным в совершении преступления обвинительным вердиктом суда,  а
реализуется при вступлении приговора в законную силу. Принцип законности в уголовном
судопроизводстве требует, чтобы каждое решение принималось надлежащими органами
с соблюдением уголовно-процессуальной формы. Вердикт и приговор суда присяжных
выносятся в строгом соответствии с нормами УПК, с соблюдением заданных ими
условий. Известно, что уголовно-процессуальная форма это правовой режим
производства по уголовным делам.[147] Важность и значимость соблюдения
уголовно-процессуальной формы подчеркивается также в Международном пакте о
гражданских и политических правах 1966 года. В нем сказано, в частности, что
“никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в
соответствии с такой процедурой, которые установлены законом” (ст. 9).[148]
Поэтому процессуальная форма в соответствии с вышеизложенными положениями
содержит гарантии прав и законных интересов граждан, в частности, подсудимого.
В юридической литературе отмечается, что под процессуальной формой
(процессуальным порядком) “понимаются все формы судопроизводства в их
совокупности, в их системе как единое целое”.[149] Вердикт присяжных
заседателей, равно как и приговор суда присяжных, выносится в рамках, строго
очерченных законом, и направлен на разрешение задач уголовного судопроизводства
(ст. 2 УПК). Поэтому вынесение вердикта присяжных заседателей находится в
системе процессуальных действий и  также постановляется в соответствии с
требованиями уголовно-процессуальной формы. Однако, если приговор суда
определяет форму уголовной ответственности, то вердикт коллегии присяжных, не
являясь актом государственного публичного порицания с применением в необходимых
случаях мер наказания,[150] определяет лишь виновность как составной элемент
уголовной ответственности. 

Приговор суда присяжных, вступивший в законную силу, играет
роль решения, символизирующего окончание стадии судебного разбирательства и
является решением, обеспечивающим возможность перехода уголовного дела в
следующую стадию. В то же время вердикт коллегии присяжных заседателей, будучи
важным и обязательным элементом решения по делу, не обладает такой юридической силой
как приговор суда. Вердикт присяжных заседателей позволяет перейти уголовному
делу только в следующий этап судебного разбирательства, а именно, в этап
обсуждения последствий вердикта (ст.ст. 457-458 УПК).

В отличие от прецедентного доктринальное право запрещает
судам издавать общенормативные правила по рассматриваемым ими конкретным делам.
Поэтому деятельность органов правосудия в системе континентального права с
самого начала имела конкретный и строго ограниченный характер. Из такого
подхода “вытекало, что и обобщенная судебная практика могла интерпретироваться
лишь субсидиарно, то есть как основа для доктринального толкования действующего
законодательства; нового права она не создавала”.[151] В связи с этим
представляется, что суд присяжных в рамках действующего российского
судопроизводства судебные прецеденты создавать не может. Вместе с тем отдельные
авторы склонны полагать, что в рамках нашего судопроизводства возможен
прецедент, “которым станут руководствоваться судьи в дальнейшем”.[152] Думается,
что данная точка зрения не укладывается в традиционно сложившуюся систему,
отечественных источников права. В такой же степени необоснованной и спорной
является мнение о том, что деятельность  присяжных как судей от общества
происходит “вне четко очерченных рамок закона”.[153] Я полагаю, что
уголовно-процессуальный закон (гл. 10 УПК) в достаточной степени регулирует
условия постановления вердикта. Присяжные заседатели, равно как и судья,
принимают решение в рамках закона, руководствуясь своим внутренним убеждением.
Отличие же видится в том, что коллегия присяжных не обязана мотивировать,
обосновывать это решение. На это же обстоятельство указывал А.Роземблюм,
отмечая, что “присяжные ничем не обязаны мотивировать свои приговоры”.[154]

Отдельные авторы очень высоко оценивают предусмотренную
законом усеченную процедуру судопроизводства в случаях признания подсудимым
своей вины и положительно относятся к введению в дальнейшем сделок о признании
вины. Думается, что в рамках действующего уголовного судопроизводства
реализация идеи о сделках по поводу вины невозможна. Такая новелла потребует
внедрения в уголовно-процессуальное законодательство основополагающих начал
искового процесса, классическим образцом которого является английское
судопроизводство. В соответствии с точкой зрения американских юристов Ньютона
Миноу и Фрейда Кейта, ни  одна из “функций присяжных не предусматривает
установление истины: целью правовой системы может и не быть выяснение
объективной  истины”.[155] Данная позиция по меньшей мере является дискуссионной.
Так, например, ч. 1 ст. 465 УПК в качестве оснований для отмены или изменения
судебных решений кассационной палатой предусматривает: односторонность или
неполноту судебного следствия. Односторонность или неполнота следствия могут
возникнуть в результате ошибочного исключения из разбирательства допустимых
доказательств, которые могут иметь существенное значение для исхода дела;
необоснованного отказа стороне в исследовании доказательств, которые могут
иметь существенное значение для исхода дела; неисследования существенных для
исхода дела доказательств, подлежащих обязательному исследованию  в силу ст.
79, ч. 2 ст. 232, ст. 258, ч. 2 ст. 308, п. 2 ч. 2 ст. 343, ч. 4 ст. 351, ч. 1
ст. 352 УПК;  исследования в судебном заседании недопустимых доказательств,
если это могло иметь существенное значение для исхода дела. Кроме того, в п. 4
ч. 1 ст. 465 УПК в качестве основания для пересмотра дела кассационной палатой
указано на назначение несправедливого наказания. Таким образом, действующее
уголовно-процессуальное законодательство не дает оснований для вывода о том,
что суд присяжных в России не ориентирован на установление истины по делу.

Вердикт присяжных заседателей и приговор суда
постанавливаются на основе и с соблюдением принципов уголовного процесса.
Представляется необходимым кратко рассмотреть те из них, действие которых носит
особый характер в связи со спецификой рассмотрения уголовного дела с участием
присяжных заседателей. Такими принципами, на мой взгляд, являются принцип
всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств и принцип
презумпции невиновности.

Требования всесторонности, полноты и объективности
исследования обстоятельств дела закреплены в ст. 20 УПК. Всесторонность,
полнота и объективность в уголовном судопроизводстве находятся во взаимосвязи,
взаимодействии и взаимообусловленности. Отсутствие или ненадлежащая реализация
одного из элементов принципа уголовного процесса оказывает негативное влияние
на содержание других его элементов. На этом обстоятельстве акцентируется
внимание потому, что ст. 446 УПК установила запрет на исследование присяжными
заседателями обстоятельств, связанных с прежней судимостью подсудимого и
признанием его особо опасным рецидивистом. В связи с этим можно придти к выводу
о том, что без анализа указанных данных судебное следствие носит односторонний
и неполный характер. Однако представляется, что этот запрет свидетельствует
лишь о специфике действия рассматриваемого принципа в суде присяжных. Он
указывает не на односторонность исследования, а на его специфичность, в которой
отражается объективность присяжных заседателей.

Присяжные заседатели устанавливают виновность или
невиновность лица, исходя из фактов, подтверждающих конкретное преступное
деяние, а не прошлое подсудимого. При этом необходимо отметить, что
объективность, будучи правовым требованием, включает в себя также нравственное
начало. Содержание этого начала состоит из беспристрастности, непредвзятости,
добросовестности, справедливости и т.д. Реализация данного принципа и его
нравственного содержания обеспечивается рядом процессуальных гарантий. Таких,
например, как безмотивный отвод присяжных в зале суда (ст. 439 УПК) или
объявление тенденциозным состава коллегии присяжных заседателей до принятия ими
присяги (ст. 441 УПК). Вместе с тем очевидно, что исключение из судебного
следствия в рамках первого этапа судебного разбирательства обстоятельств,
указанных в ч. 1 и 6 ст. 446 УПК, предполагает обязательное исследование этих
обстоятельств в рамках второго этапа — этапа обсуждения последствий вердикта
коллегии присяжных заседателей. Отсутствие такого обсуждения будет являться
основанием для отмены или изменения приговора кассационной палатой в
соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 465 УПК.

Презумпция невиновности как принцип уголовного процесса
закреплена в ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических
правах[156], ст. 49 Конституции РФ и ст. 13 УПК и выражает собой не
субъективное  мнение судьи, а объективное правовое положение обвиняемого,
подсудимого. Разъяснение данного принципа присяжным заседателям вменено в
обязанность председательствующему по делу судье при его обращении к присяжным с
напутственным словом (ч. 3 ст. 451 УПК). Данный принцип непосредственным
образом воздействует на судей от народа и буквально ими воспринимается. Принцип
презумпции невиновности, по мнению юристов XIX века, имеет в суде присяжных
превалирующее значение. Так, А.М. Бобрищев-Пушкин указывал, “что на суд
присяжных могущественно действует из всех презумпций — одна, презумпция
невиновности подсудимого”.[157] С этим мнением нельзя не согласиться. В то же
время необходимо отметить, что действие всех процессуальных презумпций в суде
присяжных требует самостоятельного исследования вне рамок настоящей
диссертации.

В заключение отметим следующие моменты. Объединяющим началом
вердикта коллегии присяжных заседателей и приговора суда являются нормы УПК, с
соблюдением которых они принимаются. В этом смысле эти два процессуальных
решения имеют единую правовую основу.

Вердикт коллегии присяжных заседателей и приговор суда присяжных
преследуют единые задачи, указанные в ст. 2 УПК, а именно: обеспечение
правильного применения закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был
подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к
уголовной ответственности и осужден.

Вердикт коллегии присяжных заседателей и приговор суда
присяжных постанавливаются на основе и с соблюдением единых принципов
уголовного судопроизводства.

Вердикт коллегии присяжных заседателей и приговор суда
присяжных постанавливаются с соблюдением единой уголовно-процессуальной формы.
При этом особенности этих двух правовых документов обусловлены целями и
задачами деятельности коллегии присяжных и председательствующим судьей, а также
их правами и обязанностями.

Вердикт коллегии присяжных заседателей отличается от
приговора суда присяжных тем, что вердикт как решение о виновности лица не
позволяет непосредственно назначить наказание подсудимому без обсуждения его
последствий. Вердикт коллегии присяжных заседателей о виновности подсудимого создает
только правовую основу уголовной ответственности и применения  как норм УК, так
и норм ГК. Вердикт о невиновности подсудимого исключает уголовную
ответственность.

Отличие вердикта коллегии присяжных заседателей от приговора
суда присяжных заключается также в том, что приговор суда присяжных определяет
границы стадии судебного разбирательства, а вердикт присяжных заседателей
определяет границы этапов стадии судебного разбирательства.

Вердикт коллегии присяжных заседателей отличается от
приговора суда присяжных по юридической значимости. Вердикт присяжных
заседателей как основное решение по делу, на постановление которое направлена
деятельность всех участников судебного разбирательства, в том числе
председательствующего по делу судьи, является стержнем приговора, его основой.
С точки зрения задач, оснований и условий постановления приговор суда присяжных
и вердикт коллегии присяжных заседателей находятся в таком соотношении,  в
каком находятся структура процессуального решения и составляющий ее основу элемент,
каким является вердикт присяжных заседателей.

Вердикт присяжных заседателей, будучи основным решением по
делу о виновности (или невиновности) подсудимого, обусловливает вид приговора и
решение вопроса о наказании. Особенности рассмотрения уголовного дела с
участием присяжных заседателей таковы, что после провозглашения вердикта
судебное разбирательство переходит во второй этап. В рамках второго этапа
судебное разбирательство продолжается без участия присяжных заседателей.
Предметом судебного разбирательства на этом этапе являются некоторые вопросы,
имеющие юридическое значение, и последствия, вытекающие из существа ответов
присяжных заседателей на поставленные вопросы. Действующее законодательство
(раздел 10 УПК) достаточно детально регламентирует деятельность субъектов
уголовного процесса на первом этапе судебного разбирательства, в рамках
которого постанавливается вердикт. Вместе с тем обсуждение последствий вердикта
(второй этап) урегулировано законом, на мой взгляд, значительно слабее, о чем
свидетельствуют данные социологического исследования. Так, на поставленный
вопрос о том, нуждается ли в более детальной регламентации второй этап
судебного разбирательства, в рамках которого обсуждаются юридические
последствия вердикта без участия присяжных заседателей, 45,8% практических
работников дали утвердительный ответ, 20,8% — отрицательный ответ, а 33,4%
затруднялись ответить на данный вопрос.

Анализ места и роли присяжных заседателей,
председательствующего судьи, вердикта и приговора в системе судебного
разбирательства позволяет перейти к рассмотрению проблем, связанных с
обсуждением последствий вердикта.

1 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. — СПб.,
1996. Т. 1. С. 125.

[2] Апарова Т.В. Суды и судебный процесс Великобритании. —
М., 1996. С. 51.

[3] Ньютон Миноу, Фрейд Кейт. Возможна ли полная
беспристрастность?//Америка. 1993. № 436. С. 7.

1 Пресняков А.Е.  Княжое право древней Руси. Очерки по
истории X-XII столетий.  — М., 1993. С. 431.; Карамзин Н.М. Предания веков. —
М., 1988. С. 146.

[5]  Нажимов В.П. Презумпция невиновности в уголовном
процессе и о суде присяжных//Вопросы уголовного права и процесса в условиях
правовой реформы. — Калининград, 1991. С. 78.

[6] Суд присяжных за двадцать пять лет//Журнал Гражданского
и Уголовного права. 1889. Кн. 9. С. 3.

[7] Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального
права. — СПб., 1995. С. 643.

[8] Ершов В.В., Халдеев Л.С. Проблемы рассмотрения уголовных
дел судом присяжных//Государство и право. 1994. № 2. С. 77; Кони А.Ф. К
150-летию со дня рождения А.Ф.Кони. “Я люблю суд присяжных и дорожу
им”//Российская юстиция. 1994. № 1. С. 32.

[9] Концепция судебной реформы в Российской Федерации
//Издание Верховного Совета РФ. — М., 1992. С. 51.

[10] Дэниел Голман. Суд присяжных//Америка. 1994. № 436. С.
12; Слободкин Ю. О суде присяжных без прикрас//Советская юстиция. 1990. № 9. С.
8.

[11] Решетников Ф.М. Правовые системы стран мира.
Справочник. — М., 1993. С. 184.

[12] Кони А.Ф. О суде присяжных и о суде с сословными
представителями//Журнал Министерства Юстиции. 1895. № 4. С. 43.

[13] Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. —
СПб., 1996.  Т. 1. С. 363.

[14] Джаншиев Г. Основы судебной реформы. — М., 1891. С.
272.

[15] Боботов С.В. Правосудие во Франции. — М., 1994. С. 17;
Немытина М.В. Российский суд присяжных. — М., 1995. С. 93.

[16] Франсуа Люшер. Конституционная защита прав и свобод
личности. — М., 1993. С. 288.

[17] Чеджемов Т.Б. Судебное следствие. — М., 1979. С. 14.

[18] Боботов С.В. Буржуазная юстиция. Состояние и
перспективы развития. — М., 1989. С. 220; Мельник В. Здравый смысл — основа
интеллектуального потенциала суда присяжных//Российская юстиция. 1995. № 6. С.
10.

[19] Севэн Ф. Законодательство Наполеона I. — СПб., 1870. С.
17.

[20] Чеджемов Т.Б.  Судебное следствие. — М., 1979. С.14.

[21] Ворошилин Е.В., Пашин С.А. Нормативные материалы о
судьях и суде присяжных. — М., 1994. С. 17.

[22] Немытина М.В. Российский суд присяжных. — М., 1995. С.
99.

[23] Даневский В. Сравнительное обозрение некоторых форм
суда. — М., 1894. С. 16.

[24] Бадашханов В.И. Народный элемент в уголовном
судопроизводстве  в современных условиях: автореф. дисс. на соик. степени канд.
юр. наук. — Н. Новгород, 1993. С. 5.

[25] Бадашханов В.И. Народный элемент в уголовном
судопроизводстве  в современных условиях: автореф. дисс. на соиск. учен.
степени канд. юр. наук. — Н. Новгород, 1993. С. 5.

[26] Бобрищев-Пушкин А.М. Эмпирические законы деятельности
русского суда присяжных. — М., 1896. С. 583 и др.

[27] Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. —
СПб., 1996. Т. 2. С. 452.

[28] Муравьев Н.В. Из прошлой деятельности. — СПб., 1900. Т.
1. С. 221.

[29] Казанцев С.М. Суд присяжных в России: громкие уголовные
процессы. — Л., 1991. С. 34.

[30] Ньютон Миноу, Фрейд Кейт. Возможна ли полная
беспристрастность?//Америка. 1993. № 436. С. 8; Петрухин И.Л. Состязательность
и правосудие//Государство и право. 1994. № 10. С. 133.

[31] Дейтрих В.Ф. О суде присяжных. Вопрос о его
реорганизации// Журнал Министерства Юстиции. 1895. № 6. С. 21; Гуэ-Глунека О
суде присяжных. — СПб., 1865. С. 26; Роземблюм А. Защита на суде
присяжных//Журнал Гражданского и Уголовного права. 1889. Кн. 5. С. 75.

[32]  Вальберг В. Задачи суда присяжных. — М., 1872. С. 8.

[33] Случевский В.К. О суде присяжных и его
противниках//Журнал Министерства Юстиции. 1896. № 3. С. 194; Глазер Ю. Влияние
суда на приговор присяжных. — СПб., 1868. С. 2; Бобрищев-Пушкин А.М.
Эмпирические законы деятельности русского суда присяжных. — М., 1896. С. 583.

[34] Юристы не должны разрешать вопросы факта, равно как и
присяжные разрешать вопросы права. Спасович В.Д. О постановке вопросов
присяжным заседателям//Журнал Министерства Юстиции. 1897. № 1. С. 5; Тальберг
Д.Г. Русское уголовное судопроизводство. Т. 1. — Киев, 1889. С. 57; Суд
присяжных за двадцать пять лет//Журнал Гражданского и Уголовного права. 1889.
Кн. 9. С. 21.

[35] Гуэ-Глунека. О суде присяжных. — СПб., 1865. С. 26-28.

[36] В дальнейшем при ссылках на нормы Устава уголовного
судопроизводства этот законодательный акт будет именоваться сокращенно — УУС.

[37] Теймэн Стивен. Постановка вопросов перед присяжными
//Российская юстиция. 1995. № 10. С. 11. См. также: Борзенков Г.Н. Суд присяжных и уголовный закон//Вестник МГУ. 1994. № 4. С. 37.

[38] Глазер Ю. Влияние суда на приговор присяжных. — СПб.,
1868. С. 39.

[39] Бушуев Г. Суд присяжных//Советская юстиция. 1990. № 6.
С. 11.

[40] Вальберг В. Задачи суда присяжных. — М., 1872. С. 2-3.

[41] Тальберг Д.Г. Русское уголовное судопроизводство. Т. 1.
— Киев, 1889. С. 63-64.

[42] Панасюк А.Ю. Презумпция виновности в системе
профессиональных установок судей//Государство и право. 1994. № 3. С. 70-79.

[43] Результаты мониторинга деятельности судов присяжных,
проведенного Государственным правовым управлением при Президенте РФ.

[44] Франсуа Люшер. Конституционная защита прав и свобод
личности. — М., 1993. С. 300.

[45] Хохряков Г.Ф. Парадоксы тюрьмы. — М., 1991. С. 188.

[46] Петрухин И.Л. Состязательность и
правосудие//Государство и право. 1994. № 10. С. 133.

[47] Окуньков Л.А.  Комментарий к Конституции РФ. — М.,
1996. С. 534.

[48] Состязательность — основа уголовного
процесса//Российская юстиция. 1995. № 7. С. 23.

[49] Боботов С.В. Буржуазная юстиция. Состояние и
перспективы развития. — М., 1989. С. 27.

[50] Глазер Ю. Руководство по уголовному процессу. — СПб.,
1884. С.26.

[51] В английском судопроизводстве специальным вердиктом
может  также именоваться решение суда в отношении подсудимого,  заболевшего
душевной болезнью. (Апарова Т.В. Суды и судебный процесс Великобритании. — М.,
1996. С. 119).

[52] Тальберг Д.Г. Русское уголовное судопроизводство. Т. 1.
— Киев, 1889. С. 54; Спасович В.Д. О постановке вопросов присяжным заседателям
и о порядке произнесения ими приговоров//Журнал Министерства Юстиции. 1897. №
1. С. 6.

[53] Буцковский Н. Очерки судебных порядков по Уставам 20
ноября 1864 года. — СПб., 1874. С. 222.

[54] Давид Р. Основные правовые системы современности. — М.,
1988. С. 42.

[55] Дискреционная власть — предоставление органу или
должностному лицу полномочия действовать по собственному усмотрению в рамках
закона.

[56] Кобликов А.С. Судебный приговор. — М., 1966. С. 17.

[57] Проект УПК  РФ,  принятый Государственной Думой в
первом чтении.       

[58] Коган В.М. Социальные свойства преступности. —  М.,
1977. С. 13; Трухин А.М. Понятие и значение вины в советском уголовном
праве//Вопросы уголовной ответственности и наказания. — Красноярск, 1986. С.
26.

[59] Тарбагаев А.Н. Понятие и цели уголовной
ответственности. — Красноярск, 1986. С. 97.

[60] Энгельгардт А.А. Субъективные предпосылки уголовной
ответственности. — М., 1996. С. 13-14.

[61] Ростед Х. Уголовная юстиция:  проблемы международного
сотрудничества. — М., 1995. С. 202.

[62] Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их
виды, содержание и формы. — М., 1976. С. 19.

[63] Постановление Пленума Верховного Суда Российской
Федерации от 20 декабря 1994 года “О некоторых вопросах применения судами
уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде
присяжных”//Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 3. С. 2-8.

[64] Мирецкий С.Г. Приговор суда. — М., 1989. С. 5.

[65] Загорский Г.И. Судебное разбирательство по уголовному
делу. —  М., 1985. С. 3.

[66] Лютьоган Э. Основные элементы демократии. — СПб., 1993.
С. 43.

[67] Бобрищев-Пушкин А.М. Эмпирические законы деятельности
русского суда присяжных. — М., 1896. С. 563.

[68] С психологической  стороны модель решения может быть
представлена, как распознание определенного правового образа. Этот процесс в
самом общем виде включает в себя следующие элементы: а) ориентировку в
фактических данных; в) актуализацию (воспроизведение) в сознании знакомых
признаков эталона; г) выявление их соответствия или несоответствия признакам
объекта; д) осознание соответствия между объектом и эталоном; е) вывод о
принадлежности объекта к определенному классу.

[69] Мирецкий С.Г. Приговор суда. — М., 1989. С. 7.

[70] Муравьев Н.В. Из прошлой деятельности. Т. 1. — СПб.,
1900. С. 228.

[71] Колбая Г.Н. Соотношение предварительного следствия и
судебного разбирательства. — М., 1975. С. 99; Лупинская  П.А.  Решения в
уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. — М., 1976. С. 107;
Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права. — СПб., 1995. С. 750.

[72] Бобрищев-Пушкин А.М. Эмпирические законы деятельности
русского суда присяжных. — М., 1896. С. 614.

[73] Мирецкий С.Г. Приговор суда. — М., 1989. С. 7.

[74] Ллойд Л. Уайнреб. Отказ в правосудии. Уголовный процесс
США. — М., 1985. С. 32.

[75] Бобрищев-Пушкин А.М. Эмпирические законы деятельности
русского суда присяжных. — М., 1896. С. 614.

[76] Хохряков  Г.Ф. Парадоксы тюрьмы. — М., 1991. С. 177.

[77] Троян А.И. Социальная справедливость как моральная
основа демократического правового социального государства: автореф. дисс. на
соиск. учен. степени канд. юр. наук. — Харьков, 1995. С. 18.

[78] Попов А.Н. Принципы справедливости в уголовном праве:
автореф.  дисс. на соиск. учен. степени канд. юр. наук. — СПб., 1993. С. 13.

[79] Яковлев А.М. Принцип социальной справедливости и
основания уголовной ответственности//Советское государство и право. 1982. № 3.
С. 93.

[80] Епифанов Б.В. Принцип социальной справедливости: дисс.
на соиск. учен. степени канд. юр. наук. — СПб., 1993. С. 164.

[81] Ростед Х.  Уголовная юстиция:  проблемы международного
сотрудничества. — М., 1995. С. 212.

[82] Мирецкий С.Г. Приговор суда. — М., 1989. С. 50.

[83] Николайчик В.М. Уголовный процесс США. — М., 1981. С.
207.

[84] Здесь и далее при ссылках на уголовное законодательство
имеются в виду нормы УК РФ, если иное не оговорено особо.

[85] Горелик А.С. Взаимоотношение обстоятельств, влияющих на
размер наказания//Вопросы уголовной ответственности и наказания. — Красноярск,
1986. С. 141.

[86] Вердиктом присяжных заседателей Ульяновского областного
суда Мельцев, обвиняемый в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 218
ч. 1, 206 ч. 1, 102 п. ”б”, признан заслуживающим снисхождения//Летопись суда
присяжных (прецеденты и факты)/Ред. С.А.Пашин. Вып. 3. — М., 1994. С. 21.

[87]  Вальберг В. Задачи суда присяжных. — М., 1872. С. 5.

[88] Ллойд Л. Уайнреб Отказ в правосудии. Уголовный процесс
США.- М., 1985. С. 8.

[89] Маликов М.Ф. Эффективность приговора в советском
уголовном процессе. — Саратов, 1982. С. 136.

[90] Александров Н.Г., Лупинская П.А. Применение норм
советского социалистического права. — М., 1958. С. 9-25.

[91] Мирецкий С.Г. Приговор суда. — М., 1989. С. 5-7.

[92] Киселев В.П. Нравственное самовоспитание. — М., 1977.
С. 39-41.

[93] Маликов М.Ф. Эффективность приговора в советском
уголовном процессе. — Саратов, 1982. С. 10.

[94] Николайчик В.М. Уголовный процесс США. — М., 1981. С.
155.

[95] Загорский Г.И. Судебное разбирательство по уголовному
делу. — М., 1985. С. 55.

[96] Филимонов Б.А .Уголовный процесс ФРГ. — М., 1974. С.
85.

[97] Гуценко К.Ф.  Уголовная юстиция США. — М., 1979. С.
198-199.

[98] Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их
виды, содержание и формы. — М., 1976. С. 14.

[99] Тальберг Д.Г. Русское уголовное судопроизводство. Т. 1.
—  Киев, 1889. С. 63.

[100] Духовской М.В. Русский уголовный процесс. — М., 1905.
С. 98-99; Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 1. — СПб., 1996.
С. 433 и др.

[101] Кони А.Ф. О суде присяжных и суде с сословными
представителями//Журнал Министерства Юстиции. 1895. № 4. С. 37.

[102] Закон РФ “О внесении изменений и дополнений в
Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в
связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации от 15
декабря”//Собрание законодательства Российской Федерации. № 52. Ст. 5881.

[103] Ершов В.В., Халдеев Л.С. Проблемы рассмотрения
уголовных дел судом присяжных//Государство и право. 1994. № 2. С. 76.

[104] В тех случаях,  когда  принятие  решения  законодатель
ставит в зависимость от воли гражданина — участника процесса, можно говорить о
проявлении диспозитивности в использовании  процессуальных прав. (Лупинская
П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. — М.,
1976. С. 55).

[105] Авдюков М.Г. Принцип законности в гражданском
судопроизводстве. — М., 1970. С. 117; Семенов В.М. Конституционные принципы
гражданского судопроизводства. — М., 1982. С. 118; Мельников А.А. Советский гражданский
процессуальный закон//Вопросы теории гражданского процессуального права. — М.,
1973. С. 120 и др.

[106] Эта категория уголовных дел рассматривается в суде
присяжных Англии (Апарова Т.В. Суды и судебный процесс Великобритании. — М.,
1996. С. 63).

[107] Джаншиев Г. Суд над судом присяжных. — М., 1896. С.
30.

[108] Теймен Стивен. Формирование скамьи присяжных в России
и США//Российская юстиция. 1994. № 7. С. 6.

[109] Pledinq (англ. адвокат). Пледирование -заявление о
своей виновности или  отсутствие  возражений  против  предъявленного  иска;
заявление о своей невиновности//Англо-русский юридический словарь. — М., 1993.
С. 327; Гуценко К.Ф. Уголовная юстиция США. — М., 1979. С. 198; Николайчик В.М.
Уголовный  процесс США. — М., 1981. С. 135.

[110] Фридман Лоуренс. Уголовный процесс: от ареста до
приговора//Америка 1993. № 436. С. 6.

[111] Немытина М.В. Российский суд присяжных. — М., 1995. С.
109.

[112] Михайлов В.А. Меры пресечения в российском уголовном
процессе. — М., 1994. С. 278.

[113] Владимиров В. О влиянии сознания подсудимых на
подсудность совершенного преступления по иностранным
законодательствам//Юридический вестник. 1880. № 2. С. 300-301.

[114] Миттермайер К. Суд присяжных и его значение. — Одесса,
1895. С. 11.

[115] Владимиров В. О влиянии сознания подсудимых на
подсудность совершенного преступления по иностранным
законодательствам//Юридический вестник. 1880. № 2. С. 310.

[116] Владимиров В. О влиянии сознания подсудимых на
подсудность совершенного преступления по иностранным законодательствам
//Юридический вестник. 1880. № 2. С. 302.

[117] Владимиров В. О влиянии сознания подсудимых на
подсудность совершенного преступления по иностранным
законодательствам//Юридический вестник. 1880. № 2. С. 302-303.

[118] Немытина М.В. Российский суд присяжных. — М., 1995. С.
108.

[119] Концепция модельного уголовно-процессуального кодекса
для государств — участников СНГ//Информационный бюллетень. — СПб., № 8. 1995.
С. 177.

[120] Материалы Министерства юстиции США для занятий с
российскими судьями//Совместный проект по оказанию методического содействия
российским правоохранительным ведомствам в борьбе с организованной и
экономической преступностью. — СПб., 1998. С. 74.

[121] Боботов С.В. Буржуазная юстиция. Состояние и
перспективы развития. — М., 1989. С. 42.

[122] Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 1.
— СПб., 1996. С. 363.

[123] Лютьоган Эберхард. Основные элементы демократии. —
СПб., 1993. С. 40.

[124] Духовской М.В. Русский уголовный процесс. — М., 1905.
С. 358-359.

[125] Николайчик В.М .Уголовный  процесс США. — М., 1981. С.
202.

[126] Вульферт А.К. Постановка вопросов присяжным при
возбуждении сомнения о вменяемости//Журнал Министерства Юстиции. 1896. № 5. С.
96.

[127] Пашин С.А. Вступительная статья//Летопись суда
присяжных (прецеденты и факты)/Ред. С.А.Пашин. Вып. 1. — М., 1994. С. 17-19.

[128] Апарова Т.В. Суды и судебный процесс Великобритании.
—  М., 1996. С. 53.

[129] Люшер Франсуа. Конституционная защита прав и свобод
личности. — М., 1993. С. 300.

[130] Ньютон Миноу, Фрейд Кейт. Возможна ли полная
беспристрастность?//Америка. 1993. № 436. С. 8.

[131] Северин Ю.Д. Независимость правосудия — проблема
времени//Советское государство и право. 1991. № 9. С. 51.

[132] Владимиров Л.Е. Суд присяжных. — Харьков, 1873. С.
216.

[133] Загорский Г.И. Судебное разбирательство по уголовному
делу. — М., 1985. С. 52.

[134] Миттермайер К. Современное положение суда присяжных. —
СПб., 1865. С. 13.

[135] Спасович В.Д. О постановке вопросов присяжным
заседателям и о порядке произнесения ими приговоров//Журнал Министерства
Юстиции. 1897. № 1. С. 40.

[136] Духовской М.В. Русский уголовный процесс. — М., 1905.
С. 365.

[137] Вальберг В. Задачи суда присяжных. — М., 1872. С. 15.

[138] Даневский В. Сравнительное обозрение некоторых форм
суда. — М., 1894. С. 21; Мартынов П. Права и обязанности присяжных
заседателей//Журнал Гражданского и Уголовного права. 1889. Кн. 3. С. 137.

[139] Мирецкий С.Г. Приговор суда. — М., 1989. С. 4.

[140] Фойницкий И.Я. Правосознание русского суда
присяжных//Журнал Министерства Юстиции. 1896. № 10. С. 139.

[141] Радутная Н. Присяжный заседатель в уголовном
процессе//Российская юстиция. 1994. № 4. С. 9.

[142] Фойницкий И.Я. Курс уголовного  судопроизводства. Т.
2. —  СПб., 1996. С. 472.

[143] Бобрищев-Пушкин А.М. Эмпирические законы деятельности
русского суда присяжных. — М., 1896. С. 36; Бобрищев-Пушкин А.М. Об изучении
русского суда присяжных//Журнал Министерства Юстиции. 1896. № 2. С. 133.

[144] Квачевский А.А. Наш суд присяжных//Журнал гражданского
и уголовного права. 1880. Кн. 3. С. 20-21.

[145] Санталов А.И. Теоретические основы уголовной
ответственности. —  Л., 1982. С. 62.

[146] Тальберг Д.Г. Русское уголовное судопроизводство. Т.
1. — Киев, 1889. С. 6.

[147] Якуб М.Л. Процессуальная форма в советском уголовном
судопроизводстве. — М., 1981. С. 8.

[148] Международный пакт о гражданских и политических правах
от 16 декабря 1966 года//Права и свободы личности. Международные документы и
комментарии. Вып. 11. — М., 1995.

[149] Якуб М.Л. Процессуальная форма в советском уголовном
судопроизводстве. — М., 1981. С. 9.

[150] Тарбагаев А.Н. Понятие и цели уголовной
ответственности. — Красноярск, 1986. С. 71.

[151] Боботов С.В. Правосудие во Франции. — М., 1994. С. 8.

[152] Пашин С.А. Вступительная статья//Летопись суда
присяжных (прецеденты и факты)/Ред. С.А.Пашин. Вып. 1. — М., 1994. С. 3.

[153] Немытина М.В. Российский суд присяжных. — М., 1995. С.
102.

[154] Роземблюм А. Защита на суде присяжных//Журнал
гражданского и уголовного права. 1889. Кн. 5. С. 74.

[155] Миноу Ньютон, Кейт Фрейд. Возможна ли полная
беспристрастность?//Америка. 1993. № 436. С. 8.

[156] Международный пакт о гражданских и политических правах
от 16 декабря 1966 года//Права и свободы личности. Международные документы и
комментарии. Вып. 11. — М., 1995.

[157] Бобрищев-Пушкин А.М. Эмпирические законы деятельности
русского суда присяжных.  — М., 1896. С. 600.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ