Глава 15. ДОГОВОР ДОВЕРИТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ИМУЩЕСТВОМ

Глава 15. ДОГОВОР ДОВЕРИТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ИМУЩЕСТВОМ

35
0

1. Понятие и общая характеристика

Договор доверительного управления имуществом представляет
собой один из самостоятельных типов гражданско-правовых обязательств,
урегулированных Гражданским кодексом Российской Федерации (гл. 53). По своей
целевой направленности данный договор может быть отнесен к категории
гражданско-правовых обязательств по оказанию услуг, ибо именно в качестве
услуги можно квалифицировать осуществление доверительным управляющим управления
доверенным ему имуществом в интересах собственника (учредителя доверительного
управления) или назначенного им лица (выгодоприобретателя).

Договор доверительного управления имуществом — это такой
договор, по которому одна сторона (учредитель управления) передает другой
стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в
доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление
этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица
(выгодоприобретателя). При этом передача имущества в доверительное управление
не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему
(п. 1 ст. 1012 ГК).

Как видно из определения договора доверительного управления
имуществом, данный договор сконструирован как реальный, а это означает, что
договор доверительного управления имуществом считается заключенным с момента
передачи учредителем доверительного управления соответствующего имущества
доверительному управляющему (п. 2 ст. 433 ГК). Таким образом, для возникновения
обязательства доверительного управления имуществом требуется сложный
юридический состав, состоящий из двух юридических фактов: подписания сторонами
соглашения и передачи доверительному управляющему имущества, являющегося
объектом указанного соглашения.

Реальный характер договора доверительного управления
имуществом имеет определенное значение для квалификации возникающего из него
обязательства как обязательства по оказанию услуг, поскольку в круг данного
обязательства не входят обязанности учредителя по передаче имущества
доверительному управляющему, как это имеет место во всех обязательствах,
направленных на передачу имущества: купля-продажа, мена, дарение, аренда, ссуда
и др. Как правильно замечает Л.Ю. Михеева, «данный договор и не мог быть
сконструирован как консенсуальный. Предметом его являются действия
управляющего, совершение которых без обладания имуществом невозможно»
<*>.

———————————

<*> Михеева Л.Ю. Доверительное управление имуществом /
Под ред. В.М. Чернова. М., 1999. С. 72.

——————————————————————

КонсультантПлюс: примечание.

Текст монографии Л.Ю. Михеевой «Доверительное
управление имуществом. Комментарий законодательства» включен в
информационный банк по состоянию на 23.08.2001.

——————————————————————

Договор доверительного управления является, как уже
отмечалось, двусторонним и, как правило, возмездным, хотя из самого определения
понятия данного договора не следует каких-либо обязанностей учредителя
доверительного управления (п. 1 ст. 1012 ГК). Однако в соответствии со ст. 1023
ГК доверительный управляющий имеет право на вознаграждение, предусмотренное
договором доверительного управления имуществом, а также на возмещение
необходимых расходов, произведенных им при доверительном управлении имуществом,
за счет доходов от использования этого имущества. А, как известно, в
относительном правоотношении, каковым является обязательство, праву, которым
наделяется одна из сторон, всегда противостоит обязанность контрагента.

Правда, некоторые вопросы вызвало в юридической литературе
сопоставление нормы, содержащейся в ст. 1023, и положения п. 1 ст. 1016 ГК,
согласно которому в договоре доверительного управления имуществом должны быть
указаны размер и форма вознаграждения управляющему, если выплата такого
вознаграждения предусмотрена договором. Суть проблемы состоит в определении
отношения к договору доверительного управления имуществом, в котором вообще не
содержится условий, свидетельствующих о его возмездности (или безвозмездности).

По общим правилам, распространяющимся на всякий
гражданско-правовой договор, договор предполагается возмездным, если из закона,
иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное (п. 3
ст. 423 ГК). Что же касается договора доверительного управления имуществом, то,
например, по мнению Л.Ю. Михеевой, смысл ст. 1016 ГК «означает
невозможность презумпции возмездности данного договора во всех случаях… Итак,
исходя из буквального толкования норм гл. 53 ГК РФ, можно прийти лишь к
следующему выводу: если стороны не рассматривали в договоре вопрос о
вознаграждении вообще, это должно означать, что договор не заключен ввиду отсутствия
одного из существенных условий» <*>. Для решения этого вопроса, как
полагает Л.Ю. Михеева, «необходимо скорректировать нормы гл. 53 ГК РФ
таким образом, чтобы договор доверительного управления по общему правилу
предполагался возмездным, при этом доверительное управление по основаниям,
предусмотренным законом (ст. 1026), наоборот, должно предполагаться
безвозмездным. Оба этих правила должны быть сформулированы в законе как
диспозитивные» <**>.

———————————

<*> Михеева Л.Ю. Доверительное управление имуществом /
Под ред. В.М. Чернова. М., 1999. С. 73.

<**> Там же. С. 74.

——————————————————————

КонсультантПлюс: примечание.

Текст монографии Л.Ю. Михеевой «Доверительное
управление имуществом. Комментарий законодательства» включен в
информационный банк по состоянию на 23.08.2001.

——————————————————————

Представляется, что данная проблема имеет более простое
решение, суть которого состоит в адекватном толковании общего правила о
презумпции возмездности всякого гражданско-правового договора (п. 3 ст. 423 ГК)
и его соотношения со специальными правилами, касающимися возмездности договора
доверительного управления имуществом (п. 1 ст. 1016 и ст. 1023 ГК).

Норма о том, что договор предполагается возмездным, как это
видно из содержания п. 3 ст. 423 ГК, применяется, если из закона, иных правовых
актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Суть определенных правил, относящихся непосредственно к
договору доверительного управления имуществом, состоит в том, что доверительный
управляющий имеет право на вознаграждение, предусмотренное договором, а если
договор предусматривает вознаграждение доверительному управляющему, то его
существенным условием признаются размер и форма такого вознаграждения.
Указанные специальные правила, регламентирующие договор доверительного
управления имуществом, исключают применительно к данному договору действие
общего правила о презумпции возмездности гражданского договора (п. 3 ст. 423
ГК), которое рассчитано на ситуации, когда отсутствует специальное
регулирование соответствующих правоотношений.

Таким образом, в договоре доверительного управления
имуществом должно содержаться либо условие о праве доверительного управляющего
на вознаграждение, и тогда стороны должны согласовать форму и размер такого
вознаграждения под страхом признания договора незаключенным, либо прямое
указание на то, что доверительный управляющий осуществляет свои обязанности на
безвозмездной основе (с теми же последствиями). Если же стороны
«забыли» согласовать (тем или иным образом) этот вопрос при
заключении договора доверительного управления имуществом, договор должен
признаваться незаключенным.

Договор доверительного управления имуществом заключается по
усмотрению собственника имущества и по его воле. Целью вступления в договорные
отношения по доверительному управлению имуществом для его собственника может
служить стремление передать его в руки профессионального управляющего для
извлечения максимальной выгоды от эксплуатации этого имущества. Однако мотивы
поведения собственника, передающего имущество в доверительное управление, и
обстоятельства, послужившие основанием для подобных действий, по общему правилу
не имеют правового значения.

Вместе с тем в определенных случаях договор доверительного
управления имуществом может заключаться лишь по основаниям, предусмотренным
законом. Речь идет о ситуациях, когда доверительное управление имуществом
учреждается вследствие необходимости постоянного управления имуществом
подопечного, в отношении которого введены опека или попечительство, либо на
основании завещания, в котором назначен исполнитель завещания (душеприказчик),
либо по другим основаниям, установленным законом. Все указанные случаи
доверительного управления имуществом по основаниям, предусмотренным законом
(ст. 1026 ГК), объединяет то обстоятельство, что в качестве учредителя
управления выступает не собственник имущества, а иное лицо в законе (орган
опеки и попечительства, душеприказчик), которое действует в интересах
собственника или во исполнение его воли.

Наличие законных оснований для заключения договора не
означает, что в этих случаях договор доверительного управления приобретает
характер обязательного для лиц, выступающих в качестве учредителей доверительного
управления, договора, который заключается по правилам, предусмотренным ст. 445
ГК (заключение договора в обязательном порядке). Данное обстоятельство имеет
иные правовые последствия: наличие соответствующего основания, предусмотренного
законом, является необходимым юридическим фактом, образующим вместе с
собственно заключением договора и передачей имущества доверительному
управляющему сложный юридический состав, порождающий обязательства
доверительного управления имуществом.

Предметом договора доверительного управления имуществом
является осуществление доверительным управляющим управления переданным ему
имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица
(выгодоприобретателя). Как уже говорилось, по своей структуре предмет договора
доверительного управления имуществом является сложным, состоящим из двух
объектов: объект первого рода — фактические и юридические действия
доверительного управляющего, необходимые для управления имуществом; объект
второго рода — имущество, переданное в доверительное управление.

Сложная структура предмета договора доверительного
управления имуществом, и в частности включение в него в качестве составного
элемента имущества, переданного доверительному управляющему, нашла отражение в
правовом регулировании данного договора: большое количество норм, регулирующих
порядок заключения и исполнения договора доверительного управления имуществом,
содержат правила, либо непосредственно касающиеся именно имущества, либо
предопределенные особенностями имущества, переданного в доверительное
управление (недвижимость, ценные бумаги и др.). Так, в соответствии со ст. 1018
ГК имущество, переданное в доверительное управление, обособляется от другого
имущества учредителя управления, а также от имущества доверительного
управляющего. Это имущество отражается у доверительного управляющего на
отдельном балансе, и по нему ведется самостоятельный учет. А согласно ст. 1025
ГК при передаче в доверительное управление ценных бумаг может быть
предусмотрено объединение ценных бумаг, передаваемых в доверительное управление
разными лицами.

Что касается объекта первого рода, входящего в предмет
договора доверительного управления имуществом (фактические и юридические
действия доверительного управляющего по управлению имуществом), то здесь нужно
различать два аспекта, в отношении которых обеспечивается дифференцированное
регулирование. Применительно к предмету договора доверительного управления
имуществом конкретные виды сделок и фактические действия доверительного
управляющего, последовательность и порядок их совершения не имеют правового
значения. Для учредителя доверительного управления важно, что доверительным
управляющим в принципе обеспечивается эффективное управление доверенным ему
имуществом (осуществляются полномочия собственника), что и является надлежащим
исполнением обязательств, вытекающих из договора доверительного управления
имуществом. Фактическое состояние имущества, а стало быть, и эффективность
управления фиксируются в отчетах доверительного управляющего, которые последний
должен представлять учредителю доверительного управления и выгодоприобретателю
в порядке и сроки, предусмотренные договором доверительного управления (п. 4
ст. 1020 ГК).

Вместе с тем при осуществлении доверительного управления
имуществом доверительный управляющий, выступая в качестве титульного владельца
имущества и действуя в пределах предоставленных ему правомочий, вступает в
различные взаимоотношения с третьими лицами по поводу доверенного ему
имущества. Поэтому некоторые нормы, содержащиеся в гл. 53 ГК о доверительном
управлении имуществом, на самом деле предназначены для регулирования
правоотношений, складывающихся между доверительным управляющим и третьими
лицами и не составляющих предмет договора доверительного управления имуществом.
К числу таких норм можно, в частности, отнести правила о порядке совершения
сделок доверительным управляющим и их оформлении (п. 3 ст. 1012 ГК); о
наделении доверительного управляющего средствами вещно-правовой защиты (п. 3
ст. 1020 ГК); о последствиях сделок, совершенных доверительным управляющим с
превышением предоставленных ему полномочий (п. 2 ст. 1022 ГК).

На данное обстоятельство, но в несколько ином ракурсе (не
применительно к предмету договора доверительного управления имуществом) ранее
уже обращалось внимание в юридической литературе. Например, В.А. Дозорцев
указывал: «Рассматривая отношения по управлению имуществом, нужно
различать два ряда отношений — отношения внутренние, между управляющим с
учредителем управления и выгодоприобретателем, и отношения внешние, с третьими лицами,
с контрагентами в имущественном обороте. Имущество, переданное в управление,
выступает как бы автономно; оно обособляется от имущества собственника и
управляющего, но имеет связи и с управляющим, и с собственником. Это имущество
представляет в обороте управляющий, действующий от своего имени»
<*>.

———————————

<*> Дозорцев В.А. Доверительное управление имуществом
(глава 53) // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст,
комментарии, алфавитно-предметный указатель / Под ред. О.М. Козырь, А.Л.
Маковского, С.А. Хохлова. М., 1996. С. 537.

Договор доверительного управления имуществом обладает
определенными отличительными чертами, позволяющими квалифицировать его в
качестве самостоятельного договорного обязательства и отграничить от всех иных
гражданско-правовых договоров.

Во-первых, по своей целевой направленности передача
имущества в доверительное управление означает лишь создание необходимых условий
для того, чтобы доверительный управляющий мог исполнять свои обязательства,
вытекающие из доверительного управления. Этим договор доверительного управления
отличается от договоров, направленных на передачу имущества (купля-продажа,
мена, дарение, аренда и т.п.), в рамках которых передача имущества означает
исполнение обязательства одним из контрагентов и преследует цель удовлетворения
потребностей другой стороны. Однако передача имущества как необходимое условие
заключения договора и исполнения обязательств другой стороной сближает договор
доверительного управления имуществом с иными реальными договорами, например с
договором хранения или договором перевозки, которые, так же как и договор
доверительного управления имуществом, относятся к категории договорных
обязательств об оказании услуг.

Во-вторых, среди всех договорных обязательств об оказании
услуг (т.е. фактических или юридических действий или деятельности в интересах
услугополучателя) договор доверительного управления имуществом выделяется тем,
что собственно услуга учредителю со стороны доверительного управляющего
представляет собой осуществление управления его имуществом (в широком смысле).
Данная услуга представляет собой не конкретные сделки и фактические действия, а
в целом деятельность по управлению имуществом. Для этого доверительный
управляющий наделяется правомочиями (владения, пользования и распоряжения) в
отношении доверенного ему имущества, равносильными правомочиям самого
собственника. Однако даже если представить всю деятельность доверительного
управляющего по управлению имуществом в виде совокупности отдельных фактических
и юридических (сделки) действий, то и в этом случае мы увидим бесспорные
отличия данного договора от иных договоров, имеющих в качестве своего предмета
исключительно совершение сделок либо фактических действий. Например, от
договоров поручения и комиссии договор доверительного управления имуществом
отличается тем, что, осуществляя управление доверенным имуществом,
доверительный управляющий совершает не только сделки и иные юридические
действия (как в первых двух случаях), но и любые фактические действия,
необходимые для управления имуществом. Кроме того, доверительный управляющий
выступает в имущественном обороте от собственного имени (поверенный по договору
поручения — только от имени доверителя) и обязан информировать всех третьих лиц
о своем особом положении доверительного управляющего (в отличие от комиссионера
по договору комиссии).

Что касается отличий от агентского договора, то, как
правильно отмечает Е.А. Суханов, «доверительное управление исключает не
только возможность выступления управляющего от имени собственника, но и
возложение им своих обязанностей на третье лицо (тогда как агент может не
только выступать от имени принципала, но и вступать в субагентские отношения,
особенно при необходимости совершения действий фактического порядка). При этом
доверительное управление может осуществляться как на возмездных, так и на
безвозмездных началах, а агентский договор всегда является возмездным»
<*>.

———————————

<*> Гражданское право: В 2 т. Т. II, полутом 2:
Учебник / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2000. С.
118.

К этому добавим, что ни один из названных договоров
(поручения, комиссии, агентский договор) не строится по модели реального
договора и не связан с передачей имущества контрагента во владение, пользование
и распоряжение.

От иных реальных договоров, относящихся к обязательствам по
оказанию услуг (договор хранения, договор перевозки), договор доверительного
управления имуществом отличается объемом и содержанием обязательств,
возлагаемых на доверительного управляющего в отношении переданного ему
имущества. Если услуга перевозчика или хранителя представляет собой одно или
несколько взаимосвязанных действий: хранение имущества и возврат его
поклажедателю; доставку груза в пункт назначения и выдачу грузополучателю, — то
обязательство доверительного управляющего состоит в совершении последним
комплекса любых действий (и юридических, и фактических), необходимых для
осуществления управления имуществом. Кроме того, ни перевозчик, ни хранитель не
осуществляют полномочий пользования и распоряжения вверенным им имуществом, как
это имеет место по договору доверительного управления.

В-третьих, договор доверительного управления имуществом
отличается от всех иных гражданско-правовых договоров тем, что только при
доверительном управлении имуществом происходит обособление имущества как от
иного имущества собственника — учредителя доверительного управления, так и от
имущества доверительного управляющего. В результате в имущественном обороте
выступает как бы само обособленное имущество в лице доверительного
управляющего. Об этом свидетельствует, в частности, норма, содержащаяся в п. 1
ст. 1020 ГК, согласно которой права, приобретенные доверительным управляющим в
результате действий по доверительному управлению имуществом, включаются в
состав переданного в доверительное управление имущества, а обязанности,
возникшие в результате таких действий доверительного управляющего, исполняются
за счет этого имущества.

В-четвертых, осуществляемое по договору доверительного
управления обособление имущества в целях его участия в имущественном обороте
сделало актуальной задачу обеспечения защиты этого имущества от незаконных
действий третьих лиц. Поэтому доверительный управляющий наделен всем арсеналом
вещно-правовых способов защиты. Об этом свидетельствует норма о том, что для
защиты прав на имущество, находящееся в доверительном управлении, доверительный
управляющий вправе требовать всякого устранения нарушения его прав (ст. 301,
302, 304, 305 ГК), что предусмотрено п. 3 ст. 1020 ГК.

В-пятых, применительно к обязательствам доверительного
управляющего, вытекающим из договора доверительного управления имуществом,
действует принцип личного исполнения (п. 1 ст. 1021 ГК). Это обстоятельство
объясняется не лично-доверительным, фидуциарным характером данных
правоотношений, а тем обстоятельством, что суть обязательств доверительного
управляющего состоит в осуществлении управления имуществом, обособленным от
собственника и переданным в титульное владение доверительного управляющего, а
также практически неограниченным объемом правомочий в отношении этого
имущества, предоставляемых доверительному управляющему, который, по сути,
осуществляет правомочия собственника.

В-шестых, конструкция договора доверительного управления
имуществом изначально включает в себя возможность его заключения не в интересах
учредителя доверительного управления, а в интересах третьего лица —
выгодоприобретателя. Данное обстоятельство послужило основанием для в целом
обоснованного вывода в юридической литературе о том, что в последнем случае
договор доверительного управления имуществом приобретает вид договора в пользу
третьего лица. Так, по мнению Е.А. Суханова, «договор доверительного
управления представляет собой типичный пример договора, заключаемого в пользу
третьего лица (п. 1 ст. 430 ГК). Поэтому и статус бенефициара определяется
общими положениями о такой разновидности договора. В частности, бенефициар
вправе требовать от управляющего осуществления исполнения в свою пользу, а для
досрочного изменения или прекращения договора может потребоваться его согласие.
В роли бенефициара может выступать и сам учредитель, устанавливая доверительное
управление в свою пользу» <*>.

———————————

<*> Гражданское право: В 2 т. Т. II, полутом 2:
Учебник. С. 121; см. также: Гражданское право России. Часть вторая.
Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 1997. С.
567; Михеева Л.Ю. Указ. соч. С. 71.

Представляется, однако, что договор доверительного
управления имуществом, по которому управление имуществом осуществляется
доверительным управляющим в интересах выгодоприобретателя, имеет некоторые
отличия от классической модели договора в пользу третьего лица (ст. 430 ГК). В
частности, как известно, договором в пользу третьего лица признается такой договор,
в котором стороны установили, что должник обязан произвести исполнение не
кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу, имеющему
право требовать от должника исполнения обязательства. С момента выражения
должнику третьим лицом намерения воспользоваться своим правом по договору
стороны не могут расторгать или изменять заключенный ими договор без согласия
третьего лица (иное может быть предусмотрено законом, иными правовыми актами
или договором). В случае, когда третье лицо отказалось от права,
предоставленного ему по договору, кредитор может воспользоваться этим правом,
если это не противоречит закону, иным правовым актам и договору.

Нельзя не заметить, что нормы, регулирующие отношения,
связанные с доверительным управлением имуществом, содержат некоторые отклонения
от названных общих правил. В частности, учредитель доверительного управления
имуществом (кредитор в этом обязательстве), назначивший выгодоприобретателя,
сохраняет некоторые права требования к доверительному управляющему, например он
вправе требовать от доверительного управляющего представления отчета о его
деятельности по управлению имуществом (п. 4 ст. 1020 ГК); чтобы получить
возможность поручить совершение отдельных действий (от имени доверительного
управляющего), необходимых для управления имуществом, другому лицу,
доверительный управляющий должен добиться согласия на это именно учредителя, а
не выгодоприобретателя (п. 2 ст. 1021 ГК).

Применительно к договору доверительного управления
имуществом, заключаемого в интересах выгодоприобретателя, не в полном объеме
действует общее правило о том, что стороны не могут его расторгать без согласия
третьего лица: доверительный управляющий и учредитель могут отказаться от
договора в связи с невозможностью для доверительного управляющего лично
осуществлять доверительное управление имуществом, а учредитель, кроме того,
вправе заявить отказ от договора и по иным причинам при условии выплаты
доверительному управляющему обусловленного договором вознаграждения (п. 1 ст.
1024 ГК).

Отказ выгодоприобретателя от права, предоставленного ему по
договору, влечет не появление у учредителя (кредитора) возможности
воспользоваться этим правом, как это предусмотрено п. 4 ст. 430 ГК, а служит
основанием для прекращения договора доверительного управления имуществом (п. 1
ст. 1024 ГК).

Вместе с тем все отмеченные отступления от общей модели
договора в пользу третьего лица в принципе укладываются в рамки возможных
изъятий из общих правил, предусмотренных самими указанными общими правилами.
Поэтому договор доверительного управления имуществом, заключенный в интересах
выгодоприобретателя, действительно, можно признать договором в пользу третьего
лица. А договоры доверительного управления имуществом по основаниям,
предусмотренным законом (ст. 1026 ГК), могут заключаться исключительно как
договоры в пользу третьего лица (собственника имущества или его наследников).

Необходимо также отметить, что учредитель доверительного
управления, являющийся собственником имущества, если он не назначил
выгодоприобретателя, имеет самостоятельное право на получение выгод от
управления его имуществом. Для этого ему вовсе не обязательно в тексте договора
назначать себя выгодоприобретателем, как полагают некоторые авторы. К примеру,
по мнению В.А. Дозорцева, даже в тех ситуациях, когда в договоре доверительного
управления имуществом фигуры учредителя управления и выгодоприобретателя
совпадают, т.е. учредитель попросту не назначил выгодоприобретателя, —
«это разные отношения с одним лицом, выступающим в качестве то учредителя,
то выгодоприобретателя» <*>.

———————————

<*> Дозорцев В.А. Указ. соч. С. 537.

Думается, что в тех случаях, когда, заключая договор
доверительного управления имуществом, собственник — учредитель доверительного
управления не указывает выгодоприобретателя, право на получение выгод от
доверительного управления имуществом принадлежит непосредственно его учредителю
как таковому (а не учредителю в качестве выгодоприобретателя) и составляет
содержание единого обязательства доверительного управления имуществом, не
образуя иного (отдельного) правоотношения между доверительным управляющим и
выгодоприобретателем (в лице учредителя доверительного управления). Об этом
свидетельствуют и нормы ГК, где сказано что доверительный управляющий обязуется
осуществлять управление имуществом в интересах учредителя управления или
указанного им выгодоприобретателя (п. 1 ст. 1012), а также о том, что
существенным условием договора доверительного управления имуществом является
наименование юридического лица или имя гражданина, в интересах которого
осуществляется доверительное управление (учредителя или выгодоприобретателя)
(п. 1 ст. 1016).

2. Субъекты договорных отношений

Сторонами договора доверительного управления имуществом
всегда выступает учредитель доверительного управления имуществом, а также
доверительный управляющий. В тех случаях, когда, заключая договор, учредитель
указывает лицо, в интересах которого должно осуществляться доверительное
управление имуществом, состав участников договорных отношений по доверительному
управлению имуществом несколько усложняется: наряду с учредителем управления и
доверительным управляющим участником данных отношений становится
выгодоприобретатель (бенефициар), положение которого характеризуется тем, что
он признается третьим лицом, в пользу которого заключен договор доверительного
управления имуществом.

Учредителем доверительного управления является собственник
имущества, передаваемого в доверительное управление. В случаях, когда
доверительное управление учреждается по основаниям, предусмотренным законом
(ст. 1026 ГК), доверительным управляющим признается иное лицо, указанное в
законе, не являющееся собственником имущества (ст. 1014 ГК).

Исходя из данной формулировки, следует признать, что в
качестве учредителя доверительного управления не может выступать субъект иного
вещного права (помимо права собственности). Данное обстоятельство имеет особое
значение для определения круга правомочий государственных и муниципальных
предприятий в отношении закрепленного за ними имущества, а также учреждений в
отношении имущества, приобретенного ими за счет доходов, полученных от
разрешенной собственником предпринимательской деятельности.

В первом случае государственные и муниципальные унитарные
предприятия, как известно, признаются субъектами права хозяйственного ведения и
в этом своем качестве владеют, пользуются и распоряжаются закрепленным за ними
имуществом в пределах, определенных в соответствии с ГК (ст. 295); нормами,
регламентирующими право хозяйственного ведения государственных и муниципальных унитарных
предприятий, не запрещена и не ограничена такая форма распоряжения имуществом,
как передача его в доверительное управление. В связи с этим отсутствие среди
лиц, признаваемых учредителями доверительного управления, субъектов права
хозяйственного ведения, представляет собой для государственных и муниципальных
предприятий ограничение не только на участие в договорных отношениях по
доверительному управлению имуществом (по субъекту), но и на распоряжение
подобным образом закрепленным за ними имуществом.

Что касается учреждений, которые приобрели имущество за счет
доходов от разрешенной собственником предпринимательской деятельности, то по
общему правилу они вправе самостоятельно распоряжаться таким имуществом без
каких-либо ограничений. Причем содержащая это правило норма (п. 2 ст. 298 ГК)
не оставляет возможности для введения подобных ограничений законодательством.
Однако, учитывая, что учреждение как субъект права оперативного управления ни
при каких условиях не может стать собственником принадлежащего ему имущества (в
том числе и приобретенного на доходы от разрешенной предпринимательской
деятельности), оно лишено возможности выступать в качестве учредителя
доверительного управления имуществом (ограничение по субъекту).

Интересно отметить, что Гражданский кодекс Республики
Казахстан предусматривает возможность выступать в качестве учредителя
доверительного управления имуществом не только для собственника, но и для
субъекта иного вещного права, и для компетентного органа, уполномоченного на
передачу имущества в доверительное управление (п. 1 ст. 884 ГК). Комментируя
данное законоположение, И.У. Жанайдаров указывает: «Учредителем
доверительного управления на основании сделки, по общему правилу, является
собственник. В отношении государственного имущества им может выступить
предприятие на праве хозяйственного ведения… казенное предприятие или
учреждение с разрешения компетентного органа или уполномоченный на то
государственный орган» <*>.

———————————

<*> Гражданский кодекс Республики Казахстан (Особенная
часть). Комментарий / Отв. ред. М.К. Сулейменов, Ю.Г. Басин. Алматы, 2000. С.
476 — 477.

Такой подход представляется довольно странным по той
причине, что и государственные или муниципальные предприятия (субъекты права
хозяйственного ведения), и учреждения (субъекты оперативного управления)
создаются собственником для выполнения определенных задач и в связи с этим
наделяются целевой правоспособностью в той мере, какая требуется для выполнения
уставных целей и задач. Передача имущества в доверительное управление лишает
государственные и муниципальные предприятия, а также учреждения возможности
обеспечить выполнение целей и задач, предусмотренных их уставами, ради чего
они, собственно, и были созданы собственником. В связи с этим представляется
вполне обоснованным вывод, сделанный В.А. Дозорцевым: «Носители права
оперативного управления или хозяйственного ведения не могут быть учредителями
доверительного управления. Категория не может строиться в виде пирамиды или
матрешки. Право оперативного управления и право хозяйственного ведения уже
предполагают осуществление его носителями правомочий собственника. Эти
правомочия не могут быть вторичными, осуществляемыми во втором звене. Поэтому
для учреждения управления имуществом, состоящим в оперативном управлении или
хозяйственном ведении, этот режим должен быть прекращен: если необходимо,
соответствующие организации должны быть ликвидированы, а имущество передано в
управление на первичной основе» <*>.

———————————

<*> Дозорцев В.А. Указ. соч. С. 537.

Рассуждая об учредителях доверительного управления, В.В.
Чубаров обращает внимание на то, что в качестве учредителя «может
выступать как единоличный собственник, так и обладатели имущества на праве
общей или совместной собственности. Так, супруги вправе передать в
доверительное управление принадлежащий им на праве совместной собственности
жилой дом. В этом случае, помимо гл. 53 ГК, необходимо руководствоваться также
правилами гл. 16 ГК о праве общей собственности и ст. 35 Семейного кодекса
РФ» <*>. В таких ситуациях возникает множественность лиц на стороне
учредителя доверительного управления, а все собственники признаются солидарными
кредиторами.

———————————

<*> Гражданское право России. Часть вторая.
Обязательственное право: Курс лекций. С. 573.

Вместе с тем в некоторых случаях правило о том, что
учредителем доверительного управления может выступать собственник имущества,
приобретает несколько условный характер. Среди возможных объектов
доверительного управления ГК (ст. 1013) называет не только вещи, но и права,
удостоверенные бездокументарными ценными бумагами, исключительные права и
другое имущество. В исключительных случаях, предусмотренных законом,
самостоятельным объектом доверительного управления признаются деньги (надо
понимать, как наличные, так и безналичные).

При передаче в доверительное управление объектов, на которые
не могут быть установлены вещные правоотношения, слово «собственник»
(в контексте ст. 1014 ГК) приобретает смысл субъекта соответствующего имущественного
права, передаваемого в доверительное управление. Ранее в юридической литературе
уже обращалось внимание на данное обстоятельство. Так, Е.А. Суханов
подчеркивал, что в качестве учредителей доверительного управления могут также
выступать «субъекты некоторых обязательственных и исключительных прав,
например вкладчики банков и иных кредитных организаций, управомоченные по
«бездокументарным ценным бумагам», авторы и патентообладатели,
поскольку принадлежащее им имущество в виде соответствующих прав требования или
исключительных прав (имущественных правомочий) также может стать объектом
доверительного управления…» <*>.

———————————

<*> Гражданское право: В 2 т. Т. II, полутом 2:
Учебник. С. 119 — 120; см. также: Гражданское право России. Часть вторая.
Обязательственное право: Курс лекций. С. 374.

Определенным своеобразием отличается учредитель по договору
доверительного управления государственным или муниципальным имуществом.
Несмотря на то что такой договор заключается с доверительным управляющим
соответствующим уполномоченным государственным органом или органом местного
самоуправления, в качестве учредителя доверительного управления в этом случае
выступает непосредственно государство (Российская Федерация или субъект
Федерации) или муниципальное образование, являющееся собственником имущества.

Совершенно особым образом решается вопрос об учредителе
доверительного управления при заключении договора доверительного управления
имуществом по основаниям, предусмотренным законом (ст. 1026 ГК). Речь идет о
ситуациях, когда учреждается доверительное управление имуществом подопечного, в
отношении которого введены опека или попечительство, при необходимости
постоянного управления его имуществом (ст. 38 ГК); в доверительное управление
передается имущество гражданина, признанного судом безвестно отсутствующим (ст.
43 ГК); договор доверительного управления имуществом наследодателя заключается
исполнителем завещания (душеприказчиком) и доверительным управляющим (п. 1 ст.
1026 ГК). Во всех этих случаях права учредителя доверительного управления
принадлежат не собственнику имущества, а иным лицам, указанным в законе: органу
опеки и попечительства, душеприказчику.

К числу договоров доверительного управления имуществом,
заключаемых по основаниям, предусмотренным законом, относится также договор
доверительного управления имуществом при патронаже над дееспособным
гражданином. Согласно п. 3 ст. 41 ГК распоряжение имуществом, принадлежащим
совершеннолетнему дееспособному подопечному, который по состоянию здоровья не
может самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности
(в силу чего над ним устанавливается попечительство в форме патронажа),
осуществляется попечителем (помощником) на основании договора поручения или
доверительного управления, заключенного с подопечным. Несмотря на всю специфику
указанных правоотношений, она не касается учредителя доверительного управления,
поскольку в этом качестве выступает дееспособный гражданин, являющийся
собственником имущества.

Выгодоприобретатель (бенефициар) по общему правилу является
участником отношений по доверительному управлению имуществом только в том
случае, если собственник-учредитель доверительного управления при заключении
договора укажет определенное лицо, в чьих интересах должно осуществляться
доверительное управление. При этих условиях договор доверительного управления
имуществом заключается по модели договора в пользу третьего лица (ст. 430 ГК),
а выгодоприобретатель получает право требования к доверительному управляющему
надлежащего исполнения им своих обязательств.

Договор доверительного управления имуществом, заключаемый по
основаниям, предусмотренным законом, во всех случаях является договором в
пользу третьего лица, стало быть, в этих отношениях всегда участвует
выгодоприобретатель.

Гражданский кодекс Российской Федерации (гл. 53) не содержит
норм, регламентирующих правовое положение выгодоприобретателя по договору
доверительного управления имуществом или устанавливающих какие-либо ограничения
для лиц, участвующих в указанных отношениях в этом качестве. Исключение
составляет лишь запрет в отношении доверительного управляющего, который,
естественно, не может быть бенефициаром по тому же договору доверительного
управления имуществом (п. 3 ст. 1015 ГК). Из этого следует, что в качестве
выгодоприобретателя может выступать любое лицо, признаваемое субъектом
гражданского права: физические и юридические лица, государство, муниципальные
образования.

В отличие от российского ГК Гражданский кодекс Республики
Казахстан содержит норму о выгодоприобретателе (п. 3 ст. 884), согласно которой
выгодоприобретателем (лицом, в интересах которого осуществляется управление
имуществом) может быть любое лицо, не являющееся доверительным управляющим, а
также государство или административно-территориальная единица <*>.
Содержание этого правила полностью соответствует выводам, вытекающим из
российского ГК. Вместе с тем в доктрине встречаются позиции, которые не могут
не вызвать сомнений. Так, И.У. Жанайдаров указывает: «Мы допускаем, что
учредитель или закон могут предусмотреть неопределенный круг
выгодоприобретателей. Например, при установлении доверительного управления в
пользу лиц, плодотворно занимающихся научными изысканиями в какой-либо
области» <**>.

———————————

<*> Гражданский кодекс Республики Казахстан (Особенная
часть). Комментарий. С. 475.

<**> Гражданский кодекс Республики Казахстан
(Особенная часть). Комментарий. С. 475.

Видимо, в данном случае мы наблюдаем смешение понятий
выгодоприобретателя как участника гражданско-правовых отношений по
доверительному управлению имуществом (каковым может являться только лицо,
признаваемое субъектом гражданского права) и цели учреждения доверительного
управления, в качестве которой действительно может выступать необходимость
осуществления финансирования научной деятельности либо желание поощрить научный
коллектив за плодотворную работу. Однако и в последнем случае учредитель
доверительного управления должен назначить выгодоприобретателем субъекта
гражданского права и определить целевое назначение получаемых им средств или
иного имущества.

Центральный и, безусловно, самый интересный (с юридической
точки зрения) субъект правоотношений по доверительному управлению имуществом —
доверительный управляющий.

Доверительным управляющим может быть индивидуальный
предприниматель или коммерческая организация, за исключением унитарного
предприятия. В качестве доверительного управляющего не могут выступать
государственный орган или орган местного самоуправления. В случаях, когда
доверительное управление имуществом осуществляется по основаниям,
предусмотренным законом, доверительным управляющим может быть гражданин, не
являющийся индивидуальным предпринимателем, или некоммерческая организация, за
исключением учреждения (п. 1 и 2 ст. 1015 ГК).

Итак, требования, предъявляемые к доверительным управляющим,
могут быть дифференцированы на две группы: общие требования и специальные,
предусмотренные в отношении доверительного управления имуществом по основаниям,
определенным законом.

Общие требования состоят в том, что в качестве
доверительного управляющего могут выступать либо индивидуальные
предприниматели, либо коммерческие организации; из числа последних исключение
сделано только в отношении унитарных предприятий. Логика законодателя понятна:
осуществление эффективного управления доверенным имуществом предполагает в
первую очередь использование его в предпринимательской деятельности. А
учитывая, что доверительный управляющий, управляя имуществом, совершает сделки
и иные юридические и фактические действия от своего имени, он должен иметь
право на занятие предпринимательской деятельностью. Государственные и
муниципальные предприятия исключены из числа возможных доверительных
управляющих, поскольку они создаются собственником для определенных задач и
наделяются лишь целевой правоспособностью, необходимой им для выполнения
указанных задач, предусмотренных уставом. Такой правовой статус не позволил бы
названным субъектам осуществлять управление имуществом в полном объеме,
поскольку такая деятельность требует совершения любых юридических и фактических
действий, необходимых для обеспечения эффективного управления имуществом.

Во втором случае, когда речь идет о доверительном управлении
имуществом по основаниям, предусмотренным законом, к доверительному
управляющему предъявляются менее жесткие требования: в таком качестве могут
выступать также граждане, не являющиеся предпринимателями, а также
некоммерческие организации, кроме учреждений. При исключении из круга
доверительных управляющих учреждений принималась во внимание прежде всего
субсидиарная ответственность собственника по обязательствам учреждения при
недостаточности у последнего денежных средств (ст. 120 ГК).

Ситуации, когда доверительное управление имуществом вводится
по основаниям, предусмотренным законом, как правило, не предполагают
использование доверенного имущества для предпринимательской деятельности,
напротив, здесь зачастую имеет место целевое использование имущества, что
обеспечивается целым рядом ограничений и дополнительных обязанностей,
налагаемых на доверительного управляющего при осуществлении последним
управления доверенным ему имуществом. Скажем, доверительный управляющий по
договору доверительного управления имуществом лица, в отношении которого
введены опека или попечительство (п. 1 ст. 38 ГК), не вправе без
предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать сделки по
отчуждению имущества подопечного (обмену, дарению, сдаче в наем, в ссуду или
залог), а также сделки, влекущие отказ от принадлежащих подопечному прав,
раздел его имущества и выдел из него долей, и любых иных сделок, влекущих
уменьшение имущества подопечного (п. 2 ст. 37 ГК).

При осуществлении доверительного управления имуществом
гражданина, признанного безвестно отсутствующим, должно выполняться
дополнительное требование, согласно которому из этого имущества выдается
содержание гражданам, которых безвестно отсутствующий обязан содержать, и
погашается задолженность по другим обязательствам безвестно отсутствующего (п.
1 ст. 43 ГК).

При таких условиях вряд ли можно рассчитывать на то, что
функции доверительного управляющего согласится выполнять профессиональный
управляющий — предприниматель или коммерческая организация, которые озабочены
получением прибыли (в этом смысл их деятельности). Конечно, в тех
немногочисленных случаях, когда объектами доверительного управления по
основаниям, предусмотренным законом, являются предприятия, объекты недвижимости
либо иное ценное имущество, используемое в коммерческом обороте, а
доверительное управление учреждается на длительный срок и сулит солидное
вознаграждение, привлечение профессиональных управляющих не составит проблемы.
Но это скорее исключение из общего правила, основной же круг лиц, которые могут
выполнять обязанности доверительных управляющих, должен формироваться из числа
ближайших родственников и близких знакомых собственников имущества, в отношении
которого учреждается доверительное управление.

Наиболее сложным является вопрос о правовом положении
доверительного управляющего. С одной стороны, доверительный управляющий
является обычным участником гражданско-правового обязательства, оказывающего
услуги (правда, довольно своеобразные) контрагенту. В этом смысле реальное
осуществление управления имуществом в интересах учредителя доверительного
управления или выгодоприобретателя представляет собой исполнение доверительным
управляющим обязательства, вытекающего из договора доверительного управления
имуществом, в рамках относительного (обязательственного) правоотношения.

Вместе с тем, осуществляя доверительное управление
имуществом, доверительный управляющий вступает в различные правоотношения с
третьими лицами. Имущество, переданное в доверительное управление, обособляется
и по сути самостоятельно (независимо от его собственника) участвует в
имущественном обороте. При этом при совершении сделок с этим имуществом, иных
юридических и фактических действий доверительный управляющий действует от
своего имени, приобретенные им в ходе осуществления таких действий
имущественные права и новое имущество включаются в состав имущества,
находящегося в доверительном управлении, а исполнение обязательств, возникших в
результате сделок, совершенных доверительным управляющим, производится за счет
доверенного ему имущества. Кроме того, права доверительного управляющего на
соответствующее имущество обеспечиваются абсолютной защитой от действий любых
лиц, допускающих их нарушения.

Все перечисленные признаки делают доверительного
управляющего (в отношениях с третьими лицами) весьма похожим на субъектов
вещных прав на имущество. Эта тема весьма популярна в юридической литературе.
Некоторые авторы действительно полагают, что право доверительного управления
следует считать вещным правом. Например, по мнению П.В. Турышева,
«отношения доверительного управления имеют вещно-правовую природу, а
значит, должны признаваться разновидностью ограниченного вещного права»
<*>.

———————————

<*> Турышев П.В. Траст и договор доверительного
управления имуществом: Автореф. дис… канд. юрид. наук. М., 1997. С. 15.

Предложение об отнесении правоотношений доверительной собственности
(траста) в российской интерпретации (Указ Президента Российской Федерации от 24
декабря 1993 г. «О доверительной собственности (трасте)») к категории
иных вещных прав (не права собственности) впервые было высказано К.И.
Скловским. — См.: Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. Ставрополь,
1994. С. 77.

Такой квалификации правоотношений доверительного управления
имуществом мешает одно непреодолимое формальное препятствие, а именно
отсутствие права следования, характерное для всякого вещного права. Кстати, это
препятствие устранено в законодательстве Республики Казахстан. Согласно п. 2
ст. 891 ГК Республики Казахстан переход права собственности на доверенное
имущество не прекращает доверительного управления имуществом. Отсюда в доктрине
делается однозначный вывод о том, что в «в отношении объектов —
индивидуально-определенных вещей возникают вещные права» <*>.

———————————

<*> Гражданский кодекс Республики Казахстан (Особенная
часть). Комментарий. С. 478.

Необходимо отметить, что и авторы, являющиеся сторонниками
обязательственно-правовой концепции правоотношений доверительного управления
имуществом, постоянно сравнивают права доверительного управляющего в отношении
доверенного ему имущества с правом хозяйственного ведения государственных и
муниципальных унитарных предприятий. Так, В.А. Дозорцев указывает: «Режим
доверительного управления имуществом призван заменить хозяйственное ведение и
оперативное управление, а не существовать в качестве дополнительной надстройки
наряду с ними, образуя еще одно звено в управлении, дробя осуществление
правомочий собственника на несколько последовательных звеньев» <*>.

———————————

<*> Дозорцев В.А. Указ. соч. С. 537.

В связи с этим хотелось бы подчеркнуть, что право доверительного
управления имуществом и право хозяйственного ведения объединяет лишь одно
обстоятельство: в обоих случаях речь идет о профессиональном управлении чужим
имуществом в интересах собственника. В остальном же (с юридической точки
зрения) это совершенно различные, несопоставимые понятия. Право хозяйственного
ведения возникает путем создания его субъекта — унитарного предприятия, перед
которым собственником ставятся определенные цели и задачи (как правило,
производственного характера) и контролируется их выполнение; такой субъект
может быть ликвидирован в любой момент по усмотрению собственника. Право
доверительного управления возникает из соответствующего договора, заключаемого
собственником и доверительным управляющим путем их свободного волеизъявления, и
учреждается на определенный срок. При этом в качестве доверительного
управляющего выступает самостоятельный субъект гражданского права, не зависящий
от собственника имущества. Каждый из этих самостоятельных институтов
(хозяйственное ведение и доверительное управление) имеет собственное место в
системе субъективных гражданских прав и свою сферу применения.

Представляется, что доверительный управляющий не может быть
признан субъектом вещного права в отношении доверенного ему имущества по целому
ряду причин.

Во-первых, правомочия доверительного управляющего вытекают
не из закона, а из договора доверительного управления имуществом и
устанавливаются на определенный срок. Как известно, вещные права возникают по
основаниям, установленным законом, и носят бессрочный характер.

Во-вторых, доверительный управляющий хотя и осуществляет
правомочия собственника в отношении имущества, переданного в доверительное
управление, но делает это в пределах, предусмотренных не только законом, но и
договором. Статус субъекта вещного права предполагает, что его правомочия
определяются исключительно законом.

В-третьих, отсутствует такой необходимый признак вещного
права, как постоянное господство над имуществом (возможность постоянного
воздействия на него). Как уже отмечалось, права доверительного управляющего
носят срочный характер, по истечении срока, предусмотренного договором,
доверительный управляющий должен возвратить имущество учредителю доверительного
управления.

В-четвертых, доверительный управляющий осуществляет управление
доверенным ему имуществом не для удовлетворения собственных потребностей, как
это делает субъект всякого вещного права, а в интересах учредителя управления
или указанного им лица (выгодоприобретателя).

В-пятых, у права доверительного управления имуществом
отсутствует необходимый атрибут всякого права — право следования. Впрочем,
данный аргумент не имеет решающего значения для квалификации правового статуса
доверительного управляющего как субъекта обязательственных правоотношений. В
целом ряде случаев наделение субъектов обязательственных правоотношений как
правом следования, так и вещно-правовой защитой свидетельствует лишь об
использовании определенных приемов законодательной техники, что не может
свидетельствовать об изменении правовой природы соответствующих правоотношений
(например, право аренды, право залога).

В-шестых, несмотря на то, что, осуществляя управление
доверенным имуществом, совершая сделки и иные юридические и фактические
действия, доверительный управляющий действует от своего имени, он всякий раз
должен идентифицировать себя в глазах контрагента в качестве именно
доверительного управляющего имуществом, действующего на основании договора и в
интересах учредителя доверительного управления или выгодоприобретателя. Тем
самым он свидетельствует, что действует не в качестве субъекта вещного права, а
лишь исполняет свои обязанности перед учредителем доверительного управления и
выгодоприобретателем.

В-седьмых, среди имущества, которое может быть
самостоятельным объектом доверительного управления, встречаются такие его виды,
которые вовсе исключают существование каких-либо вещных правоотношений: права
на бездокументарные ценные бумаги, безналичные денежные средства,
исключительные права. При таких условиях единое и целостное регулирование
правоотношений, связанных с доверительным управлением имуществом, может быть
обеспечено исключительно нормами обязательственного права.

Кроме того, когда рассуждают о вещно-правовой природе
доверительного управления имуществом, обычно упускают из виду доверительное управление
имуществом по основаниям, предусмотренным законом. А ведь управление
доверительным управляющим имуществом вовсе не означает осуществление им всех
правомочий собственника. Напротив, такое доверительное управление имеет строго
определенное целевое назначение, например осуществление за счет имущества
выплат гражданам, которых должен был содержать гражданин, признанный безвестно
отсутствующим (п. 1 ст. 43 ГК).

Таким образом, осуществляя управление доверенным имуществом
и вступая в различные взаимоотношения с третьими лицами, доверительный
управляющий действует в качестве субъекта обязательственных правоотношений в
интересах учредителя доверительного управления и выгодоприобретателя. Вместе с
тем, являясь титульным владельцем соответствующего имущества, он получает
абсолютную защиту от незаконных действий третьих лиц.

3. Объекты доверительного управления

Объектами доверительного управления могут быть предприятия и
другие имущественные комплексы, отдельные объекты, относящиеся к недвижимому
имуществу, ценные бумаги, права, удостоверенные бездокументарными ценными
бумагами, исключительные права и другое имущество. Из так называемого другого
имущества особое правило предусмотрено только в отношении денег: «Не могут
быть самостоятельным объектом доверительного управления деньги, за исключением
случаев, предусмотренных законом» (п. 1 и 2 ст. 1013 ГК). Таким образом,
методом «исключения из исключения» деньги все же признаются объектом
доверительного управления, если это установлено законом.

На первый взгляд круг возможных объектов доверительного
управления представляется неограниченным («другое имущество»). Однако
на самом деле данное обстоятельство свидетельствует о том, что законодатель не
счел возможным дать круг объектов доверительного управления в виде исчерпывающего
перечня, имея в виду, что в таком качестве может выступать любое имущество,
отвечающее требованиям, вытекающим из всех норм, регулирующих правоотношения
доверительного управления имуществом. Учитывая изложенное, можно выделить общие
требования, предъявляемые ко всякому имуществу, передаваемому в доверительное
управление, и специальные требования, касающиеся отдельных объектов.

К числу общих можно отнести требования, предъявляемые к
объекту доверительного управления.

Во-первых, имущество в момент его передачи доверительному
управляющему не должно быть закреплено за иными субъектами на праве
хозяйственного ведения или оперативного управления (п. 3 ст. 1013 ГК). Как
известно, правом хозяйственного ведения обладают только государственные и
муниципальные предприятия, а правом оперативного управления — федеральные
казенные предприятия, а также учреждения, созданные как государством или
муниципальным образованием, так и иными собственниками. Существующий
законодательный запрет на передачу такого имущества в доверительное управление
объясняется тем, что собственник уже распорядился этим имуществом, закрепив его
на ограниченном вещном праве за созданными им юридическими лицами, которые по
сути и осуществляют правомочия собственника в отношении указанного имущества.
Если собственник решит распорядиться этим имуществом иным способом, например
путем передачи его в доверительное управление, он должен сначала аннулировать
ранее учрежденное им соответствующее ограниченное вещное право созданного им
юридического лица. Это может быть сделано путем изъятия имущества у такого
юридического лица, если это допускается законодательством. К примеру,
собственник имущества, закрепленного за казенным предприятием или учреждением
на праве оперативного управления, вправе изъять только излишнее, неиспользуемое
или используемое не по назначению имущество и распорядиться им по своему
усмотрению (п. 2 ст. 296 ГК). Однако наиболее радикальный способ сделать
имущество пригодным для передачи в доверительное управление — осуществить ликвидацию
соответствующего юридического лица, в хозяйственном ведении или оперативном
управлении которого находится данное имущество. По окончании ликвидационной
процедуры (после внесения записи о прекращении юридического лица в реестр
юридических лиц) указанное имущество может быть передано собственником в
доверительное управление.

Во-вторых, учитывая реальный характер договора
доверительного управления имуществом и то обстоятельство, что одним из
существенных условий договора доверительного управления является состав
имущества, передаваемого в доверительное управление, учредитель доверительного
управления должен фактически обладать этим имуществом в момент заключения
договора. В юридической литературе встречаются и иные мнения. Так, В.А.
Дозорцев указывает: «В договоре может быть предусмотрено, что в
доверительное управление будет передаваться имущество, еще подлежащее
приобретению или даже созданию, то есть имущество, еще не существующее в момент
заключения договора. Такое имущество станет предметом договора — но не
предметом доверительного управления. В этом случае в договоре должен быть
предусмотрен критерий, в соответствии с которыми вновь созданное или
приобретенное имущество включается в состав находящегося в доверительном
управлении» <*>. Однако договор доверительного управления имуществом
как реальный договор считается заключенным с момента передачи имущества.
Поэтому либо договор не будет признан заключенным вплоть до момента фактической
передачи имущества, относительно которого имелась договоренность между
учредителем управления и доверительным управляющим, либо эти договоренности
останутся за рамками договора, который вступает в силу только в отношении
имущества, фактически переданного доверительному управляющему. Во всяком
случае, представить себе ситуацию, что какое-либо имущество или его часть
является «предметом договора — но не предметом доверительного
управления», невозможно.

———————————

<*> Дозорцев В.А. Указ. соч. С. 538.

В-третьих, имущество, передаваемое в доверительное управление,
должно содержать в себе качества, позволяющие его отделить (обособить) от
имущества как учредителя доверительного управления, так и доверительного
управляющего. Более того, ГК (п. 1 ст. 1018) требует, чтобы это имущество
отражалось у доверительного управляющего на отдельном балансе и чтобы по нему
велся самостоятельный учет. В связи с этим в юридической литературе
высказывалось категорическое мнение о том, что объектом доверительного
управления может служить исключительно индивидуально-определенное имущество,
поскольку только оно поддается самостоятельному учету и может быть
действительно (юридически) обособлено от иного имущества. По этим же причинам
помимо имущества, определяемого родовыми признаками, из числа самостоятельных
объектов доверительного управления исключаются движимые вещи (кроме ценных
бумаг) <*>.

———————————

<*> См., например: Гражданское право: В 2 т. Т. II,
полутом 2: Учебник. С. 121 — 122; Дозорцев В.А. Указ. соч. С. 538.

Несколько менее категоричен в своих суждениях по этому
поводу В.В. Чубаров, который пишет: «В законе не содержится прямого
запрета на передачу в доверительное управление вещей, определяемых родовыми
признаками… Однако структура договора, характер взаимоотношений,
складывающихся между участниками, а также примерный перечень объектов договора,
даваемый в ст. 1013 ГК, не оставляют сомнений в том, что в доверительное
управление, как правило, должно передаваться индивидуально-определенное
имущество» <*>.

———————————

<*> Гражданское право России. Часть вторая:
Обязательственное право: Курс лекций. С. 571.

На наш взгляд, при толковании норм ГК о необходимости
обособления имущества, переданного в доверительное управление, следует
учитывать повышенный риск утраты имущества, который несет учредитель
доверительного управления, а данное обстоятельство, в свою очередь, делает
более предпочтительным жесткий подход к определению объектов доверительного
управления. В этом смысле вполне оправданным представляется вывод Е.А. Суханова
о том, что «само существо доверительного управления не допускает
возможности смешения находящегося в управлении имущества с имуществом самого
управляющего. В ином случае неизбежными стали бы различные недоразумения и даже
злоупотребления: смешивались бы не только доходы от использования такого
имущества, но и возникающие при этом права и обязанности, а имущество
учредителя, находящееся в управлении, могло бы стать объектом взыскания
кредиторов по личным долгам управляющего» <*>.

———————————

<*> Гражданское право: В 2 т. Т. II, полутом 2:
Учебник. С. 121 — 122.

Что касается возможности передачи в доверительное управление
только движимых вещей (в качестве самостоятельного объекта), то она должна быть
исключена, «ибо обособить их в юридическом смысле (путем открытия
отдельного баланса) невозможно» <*>. Несмотря на некоторый формализм
изложенной позиции, она вносит четкость и определенность в правовое
регулирование правоотношений, связанных с доверительным управлением имуществом.

———————————

<*> Там же. С. 122.

В-четвертых, имущество, передаваемое в доверительное
управление, должно обладать свойством непотребляемости в процессе его
использования, поскольку по истечении срока доверительного управления либо его
прекращения по иным основаниям доверительный управляющий должен возвратить это
имущество учредителю доверительного управления (п. 3 ст. 1024 ГК).

Перечисленные требования в равной степени относятся ко всем
объектам доверительного управления имуществом, в том числе и к тем, которые
названы в п. 1 ст. 1013 ГК: предприятиям и другим имущественным комплексам,
отдельным объектам недвижимости, ценным бумагам (включая бездокументарные),
исключительным правам. Принимая во внимание указанные требования, можно сделать
вывод о том, что договор доверительного управления имуществом в основном
рассчитан на правоотношения, объектами которых выступают предприятия,
недвижимое имущество, пакеты эмиссионных ценных бумаг, комплексы исключительных
прав. Именно эти виды имущества нуждаются в постоянном профессиональном
управлении. Что касается иного имущества (отдельные вещи, имущественные права),
то их участие в имущественном обороте должно обеспечиваться с помощью иных
типов договорных обязательств. Поэтому вряд ли можно приветствовать попытки расширительного
толкования круга возможных объектов доверительного управления, основанные на
формальном анализе их перечня, содержащегося в п. 1 ст. 1013 ГК, которые имеют
место в современной юридической литературе.

Например, Л.Ю. Михеева полагает возможной передачу в
доверительное управление практически любых имущественных прав, поскольку
«закон допускает доверительное управление имущественными правами как

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ