§ 1. Представительство в гражданском праве

§ 1. Представительство в гражданском праве

105
0

Представительство — правоотношение, в соответствии с которым
одно лицо (представитель) на основании имеющегося у него полномочия выступает
от имени другого лица (представля­емого), непосредственно создавая (изменяя,
прекращая) для него права и обязанности.

Полномочие представителя может основываться на доверен­ности,
законе (например, право родителей выступать от имени своих несовершеннолетних
детей (п. 1 ст. 28 ГК), опекунов — от имени подопечных в качестве их законных
представителей (п. 2 ст. 32 ГК), акте уполномоченного на то государственного
органа или органа местного самоуправления, либо следовать из обста­новки, в
которой действует представитель (например, продавец в розничной торговле,
кассир в магазине, приемщик багажа и т. п.) (п. 1 ст. 182 ГК).

По гражданскому праву представитель может совершать от имени
представляемого различные сделки (купли-продажи, найма, мены и т. д.), за
исключением таких сделок, которые по своему характеру могут совершаться только
лично (например, оформление завещания, усыновление), а равно других сделок,
указанных в законе (п. 4 ст. 182 ГК).

Через представителей могут совершаться и иные юридичес­кие
действия — предъявление претензии, получение заработ­ной платы, посылок и др.
Однако представителю запрещается совершать сделки от имени представляемого в
отношении себя лично или в отношении другого лица, представителем которого он
одновременно является, кроме случаев коммерческого пред­ставительства (п. 3 ст.
182 ГК).

При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица
или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в
интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый)
впоследствии пря-

Глава 7. Представительство             169

мо
не одобрит данную сделку (например, действия в чужом интересе согласно ст.
980—989 ГК).

Последующее одобрение сделки представляемым создает,
изменяет и прекращает для него гражданские права и обязан­ности по данной
сделке с момента ее совершения (ст. 183 ГК).

Не являются представителями лица, действующие хотя и в чужих
интересах, но от собственного имени (коммерческие по­средники, конкурсные
управляющие при банкротстве, душеп­риказчики при наследовании и т. п.), а также
лица, уполномо­ченные на вступление в переговоры относительно возможных в
будущем сделок (п. 2 ст. 182 ГК).

В соответствии со ст. 135 Транспортного устава железных
дорог РФ предъявление претензий и исков юридическими и фи­зическими лицами, не
являющимися грузоотправителями и гру­зополучателями, допускается только в
случае, когда между эти­ми лицами и грузоотправителями или грузополучателями
надлежаще оформлен договор поручения либо выдана надле­жаще оформленная
доверенность. При этом согласно ст. 182 и 971 ГК и ст. 34 АПК истцом по делу
будет грузоотправитель или грузополучатель, заключивший договор поручения или
выдав­ший доверенность.

При непредставлении надлежаще оформленного договора
поручения или доверенности исковое заявление подлежит воз­врату в соответствии
с п. 2 ч. 1 ст. 108 АПК.

Передача прав грузополучателем и грузоотправителем в по­рядке,
предусмотренном ст. 135 Транспортного устава желез­ных дорог РФ, не является
уступкой прав требования по обяза­тельствам, связанным в перевозкой груза.

Требования к железным дорогам, возникающие в связи с
осуществлением перевозки груза, могут быть предъявлены гру­зоотправителем или
грузополучателем (п. 27 постановления Пленума ВАС РФ от 12 ноября 1998 г. № 18
«О некоторых вопросах судебной практики арбитражных судов в связи с вве­дением
в действие Транспортного устава железных дорог Рос­сийской Федерации» ).

Сделка по приобретению акционерным обществом размещен­ных им
акций, совершенная с нарушением требований законо­дательства, недействительна
(ничтожна).

Организация-акционер обратилась с иском о признании
недействи­тельным договора купли-продажи акций, заключенного от ее имени
представителем, имевшим доверенность, с акционерным обществом,

170

Гражданское право. Общая часть

выпустившим
эти акции. Истец обосновывал свои требования тем, что представитель,
осуществляя сделку, действовал в ущерб интересам доверителя и с нарушением
закона, в связи с чем акции были проданы по более низкой цене, чем они могли
быть реализованы исходя из ры­ночной стоимости. Допущено нарушение
законодательства и со сторо­ны покупателя — общества, которое приобрело выпущенные
им акции у акционера, не выполнив требований, установленных Федеральным законом
«Об акционерных обществах». Суд первой инстанции в иске отказал.

Апелляционная инстанция оставила решение в силе.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ отменил судебные
акты, принятые по этому делу, и вынес постановление об удовлетво­рении иска.

При проверке материалов дела установлено, что представитель
истца, заключивший договор купли-продажи по доверенности после­днего, являлся
одновременно генеральным директором общества, ак­ции которого были предметом
сделки.

В соответствии с п. 3 ст. 182 ГК представитель не может
совершать сделки от имени представляемого в отношении другого лица, предста­вителем
которого он также является. Генеральный директор ак­ционерного общества нарушил
это требование, поскольку заключил договор от имени истца в пользу акционерного
общества, исполнитель­ным органом которого он являлся и от имени которого
совершал сделки в силу занимаемого положения. При этих условиях заключенный им
договор на основании ст. 168 ГК является ничтожным.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ, отметил также, что
общество приобрело принадлежащие истцу акции с нарушением норм Федерального
закона «Об акционерных обществах».

Согласно ст. 72 названного Закона акционерное общество может
приобретать размещенные им акции у акционеров по решению совета директоров. При
этом в решении должны быть определены категории (типы) приобретаемых акций, их
ко­личество, цена приобретения, форма и срок оплаты, а также срок, в течение
которого осуществляется приобретение акций. Цена приобретения акций
определяется в порядке, установлен­ном ст. 77 Закона. Решение о приобретении
акций должно быть доведено до всех акционеров с тем, чтобы каждый владелец
акций имел возможность предложить их обществу для приобре­тения.

В данном случае совет директоров в нарушение ст. 72 Феде­рального
закона принял решение о приобретении акций только у одного лица. Не выполнены и
требования об определении их стоимости в порядке, предусмотренном ст. 77
названного Зако­на. В результате, как видно из материалов дела, акции были

Глава 7. Представительство             171

приобретены
обществом по цене, которая оказалась намного ниже их реальной рыночной
стоимости. Указанные нарушения также являются основанием для признания заключенного
об­ществом договора купли-продажи недействительным.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ
договор, заключенный между истцом и ответчиком, при­знан недействительным.
Держателю реестра акционеров пред­ложено восстановить в реестре соответствующую
запись о дан­ном акционере (п. 13 приложения к информационному письму
Президиума ВАС РФ от 21 апреля 1998 г. № 33 «Обзор практи­ки разрешения
споров по сделкам, связанным с размещением и обращением акций»).

Ответственность за неисполнение или ненадлежащее испол­нение
биржевой сделки, заключенной от имени клиента, несет сторона по сделке, а не
биржевой посредник.

В арбитражный суд обратилось предприятие с иском к
брокерской фирме о взыскании неустойки и убытков в связи с неисполнением бир­жевой
сделки, заключенной истцом при посредничестве ответчика.

Арбитражный суд правомерно в иске отказал, обосновав данное
решение следующими доводами.

Обязательства по гражданско-правовой сделке берут на себя
сто­роны по этой сделке, а не посредники, участвовавшие в ее заключе­нии.

Поэтому в случае неисполнения одной из сторон своих
договорных обязательств другая сторона в силу ст. 68 и 70 Основ гражданского за­конодательства
вправе предъявить соответствующие требования неис­правной стороне, а не
посреднику, которому поручалось заключить указанную сделку от имени клиента.

В другом случае в арбитражный суд обратилась товарная биржа
с требованием о взыскании с брокерской фирмы штрафных санкций в связи с
неисполнением биржевой сделки, заключенной при участии от­ветчика.

При разрешении данного спора арбитражный суд установил, что
в правилах биржевой торговли товарной биржи, выступающей истцом, предусмотрено
взыскание с брокерских фирм в пользу биржи штраф­ных санкций в случае
неисполнения или ненадлежащего исполнения биржевой сделки, заключенной клиентом
при посредничестве соответ­ствующей брокерской фирмы.

Арбитражный суд исходил из того, что указанная норма правил
биржевой торговли противоречит ст. 68 и 70 названных выше Основ, и
руководствуясь ст. 107 АПК, в иске отказал (п. 1 письма ВАС РФ от 3 августа
1993 г. № С-13/ОП 250 «Обзор

172

Гражданское право. Общая часть

практики
разрешения споров, связанных с исполнением, изме­нением и расторжением биржевых
сделок»).

В Транспортном уставе железных дорог РФ предусмотрено, что
если организации имеют железнодорожные подъездные пути или грузоотправители и
грузополучатели имеют склады и по­грузочно-разгрузочные площадки на
железнодорожных подъез­дных путях, принадлежащих железной дороге, железная доро­га
и владелец железнодорожного подъездного пути либо грузо­отправитель
(грузополучатель) заключают договор, связанный с эксплуатацией железнодорожного
подъездного пути или с по­дачей и уборкой вагонов. Заключение таких договоров
обязатель­но как для железной дороги, так и для владельца подъездного пути,
грузоотправителя (грузополучателя). Поэтому при неосно­вательном уклонении
одной из сторон от заключения этих дого­воров вторая сторона вправе обратиться
в арбитражный суд с заявлением об обязании заключить договор. Арбитражный суд
заявление принимает к рассмотрению на общих основаниях.

Арбитражным судам следует принимать к производству и
заявления о рассмотрении разногласий по таким договорам без представления
письменного соглашения сторон о передаче раз­ногласий на разрешение
арбитражного суда, если начальник железной дороги и владелец железнодорожного
подъездного пути не пришли к соглашению из-за имеющихся между ними разно­гласий.

Арбитражным судам следует иметь в виду, что Транспорт­ный
устав железных дорог РФ не предоставляет начальнику отделения железной дороги
права подписывать ни договор, свя­занный с эксплуатацией железнодорожного
подъездного пути, ни договор, связанный с подачей и уборкой вагонов. Такие дого­воры,
как указано в ст. 67 Транспортного устава, со стороны железной дороги
подписываются начальником железной дороги (лицом, исполняющим его обязанности)
или по его поручению начальником железнодорожной станции и владельцем железно­дорожного
подъездного пути (по его поручению — обслужива­ющей его организацией).

В случае спора между железной дорогой и ветвевладельцем по
договору, подписанному начальником железнодорожной стан­ции, железная дорога
должна представить арбитражному суду поручение на подписание договора
начальником железнодорож­ной станции.

Если после принятия к производству заявления об обязании
ветвевладельца заключить договор, связанный с эксплуатацией

Глава 7. Представительство             173

подъездного
пути или с подачей и уборкой вагонов, у арбит­ражного суда возникнут сомнения в
наличии у начальника же­лезнодорожной станции поручения подписать договор,
началь­нику станции предлагается представить соответствующие дока­зательства
наличия такого поручения.

Арбитражный суд возвращает без рассмотрения заявление о
рассмотрении разногласий, если истцом не представлены до­казательства
соблюдения установленного абзацем четвертым ст. 67 Транспортного устава
доарбитражного порядка разреше­ния разногласий непосредственно начальником
железной доро­ги и владельцем железнодорожного подъездного пути (п. 15
постановления Пленума ВАС РФ от 12 ноября 1998 г. № 18 «О некоторых
вопросах судебной практики арбитражных судов в связи с введением в действие
Транспортного устава железных дорог Российской Федерации»).

Лицо, в интересах которого установлены ограничения, вправе
впоследствии одобрить сделку, совершенную с пороками, упо­мянутыми в ст. 174
ГК. Поскольку данная норма не содержит положений об одобрении сделок, в силу
ст. 6 ГК к таким отноше­ниям следует применять п. 2 ст. 183 ГК, регулирующий
сходные отношения (аналогия закона).

При этом следует иметь в виду, что одобрением сделки мо­жет
быть признан, в частности, факт принятия истцом испол­нения по оспариваемой
сделке, который свидетельствует о том, что сделка была одобрена, в том числе
уполномоченным орга­ном юридического лица. Основания для признания сделки не­действительной
по ст. 174 ГК в таком случае отсутствуют (п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от
14 мая 1998 г. № 9 «О не­которых вопросах применения статьи 174
Гражданского ко­декса Российской Федерации при реализации органами юриди­ческих
лиц полномочий на совершение сделок»).

Расчеты по договору строительного подряда, заключенного
неуполномоченным лицом, но впоследствии одобренного заказ­чиком, должны быть
произведены в установленном порядке.

Подрядчик обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с
предприятия-заказчика стоимости выполненных работ на основании акта приемки
результатов работ.

Заказчик заявил встречное требование о признании договора
недействительным, так как он подписан неуполномоченным лицом.

Суд первой инстанции удовлетворил встречный иск,
согласившись с доводами заказчика о недействительности письменного договора, и
отказал в иске о взыскании стоимости работ.

Гражданское
право. Общая часть

Апелляционная
инстанция отменила решение, удовлетворила иско­вое требование и отказала во
встречном иске по следующим основани­ям.

В период строительства предприятие производило промежуточные
платежи. В деле имеются документы за подписью руководителя пред­приятия, в
которых обсуждаются особенности производства отдельных видов работ и качество
используемых материалов.

Все это свидетельствует о последующем одобрении сделки заказ­чиком
в лице компетентного органа (ст. 183 ГК).

Поскольку обусловленная договором работа выполнена и за­казчиком
это не оспаривается, стоимость ее подлежит взыска­нию (п. 3 приложения к
информационному письму Президиума ВАС РФ от 24 января 2000 г. № 51 «Обзор
практики разреше­ния споров по договору строительного подряда»).

Подписание векселя от чужого имени с превышением полномочий
обязывает самого подписавшего и не влечет недействительности обяза­тельств иных
лиц, поставивших свои подписи на векселе.

Векселедержатель после отказа векселедателя от платежа по
про­стому векселю предъявил иск о взыскании вексельного долга к индос­санту.
Индоссант отказался удовлетворить это требование со ссылкой на подписание
векселя от имени векселедателя неуполномоченным ли­цом, в силу чего сделка
должна быть признана недействительной.

Арбитражный суд установил, что вексель подписан директором
филиала предприятия векселедателя. В соответствии с уставом и дове­ренностью
директор филиала наделен полномочиями на заключение сделок на сумму, не
превышающую 5 млн. руб. Вексель же выдан на 10 млн. руб. Суд признал, что
директор при подписании векселя превысил предоставленные ему полномочия,
следовательно, вексель недействи­телен. В иске было отказано.

Постановлением кассационной инстанции решение отменено в свя­зи
с неправильным применением норм материального права, поскольку арбитражным
судом при вынесении решения не принято во внимание, что в случаях, когда
подписавшее вексель лицо не имело соответству­ющих полномочий, следует
руководствоваться ст. 8 Положения о пере­водном и простом векселе. Указанная
статья предусматривает, что каж­дый, кто подписал вексель в качестве
представителя лица, от имени которого он не был уполномочен действовать, сам
обязан по векселю. В таком же положении находится представитель, превысивший
свои пол­номочия.

Подписание векселя неуполномоченным лицом не влечет
недействительности обязательств всех иных лиц, поставивших свои подписи на
векселе (ст. 7 Положения о переводном и про­стом векселе, введенного в действие
постановлением ЦИК и

Глава 7. Представительство             175

СНК
СССР от 7 августа 1937 г.), в том числе индоссантов. По­скольку векселедержатель
основывал свое право на непрерыв­ном ряде индоссаментов и ответчик не
представил доказательств, свидетельствующих о недобросовестности держателя
векселя, исковые требования были удовлетворены (п. 4 приложения к
информационному письму Президиума ВАС РФ от 25 июля 1997 г. №18 «Обзор
практики разрешения споров, связанных с ис­пользованием векселя в хозяйственном
обороте»).

Если биржевая сделка совершена брокерской фирмой, не упол­номоченной
клиентом или с превышением полномочий, то такая сделка может быть признана
действительной лишь в случае пос­ледующего ее одобрения клиентом
(представляемым).

В арбитражный суд обратилось предприятие (покупатель) с
иском к контрагенту по биржевой сделке (продавцу) об обязании передать
предусмотренный данной сделкой товар.

Ответчик исковые требования не признал, указав на то, что
бирже­вая сделка заключена от его имени без соответствующего поручения.

При рассмотрении дела арбитражный суд установил, что срок
дей­ствия договора поручения, заключенного ответчиком с брокерской фир­мой, на
момент совершения биржевой сделки истек. В этой связи дан­ная фирма не могла
считаться лицом, уполномоченным ответчиком со­вершать биржевую сделку.

Учитывая изложенное, арбитражный суд, приняв во внимание ст.
63 Гражданского кодекса РСФСР, отказал в удовлетворении исковых требований как
основанных на недействительной сделке.

В другом случае биржевой посредник совершил биржевую сделку
от имени клиента с отступлением от указаний клиента, данных в дого­воре
поручения. Впоследствии клиент одобрил действия посредника.

Вместе с тем когда контрагент по биржевой сделке предъявил к
данному предприятию требования, вытекающие из ненадлежащего исполнения сделки,
предприятие иск контрагента не признало, сослав­шись на недействительность
биржевой сделки, заключенной с отступ­лением от условий договора поручения.

Однако арбитражный суд, руководствуясь ст. 63 Гражданс­кого
кодекса РСФСР, счел указанную биржевую сделку дей­ствительной и исковые
требования удовлетворить отказался (п. 3 письма ВАС РФ от 3 августа 1993 г. №
С-13/ОП-250 «Обзор практики разрешения споров, связанных с исполнением,
изме­нением и расторжением биржевых сделок»).

Оплата покупателем товара, приобретаемого по конкретной
биржевой сделке, заключенной лицом, не уполномоченным на ее совершение,
является формой одобрения этой сделки.

176

Гражданское право. Общая часть

Предприятие
заключило с брокерской фирмой договор поручения на покупку на бирже конкретного
товара по определенной в указанном договоре цене. Брокерская фирма при заключении
от имени предприя­тия договора купли-продажи согласилась оплатить товар по
более вы­сокой цене.

После получения экземпляра оформленной в установленном поряд­ке
биржевой сделки клиент произвел предоплату товара, как было пре­дусмотрено
условиями этой сделки. Соответствующая отметка содер­жалась в платежном
поручении на оплату товара.

По вине продавца сделка не была исполнена, в связи с чем
пред­приятие обратилось в арбитражный суд с требованием к брокерской фирме
возвратить денежное вознаграждение, так как последняя не имела права включать в
биржевую сделку условие об оплате товара по более высокой цене, чем указано в
договоре поручения.

Арбитражный суд правомерно в иске отказал, сославшись на сле­дующее
обстоятельство.

В соответствии со ст. 63 Гражданского кодекса РСФСР сделка,
со­вершенная от имени другого лица лицом, не уполномоченным на совер­шение
сделки или с превышением полномочий, создает, изменяет и прекращает гражданские
права и обязанности для представляемого в случае последующего одобрения этой
сделки представляемым.

В данной ситуации формой последующего одобрения сделки
явилась оплата покупателем товара, подлежащего продаже по конкретной биржевой
сделке (п. 4 письма ВАС РФ от 3 августа 1993 г. № С-13/ОП-250 «Обзор
практики разрешения споров, связанных с исполнением, изменением и расторжением
бирже­вых сделок»).

Так, комиссионер по договору комиссии (ст. 990 ГК) не может
считаться представителем комитента, поскольку действует от собственного имени,
тогда как поверенный в договоре поручения (ст. 971 ГК) является типичным
представителем доверителя.

Коммерческим представителем является лицо, постоян­но и
самостоятельно представительствующее от имени пред­принимателей при заключении
ими договоров в сфере предпри­нимательской деятельности (п. 1 ст. 184 ГК).

Коммерческий представитель обязан исполнять данные ему
поручения с заботливостью обычного предпринимателя и сохра­нять в тайне ставшие
ему известными сведения о торговых сдел­ках и после исполнения данного ему
поручения.

Допускается одновременное коммерческое представительство
разных сторон в сделке при условии наличия между ними со­глашения по этому
поводу.

Отношения коммерческого представителя и представляемого
являются возмездными и востребуемыми (п. 2 ст. 184 ГК).

Глава 7. Представительство             177

К
коммерческому представительству, в частности, не приме­няются традиционные
правила о последствиях отмены поруче­ния доверителем и отказе поверенного от
исполнения поручения. Если по общему правилу такая отмена или отказ не являются
основанием возмещения убытков, причиненных прекращением договора, то при
коммерческом представительстве односторон­ний разрыв договора дает право
потерпевшей от этого стороне требовать такого возмещения (ст. 978 ГК).

Коммерческое представительство осуществляется на осно­вании
договора, заключенного в письменной форме и содержа­щего указания на полномочия
представителя, а при отсутствии таких указаний — также и доверенности.

Как правило, коммерческое представительство осуществля­ется
профессиональным участником регулируемых гражданским законодательством
отношений в сфере предпринимательской деятельности — предпринимателем.

Условие это, несомненно, крайне желательно для довери­теля,
но с точки зрения права не обязательно.

Поверенный в договоре поручения действующий в качестве коммерческого
представителя осуществляет свои полномочия от имени, в интересах и за счет
доверителя.

Права, обязанности и ответственность по сделке, заключен­ной
поверенным, действующим в качестве коммерческого пред­ставителя в пределах
предоставленных ему полномочий с треть­им лицом, возникают непосредственно у
доверителя и третьего лица. Следовательно, речь может идти об отношениях в
сфере предпринимательской деятельности между доверителем и тре­тьим лицом.

Поверенный в данном случае может рассматриваться как
гражданин, постоянно и самостоятельно оказывающий юриди­ческую услугу за
вознаграждение или без такового.

Исходя из понятия предпринимательской деятельности как
Деятельности осуществляемой на свой риск (ст. 1 ГК), и с целью получения
прибыли, необходимо сделать вывод о том, что дея­тельность коммерческого
представителя действующего за счет доверителя и не всегда возмездно, не может
однозначно рас­сматриваться как предпринимательская.

Помимо этого гражданским законодательством допускается
предпринимательская деятельность гражданина и без регистра­ции в этом качестве
(п. 4 ст. 23 ГК).

Учитывая, что гражданин, занимающийся предприниматель­ской
деятельностью, но не прошедший государственную регис-

178

Гражданское право. Общая часть

трацию
в качестве индивидуального предпринимателя, не при­обретает в связи с занятием
этой деятельностью статус пред­принимателя, споры с участием таких лиц, в том
числе связан­ные с осуществлением ими предпринимательской деятельнос­ти, в
соответствии со ст. 25 ГПК РСФСР подведомственны суду общей юрисдикции.

При разрешении таких споров могут быть применены поло­жения
ГК РФ об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской
деятельности (п. 13 постановление Пле­нума Верховного Суда Российской Федерации
и Пленума Выс­шего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 1 июля 1996
г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой
Гражданского кодекса Российской Федерации»).

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ