Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 58      Главы: <   38.  39.  40.  41.  42.  43.  44.  45.  46.  47.  48. > 

    § 3. Конституционно-правовые основы общественного строя

    1. Конституционно-правовое регулирование экономических, социальных и духовно-культурных отношений

    Прежде чем говорить о детальном регулировании данных проблем, необходимо обратиться к основополагающим положе­ниям ст. 25 Конституции, в которой наряду с провозглашением права всех на поддержание минимального уровня здоровой и культурной жизни устанавливается обязанность государства прилагать усилия для дальнейшего развития общественного благосостояния, социального обеспечения и народного здра­вия. Из этой обязанности государства вытекают две важней­шие задачи: необходимость определить и обеспечить государ­ственный стандарт здоровой и культурной жизни и оказывать общественную помощь малоимущим и так называемым небла­гополучным семьям. Более детально эти вопросы урегулиро­ваны законами о профсоюзах, об урегулировании трудовых отношений, о трудовых стандартах. Так, Законом о меропри­ятиях в области занятости предусматривается осуществление общегосударственных мер по достижению полной занятости.

    Во многом благодаря тому, что на государство возложен целый ряд обязанностей в социально-экономической сфере, в Японии установлена система пожизненного найма и социаль­ного партнерства между объединениями лиц наемного труда и предпринимателей и сложился достаточно стабильный и один из самых низких в мире уровень безработицы. В середине 1997 г. в Японии безработные составляли 4,3% трудоспособного насе­ления, насчитывавшего около 125 млн. человек. Причем боль­шинство не имеющих работу — мужчины (1,35 млн.), что от­личает Страну восходящего солнца от других демократиче­ских государств, где большинство безработных — женщины.

    В соответствии с Конституцией (ст. 85) никакие государ­ственные средства не могут быть израсходованы, и никакие го­сударственные денежные обязательства не могут быть приня­ты, иначе как по решению Парламента.

    Для поддержания социального мира и избежания конф­ликтов между различными социальными слоями общества Кон­ституция запрещает предоставление каких-либо привилегий или преимуществ в получении государственных средств. В ча­стности, никакие государственные денежные средства или иное имущество не могут ассигноваться или предназначаться для использования, выгоды или содержания какого-либо ре­лигиозного учреждения или ассоциации или для каких-либо благотворительных, просветительных или филантропических учреждений, не находящихся под контролем публичных влас­тей (ст. 89).

    Вообще распоряжение государственными финансами воз­можно только на основе решения Парламента. Введение но­вых или изменение существующих налогов производится толь­ко на основании закона или при соблюдении предписанных законом условий (ст. 83, 84).

    2. Конституционные основы политической системы

    Характеристика структуры политической системы и глав­ных задач различных ее институтов не получила прямого от­ражения в Конституции Японии.

    Демократический характер государства вытекает из положений ее преамбулы, провозглашающей, что народ об­лечен суверенной властью и устанавливает настоящую Кон­ституцию. Государственная власть в связи с этим основывает­ся на непоколебимом доверии народа, ее авторитет исходит от народа, а полномочия осуществляются представителями наро­да, благами ее пользуется народ. Это принцип, общий для всего человечества, и на нем основана Конституция Японии.

    В развитие указанных положений ст. 15 Конституция при­знала неотъемлемое право народа избирать публичных долж­ностных лиц и отстранять их от должности и установила, что все публичные должностные лица являются слугами всего на­рода, а не какой-либо одной его части. Более того, ст. 99 пред­писала, что Император или Регент, а также государственные министры, члены Парламента, судьи и все остальные пуб­личные должностные лица обязаны уважать и охранять на­стоящую Конституцию.

    Столь лаконичная традиционная формула народовластия, приведенная выше, может создать впечатление о том, что японские избиратели нужны главным образом для того, чтобы в день выборов определить победившие партии или независи­мых кандидатов в представительных органах государственной власти и местного самоуправления. На самом деле подобное мнение будет ошибочным и даже отдаленно не напоминаю­щим фактическое состояние дел. Далеко не в каждом демок­ратическом государстве избиратели, подобно японским, име­ют право не только избирать должностных лиц государства и местного самоуправления, но и с помощью специально уста­новленного законодательством механизма влиять на досроч­ное прекращение полномочий представительных органов мес­тного самоуправления и должностных лиц муниципалитетов, а также судей вплоть до верховных, на отмену неугодных ме­стных законов. Конституционно-правовую основу под реализа­цию механизма досрочного отзыва заложили упомянутые выше нормы, дающие право каждому обращаться с мирной петици­ей о возмещении ущерба, о смещении публичных должност­ных лиц, о введении, отмене или исправлении законов, ука­зов или предписаний, а также по другим вопросам.

    Преамбула также определила ряд принципов внешней по­литики, "Мы, японский народ, — говорится в преамбуле, — желаем вечного мира и преисполнены сознания высоких идеа­лов, определяющих отношения между людьми; мы полны ре­шимости обеспечить нашу безопасность и существование, по­лагаясь на справедливость и честь миролюбивых народов мира. Мы хотим занять почетное место в международном сообще­стве, стремящемся сохранить мир и навсегда уничтожить на земном шаре тиранию и рабство, угнетение и нетерпимость. ...Мы убеждены... что принципы политической морали являют­ся всеобщими... Мы, японский народ, честью нашей страны клянемся, что, приложив все силы, мы достигнем этих высо­ких идеалов и целей". В целях реализации указанного выше принципа уже цитированная нами ст. 9 Конституции закрепи­ла не только отказ от войны, как суверенного права нации, но и отказ от содержания сухопутных, морских и военно-воз­душных сил, равно как и других средств ведения наступа­тельной войны. С учетом того, что Япония является членом международного сообщества, в ее Конституции дополнительно установлено, что все заключенные Японией договоры и дей­ствующие нормы международного права должны добросовес­тно соблюдаться.

    Благодаря конституционно гарантированной свободе со­браний и объединений создается множество различных орга­низаций: политических, профессиональных, женских, моло­дежных и т. д. Одних только политических партий здесь зарегистрировано около 10 тыс. Подавляющее большинство из них действует на локальном и префектуральном уровне.

    Возможно, многочисленность партий компенсируется дру­гой национальной особенностью: наличием жестких вертикаль­ных отношений между различными элементами системы, напо­минающих своим строением пирамиду. На нижних ярусах таких "пирамид" находятся различные профессиональные, кресть­янские, женские, молодежные организации, замыкающиеся на верхушку — политические партии. Низовые звенья "пира­мид" постоянно оказывают поддержку своим партиям, комп­лектуют их, распространяют их идеологию.

    Многие партии существуют всего несколько месяцев в пе­риод предвыборной борьбы, а затем прекращают свое суще­ствование до очередных выборов. Появление подобных партий-однодневок возможно по той простой причине, что закон дает возможность любому лицу, выдвигающему свою кандидатуру на выборах, объявить себя и своих сторонников политической партией. В силу этого иногда встречаются политические партии, состоящие исключительно из членов одной семьи. Подчас партии возникают в результате временных верхушечных комбинаций политической элиты.

    Наибольшим влиянием в стране пользуются несколько политических партий.

    Либерально-демократическая партия (ЛДП) создана в 1955 г. в результате объединения Либеральной и Демократической партий. С момента своего создания стала правящей. Партия неразрывно связана с крупным бизнесом и высшей государ­ственной бюрократией, а местные отделения — с администра­цией муниципальных образований. Данная особенность ЛДП связана с тем обстоятельством, что она в течение длительного времени практически бессменно находилась у власти. О том, что подобные отношения были не всегда законными и не настоль­ко "тесными", как казалось тем, кто их устанавливал, свиде­тельствуют достаточно частые скандальные судебные разби­рательства.

    ЛДП пользуется также значительной поддержкой мелких и средних предпринимателей, части крестьян. Одной из отли­чительных характеристик данной партии была ее фракцион­ность. В 50—60-е гг. в ней имелось 8 фракций, число которых к середине 70-х гг. сократилось до пяти. Существование фрак­ций давало руководству партии некоторые преимущества, позволяющие достигать решения многих очень важных про­блем на неформальном уровне. Например, в соответствии с Уставом ЛДП лидер партии избирается на съезде, фактически же кандидатура лидера утверждается неформальным компро­миссным соглашением фракций. Премьер-министр в соответ­ствии с требованиями Конституции выдвигается резолюцией Пар­ламента, фактически же голосование в Парламенте было фор­мальной процедурой, которая назначалась после того, как лидеры фракций договаривались между собой по этому вопро­су. Однако отрицательные стороны фракционной структуры всегда беспокоили партийное руководство ЛДП, которое на­чиная с 1963 г. неоднократно (10 раз!) провозглашало и осуще­ствляло роспуск фракций.

    Постоянная борьба фракций за влияние в партии и прави­тельстве создала видимость естественного саморегулирования и привела к установлению в Уставе ЛДП положения о том, что лидер партии занимает свой пост только в течение двух лет.

    "Живучесть" фракций, несмотря на кажущийся скандальный и странный характер их деятельности, имеет глубокие политические корни и "сдобрена" национальными традициями. Прежде всего среди причин выживания следует назвать функ­ции, выполняемые фракциями ЛДП. Среди них обычно выде­ляют следующие: распределение руководящих постов в партии Парламенте и правительстве; сбор и распределение денеж­ных средств на политические цели; оказание поддержки сво­им членам на выборах; заключение сделок с другими группи­ровками при смене партийного руководства и правительства. Если обобщить перечисленные выше функции, то становится очевидным, что фракциям принадлежит ведущая роль во все­стороннем обеспечении кадровой политики, придании ей струк­турной прочности, стабильности, преемственности и в конеч­ном итоге — жизнеспособности. За время своего существова­ния фракциям удалось выработать неписаные правила, которые неукоснительно соблюдаются, позволяя удовлетворять амби­ции фракционных лидеров и одновременно удерживать партию от раскола. Важнейшим из них является цикличный характер смены лидеров у власти: лидеров партии, лидеров фракций, лидеров палат Парламента и т. д. Эта система получила на япон­ском политическом языке специальное название — "дзюнъокури", которое может быть переведено как "вхождение во власть в порядке очереди".

    Кроме того, фракции выполняют роль своеобразного меха­низма внутрипартийной демократии, оставляя место для оппо­зиционности даже в рамках партии большинства. Это способ­но сыграть определенную роль в поисках компромисса и учета интересов меньшинств. Последнее приобретает особую значи­мость с учетом того факта, что фракции зачастую отличаются друг от друга всего несколькими голосами. Нередко в этих ус­ловиях небольшая фракция способна своей несговорчивостью затормозить принятие весьма важных решений, оговорив для себя приемлемые политические условия в ответ на опреде­ленную уступку.

    Среди причин, превративших решение о прекращении дея­тельности фракций в очередную фикцию, следует также на­звать реформу избирательных округов, проведенную практи­чески одновременно с принятием решения о роспуске фракций. О влиянии последнего фактора на "исчезновение" фракций — ниже в § 4.

    Председатель партии наделен огромными полномочиями, позволяющими ему оказывать существенное влияние не только внутри партии. Организационной работой и вопросами проце­дурного характера ведает генеральный секретарь партии. В префектурах создаются партийные федерации, а в более мелких территориальных единицах учреждаются отделения ЛДП, под­держивающие тесные отношения с соответствующими моло­дежными и женскими организациями и движениями.

    Формально партия насчитывает около 1,5 млн. членов. Точную же численность установить трудно, так как здесь, как и во многих других партиях консервативного толка (консерва­торов в Великобритании, республиканцев в США), отсутству­ют индивидуальное членство и членские партийные билеты.

    Партия выступает за сохранение стабильности в обще­стве, свободу предпринимательства и ограничение государ­ственного вмешательства в экономику*.

    * См.: The Nikkei Weekly. 2000. July 24.

    Социал-демократическая партия Японии была создана в 1945 г. на тайном съезде. В феврале 1991 г. отказалась от пре­жнего названия "Социалистическая партия Японии", а также приняла ряд поправок реформистского характера к партийной программе, что позволило ей более естественно вступать в пра­вительственные союзы с центристскими и правоцентристскими партиями. В декабре 1993 г. внутри партии образовалась груп­пировка "Демократы", что свидетельствует о том, что про­цесс реформирования партии еще не завершен.

    Социальную базу партии составляют рабочие, часть крес­тьян, рыбаки, средние и мелкие предприниматели, часть ин­теллигенции. Основной опорой партии являются профсоюзы. Для СДПЯ характерно разнообразие взглядов ее членов, поэтому для принятия решения требуется достижение компромисса между ними. Партия насчитывает около 110 тыс. членов.

    Новая партия Японии (НПЯ) была образована в мае 1992 г. частью либеральных демократов, обеспокоенных падением среди широкой массы избирателей престижа прежних партий, осо­бенно правящей ЛДП, а также недовольных засильем партий­ной бюрократии и ростом коррупции среди партийных функ­ционеров. На фоне других партий, имевших в числе депутатов в среднем 30% выходцев из бюрократии, в НПЯ доля бывших бюрократов составляла всего 6%. В Парламенте Новая партия стремится не допускать резкого обострения отношений с ЛДП, одновременно налаживая дружественные отношения с парти­ями центристской оппозиции.

    Демократическая партия Японии (ДПЯ) претендует на лидерство среди центристской оппозиции. Образовалась в ян­варе—марте 1998 г. Новая партия заявила о стремлении выполнять задачи "демократического центра", а не "левого цент­ра" и об отмежевании от неоконсерватизма. В качестве важ­нейших составных частей основ политического курса партии выдвигались идеи построения общества справедливого и сво­бодного выбора; защиты жизни народа в условиях нестабиль­ности и при наступлении старости; осуществления политичес­кой реформы с целью подлинного развития демократии.

    Новая партия Сакигакэ (Провозвестник) — малочислен­ная неоконсервативная группировка, вышедшая в июне 1993 г. в результате фракционной борьбы из состава ЛДП под лозун­гом показной борьбы с коррупцией и повышенного чувства на­ционализма. Самостоятельной силы не представляет, принципи­альными программными положениями от бывшей "материнской" партии не отличается. В результате этого широкой поддерж­кой избирателей не пользуется.

    Коммунистическая партия Японии (КПЯ) была создана в подполье в 1922 г. и до 1945 г. действовала нелегально. Сей­час ее численность составляет около 300 тыс. членов. Партия имеет низовые структурные организации во всех префекту­рах страны. Особенно сильно ее влияние в крупных промыш­ленных центрах. КПЯ не строит свою деятельность на основе марксизма-ленинизма. С другими компартиями ее связывает только название и некоторые пункты программы. Не случайно бывшая КПСС имела более тесные и частые контакты с ру­ководством СПЯ, проповедовавшим больше левацких идей, чем с КПЯ.

    Партия демократического социализма (ПДС) была обра­зована в I960 г. вышедшими из СПЯ правыми группировками. Она является членом Социалистического интернационала. От­вергает классовую борьбу, провозгласила себя "народной парти­ей". В политике придерживается так называемого "третьего пути". По многим вопросам сотрудничает с СДПЯ. Социальную базу данной партии составляют городские мелкие предприни­матели и часть рабочих. Главная опора — профсоюзы частных предприятий, признающие распространенную в Японии идею сотрудничества труда и капитала. В 1992 г. партия приняла новую программу, в которой отсутствовали упоминания о со­циализме. Подобная новелла нацелена на усиление сотрудни­чества с партиями Комэйто и другими партиями "среднего пути".

    Комэйто (Партия чистой политики) основана в 1964 г. Она насчитывает около 190 тыс. членов. Первоначально партия строилась на базе догм одной из буддистских сект. В 1970 г. провозгласила целью построение так называемого "гуманного социализма", основанного на идее "буддистской демократии". Призывает к сплочению оппозиции и созданию на этой основе правительственной коалиции "среднего пути", сотрудничает по этим вопросам с СДПЯ. Проповедует сдержанность, посто­янство и гармонию. Основная база — мелкие городские пред­приниматели. Имеет значительное влияние на уровне местно­го самоуправления, уступая по этому показателю только ЛДП.

    Вместо существовавшей с 1948 г. партийной системы с одной доминирующей партией в настоящее время в Японии формируется полноценная многопартийная система с некото­рыми элементами двухпартийности. После поражения на пар­ламентских выборах 1993 г. практически бессменно правившей ЛДП было создано несколько коалиционных правительств, од­нако в ноябре 1996 г. вновь было сформировано однопартий­ное правительство ЛДП, хотя эта партия уже не располагала большинством мест в Парламенте. Парламентские выборы летом 2000 г. также не дали ни одной из ведущих политических партий Японии абсолютного большинства депутатских мест в Палате представителей. В результате было сформировано трехпартийное коалиционное правительство во главе с ЛДП. Ее парт­нерами стали Новая консервативная партия и партия Комэйто.

    В пользу усиления элементов двухпартийной системы сви­детельствует несколько факторов. Во-первых, сужение за ко­роткий промежуток времени (1993—1996 гг.) состава партий­ных коалиций в правительствах с семи до трех партий. Во-вторых, активные попытки, вызванные партийными расколами внутри двух ведущих политических партий страны, создания влиятельного неоконсервативного блока, способного составить конкуренцию ЛДП.

    На этом фоне наблюдаются ослабление позиций СДПЯ и одновременно перегруппировка левых сил. В целом три партии откровенно левой ориентации — КПЯ, СДПЯ и НСП (Новая соци­алистическая партия) в совокупности на двух последних выбо­рах в Палату представителей собрали 1/5 голосов избирателей, причем место ведущего представителя этого течения стала занимать КПЯ, которая выдвинулась среди политических партий на четвертое место в стране по численности электората и числу депутатских мест.

    Таким образом, в Японии складывается ситуация, которая во многом напоминает модель партийно-политической системы ФРГ: ни одна из двух ведущих политических партий не спо­собна самостоятельно создать устойчивое большинство в Пар­ламенте. В силу этого характер правительства зависит от по­литической конъюнктуры третьей партии, склоняющей чащу весов на ту или иную сторону. Вместе с тем двухпартийную систему в Японии еще нельзя назвать сложившейся.

    В январе 1995 г. вступил в силу новый Закон о государ­ственной поддержке политических партий, который внес существенные коррективы в деятельность политических партий, особенно в период предвыборной борьбы. Главная идея данно­го Закона состоит в том, чтобы помочь искоренить политиче­скую коррупцию. В соответствии с его положениями полити­ческие партии, имеющие своих представителей в Парламенте, вправе получать государственные субсидии. Размеры госу­дарственной помощи конкретным партиям определяются чис­лом депутатских мест, занятых их представителями в пала­тах Парламента. В том же году эти субсидии в размере около 30 млрд. иен (около 300 млн. долл.) получили 9 политических партий. Данная мера хотя и не искореняет политическую кор­рупцию, но делает финансирование избирательного процесса гораздо более прозрачным, а главное — дает государству воз­можность осуществлять финансовый контроль законности аги­тационных предвыборных мероприятий, проводимых полити­ческими партиями.

    Социально-профессиональные объединения. В Японии один из самых низких уровней членства в профсою­зах — 24,5% экономически активного населения (около 12,3 млн. членов). Со второй половины 80-х гг. наблюдаются мощные процессы образования новых профсоюзных центров и распада старых, вызванные изменениями в социально-политической расстановке сил и перегруппировкой политических партий. Частичные перегруппировки 1986—1987 гг. завершились к 1990 г. глобальными изменениями. В итоге произошла значительная концентрация профсоюзного движения (число профсоюзных центров уменьшилось с четырех до трех), сопровождавшаяся некоторым их поправением.

    Решением 81-го (сентябрь 1989 г.) съезда Генеральный совет профсоюзов (СОХИО) — самое крупное профсоюзное объеди­нение страны, сотрудничавшее с СПЯ (действовал с 1950 г. и насчитывал 4,6 млн. членов), объявил о самороспуске. Входив­шие в него профсоюзы государственно-муниципального секто­ра в тот же день присоединились к Всеяпонской федерации профсоюзов работников частных компаний Рэнго, основанной в ноябре 1987 г. В результате образовалась Японская конфе­дерация профсоюзов (Сирэнго). Она объединяет 78 отраслевых профсоюзов и насчитывает около 8 млн. членов (5,5 млн. — рэнго и более 2 млн. — бывший СОХИО), что составляет око­ло 80% всех организованных трудящихся.

    Одновременно на базе ориентирующегося на КПЯ Сове­та связи профсоюзов за единый фронт было создано еще одно всеяпонское объединение — Национальная федерация проф­союзов, критически относящаяся к Сирэнго и объединяющая 27 отраслевых профсоюзов общей численностью около 1,4 млн. членов. В декабре 1989 г. сформировался третий профцентр — Национальный совет связи профсоюзов, объединивший ряд профсоюзов общей численностью около 0,5 млн. членов, сотруд­ничающий с левым крылом СДПЯ.

    В соответствии с действующим законодательством проф­союзные организации подлежат регистрации и обязаны осуще­ствлять свою деятельность в экономической сфере. Они вправе свободно вести переговоры и заключать коллективные согла­шения, регламентирующие условия труда и уровень заработ­ной платы, время труда и отдыха, другие подобные вопросы. При недостижении согласия по указанным вопросам они могут свободно, но в соответствии с законом организовывать забас­товки. Выдвижение политических требований в ходе ведения переговоров по коллективным соглашениям, а также в ходе забастовки запрещается.

    В связи с этими условиями в Японии практически не бы­вает стихийных забастовок. Они носят в основном регулярный и организованный характер весенних и осенних "наступлений".

    Из крестьянских организаций наиболее влиятельны Всеяпонская федерация крестьянских союзов, Национальный кре­стьянский союз, Национальная крестьянская всеобщая лига.

    Организации предпринимателей. Главный штаб выработки стратегии и тактики в сфере экономических интересов японских предпринимателей — это Федерация экономических организа­ций Японии, которая создана в 1946 г. и объединяет на индиви­дуальной основе около 80 ведущих представителей финансово-промышленных групп, а также на коллективной основе около 940 компаний и 120 финансово-промышленных ассоциаций. Вы­работкой согласованных действий предпринимателей в трудовых отношениях занимаются Федерация организаций работодателей, охватывающая 47 региональных и 55 отраслевых их объедине­ний, и Ассоциация экономических единомышленников, состоя­щая из примерно 1 тыс. влиятельных бизнесменов.

    Японская торгово-промышленная палата создана в 20-х гг. и ныне объединяет 489 региональных торгово-промышленных палат, в которых состоят 1,2 млн. главным образом мелких и средних фирм.

    Предпринимательские ассоциации тесно связаны и пере­плетены с бюрократическим аппаратом ЛДП. Лидеры и влия­тельные представители указанных ассоциаций состоят в мно­гочисленных консультативных комитетах при министерствах, правительстве. При ассоциациях действует множество посто­янных комитетов по вопросам внешней политики, экономичес­кого законодательства, промышленности и т. д., что способ­ствует оказанию влияния на определение политики страны.

    Религиозные общины и церковь. В послевоен­ный период в Японии все более широкое распространение стали получать различные религиозные организации и секты. В связи с этим в апреле 1951 г. был принят Закон о религиоз­ных юридических лицах. Он должен был упорядочить этот про­цесс, а также привести старый Закон о религиозных органи­зациях в соответствие с измененным Гражданским кодексом. Новый Закон предоставлял всем религиозным организациям право владеть храмами и святилищами со всем их имуще­ством, заниматься хозяйственной деятельностью, а также в соответствии с конституционным принципом свободы вероис­поведания запрещал государственным органам вмешиваться в дела отправления служб и других религиозный действ. Дан­ные законоположения вводили принципиально иной, основан­ный на началах самоуправления характер деятельности всех религиозных организаций. До этого религиозные организации использовались в интересах государства, контролировались им и находились под его защитой.

    Указанные либерально-демократические положения За­кона не вызвали особого беспокойства со стороны общества. Впервые о необходимости усиления контроля над деятельнос­тью некоторых религиозных организаций и сект заговорили после разоблачения в 1995 г. буддистской секты АУМ синрикё. Скандальная деятельность указанной секты позволила обра­тить внимание на тот факт, что благодаря демократическим положениям Закона в стране появилось великое множество сект. В частности, 373 религиозные секты, являющиеся юри­дическими лицами, относились к юрисдикции министерства про­свещения. С ними были связаны 173 тыс. святилищ, храмов, церквей и других религиозных групп со статусом юридическо­го лица и 47 тыс. без такового. 42 секты, включающие 272 юридических лица и 154 религиозные организации без такового статуса, находились под юрисдикцией префектуральных уп­равлений. Кроме того, свыше 6 тыс. независимых юридичес­ких лиц, не входящих в секты или школы, также находились в ведении префектуральных управлений. Таким образом, в се­редине 90-х гг. в стране существовало 425 школ и сект, объе­диняющих около 200 тыс. религиозных юридических лиц*.

    * См.: Маркаръян С. Б. История взаимоотношений религии и государства в Японии // Япония. 1998—1999. М., 1999. С. 76.

    Светский характер японского государства означает, что само государство, его органы и политико-территориальные подраз­деления отделены от церкви. По этой причине религиозным организациям запрещено получать от государства или его ор­ганов какие-либо привилегии или пользоваться политической властью. Конституция (часть третья ст. 20) провозгласила рас­пространенный в современных условиях принцип отделения школы от церкви и установила, что государство и его органы должны воздерживаться от проведения религиозного обуче­ния и какой-либо религиозной деятельности. Отказ от госу­дарственной религии и предоставления ей официального ста­туса и привилегий сделал более реальной свободу совести.

    Однако власти вынуждены считаться и с тем фактом, что в Японии на протяжении столетий именно религия была орга­низующим началом общества. Именно религия представляла собой тот сложный социальный институт, который вобрал в себя все богатство народной жизни, включая верования, мораль, право, этику. Властями Японии официально зарегистрировано 231 019 различных религиозных организаций и учреждений — храмов, церквей, сект. Большинство из них — 90 784 — относят­ся к синтоизму. Приблизительно столько же — 88 794 — будди­стские. Христианских конгрегации (в подавляющем большинстве они принадлежат католицизму, хотя есть и православные) — 9275. Остальные исповедуют ислам, иудаизм, даосизм и др.

    Как свидетельствует статистика, синтоистские храмы по­сещают около 109 млн. прихожан, буддистские — 96 млн. Хри­стиан насчитывается около 1,5 млн. и еще около 1,1 млн. объе­динены в различные секты смешанного типа. Всего верую­щих, таким образом, получается более 200 млн. человек (при численности населения 125 млн.). Из этого следует, что подав­ляющее большинство японцев не ограничивается привержен­ностью какой-либо одной религии или верованию. Чаще всего они являются прихожанами нескольких религиозных общин разных религий и верований. Критерием в выборе общины для многих выступает ее месторасположение и время года. По пути на работу, место службы или в другое присутственное место они заходят в одни храмы, в дни официальных праздников или семейных торжеств — в другие и т. д. Кроме того, на Но­вый год принято совершать паломничество в ближайший син­тоистский или буддистский храм. Весной, в период активного цветения сакуры, масса японцев устремляется в свои родные деревни для участия в традиционном синтоистском фестивале "мацури". Так называемый "родительский день" (день помино­вения предков — О-бон) совершается летом по буддистским канонам. Свадебные церемонии проводятся как по христианс­ким правилам (в церкви, с венчанием и торжественным обря­дом обмена кольцами), так и по синтоистским — "сан-сан кудо" (когда жених и невеста в соответствии с древними обычаями, сделав по три глотка рисового вина, объявлялись супругами). В обыденной жизни японцы предпочитают следовать конфуци­анским заповедям, редко отказывая себе в удовольствии посе­тить храм другого вероисповедания. В конце декабря они охот­но отмечают Рождество Христово. Заканчивается жизнь обыч­ного японца похоронами, как правило, по буддистскому ритуалу.

    В отличие от многих других народов японцы не отлича­ются верой в единого Бога и чистотой веры. Скорее всего, то, что наблюдается здесь в отношении религии и объединения в религиозные общины, можно назвать многобожием и многоверием.

    Подобное своеобразное понимание свободы религии от государства, свободы вероисповедания и характера отноше­ний индивидуума и религиозной организации нередко приво­дит к правовым коллизиям на почве различия вероисповеда­ний и подходов к пониманию принципа свободы религии. В этой связи можно привести достаточно показательный инцидент, который стал предметом рассмотрения Верховного суда в кон­це 80-х гг. и связан с обожествлением военнослужащего Сил самообороны, погибшего при исполнении служебных обязан­ностей. Погибший военнослужащий по инициативе Ассоциа­ций Сил самообороны префектуры Ямагути был обожествлен в местном синтоистском "святилище защиты отечества", т. е. стал божеством, что было для его родственников великой честью. Этот религиозный акт был совершен вопреки воле его жены — христианки, которая опротестовала его в суде, расценив как нарушение положений ст. 20 Конституции о свободе религии. Окружной и префектуральный суды поддержали ее иск, но Верховный суд отменил их решения и признал законными дей­ствия ассоциации, так как она выступала не от имени государ­ства. Поддержка же ассоциации местным руководством Сил самообороны была расценена как направленная на поднятие престижа военнослужащих и не имевшая религиозного харак­тера. В решении также отмечалось, что свобода религии озна­чает свободу от навязывания той или иной религии по своему желанию, и поэтому храм был волен обожествлять этого воен­нослужащего, точно так же, как его жена — исповедовать христианство. В большинстве подобных случаев Верховный суд, основываясь на обычаях, не усматривает нарушений Консти­туции*.

    * См.: Маркаръян С. Б. Указ. соч. С. 77—78.

    Средства массовой информации весьма влия­тельны в политической и государственной жизни Японии.

    Основы правового статуса средств массовой информации (СМИ) заложены Конституцией Японии. Как отмечалось, Кон­ституция гарантирует свободу слова, печати и иных форм вы­ражения мнений. Согласно ст. 21 Конституции запрещена лю­бая цензура. Печатные средства массовой информации функ­ционируют в основном на основе саморегуляции.

    Свобода массовой информации в Японии ограждена от зло­употреблений целым рядом законодательных актов. Среди них положения Гражданского кодекса, не допускающие злоупот­ребления правами и нарушения общественного порядка и доб­рых нравов. Законодательство об органах государственной вла­сти регулирует порядок освещения их деятельности, в частно­сти аккредитацию представителей СМИ при этих органах для получения официальной информации, а также основанную на положениях указанного законодательства деятельность самих государственных органов. Например, служба Управления им­ператорского двора зорко следит за всеми публикациями об Императоре и членах императорской семьи. Информацию о деятельности Премьер-министра СМИ получают в действую­щем с 1960 г. управлении информации при канцелярии Пре­мьер-министра. Управление ежедневно проводит брифинги и пресс-конференции, выпускает сообщения для печати, кото­рые по продолжительности занимают более двух часов. Жур­налисты тех СМИ, которые не аккредитованы при государ­ственных органах, практически лишены такой возможности. Для работы со СМИ в 1973 г. был создан отдел информации при Кабинете министров. В период избирательных кампаний определенное регулирующее воздействие имеют нормы зако­нодательства о выборах, регламентирующие время и порядок проведения агитационных мероприятий в печатных и элект­ронных СМИ.

    Правовой статус электронных СМИ урегулирован Законом о вещании, который, кроме того, предоставляет вещательной корпорации Эн-эйч-кей монопольное право ведения передач на зарубежные страны.

    В стране выходят 104 ежедневных газеты, 72 еженедель­ника (общий тираж — 33,8 млн. экз.) и 2822 ежемесячных жур­нала. По общему тиражу ежедневных газет (68,3 млн.) Япония занимает второе место в мире, уступая лишь США, а по ко­личеству газет на душу населения — первое место. Господ­ствующее положение занимают наиболее влиятельные газеты "Асахи" (тираж около 13 млн. экз.), "Иомиури" (свыше 14 млн.), "Майнити" (10 млн.). Ведущие политические партии Японии и профсоюзные центры имеют свои издания общим тиражом от 100 тыс. до 600 тыс. экземпляров каждое.

    Представление о средствах массовой информации этой стра­ны можно получить на примере газеты "Иомиури", выходя­щей ежедневно утренним и вечерним выпусками объемом до 32 страниц. Помимо 750 штатных журналистов центрального аппарата редакция приглашает огромное количество платных информаторов (в одном Токио их более 1500 человек). Имеется два небольших самолета, 6 вертолетов, оборудованных аппа­ратурой для немедленной передачи в редакцию текстов и фо­тоснимков, 18 типографий с высокопроизводительной техни­кой и великолепно отлаженная система распространения. По­мимо основной газеты выпускаются десятки еженедельников, журналов, приложений, книг на все вкусы — от узкоспециаль­ных до массовых изданий, посвященных темам досуга, спорта, здравоохранения и т. д. Всего в этом мощном концерне занято 12 тыс. человек.

    Действуют крупные информационные агентства. Первое место занимает Киодо Цусин — кооперативное объединение ведущих газет и полугосударственной телерадиовещательной корпорации Эн-Эйч-Кей. Оно распространяет подписчикам внутриполитическую, экономическую, научную, спортивную информацию на японском и английском языках, иностранную ин­формацию собственных корреспондентов и иностранных агентств. Имеет соглашения об обмене информацией с мировыми агентствами. Обслуживает 63 газетных издательства, 72 радиостан­ции, 57 информационных агентств за рубежом. Дзидзи цусин — второе по значению, также акционерное. Радиовещание и те­левидение находятся частично под контролем правительства (через корпорацию Эн-Эйч-Кей), а в основном — в частных руках.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 58      Главы: <   38.  39.  40.  41.  42.  43.  44.  45.  46.  47.  48. > 





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.