Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 26      Главы:  1.  2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11. > 

    § 2. Современное соотношение криминологии и уголовного права. Роль криминологической экспертизы в развитии уголовного законодательства

    С момента воссоздания отечественной криминологии она выступила в качестве самостоятельной науки. Об этом, хотя и с известной долей осторожности, сказал И. И. Карпец во введении к первому учебнику криминологии, изданному в СССР. Он писал, что криминология, не поглощая все другие отрасли уголовно-правовых наук, “ограничена строгими пределами, поэтому и предложения, вносимые в результате проведения криминологических исследований, не всеобъемлющи, а нуждаются в дальнейшей разработке и детализации, связанной с полным использованием данных тех наук и областей знания, в сферу которых “вторгается” криминология” 3.

    1 Советское уголовное право / Отв. ред. В. М. Чхиквадзе. М., 1952. С. 19. На обороте титульного листа данного учебного пособия сказано, что оно подготовлено коллективом авторов ВИЮН при Минюсте СССР, без перечисления конкретных имен. Однако нами путем сопоставительного анализа установлено, что в этот коллектив входил А. А. Пионтковский (см.: Милюков С. Ф. Обстоятельства, исключающие общественную опасность деяния. СПб, 1998. С. 6). Возможно, в нем состояли и другие ученые, попавшие в опальный список.

    2 Там же. С. 15.

    3 Советская криминология / Отв. ред. А. А. Герцензон, И. И. Карпец, В. Н. Кудрявцев. М., 1966. С. 5.

    Такая осторожность, по всей вероятности, была вызвана тем, что одним из редакторов и авторов названного учебника был виднейший криминолог профессор А. А. Герцензон, который активно выступал за то, чтобы криминология была неразрывной частью уголовного права.

    В своем последнем труде - монографии “Уголовное право и криминология” (1970 г.) названный ученый подверг анализу ряд учебников по Общей части уголовного права (1960, 1962 и 1966 гг. издания), а также курс уголовного права (Особенная часть), написанный А. А. Пионтковским, В. Д. Меньшагиным и В. М. Чхиквадзе. В результате А. А. Герцензон пришел к следующим выводам: “Если сопоставить названные учебники с учебниками по уголовному праву, издававшимися в конце 30-х годов и до 50-х годов, то мы не найдем в них каких-либо существенных различий: то же самое декларирование значения раскрытия социально-политического содержания уголовно-правовых норм, исследования явлений в социологическом плане и то же самое отсутствие каких бы то ни было социологических обобщений. Тот “социологизм”, который ныне мы иногда обнаруживаем в исследованиях по советскому уголовному праву, конечно, ни в малейшей мере не отвечает решению поставленной задачи: ни краткие главы о причинах преступности, в последнее время включаемые в учебники по уголовному праву, ни те общие социально-политические соображения, которые многие авторы предпосылают подробнейшему юридическому анализу, ни тем более очень скромные “экскурсы” в судебную практику, которые ограничиваются отдельными, случайно найденными или, что еще хуже, нарочито подобранными примерами из судебной практики” '.

    Если попытаться продолжить под тем же углом зрения анализ учебной литературы, вышедшей после кончины А. А. Герцензона, то мы увидим аналогичную картину.

    Так, Б. В. Здравомыслов в учебнике 1972 г. в качестве одной из основных задач, стоящих перед наукой советского уголовного права, определил изучение причин преступности, условий, способствующих совершению преступлений, а также разработку мер и путей ликвидации преступлений 2. Однако уже в следующем параграфе тот же автор написал: “Криминология имеет своим предметом изучения преступность, причины, ее порождающие, и меры ее предупреждения, а также личность преступника. При изучении этих явлений и понятий она исходит из основных положений и понятий науки уголовного

    1 Герцензон А. А. Указ. соч. С. 33.

    2 См.: Советское уголовное право. Часть Общая / Под ред. М. А. Гельфера,

    П. И. Гришаева и Б. В. Здравомыслова. М., 1972. С. 17.

    права. В свою очередь, наука уголовного права опирается на данные криминологических исследований и на их основе разрабатывает наиболее эффективные пути борьбы с преступностью” '. Не случайно, что криминологическая составляющая в этом издании свелась лишь к одному параграфу под названием “Преступление и преступность” (автор - П. И. Гришаев) 2.

    Подобного противоречия не удалось избежать и другим известным правоведам — Н. А. Беляеву и М. Д. Шаргородскому. Сначала они отмечают, что “для выполнения своей задачи наука уголовного права разрабатывает теоретические проблемы, решение которых необходимо для наиболее рационального выбора государственных и общественных мер борьбы с преступностью (анализирует причины преступности, вырабатывает меры ее профилактики, изучает эффективность наказания)” 3. Солидаризируясь с позицией авторов учебника по криминологии (1966 г.), они отмечают, что “наука уголовного права не может ограничиться одним лишь юридическим аспектом исследования преступления и наказания”, а “поэтому юридический аспект должен сочетаться с социологическим” 4. Однако несколькими строками ниже Н. А. Беляев и М. Д. Шаргородский уже утверждают, что уголовное право и криминология, “имея общие задачи (борьбу с преступностью), изучают разные предметы различными конкретными методами. Уголовное право занимается отдельными преступлениями, а криминология изучает преступность в целом; уголовное право исследует нормы законодательства методом логического анализа, криминология - различными социологическими методами” 5.

    Позиция А. Н. Беляева и М. Д. Шаргородского была подвергнута критике профессором Г. А. Кригером. Он указал, что изучение причин и условий, а также разработка мер предупреждения преступности являются предметом криминологии. При этом “наука уголовного права тесно связана с криминологией и использует выводы криминологии при анализе отдельных уголовно-правовых институтов, отдельных видов преступлений, решения проблем социальной обусловленности и социальной эффективности уголовного закона...”6. Однако

    1 См.: Советское уголовное право. Часть Общая / Под ред. М. А. Гельфера, П. И. Гришаева и Б. В. Здравомыслова. М., 1972. С. 21.

    2 См.: Там же. С. 69 79.

    3 Советское уголовное право. Общая часть / Под ред. Н. А. Беляева и М. И. Ковалева. М., 1977. С. 14. "Там же. С. 16.

    5 Там же.

    6 Советское уголовное право. Общая часть / Под ред. Г. А. Кригера, Б. А. Ку-ринова, Ю. М. Ткачевского. М., 1981. С. 12.

    двумя страницами далее Г. А. Кригер неожиданно заключает, что наука уголовного права “ставит перед собой задачу изучения преступности как социального явления, объективных ее закономерностей, роли уголовного закона в борьбе с преступностью” '.

    В чем же причина столь вопиющих противоречий в разграничении предметов ведения уголовного права и криминологии, допущенных столь квалифицированными учеными-юристами? Представляется, что они вызваны опасениями догматизации уголовного права, возвращающей его к схоластическому периоду 30-50-х годов, о котором шла речь выше. Вряд ли случайным поэтому является оптимистическое утверждение А. С. Шляпочникова о том, что “выделение криминологии из уголовного права как самостоятельной науки не привело и не должно было привести к сужению социальных исследований в области уголовного права” 2.

    Такой же оптимизм мы встречаем в позднейших высказываниях на этот счет Б. В. Здравомыслова и Г. А. Кригера, которые значительно трансформировали свои позиции. Так, Б. В. Здравомыслов писал в 1982 году: “Составной частью уголовно-правовой науки является социология уголовного права. Под социологией уголовного права понимают ... область научных исследований в уголовном праве, которая разрабатывается путем конкретно-социологических методов с целью раскрытия социальных истоков, содержания и последствий действия уголовного права в его взаимосвязи с регулируемыми им и смежными общественными явлениями. Таким образом, она не является самостоятельной научной дисциплиной со своим предметом исследования, а входит составной частью в науку уголовного права, выступая как инструмент (метод) познания институтов Общей и Особенной частей уголовного права” 3. Эти же соображения названный автор воспроизвел и 12 лет спустя, несколько уточнив уголовно-правовую проблематику, по которой, по его мнению, могли бы проводиться исследования в рамках социологии уголовного права. Были исключены такие проблемы, как социология виктимологии и эффективность уголовного наказания 4, вероятно, по причине осознания Б. В. Здравомысловым их сугубо криминологической принадлежности.

    1 Советское уголовное право. Общая часть / Под ред. Г. А. Кригера, Б. А. Куринова, Ю. М. Ткачевского. М., 1981. С. 14.

    2 Криминология. Исправительно-трудовое право. История юридической науки / Отв. ред. В. Н. Кудрявцев. М., 1977. С. 7.

    3 Советское уголовное право. Часть Общая / Под ред. П. И. Гришаева и Б. В. Здравомыслова. М., 1982. С. 11.

    "См.: Уголовное право. Общая часть / Под ред. Б. В. Здравомыслова, Ю. А. Красикова и А. И. Рарога. М., 1994. С. 10.

    Впрочем, и здесь ученому не удалось избежать противоречий, поскольку он вынужден был отметить, что криминология в исследовании собственных проблем должна не только опираться на уголовно-правовые нормы, но и “заниматься их анализом”. Поэтому, “опираясь на данные социологии уголовного права, правовой статистики, криминология выясняет эффективность действия уголовного закона и его роль в профилактике преступлений” '.

    Что же касается позиции Г. А. Кригера, то в посмертном издании учебника, соавтором которого он являлся, мы находим следующее суждение: “Аспект уголовно-правовой науки, изучающей реальное действие уголовного закона по состоянию, структуре и динамике преступлений, его социальную обусловленность и эффективность и на их основе прогнозирование и планирование дальнейшего совершенствования уголовного законодательства и практики его применения является социологией уголовного права”2. И далее - аналогичное вышеуказанному противоречие: “Данные криминологической (курсив наш.— С. М.) науки дают возможность определить эффективность применения норм уголовного законодательства и на этой основе совершенствовать его, помогают разработать наиболее целесообразную и эффективную систему видов наказаний и т. д.” 3.

    Однако наши попытки обнаружить в данных изданиях какие-либо результаты уголовно-социологических исследований оказались безуспешными (не считая написанной Н. Ф. Кузнецовой главы “Преступность и ее причины”, носящей сугубо криминологический характер, на что прямо указывает в самом начале ее автор4).

    Это обстоятельство лишь в определенной степени объяснимо засекреченностью до конца 80-х годов полных данных уголовной статистики. Но и в тот период публиковались (в частности, в учебниках по криминологии, диссертациях и других открытых изданиях) данные многочисленных выборочных социологических исследований, в том числе вполне репрезентативных.

    Что же касается цитировавшегося учебника 1994 г., то отсутствие в нем сколько-нибудь явственных следов “важнейшего” раздела науки уголовного права - уголовно-правовой социологии - подведет нас к определенному выводу, который будет сделан несколько ниже,

    1 См.: Уголовное право. Общая часть / Под ред. Б. В. Здравомыслова, Ю. А. Красикова и А. И. Рарога. М., 1994. С. 12.

    2 Советское уголовное право. Общая часть / Под ред. Г. А. Кригера, Н. Ф. Кузнецовой, Ю. М. Ткачевского. Изд. 2-е, доп. и перераб. М., 1988. С. 14.

    3 Там же. Нельзя, правда, исключить, что оба процитированных положения принадлежат не Г. А. Кригеру, а его соавтору - профессору А. В. Наумову. "См.: Там же. С. 58 66.

    после приведения дополнительных аргументов. Ведь ничто, казалось, не мешало его авторам обратиться, скажем, к обширным статистическим сборникам, изданным в 1990-1992 годах '.

    Еще большее (и это примечательно), чем в уголовно-правовой литературе, внимание проблемам социологии уголовного права уделялось в криминологических источниках.

    Часть криминологов стояла на вышеобрисованных позициях понимания этой сферы научных знаний как раздела уголовно-правовой науки. Так, Н. Ф. Кузнецова в 1979 году писала: “Особо надо выделить связи криминологии с социологией уголовного права, т. е. с той частью уголовно-правовой науки, которая изучает социальную обоснованность и эффективность уголовного закона и практики его применения. Полученные в социологии уголовного права материалы используются криминологами для характеристики места уголовно-правовых норм в системе предупреждения преступности, их соотношения с чисто профилактическими мерами... Криминология нормами уголовного права в их... социальном выражении не занимается”2. Аналогичные высказывания мы находим в работах Г. А. Аванесова3 и А. И. Алексеева".

    Однако уже в тот период часть криминологов иначе определяла место социологии уголовного права. Так, И. И. Карпец еще в 1976 году писал: “Одно из ответвлений социологии (курсив наш.- С. М.) - это социология уголовного права, исследующая социальное преломление правовых институтов в реальной действительности. Социология уголовного права не поглощает криминологию, а дает ей в руки методы и средства оценки эффективности уголовно-правовых мер борьбы с преступностью” 5.

    В этом же ключе, но более развернуто высказался Ю. Д. Блув-штейн, который заметил: “Если согласиться с тем, что единого предмета социологии уголовного права не существует, а есть, следовательно, только отдельные вопросы, охватываемые предметом теории уго-

    1 См.: Преступность и правонарушения в СССР. Стат. сб. / Под ред. А. И. Смирнова и др. М., 1990.- 112 с.; Преступность и правонарушения в СССР. Стат. сб. М., 1991.- 128 с.; Преступность и правонарушения. Стат. сб. М., 1992. 176 с.

    2 Криминология / Отв. ред. В. К. Звирбуль, Н. Ф. Кузнецова, Г. М. Миньков-ский. М., 1979. С. 5-6.

    3 См.: Аванесов Г. А. Криминология и социальная профилактика. М., 1980. С. 96-97.

    4См.: Криминология и профилактика преступлений / Под ред. А. И. Алексеева. М., 1989. С. 5, 14.

    ловного права, вряд ли удастся убедительно объяснить, почему между этими вопросами (закономерностями процесса криминализации, механизма действия уголовно-правовых норм, эффективности уголовной политики и т. д.) прослеживается столь тесная связь, точнее -органическое внутреннее единство. Не удастся, по-видимому, выяснить в этом случае и другое: почему, собственно, в богатейшей литературе по уголовному праву указанным вопросам не уделяется в сущности никакого внимания?”. Отвечая на этот вопрос (а он, как было показано выше, серьёзно волновал и А. А. Герцензона), Ю. Д. Блув-штейн говорит: “Все, однако, становится на свои места, если принять во внимание, что социология уголовного права как частная социологическая теория не может быть целиком включена в рамки правовой науки. Дело тут не только в самой специфике предмета, но и в порожденной ею специфике методологического аппарата. Обращаясь к исследованиям по социологии уголовного права, мы почти каждый раз встречаемся с использованием таких типичных для социологии методов, как интервьюирование, анкетирование, экспертные оценки, моделирование, которые не применяются в теории уголовного права и в которых эта теория вряд ли испытывает реальную нужду” '. >.

    К сожалению, уже в следующем 1983 году Ю. Д. Блувштейн ; (правда, в соавторстве с А. М. Яковлевым) отходит от обозначенной ?> -, выше позиции, поскольку заявляет: “Одним из важных разделов со- ' временной уголовно-правовой науки является теория уголовной политики, а также социология уголовного права, изучающие закономерности формирования системы уголовно-правовых норм, пути оптимизации этой системы, т. е. приведение ее в соответствие с меняющимися интересами и потребностями общества, а также эффективность уголовного закона как средства обеспечения социалистического общественного порядка” 2.

    Однако, как бы то ни было, к середине 80-х годов большинству криминологов и представителей науки уголовного права стала ясной органическая невозможность включения в предмет названной науки обширного социологического поля исследования, т. е. та самая невозможность, которую обнажил Н. Д. Сергеевский 120 лет назад (см. § 1 данной главы). Социология уголовного права, будучи включенной в рамки этой науки, неизбежно стала бы дублировать криминологию.

    1 Блувштейн Ю. Д. О предмете социологии уголовного права // Проблемы социологии уголовного права. Сб. научи, трудов / Под ред. А. М. Яковлева, Ю. Д. Блувштейна, И. М. Гальперина и др. М., 1982. С. 28.

    2 Блувштейн Ю. Д., Яковлев А. М. Введение в курс криминологии. Минск, 1983. С.

    Характерна в этом отношении эволюция взглядов Н. Ф. Кузнецовой. В учебнике криминологии 1988 года издания она уже не упоминает о социологии уголовного права, а высказывает существенно другие соображения: “...Криминология предоставляет науке уголовного права, законодателю и правоприменительной практике информацию об уровне преступности, эффективности профилактики преступлений, делает прогнозы относительно изменений в социально-негативных явлениях. Это позволяет своевременно реализовывать нормотворческую деятельность в плане криминализации либо декри-минализации деяний... а также в плане дифференциации санкций... Таким образом, криминологическое знание не только лежит в основе развития системы собственно-криминологического предупреждения преступлений, но и играет существенную роль в развитии системы уголовно-правовой борьбы с преступностью во взаимодействии с профилактикой” '. Процитированное положение было целиком воспроизведено Н. Ф. Кузнецовой в учебнике 1994 года2. Однако через пять лет названный автор неожиданно возвращается на прежние позиции, включая в предмет науки уголовного права “разработку социологии уголовного права, т. е. изучение реальной жизни уголовного закона прсредством измерения уровня, структуры и динамики преступности, изучения эффективности закона, механизма уголовно-правового регулирования, обоснованности и обусловленности уголовного закона, криминализации (декриминализации) деяний” 3. Впрочем, для рассмотрения этих проблем в обширном двухтомном курсе места практически не нашлось за исключением интересных и глубоких суждений Н. Ф. Кузнецовой о характере процессов криминализации (декриминализации) и ходе подготовки действующего ныне УК РФ.

    Что касается И. И. Карпеца, то в изданном незадолго до его кончины учебнике криминологии он также умалчивает о социологии уголовного права. Зато он пишет, что “криминология действительно “вышла” из уголовного права..., но, выйдя, она получила возможность собственного развития. Став самостоятельной, она осталась тесно связанной и с уголовным правом, и с другими правовыми науками...”. Несколько выше он указывает, что “криминология, ее выводы позволяют глубже понять институты уголовного права, ... уголовно-исполнительного..., процессуального права, криминалисти-

    1 Криминология / Под ред. Б. В. Коробейникова, Н. Ф. Кузнецовой, Г. М. Миньковского. М., 1988. С. 6-7.

    2 См.: Криминология / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой и Г. М. Миньковского. М., 1994. С. 11-12.

    3 См.: Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой и И. М. Тяжковой. М., 1999. С. 5.

    ки, ... в целом практику борьбы с преступностью и вовсе не принижают их и не разобщают науки, как это утверждают “ликвидаторы” и противники криминологии как науки” '. Эти мысли были включены публикаторами в посмертное для И. И. Карпеца издание учебника криминологии 2.

    Фактическое исключение социологических проблем из предмета ведения уголовного права имело наряду с положительными и сугубо отрицательные последствия, поскольку социология уголовного права не вошла и в рамки криминологии. Образно говоря, она осталась “беспризорной”, что не могло не сказаться на степени разработки даже наиболее актуальных уголовно-социологических проблем.

    Воспользовавшись приемом, предложенным А. А. Герцензоном, проанализируем содержание уже не уголовно-правовых, а криминологических источников.

    Общеизвестен и не требует каких-либо специальных исследований тот факт, что значительное число хулиганств совершается группой преступников, причем это обстоятельство серьезно повышает общественную опасность названных посягательств.

    Однако, как это ни странно, в криминологической литературе эта особенность хулиганства длительные годы отрицалась. Так, автор соответствующего параграфа первого учебника по криминологии Н. Ф. Кузнецова писала, что “групповое хулиганство не имеет большого распространения, составляя 3—5% от общего числа дел о хулиганстве” 3. Правда, в 3-м издании этого учебника названный автор поправляет себя и уже указывает, что “групповое хулиганство обычно в форме простого соисполнительства колеблется по удельному весу в пределах 20~25%”4. Но уже через три года все возвращается “на круги своя” - Н. Ф. Кузнецова, характеризируя хулиганство вкупе с иными насильственными преступлениями, вновь утверждает, что процент этих преступлений, “совершенных в группе, относительно невелик” 5.

    В капитальном курсе криминологии мы находим утверждение, что данный элемент криминологической характеристики свойственен для хулиганства в меньшей мере, чем для ряда распространенных

    1 Криминология / Отв. ред. И. И. Карпец, В. Е. Эминов. М, 1992. С. 13.

    2 См.: Криминология / Отв. ред. В. Н. Кудрявцев, В. Е. Эминов. М., 1995.

    С. 16.

    3 Советская криминология. С. 258.

    4 Криминология. 1976. С. 374.

    5 Криминология. 1979. С. 239.

    преступлений и составляет всего 10-15% '. Такая же информация содержится и в учебнике 1989 года (автор соответствующей главы -В. А. Уткин)2.

    Действительно, доля групповых хулиганств среди зарегистрированных преступлений этого вида в 1989 году составила всего 14,9% 3. Однако среди выявленных преступников — хулиганов эта доля возросла в 1986-1989 годах с 33,5 до 39,7%", что составляет, безусловно, статистически значимую величину.

    Казалось бы, это обстоятельство должно привлечь пристальное внимание криминологов, побудить их сделать соответствующие предложения законодателю. На самом деле, как это ни парадоксально, отмечается обратный процесс. Так, С. Б. Алимов, дав подробную криминологическую характеристику тяжких насильственных преступлений и хулиганства, а также лиц, совершающих эти деяния, вообще ничего (!) не говорит о групповом хулиганстве5. Не изменил своей позиции названный ученый и при переиздании указанной работы 6.

    Лишь Э. Ф. Побегайло счел необходимым отметить, что “существенный структурный элемент насильственной преступности - неформальные молодежные группировки с агрессивными проявлениями в поведении их участников, со склонностью к групповому пьянству, наркомании, токсикомании, нарушениям общественного порядка” 7. Он же уделил серьезное внимание “проблеме уголовно-правовой профилактики насильственных преступлений, в частности возможности использования в борьбе с ними отдельных уголовно-правовых институтов с непосредственно выраженной профилактической направленностью” 8. К таковым Э. Ф. Побегайло отнес нормы как Общей части (необходимая оборона, задержание преступника, крайняя необходимость, добровольный отказ, деятельное раскаяние), так и Особенной части (т. н. нормы с двойной превенцией) уголовного законодательства 9. Однако никаких предложений по совершенствованию уголовного закона, исходя из большого массива поданного им криминологического материала, названный ученый не сделал, хотя в этот период он уже активно работал над проектом нового УК России.

    ' Курс советской криминологии: Предупреждение преступности / Под ред. В.Н.Кудрявцева, И. И. Карпеца, Б. В. Коробейникова. М., 1986. С. 178. 2 Криминология. 1989. С. 178.

    3 См. Преступность и правонарушения i

    4 См. Там же. С. 55.

    5 См. Криминология. 1992. С. 211 229.

    6 См. Криминология. 1995. С. 343-367.

    7 Криминология. 1994. С. 241.

    8 Там же. С. 261.

    'См.: Там же. С. 261 262.

    Аналогичные выводы можно сделать, обратившись к другим разделам этих криминологических источников - криминологической характеристике экономической, рецидивной, неосторожной и других видов преступности.

    Нельзя, конечно, сказать, что учеными, как криминологами, так и правоведами (а они зачастую выступают в одних и тех же лицах), вообще не делалось попыток синтезировать юридический и социологический подходы, обратить результаты достижений криминологической науки на благо уголовного права. В этой связи следует указать на две монографические работы, авторами которых являются В. Д. Филимонов ' и Л. И. Спиридонов 2.

    Книга В. Д. Филимонова не привлекла сколько-нибудь пристального внимания специалистов 3, хотя и явилась первой в советской юридической литературе попыткой монографического исследования криминологической обусловленности норм уголовного права. Причиной этого, как представляется, явился сугубо теоретический подход к анализу законодательных установлений. Не было использовано главное богатство криминологии - социологические сведения о преступности и преступнике. Они никак не представлены даже в параграфах под названиями “Состояние, структура и динамика общественно опасного поведения (преступности) - криминологические основания норм уголовного права”4 и “Личность преступника - криминологическое основание норм уголовного права” 5.

    Конечно, это частично обусловлено закрытостью в тот период данных уголовной статистики, но выборочные криминологические сведения (не всегда, правда, как это было показано выше, объективные) были вполне доступны автору.

    Значительно больший резонанс вызвала монография Л. И. Спиридонова 6. Однако основные категории уголовного права были

    1 См.: Филимонов В. Д. Криминологические основы уголовного права. Томск, 1981.- 214 с.

    2 См.: Спиридонов Л. И. Социология уголовного права. М, 1986.- 240 с.

    3 Достаточно сказать, на нее была опубликована лишь одна рецензия (см.: Коробеев А. И., Михеев Р. И. Криминологические проблемы теории криминализа-ции // Проблемы советской уголовной политики. Владивосток, 1985. С. 172-175), а в биографическом словаре видных российских криминологов это направление научных исследований В. Д. Филимонова вообще не указано (см.: Криминология / Под ред. В. Е. Эминова. М., 1997. С. 111).

    "См.: Филимонов В.Д. Указ. соч. С. 26 31.

    5 См.: Там же. С. 31-61.

    6 Рецензии на данный труд опубликовали: В. М. Коган (См.: Советское государство и право. 1987. № 4. С. 149-151) и С. Ф. Милюков ( См.: Социально-правовые проблемы борьбы с посягательствами на социалистическую экономику. Горький. 1987. С. 158-164).

    рассмотрены названным ученым не с криминологических позиций, а с высот марксистско-ленинской философии, социологии, теории права и государства. Такой подход вполне оправдан и плодотворен для развития теории уголовного права, но он слишком масштабен для проникновения в глубь законодательной ткани.

    Применительно к отдельным категориям преступлений удалось добиться большего. В качестве мало кем превзойденного образца здесь может служить известная монография Э. Ф. Побегайло ', высоко оцененная, в частности, А. А. Герцензоном 2, который применил аналогичный подход не только к убийствам, но и к изнасилованиям, злостному хулиганству, кражам и грабежам личного имущества, мошенничеству, а также наметил пути конкретно-социологического институтов Общей части уголовного права 3.

    Конечно, за прошедшие с тех пор несколько десятилетий было подготовлено немало работ (в том числе диссертационных), носящих тот же подзаголовок или акцентированный заголовок, что и книга Э. Ф. Побегайло". Однако анализ их содержания свидетельствует

    1 См- Побегайло Э. Ф. Умышленные убийства и борьба с ними (уголовно-правовое и криминологическое исследование). Воронеж, 1965.

    2 См.: Герцензон А. А. Указ. соч. С. 31.

    3 См.: Там же. С. 64-138.

    4 Укажем на некоторые из них: Личность преступника (Уголовно-правовое и криминологическое исследование). Казань, 1972; Догель П. С. Неосторожность: Уголовно-правовые и криминологические проблемы. М., 1977; Сидоров Б. В. Аффект. Его уголовно-правовое и криминологическое значение (социально-психологическое и правовое значение). Казань, 1978; Бейсенов Б. С. Алкоголизм: уголовно-правовые и криминологические проблемы. М., 1981; Джекебаев У. С., Вайсберг Л. М., Судакова Р. Н. Соучастие в преступлении (криминологические и уголовно-правовые проблемы). Алма-Ата, 1981; Бурчак Ф. Г. Соучастие: социальные, криминологические и правовые проблемы. Киев, 1986; Криминологические и уголовно-правовые проблемы наказания. Алма-Ата, 1983; Кыдыралиева С. К. Хулиганство: Уголовно-правовые и криминологические вопросы. Фрунзе, 1981; Бобылев О. R Уголовно-правовые и криминологические аспекты борьбы с преступлениями несовершеннолетних, занимающихся спортом. Автореф. дисс.... канд. юр. наук. М., 1993; Гончаренко С. В. Преступная небрежность: Уголовно-правовые и криминологические аспекты. Автореф. дисс.... канд. юр. наук. Киев, 1990; Елисеев С. А., Прозументов Л. М. Общеуголовные корыстные преступления: криминологическая характеристика, уголовная ответственность. Томск, 1991; Булатов Р. М., Шеслер А. В. Криминогенные городские территориальные подростково-молодежные группировки: Уголовно-правовые и криминологические аспекты. Казань, 1994; Курченко В. Н. Уголовно-правовые и криминологические аспекты уголовного осуждения. Свердловск, 1987; Чечель Г. И. Жестокий способ совершения преступления против личности: Уголовно-правовое и криминологическое исследование. Ставрополь, 1987; Галаганова Н. П. Убий-

    о том, что авторам далеко не всегда удавалось добиться органического единства уголовно-правовых и криминологических глав (разделов). Содержащиеся в них предложения по совершенствованию уголовного закона порой не вытекали из криминологической характеристики рассматриваемых явлений и потому, в частности, так и не были востребованы законодателем.

    Таким образом, до начала 90-х годов XX века криминология и уголовное право в России развивались чаще рядом, чем вместе.

    ство из ревности: уголовно-правовые и криминологические вопросы. Автореф. дисс.... канд. юр. наук. Томск, 1986; Истомин А. Ф. Ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны (уголовно-правовые и криминологические аспекты). Автореф. дисс.... канд. юр. наук. М., 1995; Мартыненко Н. Э. Похищение человека: уголовно-правовые и криминологические проблемы. Автореф. дисс... канд. юр. наук. М., 1991; Чернявский А. Д. Психическое насилие при совершении корыстных преступлений: уголовно-правовые и криминологические проблемы. Автореф. дисс.... канд. юр. наук. М., 1991; Коваленко И. И. Борьба с умышленным уничтожением или повреждением имущества путем поджога (уголовно-правовые и криминологические вопросы). Автореф. дисс.... канд. юр. наук. М., 1995; Рогов И. И. Проблемы борьбы с экономической преступностью (Уголовно-правовое и криминологическое исследование). Автореф. дисс.... докт.. юр. наук. Алма-Ата, 1991; Гладышев Ю. А. Обман как способ совершения преступлений в сфере торговли (уголовно-правовые и криминологические аспекты). Автореф. дисс.... канд. юр. наук. Н. Новгород, 1993; Волков Г. Л. Уголовно-правовые и криминологические аспекты охраны валютной системы Российской Федерации. Автореф. дисс... канд. юр. наук. СПб, 1994; Квщиния А. К. Должностные преступления: уголовно-правовые и криминологические аспекты. Тбилиси, 1988; Асланов Р. М. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика взяточничества. Автореф. дисс.... канд. юр. наук. Л., 1988; Волженкин Б. В., Кеашис В. Е., Цагикян С. Ш. Ответственность за взяточничество: Социально-правовые и криминологические проблемы. Ереван, 1988; Иванова В. В. Предупреждение уголовно наказуемых нарушений правил безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств (уголовно-правовые и криминологические аспекты). Автореф. дисс.... канд. юр. наук. М., 1995; Петухов Б. В. Уголовно-правовые и криминологические проблемы борьбы с автотранспортными преступлениями. Автореф. дисс.... канд. юр. наук. М., 1992; Омигов В. И. Борьба с незаконным оборотом наркотических средств и роль органов внутренних дел в ее осуществлении (уголовно-правовые, криминологические и пенитенциарные аспекты). Автореф. дисс.... докт. юр. наук. М., 1994; Бушмин С. И. Порнография: уголовно-правовые и криминологические аспекты. Автореф. дисс.... канд. юр. наук. М., 1993; Сиссе Марамани. Предупреждение преступлений уголовно-правовыми средствами (По материалам Гвинейской Республики). Автореф. дисс.... канд. юр. наук. М., 1989; Франко Альбина Роке. Уголовно-правовые и криминологические проблемы борьбы с умышленными убийствами (по материалам Республики Ангола). Автореф. дисс... канд. юр. наук. М., 1994.

    Это обстоятельство верно подметил Д. А. Шестаков, который писал, что криминология скорее “формально... объединена в единую научную специальность с уголовным... и исправительно-трудовым (ныне уголовно-исполнительным.- С. М.) правом. Но несмотря на тесную взаимосвязь между этими тремя дисциплинами, криминология по своей природе и по изучаемому ею предмету обособлена” '.

    Эту обособленность, замкнутость в значительной мере удалось преодолеть в ходе реформы уголовного законодательства, завершившейся, в основном, принятием в 1996 году нового УК России.

    Произошло это, правда, не сразу. Первый из опубликованных проектов УК2 содержал множество положений, не соответствующих сумме накопленных к тому времени криминологических знаний. Констатируя этот факт, Э. Ф. Побегайло заявил: “Создается впечатление, что разработчики проекта У К вообще игнорируют современную криминологическую ситуацию в России. Криминологическая обстановка и уголовно-правовые нормы сосуществуют как бы параллельно, сами для себя. Проигнорирована необходимость квалифицированной криминологической экспертизы проекта, основанной на прогнозе развития ситуации” 3.

    Развернувшееся обсуждение этого и последующих проектов УК несколько выправило положение. Однако данный процесс искусственно, на наш взгляд, был прерван в 1996 году. В результате новый УК нельзя признать достаточно совершенным.

    Не случайно были выдвинуты предложения о реконструкции ряда (в том числе важнейших) норм вновь принятого уголовного законодательства еще до вступления его в силу4. Законодатель, хотя и про-

    1 Криминология. Общая часть / Под ред. В. В. Орехова. СПб, 1992. С. 3. Это положение Д. А. Шестаков включил и в учебники, вышедшие позднее (см.: Криминология. Курс лекций. С. 7; Криминология. 1998. С. 5-6).

    2 См.: За что и как будут судить в России... Новый Уголовный кодекс (Проект) // Специальный выпуск журнала “Закон” - приложение к газете “Известия”. Б/г. Годом позднее этот проект в доработанном виде был опубликован с комментариями разработчиков (см.: Преступление и наказание: Комментарий к Проекту УК России / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой и А. В. Наумова. М., 1993).

    3 Побегайло Э. Ф. Проблемы совершенствования норм Особенной части проекта УК РФ // Проблемы реформы уголовного законодательства Российской Федерации / Под. ред. Л. М. Колодкина, Г. М. Миньковского и др. М., 1992. С. 25.

    4 См.: Милюков С. Ф. Реформа уголовного права состоялась? // Весы Фемиды. 1996. № 1. С. 7.

    игнорировал эти предложения, вынужден был пойти на изменения и дополнения в УК уже в 1997-1999 годах '.

    Поэтому вопрос о тщательной криминологической экспертизе всех без исключения норм уголовного закона по-прежнему актуален и имеет не только теоретический, но прежде всего сугубо прикладной характер. Наиболее явные несовершенства закона следует устранить незамедлительно, уже сейчас, дабы не пойти по пути малообоснованных вмешательств в законодательную ткань, как это было в 1960-х -начале 1990-х годов, когда вносились многочисленные частные поправки, а важнейшие недостатки десятилетиями оставались неприкосновенными.

    Наконец, следует остановиться на соотношении уголовного права, криминологии и уголовной политики. Эта проблема привлекала внимание отечественных правоведов еще в 1920-е годы. Так, А. А. Пи-онтковский писал: “Превращение уголовной политики пролетарского государства в науку является важнейшей задачей современной марксистской теории уголовного права. Без теоретической разработки уголовной политики... в наше время нельзя говорить о... теории уголовного права” 2.

    В современный период мнение о месте уголовной политики значительно изменилось. Например, П. С. Дагель считал, что “только наука уголовной политики может охватить всю систему государствен-

    1 См.: О дополнении Уголовного кодекса Российской Федерации статьей 215': Федеральный закон от 27 мая 1998 г. № 77-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 22. Ст. 2332; О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 25 июня 1998 г. № 92-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. № 26. Ст. 3012; О внесении изменений и дополнения в статью 126 Уголовного кодекса Российской Федерации: Федеральный закон от 9 февраля 1999 г. № 24-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 7. Ст. 871; О внесении изменений и дополнения в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 9 февраля 1999 г. № 26-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 7. Ст. 873; О дополнении Уголовного кодекса Российской Федерации стагьей 145': Федеральный закон от 15 марта 1999 г. № 48-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. №11. Ст. 1255; О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 9 июля 1999 г. № 156-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 28. Ст. 3489: О внесении изменений и дополнений в статью 238 Уголовного кодекса Российской Федерации: Федеральный закон от 9 июля 1999 г. № 157-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 28. Ст. 3490. О внесении дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации и дополнений и изменения в статью 126 Уголовно-процес-суального кодекса РСФСР: Федеральный закон от 9 июля 1999 г. № 158-ФЗ//Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 28. Ст. 3491.

    2 Пионтковскип А. А. Марксизм и уголовное право. 2-е изд. М., 1929. С. 6.

    ных и общественных мер борьбы с преступностью как единый комплекс и тем самым решить проблему единства уголовной политики, ее координированности, плановости и эффективности” '.

    Так и должно, наверное, быть в идеале. Но в реальности, как отмечает П. Н. Панченко, “криминология постепенно сосредотачивает все большее внимание на разработке общеконцептуальных положений борьбы с преступностью, придавая термину “предупреждение преступлений” все более широкое значение”. Эта ситуация, по мнению названного автора, “явилась результатом медленного развития теории уголовной политики (в результате чего отраслевая дисциплина была вынуждена взять на себя хотя бы часть ее функций)” 2.

    За прошедшее десятилетие позиции криминологии еще более окрепли. Поэтому предложения П. Н. Панченко о фактическом расчленении криминологии ради объединения криминологической теории о личности преступника и теоретических основ борьбы с преступностью в единую общую теорию борьбы с преступностью (уголовную политику)3 оказались несостоятельными. Продолжая с упорством отстаивать их, П. Н. Панченко закономерно сошел на позицию отрицания необходимости преподавания криминологии в качестве самостоятельной дисциплины в юридических учебных заведениях4.

    Хотя криминологии как науке автор “милостиво” оставил право на существование, мы усматриваем здесь очередную попытку избавиться от этой науки в целом. Прекращение преподавания криминологии неизбежно приведет (во всяком случае, в российских условиях) к “угасанию” этой отрасли научных знаний, к ее полному отрыву от практики борьбы с преступностью. Дело в том, что именно учебники (курсы) в силу своей научной основательности, доступности и обязательности изучения будущими (и частью нынешних, обучающихся заочно) практиками являются проводниками криминологической информации в сферу предупреждения, пресечения, раскрытия и судебного рассмотрения реальных преступных деяний. Поэтому мы вполне солидарны с решительной критикой В. С. Устиновым 5 обрисованных суждений.

    Итак, в перспективе (достаточно, впрочем, далекой) видится формирование, наряду с уже существующими уголовным правом и кри-

    1 Дагель П. С. Проблемы советской уголовной политики. Владивосток, 1982 С. 17.

    2 Панченко П. Н. Советская уголовная политика. Общая теоретическая концепция борьбы с преступностью: ее становление и предмет / Под ред. В. К. Бабаева. Томск. 1988. С. 194.

    3 См.: Там же. С. 195-196

    4 См.: Правоведение. 1996. № I. С. 1585

    5См.: Правоведение. 1997. № 4. С. 182-183.

    микологией, таких самостоятельных наук, как социология уголовного права и уголовная политика'. Пока же эти проблемы должны, по нашему мнению, найти полноправное место в рамках предмета криминологии.

    Что же касается уголовной политики, то ее включение в рамки криминологии уже фактически произошло. Так, один из разделов учебника, изданного в 1998 году в Санкт-Петербурге, носит название “Стратегия органов внутренних дел по предупреждению преступлений” 2. Подобной методологии придерживается и А. И. Долгова в главе учебника 1997 года издания под названием “Общая характеристика борьбы с преступностью”3.

    Социология уголовного права, как отмечалось выше, не развиваясь в рамках науки уголовного права, не была инкорпорирована и в криминологию. По нашему мнению, только такая мера может поднять уголовно-правовую социологию на должную научную высоту и обеспечить трансформацию результатов криминологических исследований в правовой материал.

    Выводы

    1. Важнейшей особенностью генезиса отечественной криминологии явилось то, что она зародилась в недрах уголовного права. Это, с одной стороны, обусловило преимущественно социологический подход к основным проблемам криминологии (причины преступности, личность преступника, меры борьбы с криминальными проявлениями). С другой стороны, делались неоднократные попытки удержать криминологию в рамках уголовного права в XIX веке-М. В. Духовской, И. Я. Фойницкий и другие, в XX веке - сначала А. А. Пионтковский, А. Н. Трайнин, затем А. А. Герцензон.

    2. Между тем еще в 70-х годах XIX века Н. Д. Сергеевский обосновал невозможность сосуществования уголовного права и криминологии в рамках одной науки ввиду достаточно принципиальных различий в предмете и методах его исследования.

    3. Возникшее обособление уголовного права и криминологии наряду с преимуществами, присущими всякой специализации (разделению труда) повлекло и ряд негативных последствий в виде из-

    1 См.: Хохряков Г. Ф. Криминология. М., 1999. С. 75-76.

    2 См.: Криминология. 1998. С. 209-246. К сожалению, уже в следующем году при переиздании данного учебника его авторы отказались от такой структуризации содержания, вернувшись к традиционному разделению курса на Общую и Особенную части.

    3 См.: Криминология / Под общ. ред. А. И. Долговой. С. 317-338.

    лишней догматизации уголовного права, оторванности уголовного законодательства от социально-политических, экономических, духовных и прочих реалий общества, от международной обстановки, а также бесплодности криминологических изысканий и рекомендаций. Высказывавшиеся в 1960-1970-е годы надежды на то, что проводниками криминологической информации в сфере уголовного нор-мотворчества и правоприменения станет социология уголовного права не оправдались по причинам, указанным Н. Д. Сергеевским.

    4. В идеале, наряду с уже существующими уголовным правом и криминологией, желательно оформление в качестве самостоятельных наук социологии уголовного права и уголовной политики. Изыскания в этих сферах ведутся достаточно давно. Пока же соответствующие проблемы должны, как представляется, найти полноправное место в рамках предмета криминологии. Названная наука располагает для этого достаточным кадровым потенциалом и научным инструментарием.

    5. В определенной мере разрыв между уголовным правом и криминологией был преодолен в ходе реформы российского уголовного законодательства в первой половине 1990-х годов. Однако реформа была- искусственно и преждевременно свернута принятием в 1996 году нового УК России. Поэтому остается актуальным проведение тщательной криминологической экспертизы всей совокупности уголовно-правовых норм и внесения по ее результатам целого пакета изменений и дополнений в УК РФ.

    6. Указанная экспертиза должна решить вопрос о криминологической обоснованности положений уголовного закона, т. е. соответствия правовых установлений криминологическим данным о причинах преступности, личности преступника и основным методам предупреждения преступности как генерального направления борьбы с этим негативным социально-правовым явлением.

    Некоторые аспекты решения обрисованной задачи рассматриваются в последующих главах настоящей работы

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 26      Главы:  1.  2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11. > 





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.