§ 3. Неоконченное преступление и соучастие в преступлении по международному уголовному праву

§ 3. Неоконченное преступление и соучастие в преступлении по международному уголовному праву

55
0

Особенность
международного уголовного права состоит в самостоятельной регламентации
ответственности за неоконченное преступление и за соучастие в его совершении.

У теоретиков
уголовного права не вызывает сомнений тот факт, что многие умышленные
преступления заранее обдумываются и проходят свои этапы развития, получившие в
теории уголовного права название «неоконченного преступления».

В международном
уголовном праве также существует указание на то, что лицо может быть
подвергнуто ответственности не только по факту оконченного преступления, но и в
ситуациях, когда задуманное и реализуемое преступление не было доведено до
конца по каким-то причинам, не зависящим от воли субъекта.

Специфика
международного уголовного права состоит в том, что его источники всегда
специально предусматривают стадию совершения преступления, на которой оно может
подлежать уголовно-правовой оценке. Так. ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала
устанавливает преступность «заговора» и «общего плана», направленных на
осуществление акта агрессивной войны. В литературе обычно утверждается, что
такое планирование преступления или сговор с целью его последующего совершения
расцениваются как самостоятельные составы, образующие в совокупности
преступление агрессии. Позволим себе не согласиться полностью с этим мнением.

Представляется,
что в связи с отсутствием конкретного юридического содержания этих форм
поведения и их направленностью на обеспечение иных действий, образующих
объективную сторону агрессивной войны, наличие «заговора» или «общего плана» (в
отличие от «планирования» как деяния) является скорее приготовлением к
совершению этого преступления.

Таким образом,
международное уголовное право знает стадию приготовления к преступлению,
которая выражается в заговоре (сговоре) с целью последующего совершения
преступления.

Установление
преступности приготовления к преступлению в международном уголовном праве —
исключительно редкое явление, и введение ответственности за приготовление к тем
или иным преступлениям обусловлено, по-видимому, исключительно тяжким
характером этих преступлений.

Что же касается
покушения на преступление, то оно хорошо известно международному уголовному
праву. В источниках речь может идти о покушении как таковом либо о попытке
совершения деяния (например, при захвате воздушного судна — п. «а» ст. 1
Конвенции о борьбе с незаконным захватом воздушных судов 1970 г.; при захвате
заложника — Международная конвенция о борьбе с захватом заложников 1979 г.).

Попытка
совершения преступного деяния — это не что иное, как стадия покушения на его
совершение, когда желаемый результат (исполнение деяния полностью либо
наступление желаемых последствий) не достигнут вопреки воле лица: «преступление
осталось незавершенным по обстоятельствам, не зависящим от намерений данного
лица» (п. «е» ч. 3 ст. 25 Римского статута).

Таким образом, в
международном уголовном праве преступность той или иной стадии совершения
преступления устанавливается применительно к каждому деянию. По общему правилу,
преступным признается покушение на преступление, а в исключительных случаях — и
приготовление к нему (в форме заговора на совершение преступления). При этом в
самих нормах международного уголовного права отсутствует какое-либо
обязательное правило о дифференциации ответственности за оконченное и
неоконченное преступление.

Вместе с тем
современному международному уголовному праву известен институт добровольного
отказа от доведения преступления до конца. Так, в соответствии с п. «е» ч. 3
ст. 25 Римского статута лицо освобождается от наказания, если «отказывается от
попытки совершить преступление». При этом для освобождения от наказания по
этому основанию должны быть соблюдены следующие требования: предотвращено
«завершение преступления» (т.е. отказ возможен только при неоконченном
преступлении); лицо полностью и добровольно «отказалось от преступной цели»
(т.е. должны быть установлены критерии отсутствия вынужденности отказа и
наличия у лица реальной возможности довести задуманное преступления до конца).
Если начатое преступление, от доведения которого до «завершения» лицо
отказалось, все же стало оконченным (по различным причинам — например, в силу
развития причинной связи, несвоевременности самого отказа и пр.), такое лицо не
освобождается от наказания.

Институт
соучастия хорошо знаком международному уголовному праву. На наш взгляд,
обоснованно утверждение о том, что соучастие в международном уголовном праве
характеризуется практически теми же основными признаками, что и в национальном
уголовном праве. Действительно, в соответствии с ч. 3 ст. 25 Римского статута
для соучастия в преступлении характерны следующие признаки:

—  лицо совершает
преступление индивидуально или совместно с другими лицами (п. «а»);

— лицо
приказывает, подстрекает или побуждает совершить преступление (если такое
преступление все же совершается или имеет место покушение на его совершение —
п. «Ь»);

— лицо с целью
облегчить совершение такого преступления пособничает или иным образом содействует
его совершению или покушению на него, включая «предоставление средств для его
совершения» (п. «с»).

В ст. 6 Устава
Нюрнбергского трибунала прямо говорится о существовании таких видов
соучастников, как руководитель, организатор, подстрекатель и пособник.

Действия всех
соучастников, не являющихся исполнителями, характеризуются «сознательным
содействием совершению преступления» (п. «с» ст. 101 Конвенции ООН по морскому
праву 1982 г.), иначе говоря, совершаются они с прямым умыслом.

Пределы
ответственности соучастников, не являющихся исполнителями преступления,
основаны на доктрине ограниченного акцессорного соучастия. Ограниченность
акцессорности при регламентации уголовной ответственности соучастников состоит
в том, что в ряде случаев деятельность других соучастников (не являющихся
исполнителями преступления или покушения на преступление) подлежит
самостоятельной правовой оценке (например, «прямое и публичное»
подстрекательство к геноциду).

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ