4. Унификация правовых норм

4. Унификация правовых норм

10
0

Разнообразие норм
национальных законодательств, затрудняющее сотрудничество государств в
экономической и иных сферах, побуждает обращаться к специальным способам их
сближения. Имеются в виду унифицированные правовые нормы, которые либо
единообразно регулируют общественные отношения взамен несовпадающих норм
национальных законодательств, либо создают основу для нахождения их общности.
Единообразное правовое регулирование отношений как между государствами, так и
внутри них способствует повышению его эффективности и предотвращению
юридических коллизий. Лучше налаживаются прямые правовые связи. Обеспечивается
равная правовая защита участников этих отношений.

Правовая
унификация может иметь несколько разновидностей1. Во-первых, она различается по
своим целям и масштабам, охватывая либо приграничные государства, либо
государства одного региона, либо государства в рамках межгосударственных
объединений. Универсальная унификация распространяется на все или многие
государства мирового сообщества.

Во-вторых, по
своему предмету унификация может быть материальной, касаясь единообразного
регулирования прав и обязанностей участников отношений (гражданских, трудовых,
семейных и др.), и процессуальной, связанной с введением единых правил

Подробнее см.:
Международное частное право. М., 1984. Гл. 3. С. 38—50.

рассмотрения в
судах и внешнеторговых арбитражах споров с иностранным элементом.

В-третьих,
унификация права может проводиться в разных формах — путем заключения
международных договоров, принятия модельных рекомендательных законодательных
актов, применения примерных договоров международных организаций, использования
международных обычаев.

Рассмотрим их
подробнее, и прежде всего унифицированные нормы международных договоров. Они
являются органической частью таких договоров и требуют для своей реализации
особой процедуры. Для признания их в качестве обязательных на территории
государств требуется подписание, ратификация, одобрение и присоединение. Нужна
процедура включения унифицированных норм в правовую систему государства, т. е.
их трансформация. Это включение выражается в непосредственном
«переводе» норм в структуру национально-правовых актов, в
использовании принципов и институтов, которые определяют содержание того или
иного массива национально-правовых норм, в своеобразном
«расплавлении» в целом ряде национальных норм, прямой отсылке к
унифицированным нормам для их действия на территории государства. Приведем ряд
подробных иллюстраций из трудов юристов — специалистов по международному
частному праву.

В статье Н. Г.
Дорониной «Унификация права как средство экономической интеграции стран
Латинской Америки» подробно раскрывается механизм унифицированного
правового регулирования в этом регионе мира1. В 1960 г. был подписан Договор о создании Латиноамериканской ассоциации свободной торговли, в 1969 г. — Картахенское соглашение (Андский общий рынок).

В них были
определены направления унификационной деятельности для стран Андского общего
рынка с учетом большой доли иностранного капитала в промышленном и сельскохозяйственном
производстве. Создание единообразного режима для иностранного капитала и
инвесторов из государств, не являющихся участниками Андского общего рынка, было
главным условием реализации интеграционных мероприятий.

Большое значение
для унификации национальных законодательств имело Решение 24 «Общий режим,
применяемый к иностранному капиталу, патентам, лицензиям и роялти». В 1987 г. оно было изменено Решением 220, которое ослабило действие ряда ограничений в отношении
иностранных инвесторов. В Решении 24 содержалось требование о необходимости
регистрации иностранных капиталовложений, в какой бы форме они ни
осуществлялись (денежных или имущественных вкладов, права пользования товарным
знаком с целью увеличения сбыта продукции и т. д.). Решение 220 предоставило
государствам-участникам возможность урегулировать этот вопрос в национальном
законодательстве. Одной

1 См.: Материалы по иностранному законодательству и международному частному праву. М., 1993. С.3—15.

из причин
внесения данного изменения в Решение 24 было принятие Венесуэлой 16 июля 1986 г. Декрета 1200, содержащего односторонний отход от указанного требования Решения 24.

Общий подход
стран Андского общего рынка к регулированию иностранных капиталовложений
отражен в ст. 1 Решения 220, определяющей сферу действия унифицированных норм
гражданского права, и ст. 34 Решения 220, определяющей порядок выбора
применимого права. Эти нормы надо рассматривать в совокупности со ст. 33
Решения 220, определяющей национальный режим. В целом подход стран Андского
общего рынка к регулированию иностранных капиталовложений не претерпел
значительных изменений по сравнению с тем, который был сформулирован в Решении
24.

В ст. 1 Решения
220 дается определение прямых иностранных капиталовложений, иностранного и национального
инвестора, национального, иностранного и смешанного предприятия и некоторые
другие. Под прямыми иностранными капиталовложениями понимаются все вклады,
поступающие из-за границы, составляющие собственность иностранных физических и
юридических лиц и принимающие форму капитала в свободно конвертируемой валюте,
оборудование и промышленные сооружения (новые или обновленные), сырье или
полуфабрикаты. Главное, что отличает иностранные капиталовложения от
национальных, — это то, что их стоимость может быть реэкспортирована, а прибыли
переведены за границу. Автор перечисляет национальных инвесторов.

Среди юридических
лиц, осуществляющих капиталовложения, Решение 220 выделяет национальные,
иностранные и смешанные предприятия. Согласно ст. 1 создаваемые в стране,
принимающей инвестиции, предприятия считаются национальными, если их капитал
более чем на 80% принадлежит национальному инвестору.

Нормы применения,
как и коллизионные, содержат подобие коллизионной привязки, адресующей
правоприменительный орган к соответствующей норме унифицированного акта.
Коллизионные нормы нужны для локализации того или иного правоотношения,
«привязки» его к определенной правовой системе.

Что касается
сходства норм применения с коллизионными, то вполне реальной представляется на
примере ст.1 Решения 220 ситуация, когда какое-либо предприятие будет считаться
в соответствии с коллизиоными нормами одной из стран — участниц Андского общего
рынка национальным, однако, согласно Решению 200, оно будет рассмотрено как
смешанное, а возможно, и иностранное, при этом таковым оно будет считаться лишь
в пределах действия данного Решения. Такое тонкое авторское истолкование норм
весьма интересно и поучительно.

Н. Г. Доронина
отмечает, что характерной чертой процесса унификации коллизионного права стран
Латинской Америки является стремление стран этого региона не ограничиваться
выработкой единообразных коллизионных норм, а искать в международных договорах
более общие критерии регулирования коллизионных си-

туаций. Включение
таких общих критериев регулирования в международный договор позволяет, по
мнению сторонников латино-американского подхода к унификации международного
частного права, каждому государству-участнику выйти самому на те конкретные
коллизионные нормы, которые бы согласовывались как с выработанным ими
унифицированным общим подходом к разрешению коллизионных вопросов, так и со
спецификой конкретной коллизионной ситуации или, возможно, с национальной
спецификой решения коллизии в данной ситуации.

Напомним, что
идея найти решение коллизионной ситуации через разрешение «коллизии
компетенции» была еще более четко выражена в ст. 3 Кодекса Бустаманте
(Конвенция о международном частном праве, унифицировавшая нормы международного
частного права более чем десяти государств Латинской Америки). В соответствии с
этой статьей законы, принимаемые государствами, участвующими в унификации,
подразделялись на три группы: обладающие экстерриториальным действием;
действующие в пределах территории государства, которое их принимает;
допускающие, чтобы стороны в правоотношении своей волей подчинили это
правоотношение определенному правопорядку. В соответствии с этой классификацией
в Кодексе Бустаманте сформулированы коллизионные нормы и определена компетенция
участвующих в унификации государств.

Унифицированные нормы
различаются и по другим формам своего выражения. Если, к примеру, обратиться к
тексту Договора об образовании сообщества России и Белоруссии, то в нем идет
речь о единой нормативно-правовой базе свободно-экономической деятельности,
унифицированной системе антимонопольного законодательства (ст. 4), об
унификации денежно-кредитных и бюджетных систем (ст. 71), о единых стандартах
правовой защиты, об унификации норм в области охраны труда, социального
страхования, производственной и социальной гигиены (ст. 8), о модельных
законодательных актах (ст. 10).

Выбор способа
унификации норм отражается и на форме акта — единого унифицированного или
смешанного (модельного), содержащего унифицированные нормы.

Разновидностью
таких норм являются «Унифицированные правила и обычаи для документарных
аккредитивов (редакция 1993 года)», одобренные и опубликованные
Международной торговой палатой. Эти правила и обычаи являются обязательными для
всех сторон при отсутствии прямо выраженного соглашения об ином. Даются понятия
аккредитива и уведомления о них, обязательства и ответственности1.

Унифицированные
нормы содержатся в многочисленных многосторонних конвенциях. Например, в
конвенциях о гражданстве содержатся единые нормы, отрицающие двойное
гражданство, ограничивающие случаи множественности гражданства и т. п. Но эти

1 Подробнее см.:
Журнал международного частного права. 1995. № 1. С. 32—62.

нормы не
связывают жестко законодательство и судебную практику суверенных государств.
Споры между ними, не получившие разрешения, передаются в Международный суд1.

Возникает много
коллизий в сфере брачно-семейных отношений ввиду несогласованности норм
семейного законодательства разных государств. Обратимся к специальной
литературе. Например, согласно французскому Гражданскому кодексу материальные
условия вступления в брак подчинены национальному закону каждого из супругов.
Тот же принцип закреплен в Германском гражданском уложении. Вместе с тем
признается «обратная отсылка» и «отсылка к третьему
закону», если материальный закон не признается коллизионной нормой данного
государства. В англо-американской системе действует другое коллизионное
правило: способность лица к вступлению в брак определяется законом его
постоянного жительства. Поэтому появилась необходимость унифицировать нормы
путем заключения двусторонних договоров и многосторонних конвенций.

Согласно Гаагской
конвенции об урегулировании коллизий законов в области заключения брака от 12
июня 1902 г. право вступления в брак регулируется национальным законом каждого
из будущих супругов, если только этот закон не отсылает к другому закону (ст.
1). Из этого общего правила конвенция делает важные изъятия в ст. 2 для
случаев, когда закон места заключения брака может запретить брак иностранцев,
который бы противоречил его постановлениям относительно: степеней родства или
свойства, в отношении которых существует запрещение; запрещения вступать в брак
лицам, виновным в прелюбодеянии, ввиду чего брак одного из них был расторгнут;
запрещения вступать в брак лицам, осужденным за то, что они по сговору
покушались на жизнь супруга одного из этих лиц.

Действует
оговорка о том, что брак, заключенный вопреки одному из этих трех
постановлений, не будет недействительным, если он не противоречит национальному
закону будущих супругов.

Гаагская
конвенция 1902 г. отказывает в признании иностранных браков, если национальный
закон супругов запрещает вступать в брак при наличии другого, нерасторгнутого
брака или по мотивам религиозного характера.

Договор о
международном гражданском праве от 19 марта 1940 г. в ст. 13 также предусматривает обстоятельства, по которым государства — участники договора не
обязаны признавать брак, заключенный на территории одного из них. Названы
обстоятельства, которыми брак может быть опорочен, в Договоре 1940 г.: недостижение брачного возраста одной из сторон — для мужчины 14 лет и для женщины 12 лет;
родство по прямой линии и др.

Конвенция о
заключении брака и признании его действительным от 14 марта 1978 г. в ст. 3 указывает на условия, при которых

1 Подробнее см.:
Швыдак Н. Г. Международная унификация коллизионных норм гражданства// Право и
экономика. 1995. № 9—10.

2 См.: Международная унификация коллизионных норм семейного права. М., 1993.

брак может быть
заключен: если будущие супруги отвечают требованиям существа (материальным
условиям вступления в брак), предусмотренным внутренним законом государства
заключения брака, и один из них имеет гражданство этого государства или обычно
в нем проживает; если каждый из будущих супругов отвечает требованиям,
предусмотренным национальным законом, определенным по коллизионным правилам
государства заключения брака.

Согласно ст. 6
договаривающееся государство может оставить за собой право не применять свой
внутренний закон к требованиям существа, предъявляемым к браку, в отношении
супруга, который не имеет ни гражданства этого государства, ни постоянного
места жительства в нем.

В содержательной
информации Н. Г. Швыдак поясняются грани соотношения разных норм. Она пишет,
что следуя Гаагской конвенции 1902 г., Кодекс Бустаманте 1928 г. предусматривает, что договаривающиеся государства не обязаны признавать брак, заключенный в
одном из них их гражданами или иностранцами, если этот брак противоречит их
узаконениям относительно: необходимости расторжения предшествующего брака;
степеней родства или свойства; запрета брака для виновных в прелюбодеянии,
вызвавшем расторжение прежнего брака; запрета лицу, виновному в покушении на
жизнь одного из супругов, вступать в брак с другим пережившим супругом; всякой
иной неустранимой специальным разрешением причины недействительности брака (ст.
40). В странах, где это позволено законом, браки, заключаемые перед
дипломатическими или консульскими агентами обоих супругов, совершаются согласно
их личному закону, с сохранением возможности применения к этим бракам постановлений
(ст. 42).

Тесное
экономическое сотрудничество характеризует отношения Бельгии, Нидерландов и
Люксембурга. В 1958 г. после многолетнего опыта успешного применения конвенций
был подписан Договор об образовании экономического союза Бенилюкса, который
породил комплекс унифицированных конвенций. Сошлемся на специальные работы в
данной области1.

Региональный
характер Бенилюкса обусловил особенности унификации права в странах этого
сообщества2, которая направлена на создание на основе заключенных договоров
единообразного национального права, регулирующего отношения, связанные со
свободным перемещением капиталов, товаров и рабочей силы, и способствующего
развитию экономической интеграции. Положения конвенций, принимаемых странами
Бенилюкса, становятся частью их внутреннего права. Комиссия состоит из двух
отделений: гражданского и уголовного права. Каждое отделение имеет подкомиссии.

1 См.: Швыдак Н.Г. Обзорная информация. Вып. 1. Ч. I. Правовое сотрудничество и унификация права
стран Бенилюкса; Там же. Ч. II. Унифицированное регулирование спецализации и
кооперирования производства в рамках ЕЭС. М., 1992. 2 См.: Право и экономика. 1995. № 9—10. С. 16—18.

Действует ряд
конвенций: о товарных знаках от 19 марта 1962 г., о промышленном образце и полезной модели от 25 октября 1966 г., о неустойке от 26 ноября 1973 г., о выдаче преступников и правовой взаимопомощи в области уголовного права от 27 июня 1962 г., о правилах охоты и защиты птиц от 10 июня 1970 г,, об импорте, экспорте и транзите от 16
марта 1961 г. и др.

Конвенция о
товарных знаках от 19 марта 1962 г. в ст. 1 устанавливает обязанность для
договаривающихся сторон ввести в свое национальное законодательство
Единообразный закон о товарных знаках, содержащийся в приложении к Конвенции, и
создать общую администрацию под названием «Бюро Бенилюкса по товарным
знакам» в Гааге.

Исполнение
Единообразного закона обеспечивается исполнительными регламентами,
устанавливаемыми по общему соглашению участниками конвенции после консультаций
с Административным советом Бюро и «применительными» регламентами,
установленными этим Советом. Регламенты получают обязательную силу в каждой
стране в соответствии с положениями ее внутреннего права и публикуются в ее
официальном органе. Бюро обеспечивает исполнение Единообразного закона и регламентов.
Деятельность Бюро регулируется и направляется Административным советом,
состоящим из членов, назначаемых сторонами. Административный совет избирает
своего председателя и назначает директора Бюро.

Толкованием
Единообразного закона, приложенного к Конвенции, должен заниматься суд
Бенилюкса, созданный в 1965 г.

В соответствии с
Единообразным законом о товарных знаках Бюро Бенилюкса уполномочено:

вносить в
регистрационные списки изменения, которые следуют либо из требований владельца,
либо из уведомлений Международного Бюро по защите промышленной собственности
или из судебных решений, и информировать об этих изменениях Международное Бюро;

издавать
ежемесячный сборник на голландском и французском языках, в котором отражаются
заявки Бенилюкса, так же как и все остальные отметки, требуемые исполнительным
регламентом;

снабжать копиями
регистрации всех заинтересованных лиц.

Как видно,
договорная форма введения унифицированных правовых норм получила широкое
распространение. С помощью конвенций удается сближать правовое регулирование
различными государствами тех вопросов, которые представляют для них общий
интерес.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ