Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 150      Главы: <   74.  75.  76.  77.  78.  79.  80.  81.  82.  83.  84. > 

    § 2. Элементы договора хранения

    Субъекты. В качестве субъектов этого договора — поклажедателей и хранителей — могут выступать как граждане, так и социалистические организации.

    Поклажедателем является обычно собственник имущества, сдаваемого на хранение. По это не составляет обязательного условия действительности заключенного договора. Даже не будучи собственником, всякий, кто испытывает юридический интерес в том, чтобы сохранить находящееся у него имущество, вправе заключить договор хранения как поклажедатель. Возможна, следовательно, сдача на хранение вещей залогодержателем, нанимателем, ссудополучателем, перевозчиком и т. п. Что же касается собственника, то истребование им в таких случаях имущества от хранителя подчинено общим правилам Поскольку, однако, хранитель лишь владеег вещью, но не становится ни ее собственником, ни даже пользователем, действительный собственник, имеющий право на изъятие вещи у поклажедателя, приобретает такое право и по отношению к хранителю, независимо от его добросовестности и других обстоятельств дела. Добросовестность хранителя и способ выбытия вещи из обладания собственника могут оказать влияние лишь на расчеты между сторонами. Так, если наниматель по истече-

    СП РСФСР 1968 г. № 10, ст. 54.

    494

     

    нии срока договора найма сдает имущество на возмездное хранение, виндикационный иск собственника будет удовлетворен даже и против добросовестного хранителя. Но истец должен внести хранителю причитающуюся ему плату за хранение, переложив затем причиненные убытки на поклажедателя как их виновника.

    Хранителем в возмездных правоотношениях чаще всего является специализированная организация. Граждане вправе принимать на себя функции хранителей по возмездным договорам лишь эпизодически, но не в виде промысла, так как в противном случае сделки по хранению могли бы превратиться в постоянный источник извлечения нетрудовых доходов. Если же имущество хранится без взимания платы, то для заключения таких договоров гражданами в качестве хранителей вообще нет каких-либо препятствий. Напротив, заключение любых договоров о принятии имущества на хранение социалистическими организациями допускается только при условии, что эти договоры охватываются специальной правоспособностью данной организации или по крайней мере сопутствуют ее основной деятельности.

    Объект. Материальный объект рассматриваемого договора составляет сдаваемое на хранение имущество, а юридический объект—обеспечивающая его сохранность деятельность хранителя.

    Материальным объектом хранения могут быть как вещи, так и ценные бумаги (когда, например, сдаются на хранение в сберегательную кассу облигации государственного займа). При этом объект хранения передается во владение хранителя и переносится в его хозяй-ственную сферу. Если физические свойства объекта исключают такой перенос, то и хранение становится невозможным. Не может быть, например, объектом договора хранения жилой дом, и сторож, нанятый для его охраны, участвует в трудовом договоре, а не в договоре хранения. Договор хранения отсутствует и в случаях, когда обязательства устанавливаются по поводу объективно переносимых вещей, но фактически охрана осуществляется в хозяйственной сфере их собственника. Так, если гражданин, уезжая в длительную командировку, договаривается с кем-либо о поселении в свою комнату для охраны домашнего имущества, нельзя считать, что между сторонами заключен договор хранения.

    49^

     

    В судебной практике проводится поэтому различие между охраной имущества и его хранением. Охрана предполагает выполнение только технических функции, необходимых для того, чтобы сберечь имущество от опасности физического уничтожения, порчи или утраты, которая может угрожать ему со стороны стихийных сил или действий неправомочных лиц. Напротив, лицо, которому имущество поручено для хранения, осуществляет правомочие владения, как и другие необходимые для этого права и обязанности. Отмеченное различие имеет большое практическое значение. В частности, поскольку имущество, охраняемое сторожем, не считается находящимся в его владении, то, если бы сторож продал его третьему лицу, следовало говорить о хищении, которое дает собственнику право на виндикацию даже в споре с добросовестным приобретателем. Но если бы тот же акт совершил хранитель, признаваемый владельцем вещи, добросовестный приобретатель мог бы защищаться против виндикационного иска личного собственника ссылкой на выбытие вещи из обладания истца по его воле.

    Бывает, однако, и так, что имущество находится одновременно в сфере и поклажедателя, и хранителя. Например, при поселении в гостиницу, дом отдыха, санаторий, общежитие и т. п. гражданин не обязательно сдает свои вещи в камеру хранения, а зачастую оставляет их в комнате, отведенной ему для проживания. Тем самым соответствующие вещи, не выходя из обладания гражданина, включаются также в сферу организации, в доме которой он проживает и которая согласно существующим правилам обязана обеспечить их сохранность. Относительно всех таких вещей (кроме денег и драгоценностей) гостиница, общежитие и т. п. выступает в качестве хранителя. И если гражданин докажет факт их утраты или повреждения, то, хотя специально на хранение они не сдавались, ответственность будет все же возложена на хранителя (ст.429 ГК). Ответственность хранителя не исключается, даже когда он специально Предупреждает поселившихся у него граждан о необходимости сдачи вещей в камеру хранения.

    Договор обязывает хранителя возвратить поклажеда-телю ту же самую вещь, что свидетельствует об индивидуальной определенности объекта данного договора.

    496

     

    Практике известны, однако, случаи так называемого иррегулярного хранения, когда имущество, сдаваемое хранителю, обезличивается у него, а поклажедателю в установленный срок возвращается то же количество таких же вещей. Так, например, хранится зерно на элеваторах, овощи в овощехранилищах и т. п. В этих случаях предметом договора хранения становятся вещи, определенные родовыми признаками (ст. 432 ГК). Возникает, однако, вопрос: кому принадлежит право собственности на такие вещи до момента их выдачи поклажедателю? В свое время, когда этот вопрос не находил прямого разрешения в законе, он порождал дискуссию в научной литературе.

    С. Н. Ландкоф полагал, что хранимые вещи составляют общую собственность всех поклажедателей '. По мнению же К. А. Граве, такая позиция не выдерживает критики, ибо поклажедателям не принадлежит ни одно из правомочий участников общей собственности:

    они не осуществляют общего управления имуществом, не распределяют расходы по его содержанию, не имеют права преимущественной покупки, а с требованием о выдаче соответствующего количества вещей обращаются к хранителю на основе договора хранения, но не к другим поклажедателям в порядке раздела общей собственности 2.

    Положительное решение этого вопроса, предложенное К. А. Граве, сводилось к следующему: «Сторона, сдавшая вещи на хранение с их обезличением, не теряет права собственности на них. Освобождение стороны, получившей вещи на хранение, от обязанности вернуть те же вещи еще не означает само по себе перехода права собственности на них к получившему именно в момент передачи. Право собственности на эти вещи может считаться перешедшим к хранителю лишь в тот момент, когда он возвращает взамен их такие же вещи и в том же количестве»3.

    По если считать, что хранитель не становится собственником имущества в силу лежащей на нем обязанности вернуть поклажедателю такое же количество аналогичных вещей, то право собственности не может быть за ним признано и после исполнения этой обязанности перед данным поклажедателем, ибо оставшиеся веши должны быть возвращены всем другим поклажедателям. Поэтому, стоя на позиции К. А. Граве, надлежало бы прийти к выводу, что хранитель никогда не приобретает права собственности и что такое право принадлежит только совокупности его контрагентов. В связи с этим нужно установить, могут ли быть материальным объектом права собственности вещи, определенные родовыми признаками?

    На поставленный вопрос положительно отвечала М. В. Зимелева, По мнению которой каждый поклажедатель при иррегулярном хране-

    ' См. С. Н. Л а н д к о ф, Торговые сделки, Харьков, 1929, стр. 231.

    2 См. «Отдельные виды обязательств», стр. 326.

    3 См. там же.

    497

     

    нии обладает правом собственности, но не на индивидуальные предметы, а на соответствующее количество вещей в составе хранимого на складе имущества ). Однако подобная конструкция не мирится с природой права собственности Если кто либо должен вернуть не те же самые вещи, а их однородный эквивалент, уже один этот факт доказывает, что противостоящий ему управомоченный обладает обязательственным правом требования, но не правом собственности Такой характер как раз и носят взаимоотношения сторон при обезличенном хранении И если поклажедатель выступает в этих отношениях как носитель права требования, то следует признать хранителя собственником сданного на хранение имущества.

    В действующих гражданских кодексах можно найтд закрепление разных конструкций, ранее предлагавшихся советской юридической наукой.

    ГК РСФСР в ст. 432 исходит, как правило, из того, что при иррегулярном хранении имущество принадлежит всем поклажедателям на праве общей собственности по долям, соответствующим количеству сданных каждым из них на хранение вещей. Но соглашением сторон может быть установлено право собственности хранителя, обязанного по требованию любого поклажедателя вернуть ему равное количество однородных вещей того же качества

    Легко, однако, заметить, что в любом из случаев, предусмотренных ст. 432 ГК РСФСР, поклажедатель имеет в отношении хранителя только обязательственной право требования. Его участие в общей собственности никак не проявляется, если даже обратиться к отношениям данного и других поклажедателей Он никогда не ставит вопрос о выделе своей доли перед поклажедате-лями, а обращается с требованием о выдаче соответствующего количества вещей к хранителю. Конструкция общей собственности могла бы дать о себе знать при случайной гибели хранимого имущества, так как она обосновывает возложение риска не на хранителя, а по до-яям на всех поклажедателей Но и этот вывод, вытекающий из конструкции общей собственности, лишен практического смысла, ибо иррегулярное хранение составляет один из видов уставной деятельности органи* зации-хранителя, а такие хранители, как сказано в ч. 1 ст. 427 ГК, отвечают за случай, даже не становясь собственниками хранимого имущества

    'См    М В   Зимелева, Поклажа в товарных        складах, М,

    1927, стр     44.

    498

     

    Вот почему целесообразней решение, принятое в тех республиканских гражданских кодексах (например, в ст. 430 ГК Казахской ССР), которые при иррегулярном хранении объявляют хранителя собственником, а поклажедателей — носителями обязательственного права на однородные вещи того же количества и качества

    Форма. С точки зрения формы сделки по хранению подчиняются общим нормам ГК, поскольку иное не установлено в специальных правилах. Эти нормы уточнены в ч 1 ст. 423 ГК для отношений между гражданами в том смысле, что под суммой сделки понимается стоимость сдаваемого на хранение имущества" если оно стоит более 100 руб, хранение должно быть облечено в письменную форму. Для отношений между гражданами и организациями в той же ч. 1 ст. 423 ГК установлено специальное правило: они требуют письменного оформления не во всех случаях, а тоже лишь при условии, когда на хранение сдается имущество стоимостью более 100 руб Однако на практике, когда в качестве хранителя выступает специализированная организация (ломбард, камера хранения и т. п.), квитанция, удостоверяющая договор, выдается независимо от стоимости принимаемого на хранение имущества Чаще всего такая квитанция выписывается на формуляре, где отражается и самый порядок хранения, определяющий права и обязанности контрагентов.

    Несоблюдение требуемой законом письменной формы не делает хранение недействительным, а согласно общему правилу ст. 46 ГК лишает контрагентов права ссылаться в споре на свидетельские показания Они не допускаются, однако, только в спорах о существовании договорных отношений или об условиях хранения Если же факт принятия имущества на хранение не отрицается, но стороны спорят о тождестве вещи, сданной на хранение и возвращаемой хранителем, то для решения такого вопроса могут быть привлечены наряду с другими доказательствами также показания свидетелей (ч. 2 ст. 423 ГК).

    Закрепляя изложенные правила, ст. 423 ГК подвергает их ограничениям двоякого рода. Во-первых, при сдаче вещей (например, верхней одежды) в гардеробы организаций достаточны получаемые поклажедателем

    499

     

    легитимационные знаки — номера, жетоны и т п. Не являясь актами письменного оформления договора, они приобретают доказательственную силу в споре о том,;

    было ли имущество сдано на хранение. Во-вгорых, когда вещи сдаются на хранение при чрезвычайных обстоятельствах (пожар, наводнение и т. п. ), требующих быстрых действий и исключающих соблюдение всякого рода формальностей, спор может разрешаться на основе свидетельских показаний независимо от стоимости имущества (ч. 3 ст. 423 ГК).

    По общему правилу, хранение— неплановый договор, а потому какие-либо другие требования к его-оформлению не могут предъявляться. Но в отношениях -между организациями этот договор иногда нуждается в определенных плановых предпосылках. В частности, холодильные емкости выделяются обслуживаемым ор- ' ганизациям по плану их распределения, и только емко-" сти, не указанные в плане, могут быть предоставлены холодильниками по их собственному усмотрению.

    Срок. Своеобразие срока хранения заключается в том, что он определяет границы обязанностей хранителя: до наступления срока хранитель не вправе требовать от поклажедателя, чтобы тот получил сданное Я на хранение имущество. Напротив, поклажедатель мо- ^ жет в любой момент потребовать возврата имущества, .^ даже если срок действия договора не истек (ч. 1 ст. 424 ГК). Сообразно с этим определяется практический смысл деления сделок на срочные и заклю-" ченные без указания срока или до востребования, ко-Ч гда речь идет о хранении.

    Если договор заключен на определенный срок, хра-нитель вправе требовать, чтобы поклажедатель принял от него имущество по наступлении срока. При бессрочном характере договора это требование может быть предъявлено в любой момент с предоставлением покла-жедателю не обязательно 7-дневного (ст. 172 ГК), а такого—более или менее продолжительного—льготного срока, который при данных обстоятельствах необходим для принятия имущества от хранителя (ч 2 ст. 424 ГК). В отличие от этого хранителю льготный срок вовсе не предоставляется, так как при надлежащем исполнении им договора имущество может и должно быть возвращено немедленно,

    500

     

    В заключаемых организациями консенсуальных договорах хранения определяются сроки не только возврата имущества, но и сдачи его на хранение поклажедате-лем. Так, клиентура холодильников, хранящих мясо-молочную продукцию, обязана завозить грузы в количестве, соответствующем забронированной емкости по месячным планам завоза. Нарушение этой обязанности влечет взыскание санкций в пользу холодильника.

    Права и обязанности сторон. Они направлены на обеспечение сохранности имущества, его своевременный возврат и получение, а также уплату вознаграждения, предусмотренного договором или специальными правилами.

    Раскрывая содержание обязанности хранителя по сохранению имущества, необходимо установить, от каких опасностей оно сохраняется и какие действия в этих целях должны быть совершены.

    В ч. 1 ст. 425 ГК сказано, что хранитель обязан принять все меры, предусмотренные договором или необходимые для сохранения имущества. Практически это означает, что во всех без исключения договорах данного рода на хранителя возлагается обязанность сохранить вверенное ему имущество /от опасности хищения. Но имуществу могут угрожать и иные опасности:

    порча продовольственных продуктов вследствие определенных температурных условий, повреждение носильных вещей от сырости, моли и т. п. Установить, несет ли хранитель обязанность по сохранению имущества и от таких опасностей, можно только исходя из содержания и направленности заключенного договора. Ясно, что камера хранения не отвечает за порчу продуктов, находившихся в сданном ей чемодане, а ломбард обязуется сохранить имущество от любых опасностей. Столь же очевидно, что элеваторы, овощехранилища, холодильники принимают продукты для сохранения как от хищения, так и от порчи.

    Но и обязанность сохранить имущество от одной, нескольких или всех возможных опасностей н? всегда предполагает предъявление к хранителю одних и тех же требований. Определяющее значение здесь приобретает воз-мездность или безвозмездность заключенного договора.

    Возмездный договор обязывает хранителя принять все возможные меры к сохранению имущества. Напри-

    50»

     

    мер, ломбарды, принимающие на хранение носильные^ вещи, должны проветривать их, просушивать, пересыпать' нафталином и т. п. Социалистические организации, даже при выполнении ими функций хранителей без взимания платы, обязаны сделать все необходимое, чтобы имущество было сохранено. Напротив, от гражданина, хранящего имущество другого гражданина в порядке товарищеской услуги, можно требовать лишь таких действий, какие он совершает для сохранения своих собственных вещей (ч. 2 ст. 425 ГК). Например, защищаясь против иска поклажедателя, ответчик ссылался на то, что он не должен нести ответственности за хищение, которому подверглось как имущество истца, так и его собственное имущество. Суд, разрешая это дело, указал, что при определении не очерченной договором ответственности хранителя за сохранность вверенных ему вещей нужно исходить из той степени заботливости, которую хранитель обычно проявляет в соответствующих обстоятельствах к собственному имуществу того же назначения. Вместе с тем при передаче гражданам на хранение социалистического имущества либо имущества, которое собственник вынужден был сдать на хранение в силу чрезвычайных обстоятельств (например, пожара, стихийных бедствий и т.п.), хранитель обязан проявить максимум заботливости и несет ответственность за вину любой степени.

    Но какого бы объема ни достигала степень обязательной для хранителя заботливости, поскольку право собственности на хранимые предметы принадлежит поклаже-дателю, за их. утрату, недостачу или повреждение хранитель может нести ответственность, лишь если он виновен. Однако ввиду того, что в момент утраты, недостачи или повреждения имущество находилось в обладании хранителя, его вина предполагается. Следовательно, ответственность за наступившие убытки возлагается на хранителя, если не будет доказана его невиновность.

    Иначе дело обстоит с профессиональными хранителями—ломбардами, камерами хранения, гостиницами, общежитиями, холодильниками и другими организациями, для которых хранение является одним из видов их уставной деятельности. Такие организации, независимо от возмездности или безвозмездности хранения, освобождаются от ответственности за утрату, недостачу или повреждение имущества, только если будет доказа-

    502

     

    но, что перечисленные последствия вызваны непреодолимой силой (ч. 1 ст. 427 ГК). Простой случай не исключает их ответственности: они отвечают как за вину, так и за случай.

    Возлагаемая на хранителя ответственность сводится к обязанности возместить ущерб, понесенный поклажеда-телем (ст. 428 ГК). Сумма ущерба равна стоимости вещи, если она утрачена целиком, стоимости ее ча?ти, если обнаружена недостача в сданном на хранение имуществе (зерне, овощах, иных продуктах), либо величине, на которую вследствие повреждения уменьшилась стоимость вещи (например, расходам по ремонту с целью устранения различных повреждений). Однако, когда в результате повреждения качество вещи меняется настолько, что она не может быть использована по первоначальному назначению (например, сданное на хранение зерно нельз'я уже использовать как семенное), поклаже-датель вправе отказаться от вещи,оставив ее хранителю и потребовав возмещения ее стоимости. При этом, если вина служит необходимым условием ответственности хранителя, следует строго разграничивать ущерб, явившийся результатом его вины, и потери, носящие объективный или случайный характер, за которые он ответственности не несет. К числу объективных относятся, например, потери, вызванные усушкой, утруской, утечкой и тому подобными видами естественной убыли. Для социалистических организаций нормы естественной убыли предусматриваются особыми правилами, и в соответствии с ними исчисляется размер возмещаемого ущерба.

    Некоторые договоры заключаются с денежной оценкой сдаваемого на хранение имущества (например, при сдаче вещей в камеру хранения, в ломбард и др.). Оценка, указанная в договоре или выданном хранителем документе (например, квитанции), обязательна для поклажедателя, а для хранителя имеет лишь презумптивное значение. Он вправе доказывать, что действительная стоимость имущества ниже опенки, и тогда возмещение ущерба взыскивается не по оценке, а в размере доказанной стоимости. Но если доказать ее не удается, ущерб возмещается в соответствии с произведенной оценкой сданных на хранение вещей.

    Однако при любых способах исчисления убытков ог-ветственность хранителя не распространяется на неполу-

    503

     

    ченные доходы, а ограничивается лишь положительным ущербом в имуществе, и притом только в той части, в какой он воплощен в стоимости утраченных (недостающих) или понижении стоимости поврежденных вещей.

    Сохраненную вещь хранитель обязан возвратить по-клажедателю по его требованию. Неисполнение этой обязанности дает поклажедателю право на истребование вещи в принудительном порядке.

    Судебные органы иногда рассматривают такие иски как виндикационные и, удовлетворяя их, руководствуются ст. 151 ГК. Эта позиция получает поддержку и в некоторых литературных источниках, авторы которые допускают возможность предъявления виндикационного или договорного иска по выбору истца 1. Но подобное решение нельзя признать правильным. Если истца и ответчика связывают договорные правоотношения, нет оснований квалифицировать предъявленный иск как вин-дикационный, и дело должно рассматриваться по правилам о договорном иске. Не исключено, однако, что ответчик, к которому как к хранителю предъявлен иск об истребовании имущества, отрицает самый факт заключения договора с истцом. Тогда истец, не располагая доказательствами для подтверждения договорных правоотношений, может перейти к виндикационному иску,-^ который и будет удовлетворен, если удастся доказать^ принадлежность вещи истцу на праве собственности.;

    Изложенный принцип проводится и во многих судебных1 решениях. В одном из них, например, отмечается, чтой в материалах дела нет данных о передаче истцом ве| щей на хранение ответчику; доказательства заключений между сторонами договора истцом не представлены? данное ответчиком разрешение оставить чемодан у него в квартире не свидетельствует о принятии вещей на хра-э нение, а при этих условиях материальная ответственность ] могла быть возложена на ответчика лишь в порядке ст. 151 ГК в случае обнаружения у него имущества истца.

    Возвращая имущество поклажедателю, хранитель вьм полняет свою обязанность должника по договору. Ей со-1 01ветствует кредиторская обязанность поклажедателя ос-1

    См., например, «Отдельные виды обязательств», стр 328.

    504

     

    вободить хранителя от владения вещью к указанному в договоре сроку, а при бессрочном хранении — в пределах времени, необходимого для того, чтобы получить вещь после предъявления соответствующего требования хранителем (ч. 1 ст. 430 ГК). Если поклажедатель этого не сделает, для него могут наступить отрицательные последствия, предусмотренные ч. 2 ст. 427 и ч. 2 ст. 430 ГК.

    Действительно, в то время как до совершенного по-клажедателем нарушения хранитель отвечает за любую вину, а профессиональный хранитель — и за случай, причинивший имуществу урон, после допущенной поклаже-дателем просрочки он не несет ответственности даже за простую неосторожность и обязан возместить убытки, возникшие лишь вследствие его грубой неосторожности или умысла. Вместе с тем такая просрочка дает право хранителю-гражданину требовать по суду принудительной продажи хранимого имущества в порядке, установленном для принудительного исполнения судебных решений. При тех же условиях хранитель—социалистическая организация производит продажу хранимого имущества в порядке, предусмотренном ее уставом или положением. Так, согласно п. 18 Типового устава ломбарда РСФСР своевременно не востребованные вещи хранятся ломбардом в течение трех месяцев и затем реализуются через комиссионные магазины, а драгоценные металлы, жемчуг и часы в золотом корпусе — в порядке, установленном Министерством финансов СССР. Суммы, вырученные от продажи имущества, выдаются поклажедателю, за вычетом причитающихся хранителю вознаграждения и компенсации убытков.

    Плата за хранение взимается, если она прямо предусмотрена договором или специальными правилами. Ее размер для специализированных, организаций определяется государственными таксами, ставками, тарифами, а в остальных случаях — соглашением сторон. Обычно оказываемые хранителем услуги оплачиваются в денежной форме, а в отношениях между гражданами оплата может выражаться и в предоставлении хранителю права пользоваться вверенным имуществом. Взимание в пользу хранителя платы натурой на практике почти не встречается, ибо социалистические организации вообще не имеют права получать натуральную оплату, а граждане

    505

     

    лишь изредка заключают друг с другом возмездные договоры хранения.

    Фактическая уплата вознаграждения производится либо в виде периодических платежей, либо путем едино-кратного взноса, взимаемого в момент сдачи вещей на хранение или их возврата. Периодические платежи начисляются соответственно времени нахождения вещи у хранителя, и если поклажедатель потребует возврата имущества до истечения срока договора, плата за оставшееся время не взимается. Напротив, единократно начисляемые платежи, поскольку иное не установлено специальными правилами или договором, взимаются за весь обусловленный сторонами период хранения, хотя бы по требованию поклажедателя имущество было возвращено досрочно. Когда же специализированные организации предоставляют по годовым договорам определенные емкости для хранения, плата вносится за весь год без вычета времени, в течение которого емкости остаются незаполненными.

    Плата, не внесенная поклажедателем, может быть взыскана в принудительном порядке. Вопрос же о том, имеет ли хранитель вплоть до внесения платы право на удержание вещи, решается некоторыми авторами отрицательно '. Но для такого решения нет достаточных оснований. На практике право удержания применяется широко. Например, камеры хранения не выдают ручную кладь до оплаты квитанции. Дело, однако, не только в тенденциях практики, но и в действующих законодательных правилах. Согласно ст. 177 ГК взаимные обязательства, по общему правилу, должны исполняться одновременно. Возмездный договор хранения носит взаимный характер, и в соответствии со ст. 177 ГК хранитель вправе задержать выдачу вещи до внесения поклажедателем установленной платы. Только в отношениях между юридическими лицами во избежание иммобилизации социалистического имущества право удержания не применяется, а дело ограничивается лишь принудительным взысканием просроченных платежей.

    Помимо оплаты услуг по хранению на поклажедателя могут быть возложены и другие имущественные обяза-

    ' См , например, «Отдельные виды обязательств», стр 328.

    506

     

    тельства. В частности, он отвечает перед хранителем за убытки, причиненные свойствами сданного на хранение имущества. Для возложения такой ответственности несущественно, действовал ли поклажедатель с умыслом (например, путем обмана передал взрывчатые вещества и другие вещи, которые сдавать на хранение запрещено) или по неосторожности (например, не снабдил имущество надлежащей тарой и упаковкой). Поскольку установлена вина поклажедателя, он обязан возместить хранителю все убытки. Его виновность, а значит, и ответственность во всяком случае исключается, если хранитель знал или должен был знать о вредоносных свойствах принимаемого на хранение имущества (ст. 431 ГК).

    Ответственность за причиненные хранителю убытки не ставится в зависимость от возмездности или безвозмездности договора. Иначе решается вопрос об обязанности компенсации расходов по сохранению имущества (например, по кормлению переданных на хранение животных). В возмездном договоре они особому возмещению не подлежат, так как считаются покрытыми платой за хранение. При безвозмездном хранении хранитель вправе взыскать с поклажедателя компенсацию необходимых для сохранения имущества расходов (ч. 2 ст. 426 ГК).

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 150      Главы: <   74.  75.  76.  77.  78.  79.  80.  81.  82.  83.  84. > 





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.