Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 150      Главы: <   145.  146.  147.  148.  149.  150.

    § 2. Конкуренция исков и изменение требований

    Конкуренция исков. Иски по обязательствам из неос-* новательного приобретения (сбережения) имущества иначе именуются кондикционными исками. Наряду с ними охране права собственности и других имущественных прав организаций и граждан служат виндикацион-ные иски (ст. ст. 151—157 ГК), договорные иски о возмеч щении убытков (ст. 219 ГК) и деликтные иски (ст.ст, 444—471 ГК). Установление условий, при которых каж^ дый из перечисленных исков может быть предъявлен^ важно как теоретически, так и практически.

    863

     

    Например, незаконно завладев чужой вещью, стоящей 500 руб., нарушитель продал ее за 300 руб. Если предъявленный к нему иск рассматривать как деликтный, в пользу истца должно быть взыскано 500 руб., которые полностью возместят причиненный ущерб. Но, если тот же иск квалифицировать как кондикционный, взыскание не выйдет за рамки полученной нарушителем выгоды и ограничится 300 руб., не покрывающими возникших у потерпевшего убытков.

    Предположим, далее, что иск об изъятии вещи из чужого незаконного владения суд стал бы рассматривать на основе правил о деликтном иске. Это также привело бы к ряду ошибок. Например, по правилам о виндикаци-онном иске гражданин, который потерял вещь или у которого она похищена, вправе изъять ее даже у добросовестного приобретателя. Но, если то же дело рассматривать по правилам о возмещении вреда, вещь у добросовестного приобретателя не могла бы быть изъята, ибо он невиновен, тогда как для деликтной ответственности необходима виновность причинителя.

    Предположим, наконец, что к иску об убытках, причиненных неисполнением договора, суд применил бы нормы о деликтных обязательствах. Ошибки такого рода тоже недопустимы. Например, должник освобождается от ответственности, если доказано, что неисполнение договора вызвано хотя бы простой неосторожностью кредитора. Но по правилам о деликтах одной лишь простой неосторожности истца для этого недостаточно: ответчик может быть освобожден от ответственности только при том условии, что истец допустил грубую неосторожность.

    Иногда полагают, что для предъявления иска о возврате вещи или о возмещении убытков могут одновременно существовать разные основания. Так, если собственник сдал имущество внаем, то он вправе его истребовать и по ст. 291 ГК—как договорный контрагент и по ст. 151 ГК—как предъявляющий виндикационный иск собственник; если лицо, получившее по договору имущество, незаконно его реализовало, собственник имеет возможность взыскать с него возмещение ущерба в порядке либо ст. 219 ГК (договорные убытки), либо ст. 444 ГК (внедоговорный вред), либо ст. 473 ГК (кондикционный иск). Признание за истцом права выбора

    664

     

    одного из нескольких требований и называют конкуренцией исков '.

    Но, как было только что показано, ориентация на ту или иную норму ГК отнюдь не безразлична для правильного разрешения дела, а значит, практически конкуренция исков неприемлема. Ошибочна она и с теоретической точки зрения. Иск служит охране гражданского правоотношения, от природы которого, как и от характера совершенного правонарушения, зависит содержание возможного иска. Поскольку спорящие состоят в одном правоотношении, а спор в,озник по поводу определенного его нарушения, речь может идти лишь о единственном иске, но не о выборе между несколькими исками, не об их конкуренции2. И для того чтобы не смешивать разнообразные иски на практике, нужно четко уяснить различие в их содержании и условиях предъявления.

    Преимущественное значение имеет договорный иск. Если стороны связаны договором, нарушение которого породило спор, контрагент может предъявить только договорный, а не какой-либо иной иск. Например, когда наниматель уклоняется от возвращения имущества, собственник как договорный контрагент вправе изъять его на основании ст. 291 ГК. Для предъявления виндика-ционного иска нет оснований потому, что вещь перешла во владение ответчика по договору. Для предъявления иска из причинения вреда также нет оснований—не только потому, что стороны состоят в договоре, но и потому, что спорная вещь сохранена в натуре, а, следовательно, ущерб собственнику не причинен. Нельзя предъявлять и кондикционный иск, ибо ответчик не обогатился, так как спорная вещь находится лишь в его владении, но, не войдя в состав его имущества, принадлежит на праве собственности истцу.

    При отсутствии между сторонами договорных обязательств или если правонарушение выходит за пределы-

    ' См. «Гражданское право», т. I, Юриздат, 1944, стр. 360;

    М. В. 3 и м е л е в а. Война и право собственности, «Советское право в период Великой Отечественной войны», ч. 1, Юриздат, 1948, стр 40—44.

    2 Ср. А. В. Венедиктов, Гражданско-правовая охрана социалистической собственности в СССР, изд-во АН СССР, 1954, стр^ 170—175; Ю. К. Толстой, Содержание и Гражданско-правовая за' щита права собственности в СССР, изд-во ЛГУ, 1955, стр. 104—115.

    865

     

    связывающего их договора,  могут возникнуть предпосылки для виндикационного,          деликтного или кондикци-онного иска.

    Если правонарушение выразилось в том, что вещь, принадлежащая одному лицу, оказалась в незаконном обладании другого и имеется у него в натуре, должен быть предъявлен неделиктный или кондикционный, а вин-дикационный иск. И это понятно. Причинить имущественный вред—значит уменьшить состав имущества потерпевшего. Но, если вещь находится в чужом незаконном владении, сохранена в натуре и собственник может ее изъять, значит, он не потерял права собственности на нее. Состав его имущества не уменьшился, и, следовательно, имущественный ущерб ему не причинен. Состав же имущества незаконного владельца не увеличился, и, следовательно, он не обогатился за счет собственника. Поэтому и нужно истребовать саму вещь, а не ее стоимость или вырученную от ее реализации сумму.

    При отсутствии оснований для договорного или виндикационного иска необходимо установить, имеются ли предпосылки для иска деликтного или кондикционного.

    В подавляющем большинстве случаев причинения вреда мысль о кондикционном иске не возникает. Если, например, нарушитель уничтожает чужую вещь, то никакая выгода за счет потерпевшего им не извлекается, а потому он должен отвечать по ст. 444 ГК. И лишь когда причинение вреда создает известный плюс в имуществе причинителя, как, например, при продаже похищенных вещей, могут появиться колебания относительно того, следует ли применить ст. 444 или ст. 473 ГК.

    Рассуждая абстрактно, нельзя усмотреть препятствий к тому, чтобы в случае обогащения причинителя за счет потерпевшего к нему был предъявлен не деликтный (ст. 444 ГК), а кондикционный иск (ст.473ГК) '.Но, как

    1 На основе таких абстрактных рассуждений и допускают конкуренцию двух названных исков В И. Кофман и М С Орданский (см. «Советское гражданское право», т 2, «Высшая школа», 1973, стр. 381). Приведя кражу как возможный пример одновременного возникновения двух обязательств, авторы отмечают, что в подобных случаях потерпевшему иногда выгодней предъявить кондикционный иск, при котором не подлежит учету вина потерпевшего. Трудно, однако, понять, о какой вине потерпевшего может идти речь в споре с похитителем, его имущества. Но дело не только в неудачном примере, а в принципиальной неприемлемости позиции, со-

    866

     

    было показано, вследствие этого потерпевший может не получить полного возмещения причиненного ему вреда. Вот почему абстрактно-теоретические положения здесь мало помогают делу, и нужно исходить из практических задач всеобъемлющей защиты субъективных гражданских прав. Существенны также воспитательные цели советского гражданского права, не позволяющие смешивать два вида обязательств — из причинения вреда и из неосновательного приобретения имущества. Когда возлагается ответственность в форме обязательства из причинения вреда, то, значит, причинитель виновен и заслуживает общественного осуждения. Когда же возникает обязательство возместить неосновательно приобретенное имущество, вопрос о вине вообще не ставится, и потому поведение обязанного лица не осуждается. Так, если деньги по почтовому переводу ошибочно вручены однофамильцу адресата, не знавшему о допущенной ошибке, он должен возвратить полученную сумму как неосновательно приобретенную, но, будучи невиновным, не заслуживает общественного осуждения. Если же получатель, принимая перевод, воспользовался чужой ошибкой и намеренно получил не предназначенные для него деньги, он достоин ^общественного упрека и должен нести ответственность за причиненный вред.

    Отсюда вывод, что граница между названными обязательствами проходит по линии вины: есть вина причинителя—налицо обязательство из причинения вреда, нет его вины—возникает обязательство из неосновательного приобретения имущества. И если может быть предъявлен деликтный иск (ст. 444 ГК), возможность предъявления кондикционного иска (ст. 473 ГК) исключена. Кондикционный иск предъявляется только при отсутствии вины как одного из важнейших условий предъявления деликтного иска.

    Предложенному решению в литературе противопоставлены две концепции Согласно одной из них (В А. Рясенцев, А М Белякова) кондикционные иски вытесняются деликтными только при умысле ',

    гласно которой одни и те же юридические факты наделяются способностью порождать разные правоотношения между одними и теми же субъектами

    ' См «Советское гражданское право» т. 2, «Юридическая литература», 1965, стр. 378—379; «Гражданское право», т^ II, «Юри-. Дическая литература», 1970, стр. 444—446.

    867

     

    а согласно Другой (Ю. К. Толстой) даже умысел не исключает кон-дикционного иска, если имеются прочие условия, предусмотренные ст. 473 ГК'. Первая концепция не аргументирована ее авторами. В пользу второй концепции приведены следующие аргументы: а) кон-дикционный иск потерпевшему удобнее, так как не требует доказы-вания вины ответчика, а если размер вреда превышает размер неосновательных выгод, полное возмещение можно обеспечить, присоединив к кондикционному деликтный иск; б) критерий вины не может быть последовательно проведен из-за того, что сам закон предусматривает изъятие в доход государства выгод, неосновательно полученных в результате умышленных антисоциальных действий;

    в) практика во многих случаях (взыскание незаконно полученных пенсий и др.) признает требование кондикционным, несмотря на вину.

    Но из практики могут быть почерпнуты и противоположные доказательства. Ей, например, вообще неизвестны случаи соединения кондикционного и деликтного исков, а в делах о хищениях, всех до единого, ущерб компенсируется по правилам о возмещении вреда без постановки вопроса о возврате неосновательно приобретенного. Не обеспечивает кондикционный иск потерпевшему и каких-либо до^ казательственных облегчений, ибо ввиду презумпции виновности нарушителя потерпевший не должен доказывать его вины я при предъявлении деликтного иска. Что же касается изъятия в доход государства имущества, приобретенного посредством антисоциальных действий, то за счет государства приобретатель не обогащается, а тот, чье имущество им неосновательно приобретено, не вправе требовать его компенсации. Следовательно, в таких случаях нет обя* зательств из неосновательного приобретения (сбережения) имущества и ссылкой на них критерий вины не может быть опровергнут.

    Небезынтересно, что, отрицая влияние вины на квалификацию иска как кондикционного, Ю. К. Толстой в то же время решительно выступает против конкуренции исков. Но подобные позиции взаимоисключаемы. Если наряду с неосновательным приобретением налицо вина приобретателя, то есть и условие для предъявления деликтного иска. Переход же к кондикционному иску возможен только посредством отвлечения от этого излишнего для него факта, при ссылке на который никаких легальных препятствий не встретил бы и деликтный иск. Выходит, что подобно всякой конкуренции исков и здесь единое правоотношение в принципе защищается двумя исками с признанием права выбора за управомоченным.

    Иное положение складывается, когда учитывают наличие или отсутствие вины В первом случае поведение приобретателя осуждается, а во втором — нет. Значит, несмотря на элементы некоторого сходства, это разные отношения: одно из них не включается в другое, и потому конкуренция исков невозможна Нет также необходимости, используя кондикционный иск, отвлекаться от фактически существующих условий для предъявления деликтного иска. Наоборот, каждый из них опирается на всю совокупность реально сложившихся обстоятельств: вину, если она имеется, и потому предъявляют

    • См. Ю. К. Толстой, указ. статья, «Вестник     ЛГУ» 1973 г. № 5, стр. 138—141.

    868

     

    деликтный иск; прочие условия, которые при отсутствии вины достаточны для кондикционного иска.

    В особом положении находятся обязательства, воз-< никающие вследствие спасания социалистического имущества. Дело в том, что по поводу понесенного вреда спасатель может оказаться участником одновременно двух правоотношений: с организацией, в интересах которой он действовал (например, с трамвайно-троллейбус-ным управлением), и с лицом, причинившим ему при спасании вред (например, с грабителем, от которого спасалась дневная выручка, находившаяся у кондуктора трамвая). Первое правоотношение есть обязательство из спасания социалистического имущества, а второе—> обязательство из причинения вреда. Выбор для иска одного из двух обязательств, а значит, и выбор одного из возможных ответчиков предоставлен потерпевшему. Но это не имеет ничего общего с конкуренцией исков.

    С точки зрения тех, кто допускает конкуренцию, в ней заключена возможность предъявить к одному и тому же лицу один из нескольких обеспечивающих правоотношение исков. В рассматриваемом же случае спасатель состоит с двумя разными лицами в двух различных правоотношениях, каждое из которых обеспечивается своим иском без какой бы то. ни было конкуренции. То обстоятельство, что, получив возмещение от одного из ответчиков, потерпевший утрачивает право на возмещение за счет другого ответчика, обусловлено не конкуренцией исков, а иными причинами. Поскольку один и тот же ущерб, понесенный спасателем, служит условием образования обоих обязательств, то, как только обеспечивается его возмещение за счет одного обязательства, нет уже вреда, а потому прекращается и другое обязательство.

    Изменение требований. Ог конкуренции исков следует отличать изменение требований'. Оно предусмотрено ст. 34 ГПК, позволяющей истцу изменить основание, предмет, а также размер иска, и может выражаться в различных вариантах.

    Во-первых, истец, не меняя основания и содержания заявленного требования, изменяет (увеличивает или

    ' Ср. А. В. Венедиктов, Гражданско-правовая охрана социалистической собственности в СССР, стр. 174—177.

              869

     

    уменьшает) его размер. Например, в исковом заявлении | размер причитающейся потерпевшему компенсации за | причиненный вред исчислен неправильно, и во время производства по делу он исчисляет вред в ином размере. Такое изменение требований, оставляющее неизменным их основание, ничего общего с конкуренцией исков не имеег и потому допускается ст. 34 ГПК.

    Во-вторых, истец изменяет основание и содержание заявленного требования вследствие того, что изменился" характер правоотношений, связывающих его с ответчиком. Например, возбуждено дело по виндикационному иску, но в ходе судоговорения выясняется, .что вещь уже потреблена или уничтожена ответчиком. Правоотношения собственности, на которые опирался ранее предъявленный виндикационный иск, прекратились ввиду утраты их материального объекта. Но они прекратились не бесследно и вместе с упразднившими их юридическими фактами породили между теми же лицами новое правоотношение—деликтное обязательство, которое дает право предъявить новый иск—о возмещении причиненного ущерба. И этот случай, также подпадающий под правила ст. 34 ГПК, не означает конкуренции исков:

    истец меняет исковое требование не путем перехода к другому из нескольких существующих, а ввиду того, что ранее имевшееся основание иска вовсе отпало, но одновременно появилась возможность предъявить иск по новому основанию.

    В-третьих, предъявляя иск, истец ссылается на основания, которые не могут быть ни доказаны, ни опровергнуты, несмотря на всю меру активности, проявленную спорящими сторонами и органами суда или арбитража. Однако выявленные факты не оставляют сомнений в том, что стороны состояли в каких-то правоотношениях друг с другом. Если этих фактов, не обосновывающих заявленного иска, все же достаточно для предъявления иска иного содержания, истец вправе изменить свои требова< ния, либо это может сделать суд или арбитраж по собственной инициативе. Например, по одному из дел, со" держание которого уже приводилось (см. стр. 504), истец, требовавший возмещения стоимости пропавшего чемодана с вещами, ссылался на заключенный им с ответчиками договор хранения. Ответчики же утверждали, что они разрешили истцу оставить чемодан в их квартире, не

    870

     

    принимая, однако, на себя функций хранителей. Ввиду отсутствия необходимых доказательств судебные органы не нашли оснований для удовлетворения предъявленного истцом договорного иска. Но, так как факта оставления у них чемодана с вещами ответчики не отрицали, Верховный Суд указал, что при таких обстоятельствах можно было ставить вопрос либо о виндикационном иске, если спорное имущество сохранилось у ответчиков в натуре, либо об иске из причинения вреда, если по их вине вещи были уничтожены или похищены.

    Изменение требований по причинам такого рода более всего напоминает конкуренцию исков. Но сходство не есть тождество. Конкуренция исков, если бы она допускалась, представляла бы собой выбор одного из нескольких оснований, каждое из которых предполагается реально существующим одновременно и параллельно со всеми другими основаниями, чего в действительности быть не может. Напротив, изменение требований в силу рассмотренных причин означает, что существующим признается только единственное и именно такое основание, которое было выявлено и доказано.

    Отвергая конкуренцию исков, необходимо при наличии к тому требуемых законом предпосылок последовательно проводить правило об изменении требований как важное средство охраны социалистических имущественных правоотношений, исключающее какой бы то ни было формализм в борьбе за укрепление социалистического правопорядка.

     

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 150      Главы: <   145.  146.  147.  148.  149.  150.





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.