Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 139      Главы: <   85.  86.  87.  88.  89.  90.  91.  92.  93.  94.  95. > 

    § 2. Коллизионные вопросы деликтных обязательств в российском законодательстве и международных договорах

    1. Часть третья ГК РФ определяет сферу действия права, подлежа­щего применению к обязательствам, возникающим вследствие причи­нения вреда.

    Статья 1120 ГК устанавливает: «На основании права, подлежа­щего применению к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, определяются, в частности:

    1) способность лица нести ответственность за причиненный вред;

    § 2. Коллизионные вопросы деликтных обязательств

    337

    2) возложение ответственности за вред на лицо, не являющееся иричинителем вреда;

    3) основания ответственности;

    4) способы возмещения вреда;

    5) объем и размер возмещения вреда».

    В отношении определения права, подлежащего применению к обя­зательствам, возникающим вследствие причинения вреда, в ГК пред­усмотрены две коллизионные нормы. Согласно первой из них:

    «к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда. В случае, когда в результате такого действия или иного обстоятельства вред наступил в другой стране, может быть применено право этой страны, если причинитель вреда пред­видел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стра­не» (п. 1 ст. 1219).

    Таким образом, третья часть ГК исходит прежде всего из принципа применения закона места деликта (lex loci delicti). Тем самым в ГК закреплен тот же основной принцип, из которого исходило и предше­ствующее законодательство.

    Так, например, если будет применено российское право, то, со­гласно положениям ГК, ответственность за вред, причиненный не­совершеннолетними в возрасте до 14 лет, будут нести родители или опекуны, если они не докажут, что вред возник не по их вине. Во всех перечисленных в ст. 1220 случаях (перечень не является исчер­пывающим) не может в отношении одной из перечисленных кате­горий применяться право одной страны, а в отношении другой — право иной страны. Расщепления коллизионной привязки не проис­ходит.

    В литературе (А.Н. Гуев) приводились следующие примеры в от­ношении случая, когда причинитель вреда предвидел, что вред дол­жен наступить именно в этой стране. Например, если поставщик про­дукции (на которую через месяц истечет срок годности), хотя и отгрузил ее с территории Польши, прекрасно понимал, что вред покупателю (российской фирме) или потребителям этой продукции наступит уже на территории Российской Федерации (куда продукция была отгру­жена). В этом случае может быть безусловно применено российское право. В отношении случая, когда причинитель вреда должен был предвидеть наступление вредного результата в другой стране (напри­мер, если итальянский поставщик отгружает в Якутию партию акку-муляторов, которые приспособлены для эксплуатации лишь при тем­пературе до минус 10 градусов), очевидно в данном случае подлежит применению российское право. Первая норма сформулирована как двусторонняя коллизионная, поскольку она обязывает применять закон места совершения правонарушения независимо от того, где оно совершено — в Российской Федерации или в каком-либо иностран­ном государстве.

    Вторая коллизионная норма предусматривает: «К обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда за границей, если стороны являются гражданами или юридически­ми лицами одной и той же страны, применяется право этой стра­ны. В случае если стороны такого обязательства не являются граж­данами одной и той же страны, но имеют место жительства в одной и той же стране, применяется право этой страны» (п. 2 ст. 1219).

    Эта коллизионная норма также носит двусторонний характер.

    Ранее (в советское время) из этого принципа применительно к от­ношениям с участием советских граждан и организаций исходила су­дебная практика. Так, работнику, получившему трудовое увечье в пе­риод работы за границей, возмещался вред организацией, с которой он состоял в трудовых отношениях и которая направила его на работу за границу (при отсутствии договора (контракта), определявшего иное). Аналогичная норма, однако сформулированная как односторонняя коллизионная норма, на основе этой практики была сформулирована в предшествующем законодательстве.

    Новым для нашего законодательства является установление возмож­ности выбора права, подлежащего применению к деликтным обязатель­ствам, принципа автономии воли сторон. Согласно п. 3 ст. 1219 ГК:

    «после совершения действия или наступления иного обстоя­тельства, повлекших причинение вреда, стороны могут догово­риться о применении к обязательству, возникшему вследствие причинения вреда, права страны суда».

    Из приведенного текста видно, что выбор права, подлежащего при­менению, ограничен: во-первых, он может быть сделан сторонами только после совершения действия или наступления иного обстоя­тельства, повлекшего причинение вреда, во-вторых, можно выбирать не право любой страны, а только право страны суда.

    2. В договорах о правовой помощи, заключенных СССР и действу­ющих для РФ с другими странами, имеются коллизионные нормы о деликтной ответственности (ст. 33 договора с Вьетнамом, ст. 40 дого­вора с Латвией, ст. 40 договора с Эстонией, ст. 37 договора с Польшей,

    ст. 40 договора с Грузией). Эти нормы предусматривают применение права страны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмеще­нии вреда. Исключения из этого общего правила предусмотрены для случаев, когда причинивший вред и потерпевший являются граждана­ми одного и того же договаривающегося государства. В этих случаях подлежит применению закон страны гражданства или страны, в суд которой подано исковое заявление.

    В Минской конвенции 1993 г. и в Кишиневской конвенци 2002 г. предусматривается как общая привязка к праву страны, на террито­рии которой имело место действие или иное обстоятельство, послу­жившее основанием для требования о возмещении вреда, так и при­вязка к общему гражданству сторон в деликтных отношениях.

    В Соглашении стран СНГ о порядке разрешения споров, связан­ных с осуществлением хозяйственной деятельности (1992), имеются коллизионные нормы о порядке определения прав и обязанностей сторон по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда; согласно п. «ж» ст. 11 Соглашения, «права и обязанности сто­рон но обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, определяются по законодательству государства, где имело место дей­ствие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требо­вания о возмещении вреда».

    Приведем пример применения этого правила из практики судеб­ных арбитражных органов.

    В арбитражный суд РФ поступило исковое заявление от белорусского акцио­нерного общества о возмещении вреда, причиненного легковому автомобилю грузо­виком-трейлером, принадлежавшим российскому обществу с ограниченной ответ­ственностью в результате дорожно-транспортного происшествия на территории Бе­лоруссии. Виновником аварии был признан водитель транспортного средства, принадлежавшего российскому обществу.

    Истец требовал возмещения ущерба в размере затрат на ремонт автомобиля.

    Арбитражный суд РФ при разрешении данного спора выбрал применимое право на основе коллизионной нормы, содержащейся в международном договоре — Соглашении 1992 г.

    Выбор белорусского нрава в качестве применимого судом определило то, что дорожно-транспортное происшествие произошло в Белоруссии.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 139      Главы: <   85.  86.  87.  88.  89.  90.  91.  92.  93.  94.  95. > 





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.