Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 139      Главы: <   62.  63.  64.  65.  66.  67.  68.  69.  70.  71.  72. > 

    § 6. Определение содержания договора на основе коллизионных норм

    1. В случае отсутствия соглашения сторон о праве, подлежащем применению к договору, это право определяется на основе коллизион­ных норм. Для современного международного частного права в облас­ти обязательств характерно при определении такого права использо-

    § 6. Определение содержания договора на основе коллизионных норм         271

    вание в качестве общего принципа применения права страны, с кото­рым конкретный договор связан наиболее тесно. Первоначально этот принцип был применен в судебной практике стран англо-американ­ской правовой системы, а затем с некоторыми коррективами воспри­нят в законодательстве ряда стран континентальной системы права а также в Римской конвенции о праве, применимом к договорным обя­зательствам 1980 г.

    Такой принцип предусмотрен в законодательстве всех стран Евро­пейского Союза как результат их участия в Римской конвенции 1980 г. Так, в соответствии с германским законом о новом регулирова­нии международного частного права 1986 г. в ст. 28 Вводного закона к ГГУ было записано, что при отсутствии выбора права сторонами «до­говор подчиняется праву того государства, с которым он обнаружива­ет наиболее тесные связи». Так, в частности, следует считать, что дого­вор имеет наиболее тесную связь с государством, в котором сторона, обязанная произвести характерное исполнение, на момент заключе­ния договора имеет свое обычное местопребывание или главный орган управления (в отношении юридических лиц). В этой статье предусмотрены и иные презумпции, однако они не действуют, «если из совокупности обстоятельств следует, что договор обнаруживает более тесные связи с каким-либо другим государством». Эти положе­ния были восприняты в Законе о международном частном праве Гру­зии 1998 г. (ст. 36), Законе о международном частном праве Эстонии 2002 г. (ст. 33).

    2. Действующее российское законодательство исходит из принци­па наиболее тесной связи договора с правом определенной страны. Основополагающие положения, раскрывающие содержание этого принципа, содержатся в ст. 1-211 ГК. Эта статья состоит из шести пунктов, в которых содержатся наиболее важные положения, касаю­щиеся применения коллизионных норм в области договорного права. В пунктах 1 и 2 этой статьи предусмотрено следующее:

    «1. При отсутствии соглашения сторон о подлежащем приме­нению праве к договору применяется право страны, с которой до­говор наиболее тесно связан.

    2. Правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, считается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, где находится место жительства или основное место деятельности сто­роны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее зна­чение для содержания договора».

    Таким образом, основным критерием для определения страны, с которой наиболее тесно связан договор, признается место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет ис­полнение, имеющее решающее значение для содержания договора.

    Местом жительства гражданина по российскому праву признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает (ст. 20 ГК). Выяснение вопроса о том, в какой стране находится основ­ное место деятельности предприятия, как отмечалось в комментариях к этой статье (М.Г. Розенберг), представляется более сложным, по­скольку в законе отсутствует определение места, которое должно рас­сматриваться в качестве места деятельности предприятия. Установле­ние этого места, безусловно, зависит прежде всего от фактических обстоятельств. В том случае, если предприятие располагается на тер­ритории нескольких государств, основным местом его деятельности должно считаться то место, где сосредоточена самая значительная часть этой деятельности. При этом важно подчеркнуть, что место дея­тельности предприятия не обязательно должно совпадать с местом на­хождения юридического лица.

    В пункте 4 ст. 1211 установлены коллизионные привязки для тех видов договоров, для которых определение страны, имеющей наибо­лее тесную связь с договором, осуществляется в зависимости от вида. Так, 1) в отношении договора строительного подряда и договора под­ряда на выполнение проектных и изыскательских работ применяется право страны, где в основном создаются предусмотренные договором результаты; 2) в отношении договора простого товарищества — право страны, где в основном осуществляется деятельность такого товари­щества; 3) в отношении договора, заключенного на аукционе, но кон­курсу или на бирже, — право страны, где проводится аукцион, конкурс или находится биржа.

    Все коллизионные привязки предусмотренные ст. 1211, подлежат применению, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела. Тем самым подчер­кивается диспозитивный характер этих положений.

    В соответствии с п. 3 ст. 1211 ГК РФ «стороной, которая осу­ществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержа­ния договора, признается, если иное не вытекает из закона, усло­вий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, сторона, являющаяся, в частности:

    1) продавцом — в договоре купли-продажи;

    2) дарителем — в договоре дарения;

    3) арендодателем — в договоре аренды;

    § 6. Определение содержания договора па основе коллизионных нор

    273

    4) ссудодателем — в договоре безвозмездного пользования;

    5) подрядчиком;— в договоре подряда;

    6) перевозчиком — в договоре перевозки;

    7) экспедитором — в договоре транспортной экспедиции;

    8)  заимодавцем (кредитором) — в договоре займа (кредитном договоре);

    9)  финансовым агентом — в договоре финансирования под ус­тупку денежного требования;

    10) банком — в договоре банковского вклада (депозита) и дого­воре банковского счета;

    11) хранителем — в договоре хранения;

    12) страховщиком — в договоре страхования;

    13) поверенным — в договоре поручения;

    14) комиссионером — в договоре комиссии;

    15) агентом — в агентском договоре;

    16) правообладателем — в договоре коммерческой концессии;

    17) залогодателем — в договоре о залоге;

    18) поручителем — в договоре поручительства;

    19) лицензиаром — в лицензионном договоре».

    Приведенный выше перечень не является исчерпывающим. Это примерный перечень, поскольку во вводной части п. 3 применены слова «в частности». В п. 4 ст. 1211 приведен еще ряд договоров, для которых установлены иные презумпции наиболее тесной связи дого­вора с правом страны,подлежащим применению.

    Перечень играет вспомогательную роль, поскольку основное зна­чение ст. 1211 всегда должно иметь принцип применения права стра­ны, с которой договор наиболее тесно связан.

    Особенностью этой статьи в целом является и то, что в ней в большей степени, чем в предшествующем регулировании, отражены современные тенденции, характерные как для современных зарубеж­ных кодификаций международного частного права, так и для меж­дународных соглашений (Римской конвенции 1980 г. и др.). Зако­нодателю удалось сделать коллизионное регулирование более гиб­ким, поскольку в этой статье в целом осуществлено сочетание как общих, так и специальных подходов, определяемых спецификой от­дельных договорных отношений. Нормы о конкретных привязках носят сугубо диспозитивный характер. Они подлежат применению не только в случае, если стороны не договорились о праве, подле­жащем применению к договору, иными словами, если нет соглаше­ния сторон о выборе права, но и в том случае, «если иное не выте­кает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела». В этом случае для определения наиболее тес­ной связи договора с национальным правом может быть использо­вана и иная привязка. Таким образом, коллизионные нормы, сфор­мулированные в приведенном выше перечне и. 3, имеют характер

    презумпций.

    В качестве примера сошлемся на применение права к договору аренды. Из п. 3 ст. 1211 следует, что при отсутствии предусмотренных оговорок стороной, осуществляющей исполнение, имеющее решаю­щее значение для совершения договора, назван арендодатель.

    При этом не имеется в виду арендодатель недвижимости, посколь­ку в этом случае при отсутствии соглашения сторон о праве, подлежа­щем применению, подлежит применению право страны, где находится недвижимое имущество.

    Особо следует остановиться на правиле, установленном в п. 5 ст. 1211 ГК РФ, которое гласит: «К договору, содержащему элементы различных договоров, применяется, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, с которой этот договор, рассматриваемый в целом, наиболее тесно связан».

    Цель этого правила состоит в том, чтобы предотвратить возмож­ность, как отмечалось в комментариях, возникновения так называемо­го расщепления коллизионной привязки, т.е. применения к единому договору права не какой-то одной страны, а норм нескольких право­вых систем.

    3. Новым для российского законодательства является установле­ние специальных коллизионных норм в отношении права, подлежа­щего применению к договорам с участием потребителя. В ст. 1212 ГК РФ предусмотрено, что выбор права, подлежащего применению к договору, стороной которого является гражданин, использующий, приобретающий или заказывающий либо имеющий намерение ис­пользовать, приобрести или заказать движимые вещи (работы, услу­ги) для личных бытовых нужд, не может повлечь лишение такого гражданина (потребителя) защиты его прав, предоставляемой импера­тивными нормами страны места жительства потребителя, если имело место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

    «1) заключению договора предшествовала в этой стране оферта, адресованная потребителю, или реклама, и потребитель совершил в этой же стране действия, необходимые для заключения договора;

    2)  контрагент потребителя либо представитель контрагента полу­чил заказ потребителя в этой стране;

    3) заказ на приобретение движимых вещей, выполнение работ или оказание услуг сделан потребителем в другой стране, посещение кото-

    § 6. Определение содержания договора на основе коллизионных норм         275

    пой было инициировано контрагентом потребителя с целью побужде­ния потребителя к заключению договора».

    При отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве и при наличии указанных выше обстоятельств к договору с участием потребителя применяется право страны места жительства потребителя.

    Таким образом, новые нормы ГК, относящиеся к договорным обя­зательствам в сфере международного частного права:

    •  носят общий характер в том смысле, что они не исходят из деле­ния договоров на внешнеэкономические и иные договоры, поскольку предусматриваемый ими порядок выбора применимого права являет­ся общим для всех договорных отношений. Исключение сделано толь­ко в отношении правил о форме сделок;

    •  расширяют действие принципа автономии воли сторон;

    •  более широко используют гибкие коллизионные нормы;

    •  вводят коллизионные нормы, призванные обеспечивать наибо­лее эффективную защиту прав потребителя как «слабой стороны».

    4. Часть третья ГК существенно расширяет круг.обязательств, в отношении которых законодательно устанавливаются нормы о праве, подлежащем применению. Так, устанавливается право, подлежащее применению к уступке требования по соглашению сторон.

    Право, подлежащее применению к соглашению между первона­чальным и новым кредиторами об уступке требования, определяется в соответствии с общими положениями о применении права страны, с которой договор наиболее тесно связан.

    «Допустимость уступки требования, отношения между новым кре­дитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором, а также вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником определяются по нраву, подлежащему применению к требованию, являющемуся пред­метом уступки» (п. 2 ст. 1216 ГК).

    Новым для российского законодательства является и включение в ГК правил о праве, подлежащем применению к отношениям по уплате процентов. Установлено, что «основания взимания, порядок начисле­ния и размер процентов по денежным обязательствам определяются по праву страны, подлежащему применению и соответствующему обя­зательству» (ст. 1218). В Венской конвенции 1980 г. имеются положе­ния по этому вопросу, однако в них не указаны размер и порядок на­числения таких процентов. На практике, в случае если применяется венская конвенция, прибегают к субсидиарному (дополнительному) использованию норм национального права. Если же конфликт вообще Не Регулируется Венской конвенцией, то тогда надо полностью исхо-дить из норм национального права, которое должно определяться на основании коллизионной нормы. Такая коллизионная норма теперь установлена в третьей части ГК.

    К обязательствам, возникающим вследствие неосновательного обо-гащения, применяется право страны, где обогащение имело место.

    Стороны могут договориться о применении к таким обязательст­вам права страны суда.

    Если неосновательное обогащение возникло в связи с сущест­вующим или предполагаемым правоотношением, по которому при­обретено или сбережено имущество, применяется право страны, ко­торому было или могло быть подчинено это правоотношение (ст. 1223 ГК).

    5. В отношении договора страхования, согласно ст. 1211, при от­сутствии соглашения сторон и иных общих условий, о которых гово­рилось выше, подлежит применению право страны страховщика. В международной практике применяются различные виды страхова­ния. Страхование осуществляется на основании договора, заключен­ного гражданином или юридическим лицом (страхователем) со стра­ховой организацией (страховщиком). В ЕС был принят ряд директив в области страхования. В странах — членах ЕС различается режим страхования в пределах ЕС и вне ЕС.

    Подробные правила о применении права к договорам страхования содержатся в одном из современных европейских законов о междуна­родном частном праве, а именно в эстонском законе 2002 г. В этом за­коне имеется специальный раздел о договорах страхования. В этом разделе, в частности, предусмотрено, что если стороны не пришли к соглашению относительно применимого к договору страхования права, а местожительство или руководящий орган страхователя, а также страховой риск находятся на территории одного и того же госу­дарства, то применяется право этого государства.

    Если эти условия отсутствуют, тогда к договору применяется право того государства, с которым договор наиболее тесно связан. Предполагается, что договор имеет наиболее тесную связь с тем госу­дарством, в котором находится страховой риск.

    К договору страхования жизни применяется право того государст­ва, в котором находится страховой риск на момент заключения до­говора.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 139      Главы: <   62.  63.  64.  65.  66.  67.  68.  69.  70.  71.  72. > 





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.