§ 6. Зарождение корпораций в Германии

§ 6. Зарождение корпораций в Германии

165
0

Дело подобно автомобилю: само по себе оно может двигаться
только под гору

Заповедь американского менеджмента

Процесс возникновения корпораций в Германии начался тогда,
когда в других странах уже сложилась развитая колониальная система, стержнем
которой явились корпорации, действующие почти по всеми миру. Германия, таким
образом, опоздала к разделу мира. Это же касается и таких северных стран, как
Дания, Швеция, Норвегия.

Корпорации в Голландии, Англии и частично во Франции
показали себя наилучшим образом. Ни у кого не возникало сомнений в том, что это
одно из эффективнейших изобретений человечества. Поэтому в Германии, как и во
Франции, не стали «изобретать велосипед» и поступили совершенно справедливо.
Хотя Германия, Дания, Швеция не привнесли ничего особенно нового в развитие
корпоративного права, их опыт, который будет описан ниже, позволяет, тем не
менее, сделать очень интересные выводы.

Напомню, что в Голландии и в Англии корпорации развивались
постепенно и были подготовлены развитием торговли. Возникнув, они постепенно
видоизменялись и приспосабливались. Правительства этих стран не давали
предпринимателям указаний на тот счет, как им вести дело внутри корпораций.
Предприниматели сами определяли юридические формы, вырабатывали наиболее
удобные правила для регулирования отношений внутри компании. Более того,
указанные правительства не имели даже ясного представления об ассоциациях,
которым давали исключительные права на торговлю.

Кашанина Т. В. Корпоративное право – М.: НОРМА–ИНФРА • М,
1999. С. 104

В Германии все обстояло наоборот. Осознав, что страна
опоздала к разделу мира, правительство решило хоть как-то поправить эту
ситуацию и стало проявлять инициативу в развитии колониальной торговли. Для
начала оно детально ознакомилось с опытом деятельности корпораций
преимущественно в Голландии и пришло к выводу, что эта система сбора капитала и
ведения товарищеского дела представляется наиболее подходящей, а потому
заслуживает всяческого подражания.

Но одного разрешения создавать компании было мало.
Необходимо было указать способ реализации данного решения, т. е. пути
образования компаний и регулирования их внутренних и внешних отношений. Когда
же правительство забывало это сделать, предприниматели напоминали и даже требовали
на сей счет распоряжений. И это неудивительно: корпорации были чужой для немцев
юридической формой и перенос ее на немецкую почву давался нелегко. В то же
время здесь можно уловить и определенную закономерность, которая частично
успела проявиться во Франции, а именно: в континентальных странах, имеющих
относительно суровые природные условия, государство в большей мере берет на
себя заботу об организации жизни людей, нежели в странах с мягким климатом. Это
и стало главной причиной того, что германское правительство вынесло на своих
плечах основную тяжесть по созданию корпоративного строя.

Почему же корпорации типа голландских не появились в
Германии раньше, ведь у нее тоже были портовые города, например Гамбург?

Дело в том, что внешняя торговля находилась в стране под
полицейским надзором, который в определенной мере смягчал и помогал
преодолевать трудности отдаленной торговли. Торговые гильдии чувствовали себя
на родине комфортно или по крайней мере в безопасности, нуждаясь лишь в приюте
и защите на иностранной территории. Поэтому объединять капитал, причем весьма
незначительный, им приходилось лишь эпизодически, для того чтобы построить в
главных пунктах своей иностранной торговли фактории. Торговля же велась каждым
купцом за свой счет, хотя и подчинялась известным ему правилам. Вот почему в те
далекие времена (XVI–XVII вв.) в Германии не могли развиться крупные
корпорации.

Корпорации в Германии стали появляться лишь в XVIII в. Немцы
привлекали на помощь голландцев. В 1729 г. последние составили проект образования акционерного общества, но правительство его не утвердило. В 1734 г. был загублен новый проект, та же участь ожидала и еще один, подготовленный в 1735 г. Это были как бы ученические годы Германии. Окончание их пришлось на 1750 г., когда немцы попросили француза de Tanche образовать корпорацию. Он создает Азиатскую
компанию, правда весьма не-

Кашанина Т. В. Корпоративное право – М.: НОРМА–ИНФРА • М,
1999. С. 105

совершенную: акции еще не имеют значения самостоятельного
документа.

Последующие компании, в частности Африканская
(бранденбургская), пошли гораздо дальше в развитии этой юридической формы, но
процесс ее создания был далеко не завершен. Покажем это на примере компании,
торговавшей в России сукном для русской армии.

Торговля с Россией доставляла в те времена большие хлопоты,
тем более что приходилось выдерживать в этой области конкуренцию с Англией.
Десять берлинских купцов предложили образовать компанию. Правительство дало им
разрешение на право исключительной торговли. Был создан фонд, который при
надобности мог увеличиваться посредством приема новых товарищей. Доли были
отчуждаемы: равные в момент возникновения компании, с ее согласия они могли
затем изменяться. Голоса распределялись пропорционально вложениям капитала.
Ответственность была полной. Как видим, в деятельности компании применялись
самые различные принципы.

Германия еще не достигла такого развития, чтобы новая
юридическая форма могла найти в ней адекватное применение. В XVIII в. крупные
корпорации все же были исключительным явлением. Процесс их создания шел так
медленно (до 1843 г. корпораций было всего 29), что это освобождало
правительство от выработки закона о корпорациях, тем более что
правительственные круги были уверены в концессионной системе их создания.

Акционерная форма в чистом виде не выкристаллизовалась даже
в начале XIX в., поэтому и не возникало потребности в ее законодательном
регулировании. О фондовых спекуляциях в тот период почти не знали.

Ситуация изменилась, когда Германия приступила к
строительству железных дорог, и делать это она предоставила частным
предприятиям. Чтобы сразу упорядочить данную деятельность, правительство
предусмотрительно издало в 1838 г. Закон о железнодорожных предприятиях, в
котором много статей посвящено вопросам организации акционерных железнодорожных
предприятий. Это были первые нормоустановления, приведшие затем к рождению
полноценного корпоративного права. Затем был издан Закон об акционерных
обществах (1843 г.). В этих актах законодатель уделяет основное внимание
правилам формирования уставного капитала, справедливо полагая, что это является
самым важным аспектом деятельности корпораций и отдавать его на
саморегулирование нельзя. В отношении вопроса ведения управленческих дел в АО
законодатель не столь категоричен и многое оставляет на усмотрение корпораций,
но вместе с тем по сравнению с правовым регулированием, осуществляемым в других
странах, регламентация и здесь довольно жесткая:

Кашанина Т. В. Корпоративное право – М.: НОРМА–ИНФРА • М,
1999. С. 106

в Законе определяется содержание устава, на корпорацию
возлагается обязанность его публикации, ведения отчетности, ежегодного
представления баланса и даже определяется компетенция правления. Правда, в
документе ничего не говорилось об общем собрании. Но в 1856 г. правительство «добралось» и до него, урегулировав его деятельность. Немецкое общество
спокойно восприняло этот Закон.

Возражения (преимущественно от представителей вольного
города Гамбурга) встретило положение о концессионной идее создания корпораций.
Говорили, что правительственная опека не может заменить собственной
предусмотрительности и опытности людей. И все же концессионная система была
перенесена в Торговое уложение (1861 г.). Кроме того, в нем еще более детально
регулируются вопросы об органах управления. В целом же Торговое уложение не
революционизировало деятельность корпораций.

Все изложенные факты свидетельствуют о том, что немецкое
правительство не торопилось при создании новой юридической формы, а двигалось
осторожно и постепенно, как бы заранее предупреждая возможные негативные
последствия, связанные с деятельностью корпораций. Прорисовывая многие аспекты
этой деятельности довольно четко и детально, что не было характерно для других
стран, немецкий законодатель затем лишал большинство нормативных положений
безусловного характера, добавляя к ним: «если это не регулируется иначе в
уставе».

60-е годы XIX в. ознаменовались промышленным подъемом, что
словно прорвало плотину: судьба концессионного порядка создания АО была
предрешена. Начался массовый выпуск бумаг всякого рода де-факто. Надо было
срочно предпринимать меры, чтобы удержать ситуацию под контролем. В 1870 г. был принят Закон, утвержденный почти без обсуждения и опубликованный на следующий день.
Главное его положение: специальное правительственное разрешение на создание
корпораций отменяется (исключение составляет постройка железных дорог, создание
банков).

Уничтожая концессионную (разрешительную) систему,
правительство отлично понимало, что упраздненная гарантия безопасности
акционеров должна быть заменена чем-то другим. Для всех корпораций была введена
система контроля, который распределялся между самими акционерами, с одной
стороны, и государством, требовавшим непременной регистрации создаваемых
корпораций, с другой.

Предоставляя широкие возможности для создания предприятий,
правительство находилось в самом оптимистическом настроении. Однако эра
безумного надувательства и биржевой спекуляции была впереди.

Кашанина Т. В. Корпоративное право – М.: НОРМА–ИНФРА • М,
1999. С. 107

Действительность превзошла все ожидания. В 1871–1872 гг.
разгорелась спекулятивная горячка. Все стали винить в этом Закон 1870 г. Но не только законодательство было виновато. Правительство попало под обаяние общей тенденции
того времени, проникнутой верой в благотворное влияние свободной конкуренции.
Для примера: Австрия не отменила концессионную систему, но спекуляций там было
не меньше.

Начали раздаваться призывы к уничтожению корпоративной
системы и создаваться соответствующие проекты законов. Но правительство не
стало горячиться и не допустило разброда и шатания. Оно выбрало позицию
спокойного и вдумчивого отношения к корпорациям и пошло по проторенному пути:
по пути детальной законодательной разработки их правового положения (Закон 1884 г.). Было зафиксировано, что уставный капитал должен быть полностью оплачен, кроме того, был
повышен минимальный размер акций, введено понятие учредителей, обеспечено
упрощение проверки правильности их действий, точно установлен круг деятельности
наблюдательного совета, отведено главное место общему собранию и др.

Германское гражданское уложение (1897 г.) пошло еще дальше в регламентации правового положения корпораций. Но что любопытно, оно не
стало давать определение корпорации. Немецкий законодатель всегда был очень
осторожен, и в данном случае проявилась его осмотрительность. Ведь изменчивость
социальных явлений обусловливает относительность всякого юридического
определения.

Жизнь богата в своих проявлениях. Можно, например, выделить
автономную корпорацию, живущую своей особенной жизнью, самостоятельно находящую
средства к своему дальнейшему существованию и свободно приспосабливающуюся к
изменяющимся условиям. Можно указать и на договорное товарищество, при
возникновении которого были установлены главнейшие условия его деятельности.

Абсолютно связать корпорации теми условиями, которые были
установлены при самом их возникновении, значит, посягнуть на их
жизнеспособность. Но если позволить большинству из них совершенно свободно
изменять все положения первоначального устава, то это значит, безусловно,
отдать меньшинство во власть большинства. Новое Уложение смело приняло идею
автономии акционерной компании. Даже предмет деятельности ее мог быть изменен
по требованию держателей 3/4 уставного капитала.

Подводя итог, можно отметить, что акционерное общество из
юридической формы, носившей в Германии экзотический, исключительный характер,
превратилось в полноправную юридическую форму наряду с другими видами
корпораций.

Кашанина Т. В. Корпоративное право – М.: НОРМА–ИНФРА • М,
1999. С. 108

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ