I.3. Основные этапы исторического развития римского права

I.3. Основные этапы исторического развития римского права

39
0

Формирование и развитие римского права как целостной и еди­ной
правовой системы распадается на две самостоятельные — как по сво­им
закономерностям, так и по своему значению для сложения принципов и институтов
римского права — эпохи. Первая эпоха — это становле­ние и развитие римского
права в рамках государственности Древнего Рима и в связи с общей античной
культурой (VIII в. до н.э.— V в.н.э.). Вторая эпоха — это восприятие
исторической традиции римского права други­ми народами в рамках собственной
государственности в интересах ли не­посредственной юридической практики, в
целях ли юридической науки и образования (с VI в. н.э. по настоящее время).
Хотя именно на вторую эпоху приходится содержательный и формальный расцвет
римского пра­ва, античное римское право, право Древнего Рима, принято квалифици­ровать
как классическое римское право, представляющее образец дог­матической
конструкции и понимания различных институтов.

(I.3.1) Развитие римского права в
эпоху Древнего Рима.

Су­ществует несколько научных периодизаций римского права
античной эпохи. В западноевропейской юридической науке распространенной стала,
после трудов английского историка Э. Гиббона и немецкого ро­маниста Г. Гуго,
деление этой эпохи на четыре периода, принимая во внимание значение в тот или
другой период источников права (от обычного права к кодификационному) или
развитие римской юриспру­денции. В российской романистике утвердилась впервые
разработан­ная К.Д. Неволиным (сер. XIX в.) трехзвенная периодизация истории
права в связи с историей римского государства: царский, республикан­ский,
императорский периоды. В современной романистике общерас­пространенным стало
подразделение античной эпохи римского права на 4 периода, но с другими
содержательными различиями периодов. Принципиального значения для квалификации
собственно римского права эти различия в периодизации не имеют, поскольку в
любом слу­чае намечают только самые общие и условные этапы исторических
изменений.

Первый период (VIII в. — III в. до н.э.) характеризуется как
пери­од начального формирования римского права. Все его принципы и ин­ституты
подчинены традиции медленно ломающегося в социальном смыс­ле
патриархально-общинного строя, право существует только в рамках патриархальной
римской общины, для членов общины и ради сохране­ния ее ценностей и вместе с
тем привилегий, оно неразрывно с юриди­ческой практикой жрецов-понтификов,
пронизано сакральным, и потому формально-консервативным началам. В этот период
отмечается станов­ление главных видов источников римского права, переход от
обычного права к государственному законодательству и основанной на нем посто­янной
судебной практике. В V в. до н. э. была осуществлена первая кодификация
римского права в виде записи-издания знаменитых Законов XII Таблиц, которые на
долгие века стали отправными для всех областей рим­ского права. Римское право в
этот период представляет явно выраженное привилегированное право — т.н.
квиритское право, которое не только отделяет членов римской общины от не
римлян, но и носит сословный характер даже внутри Рима. Квиритское право
консервировало патриар­хальное строение семьи с безусловным господством домовладыки,
в его рамках не было развитого права собственности и всего того, что законо­мерно
обуславливает обращение такой собственности; отношения граж­данства
заканчивались на пороге римского дома и определяли только во­енно-общественную
и религиозную деятельность узкого круга глав родов и семей в традициях,
восходящих еще к временам военной демократии и власти вождей — царей.

Второй период (III в. — II в. до н. э.) — переходный,
предклассический. Предпосылкой правового движения стала социальная унифи­кация римской
общины, стирание принципиальных граней между патрицианством и плебеями. В этот
период происходит закрепление в тради­ции начал деятельности всех институтов
римской государственности и судебной системы, наряду с общенародным
государственным законода­тельством определяющую для движения права роль стало
играть судейс­кое и магистратское правотворчество, практически разорвавшее
связи с понтификальной юриспруденцией и религиозным толкованием. На мес­то
строго формальной юридической практики приходит концепция утверждения
справедливости, что позволяет делать судебное правопримене­ние более
современным, учитывающим усложнение гражданской жизни и новых коллизий.
Формируется система и практика гарантирующих ис­ков, которые включают в себя
конкретные требования с подразумением пока собственно материального права. На
требования права начинают ока­зывать существенное влияние греческая философия и
греческие право­вые доктрины. К этому же периоду относится и начало будущей
знамени­той традиции римской юриспруденции и связанной с нею частной прак­тики,
судебного красноречия.

Третий период (I в. до н. э. — III в. н. э.) — классический
для всей эпохи античного римского права. В условиях длительного социального
кризиса Древнего Рима (I в. до н. э. — нач. I в. н. э.), распада республи­канских
установлений и утверждения монархии происходит формирова­ние принципов
публичного права как права, выражающего суверенитет римского народа, а затем
переосмысление с их точки зрения нового мо­нархического строя. Одновременно
складывается уголовное право в современном смысле с вполне самостоятельными
объектами правовой ох­раны и принципами применения. В условиях расширения
Римской импе­рии и конструирования под нее социальных опор формируется общий
правовой статус свободного гражданина, оперирующего самым широким спектром
неформально толкуемых, основанных на стремлении к право­вой справедливости и
равенству в рамках гражданско-правовых отноше­ний институтов собственности,
владения, видов дозволенных и охраняемых правом сделок, правовых требований и
т.д. К этому времени отно­сится расцвет римской юридической науки и судебной
юриспруденции (деятельность М.Т. Цицерона), причем в науке  формируется уже
существенно различающиеся течения мысли, и варианты правопонимания ока­зывают
воздействие на общий ход юридической практики. Наконец, в идейно-философском
смысле наука и юридическая практика испытыва­ют мощное воздействие философии
стоицизма, и это отражается даже в обновляемом понимании принципов и институтов
частного права.

Четвертый период (IV — V вв. н. э.) — время начинающейся
трансформации римского права из правовой системы, приспособленной только к
нуждам античного общества и специфической государственнос­ти, в систему,
пригодную для других социальных и политических усло­вий. Развитие императорского
законодательства и его преимущественное значение меняет круг источников права и
их сопоставительную значи­мость; преобладающей формой права и источником норм
стал закон, что в свою очередь приводило к несомненному огосударствлению права.
Су­дебный процесс также становится неразделим с государственным адми­нистрированием.
В этих условиях реальным историческим фактором ста­ла целостная правовая
политика власти, преобразующая (ввиду соб­ственных интересов и разумения)
начала и институты права. Римское право, в главнейших своих источниках,
неоднократно кодифицируется, на основе чего формируется новое отношение к норме
права как безус­ловно обязательному правовому требованию не только по смыслу,
но и по букве; в известных оговорках возрождается на новом уровне юриди­ческий
формализм. Приспосабливая старые дефиниции к новым пра­вовым условиям,
юридическая наука и практика деформирует многие каноны и институты
классического права; но одновременно с этим же достигается перспективное для
движения мировой культуры права абст­рагирование догматического содержания
институтов и правоположений. Наконец, в это время начинается новое
идейно-философское влияние на римское право и его каноны — влияние
христианства, заставившее переосмыслить многие общие начала и постулаты
прежнего права, но зато обеспечившее посредством этого его приспособление к
новой ис­торической жизни.

(I.3.2) Историческое восприятие
римского права.

Падение Западной Римской империи, собственно традиционного
Римского го­сударства, в V в. н. э. (476 г.) завершило первую эпоху истории
римс­кого права. Последующая историческая жизнь римского права в усло­виях иных
государственно-политических учреждений, другой культуры и других в целом
социальных условий питалась собственными исто­рическими корнями. В главном эта
историческая жизнь сводится к прямому продолжению традиции римского права, к
рецепции его и вхождению в иную юридическую практику, к научному, наконец, ос­воению
философии и догмы римского права. Эти три явления и со­ставляют содержание
второй эпохи в истории римского права, начинающейся с правовой традиции
Византии и продолжающейся в известном смысле по настоящее время.

Правовая культура Византийской империи, бывшей с IV в. н. э.
обособленной частью Римской, а в V — XV вв. единственным истори­ческим
продолжателем традиций римской государственности, дала, по сути, вторую
историческую жизнь римскому праву. Эта традиция мно­гое переменила в содержании
и системе классического римского права, но уже с учетом таких перемен римское
право легло в основание право­вых систем многих народов позднейшей эпохи. Для
общей истории рим­ской правовой культуры важнейшими можно выделить следующие
ито­ги византийской традиции. (1) В византийское время римское право обрело
самую полную (и едва ли не классическую по своим принципам во всей мировой
правовой истории) кодификацию — т.н. Свод Юсти­ниана; помимо содержательного и
формального ее значения для инсти­тутов права эта кодификация возымела особую
политико-правовую роль — выраженный в ней, утвержденный государственной властью
Закон стал если и не единственным на последующее, то безусловно приоритетным
источником права. Разрывая с вековой традицией, за рим­ской юриспруденцией
сохранилась отныне роль только истолкователя права, но не равнозначащего
правотворца. (2) Вновь кодифицирован­ное римское право византийского образца —
особенно Кодекс Юсти­ниана и его Новеллы (см. §1.5)— стали основой для
формирования целой новой области правовой культуры — церковного православно­го
права с особой традицией правовых памятников (т.н. Номоканоны), особыми сферами
регулирования, особыми институтами — продолжа­ющей жить, в измененном,
обновленном, деформированном виде, с су­женной в условиях иного времени
юрисдикцией и доныне. (3) В усло­виях византийской традиции римское право объективно
было «обрече­но» на бытование в других социальных связях — в феодальном
обществе с мощнейшим государственным хозяйством и в учреждениях бюрокра­тической
государственности идеократически-тоталитарного уклона. Воспроизводясь в нормах
новых правовых кодексов — Эклоги, Прохирона, Земледельческого закона и др., —
римское право приспособля­лось к регулированию качественно новых отношений, и
этим расширя­ло свое догматическое содержание. (4) Особому изменению подверга­лось
в византийское время содержание римского публичного права — оно включало
институализацию сильной монархической власти и тем самым сформировало основы
догматической конструкции государствен­ного абсолютизма вообще. (5) Наконец, в
византийское время в рамках традиции римского права были созданы памятники
права — кодексы (т.н. Шестикнижие Арменопуло, 1345 г.), которые служили прямым
источни­ком для юридической практики у других народов вплоть до начала XX в.
(например, в Бессарабии).

История римского права в Западной Европе, начиная от эпохи
Средних веков, представляет по преимуществу пример его заимствова­ния в
интересах приспособления к собственной юридической культуре и практике.

После падения Западной Римской империи и раздробления ее на
отдельные государства, после образования многочисленных и недолго­вечных
варварских государств в Европе римское право утратило там зна­чение
официально-канонического образца. Многие народы новых госу­дарств
руководствовались формирующимся собственным т.н. родовым правом и собственными
законами и кодексами. В несистематическом виде, без общеобязательного
применения римское право на протяжении вто­рой половины I тысячелетия
сохранилось в праве королевства Бургундов, Вестготского королевства, в
государстве Франков, в Испании. Здесь, на основе т.н. Кодекса Феодосия (см.
1.5.1.) были созданы обновленные си­стематизации: Римский закон, Собрание
новелл Феодосия, Эдикт Теодориха (все — V в.). Эти систематизации дополняли
императорское за­конодательство главным образом отрывками из работ юристов.
Самым известным стал Римско-вестготский закон, или сокращение Алариха
(Бревиарий) (506 г.). Однако с утверждением королевского законодательства у
варваров значение римского права сократилось; кое-где к VIII в. его было
запрещено применять.

С началом культурного общего подъема в Западной Европе на
рубеже XI — XII вв. происходит и возрождение римского права, воспри­ятие старых
классических, вновь обнаруживаемых и вводимых в юри­дический и культурный
обиход памятников в качестве безусловных образ­цов правовой догматики и решения
правовых коллизий, начинается соб­ственно рецепция римского права (от receptio
— схватываю, усвояю).

Возрождение римского права в Западной Европе в качестве са­мостоятельной
области правовой культуры и практики связано с име­нем знаменитого правоведа,
работавшего в старейшем европейском Болонском университете, Ирнерия (около 1050
— 1130 гг.) и основанной им т.н. болонской школы. По формальной методе освоения
римского пра­вового наследия школа Ирнерия получила также название глоссаторов.
Болонская школа занялась практическим изучением и освоением Свода Юстиниана и
принципов римского права в интересах современной прак­тики, ее методы
характеризовались тщательным изучением источников, свободное толкование норм
классического права постепенно уступило место твердому следованию текстам, а
новации своего понимания и до­полнения догматического толкования отражались в
примечаниях-глос­сах к рукописям классических юридических текстов (откуда и
название школы).

Продолжателями научно-практической рецепции римского права в
XIII — XIV вв. стали западноевропейские юристы, объединяемые обыч­но под общим
названием комментаторов или постглоссаторов. Основы нового этапа рецепции были
декларированы испанским философом и пра­воведом Раймундом Луллием (1235 — 1315
гг.); наиболее знаменитыми юристами новой плеяды стали итальянцы Бартолус
(1314— 1357 гг.) и Бальдо (1327 — 1400 гг.).

В штудиях школы комментаторов характерным стало стремление
сформировать единый логический порядок правовой системы и исходя из него
выстроить догматическое содержание всех институтов. Они стре­мились
воспроизвести в большей мере не классические нормы римского права, а его дух,
тем самым создавали догматические конструкции, осно­ванные на классическом
праве, но прямо ему не известные — например, обобщенное понятие собственности.
Второй особенностью новой шко­лы было подчинение римского права требованиям
естественного (jus naturale): «позитивное право должно сводиться к праву
естественному и с ним согласовываться». Открывая дорогу новому в юридической
прак­тике своего времени, это второе стремление существенно деформирова­ло
принципы собственно римского права.

Заново формируемое таким образом новое римское право стало к
XVI в. ведущим элементом юридической науки и практики в Италии, Франции,
особенно в Германии, Испании. Эта новая жизнь возрожден­ного права стала
обозначаться как usus modernus Pandectarum. Судам, как, например, в Германии,
прямо предписывалось первоочередно применять не собственное национальное, а
пандектное римское право; и только ука­зы императоров как-то конкурировали в
своем значении с римским пра­вом. Причем новому «применению» подлежало римское
право в том именно виде, какой был создан трудами глоссаторов и комментаторов,
что ими было «выброшено» за древностью, то и не рассматривалось как нормы
права. Наряду с этим практическим применением открывавшееся с куль­турой
Возрождения вообще особое внимание к античному наследию по­ложило начало и
историческому — юридическому и филологическому — изучению римского права.
Ученые-правоведы занялись изучением пер­воисточников римского права, их
изданием, истолкованием в научном смысле, очищая от позднейших наслоений и
отдавая уже первенство имен­но классическому праву. Самыми известными из этого
нового течения ста­ли французские правоведы Ж. Куяций (1522 — 1590 гг.) и Д.
Готофред (1549 — 1622 гг.), представившие Свод Юстиниана в том виде, в каком он
известен и в современной науке, а также немецкий философ и правовед И.Г.
Гейнекций (1681 — 1741 гг.), труды которого включили догматику римского права в
философско-правовую культуру нового времени.

С XVIII столетия начинается уже период чисто научного
освоения римского права в рамках так называемой исторической школы права, ос­нователями
которой были германские ученые Г. Гуго (1764 — 1844 гг.) и Ф.К. Савиньи (1779—
1861 гг.). Согласно требованиям новой школы, истинная система права вообще
может быть построена только на основе римского, а единственно правильное
понимание главных институтов права дает римская правовая культура. Однако в
трудах этой школы догма рим­ского права была такой, какой она не была ни в
классическое время, ни в позднейшую эпоху рецепции, а представляла субъективные
историко-логические конструкции, полезные в философско-правовом отношении, но
мало связанные с собственно римским правом. Вместе с тем лозунг школы «назад к
источникам» положил основание подлинно научному изучению истории и догматики
римского права, с этого времени ставше­го важной обязательной частью
правоведения в целом. Благодаря тому преувеличенному значению, которое
придавала в XVII — XIX вв. юри­дическая наука и практика ценностям римского
права, правотворчество Нового времени испытало непосредственное влияние римской
правовой системы и догматики: в традициях «нового применения» были созданы
такие известные и классические для новой эпохи кодексы, как Француз­ский
гражданский кодекс 1804 г., Всеобщее гражданское уложение 1811 г. и Германское гражданское уложение 1896 г. Кроме этого, на основе пре­имущественно римского
права оформилась восходящая еще к XIV в. це­лая новая правовая система
международного частного права, первые по­пытки кодификации которого прямо
представили римское право как интернационально приемлемое и реализуемое.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ