Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 24      Главы: <   14.  15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.  22.  23.  24.

    § 2. Юридические акты, сделки

    , !. Как уже отмечалось выше, юридические действия с точ­ки зрения их соответствия предписаниям норм советского со­циалистического гражданского права распадаются на две ос­новные, неравновеликие, группы: на правомерные действия я На действия неправомерные.

    | Виды правомерных действий уже были предметом обсуж­дения в нашей литературе. Проф. М. М. Агарковым была вы­двинута следующая классификация рассматриваемых ддйст-аий: «1) действия, направленные на возникновение, изменение -или прекращение гражданских правоотношений (сделки-);. 2) действия, констатирующие определенные факты, имеющие Юридическое значение, независимо от того, направлены ли эти Действия на те последствия, которые с ними связывает закон; '} действия, создающие указанные в законе объектированные

    И О- А. Красавчиков         J13

     

    результаты, имеющие хозяйственное   или   культурное зна­чение»1.

    л

    Приведенная классификация, на наш взгляд, страдает тем недостатком, что она не имеет единого признака разграниче­ния. В ней одновременно применены два критерия — направлен но с_т ь действий и результааы этих дей­ствий. Правомерные юридические действия должны быть, е нашей точки зрения, разграничены следующим образом Принимая в качестве признака разграничения направ­ленность воли лица, следует различать юридические акш и юридические поступки.

    Под юридичьским актом понимается действие лица, на­правленное на движение конкретного правоотношения.

    Юридический поступок может быть определен как дейст­вие, влекущее юридические последствия, независимо от того, были ли направлены эти действия на последствия, ими (в силу норм права) й&зываемые, или нета.

    Существование пидобных положений (когда воля лица направлена на достижение юридических последствий или когда указанная направленность отсутствует) подтверждаеь ся сопоставлением таких юридических актов, как админист рзтивный акт, и сделка, с одной стороны, написание литера­турного произведения и находка-—с другой_| Из приведенных примеров юридических фактов нельзя не видеть, что админи­стративный акт и сделка по своему юридическому характер\ стоят ближе друг к другу, нежели к двум последним фактам Однако и эти два юридические факта определенно тяготеют друг к другу, в то же время отличаясь от административною акта и сделкил Общее для всех четырех фактов состоит в том что они объединяются признаком правомерности '

    Отличие административного акта и сделки от находки и написания произведения состоит в характере направленности воли. При совершении административного акта или сделки воля л^ца__напр_авлена непосредственно на юридические по следствия. В случае жеТГаходки или написания литературного произведения воля лица не имеет такой направленности.

    2. Юридические акты как важнеигщй вит, юридических фактов еще не привлекли к себе внимания цивилистов и теоретиков права. О юридических актах стали говорить сравнительно недавно, и потому паша литература не со­держит в себе еще специальных исследований, посвящении*

    1              М. М. А г а р к о в. Понятие сделки по советскому [раждаяско

    му -праву,   «Советское   государство   и право»   1946 г,  № 3—'1

    "'стр а2—53.

    2              Необходимо сделать оговорку, что термин «юридический пост;

    ион», предложенный проф М М. Агарковым для обозначения второй

    группы правомерных действий по приведенной выше классификации

    мы распространяем на все правомерные   юридические   действия, не I

    являющиеся юридичесгими актами

    114

     

    этим актам как таковым. Юридические акты относятся к тем действиям, в которых лицо руководствуется заранее постав^ леяной целью. Постановка цели требует наличия определен" ных предпосылок  психологического  порядка — стремлений, яселаний. Выбор основного и главного из многочисленных же­ланий и побуждений происходит посредством волевого акта. Последний опосредствуется сознанием. Отсюда следует, что воля, прежде чем ей быть изъявленной, имеет, как правило, в качестве предпосылки сознательное решение, в котором за­ключается выбор желаемого из возможного.

    Юридический акт с психологической стороны имеет ту же сущность, совершая юридический акт с той или другой целью, нщо стремится вызвать определенные юридические последст­вия. Однако юридический акт имеет свои отличия от иных зк-|ов не только по направленности действие, но я по их резуль­татам.

    Для того чтобы лицо могло совершать юридический акт, йно должно сознавать характер своего действия и те цели, нз которые направлены его действия. Наш законодатель при-Ьает далеко не каждого субъекта способным к такой дея­тельности^ Юридический акт может совершить только лицо дееспосббное. В этом состоит одно из важнейших отличий юридических актов от юридических поступков. Последние же шгут совершаться людьми и не обладающими общеграждан­ской дееспособностью.

    В определении юридического акта было указано, что он представляет собой действие, направленное на юридические последствия. Направленность действий лица в данном случае понимается следующим образом

    | Лицо, совершающее юридический акт, должно представ­лять, к чему, приведет его действие. При этом нет необходимо-ш, чтобы субъект представлял юридический эффект дейст­вия во всех его деталях). Требуется лишь осознание основных очертаний указанного результата. Субъекту сейчас нет необ­ходимости задумываться над возможностью будущих судеб­ных процессов по поводу недостатков в приобретенном иму­ществе как с хозяйственной (качество, количество и т д.), так Яс юридической (например, эвикция) точек зрения. Нет необ­ходимости, чтобы он разбирался в юридических понятиях и нормах права.

    Беря книгу в библиотеке, «всякий и каждый», даже юри-Вчески неосведомленный человек, бесспорно, осознает при-'имаимую им на себя обязанность — обязанность возврата риги. Также осознает принимаемую на себя обязанность и аемщик, получивший от заимодавца определенную сумму де-1ег, хотя, быть может, ни тот и ни другой не подозревают о не-•еходе права собственности по договору займа,

    115

     

    При этом не следует фетишизировать юридические отно­шения. Приобретение прав не есть самоцель, но тем не менее невозможно отрицать момент направленности в любьц-юридических актах. Даже ребенок, купивший билет в трам­вае, знает, что он может совершить поездку до нужной ем\-остановки, хотя он (а быть может, и кондуктор) не подозрева­ют о совершенном ими договоре перевозки.

    К числу характерных признаков юридических актов еле. дует отнести наряду с направленностью действий правомер­ность названных актов. Юридический .акт, которым наруша-ются предписания норм права, не может породить те послед­ствия, на которые он направлен, а следовательно, и рассмат­риваться в качестве юридического акта в собственном смысле этого слова. Подобный акт следует рассматривать как право--I а рушение.

    Основное разграничение юридических актов (как юри­

    дических фактов), с нашей  точки зрения, должно   произво­

    диться по отраслевому признаку, то'есть по отраслевой при­

    надлежности соответствующих юридических актов.- исходя к

    из указанного признака, можно, в частности, выделить ад­

    министративно-правовые акты, судебные акты, гражданско-

    правовые акты, семейно-правовые акты и т. д. Понятно, чтп

    среди проблем юридических фактов гражданского права об-

    суждению подлежат только те  юридические  акты, которые

    оказывают определенное   воздействие   при   возникновении,

    изменении или прекращении гражданских   правоотношений.

    При этом разумеется, что отобранные по указанному призна-'

    ку юридические акты следует анализировать не как таковые

    ео лишь применительно к их влиянию на   динамику г р а ж-

    д а н с к о-п р а в о в ы х связей.

    Гражданско-правовой юридический   акт представляв]

    собой   правомерное   юридическое'  действие,   совершенное

    дееспособным лицом и направленное, на установление, изме­

    нение или., прекращение... гражданско-правовых   отношемиг

    (сделка)1.

    Проблема сделки-—одна из центральных проблем науки| со в^тскогсП-раж да некого права. Объяснение данного поло/к?-[ _ния, как известно, заключается в той Доли, которую играюг сделки (договоры) в хозяйственной и культурной жизни стра-ны. Рассмотрение вопросов о значении и месте сделок (ди' говоров) в различных сферах общественной жизни находи^ свое место в специальных исследованиях, посвященных о'' дельным видам сделок} Понятно, что среди проблем юриД'1" ческих фактов указанные вопросы рассмотрены быть не ^°' гут, поскольку это выходит далеко за рамки настоящей Г*' боты, в связи с чем представляется возможным остановить^

    1 Литература о гражданско-правовой сделке довольно обширна ' 'потому представляется возможным указать лишь на некоторые ри'1'' 116

     

    „а обсуждении следующих трех моментов; 1) договор как юридический факт н как форма существования правоотноше­ния; 2} .правомерность сделки и 3) юридическая природа двусторонней сделки-""

    [ В нашем гражданском законодательстве, а равно и в науке права при употреблении термина «договор» смешива­ются два различных понятия — договора ' как юридического факта и как формы существования правоотношения. Это сме­щение перешло и в нашу судебную практику.

    Анализируя содержание ст. 26 ГК, наши юристы имеют в виду договор (сделку) как юридический факт. Однако когда они переходят к рассмотрению положений ст. ст. 139—141. ]43, 144, 145 и др., то, употребляя термин «договор», пони­мают под ним отношение, возникшее из договора — договод-ное правоотношение. Сочетание различных толкований тер-мина «сделка» дает ст. 36 ТК;_ говорящая о начальном моменте ^действительности" сделки. «Сделка, признанная не­действительной (здесь имеется в виду правоотношение, воз­никшее из сделки. — О. К.,), считается таковой с момента ее совершения (здесь сделка в смысле ст. 26 ГК. — О. К.)» 4ст. 36 ГК). Не вызывает сомнения, что подобное разночте-ние одного и "того. же., термина не может не гфивестй "к" р"аз-' Яичным недоразумениям и затруднениям теоретического, "а" ]дано и практического порядков'. В целях устранения указан­ного смешения следует, на наш взгляд, договором (сделкой) именовать "только то явление, о котором говорит ст. 26 ГК, то есть действие, направленное на движение конкретного правоотношения. Само же правоотношение, основанием воз-шкновения которого является договор (сделка), точнее име­новать, договорным (сделочным) "правоотношением.

    "Таким образом, необходимо различать в каждом отдель­ном случае, что имеет в виду законодатель, употребляя тер­мин «договор» — договор (сделку) как юридический факт

    гы. См., в частности, И. Б. Новицкий, Сделки. Исковая давность, Юм курса советского гражданского права, Госюриздат,Л1954, стр. 3 и 'Л.; И. Б. Новицкий и Л. А. Лунц, Общее учение об обяза­тельствах, том курса советского гражданского права. Госгориздат, 1950: С. Н. Братусь и Л, А. Лунц, Вопросы хозяйственного Договора, Госюриздат, 1954; Н. Г. Александров, К вопросу о Роли договора в правовом регулировании общественных отношений. ученые записки ВИЮН», Юриздат, 1947, вып. 6; Г. С. Амерха-нов, О порядке заключения хозяйственных договоров, «Советское гоеударство и право» 1953 г. № 8; М. В. Гордон, Система догово­ров в советском гражданском праве, «Ученые записки Харьковского Юридического института», 1954, вып. V; А. Я, Донде, 3. К. * р е и д м а н, Г, И. Чирков, Хозяйственный договор и его роль ^снабжении народного хозяйства, Госюриздат, 1953; Р. О. X а л-Фина, Значение и сущность договора по советскому содиалистиче-Wfomy гражданскому праву, издательство Академии наук СССР, ,°53; М. М. Агар к о в, Понятие сделки по советскому граждан-ИЗму праву, «Советской государство и право» 1946 г. № 3—4 и др.

    117

     

    или как правоотношение,   формой jcoroporo   является   до­говор — договорное правоотношений-^

    ~5. В_ нашей литературе нет_единого мнения в вопросе 0 правомерностуГсдёлк^.'Некоторые авторы полагают,_что..Г1ра> вомерность—это-неотъемлемое качество гражданскогправо> вой сделки2. Другие считают, что рассматриваемое свойство" не может быть отнесено к числу конституционных признаков сделки. Последнюю.из названных точек зрения   отстаивает проф. Д. М. Генкин. Он считает, что «правомерность или не­правомерность не является необходимым элементом сделки как юридического факта, а определяет лишь те или другие последствия сделки»3.

    Спор в сущности идет о возможности применения термина-«сделка» к явлениям, указанным в ст. 30 ГК и ей подобных. Проф. И. Б; Новицкий, обсуждая рассматриваемый воп­рос, указывает, что «...ст. 147 никак не позволяет признать, что1 при наличии фактического состава ст. 30 имеет место юридическое «ничто». Ст. !47 определенно устанавливает обя­занность каждой стороны сделки, попадающей под ст, 30, отдать получерное государству...»'1.

    Такое положение объясняется существованием двух видов санкций в советском гражданском праве, применяемых за со­вершение противоправных действий. Первый вид — признание правоотношения неустановившимся, а фактов — юридически безразличными. Второй вид санкций состоит в том, что на лицо, совершившее противоправное действие, возлагается определенное имущественное бремя. Так, когда отношение признано недействительным по ст. 30 ГК при отсутствии пре­доставления, имеет место применение первого вида санкций, когда же по указанному отношению было совершено хотя бы частичное предоставление, применяются оба вида санк­ций. Эти положения позволяют подойти непосредственно к ре­шению вопроса о правомерности сделки как юридического факта.

    Нельзя не отметить, что наше   законодательство   употребляет

    термин «договор» еще в одном понимании V- в смысле документа, »

    котором выраженная воля сторон нашла свое   закрепление. В этом

    смысле о договоре говорят ст. ст. 105, 105-в, 1105-к и Др. Статья 153

    ГК употребляет термин «договор» в том и другом смыслах — в смыс­

    ле -юридического факта и документа.

    cm. И. С.   Перетерский,  Сделки, договоры, ГК РСФСР-

    научный комментарий, М., 1929, стр. 6; М. А, Агарков, Понптне

    сделки по советскому гражданскому праву, «Советское государство и

    право» 1946 г. № 3—4, стр. 46 и ел.

    3              Д. М. Генкин,   Недействительность сделок, совершенных лс

    целью, противной закону, «Ученые записки ВИЮ№>, Юриздат, 1S4'1

    вып. V, стр. 50.

    •i И. Б. Новицкий, Недействительные сделки, «Вопросы со1 ветского гражданского права», издательство Академии наук CCCF' 1945, стр. 35.

    116

     

    Статья 26 ГК определяет сделку как действие, направлен­ное на движение конкрелпого правоотношения. Следовательно, лицо, совершая сделку, направляет свои действия на возник­новение, изменение или прекращение правоотношения и свя-Еанные с этим движением юридические последствия — при­обретение прав или обязанностей, их изменение или прекра­щение. При этом, очевидно, возникающие права и обязанно-|,ти желательны для совершающего сделку. В противном Научав субъект отказался бы от совершения подобного юри-{и-ческого акта.

    Обратимся к одному из уголовных дел, в котором было заявлено несколько гражданских исков. Подсудимая Старко­ва в течение 1954—1955 годов не имела где-либо постоянной работы. Злоупотребляя доверием отдельных граждан, она мо­шеннически выманивала у них под теми или другими пред-;логами различные суммы денег.'Так, под предлогом покупки отреза хорошего материала для гр-ки Парфеновой подсуди­мая Старкова выманила, а затем присвоила 1350 руб. По­обещав купить швейную машину, Старкова выманила и при­своила 950 руб. у гр-ки Пономаревой-Рябовой, а у гр-ки Гаспорович 480 руб. — под предлогом приобретения никели­рованной кровати. Уверив гр-ку Колодкину, что она, Стар­кова, хорошая портниха и может сшить платье для дочери Колодкиной— присвоила 200 руб. Такую же сумму присвои-.ла путем -обманных действий Старкова и у гр-ки Каргополо-вой, пообещав последней «достать» отрез шерстяного мате­риала. В декабре 1954 года, взяв неисправные дамские руч--ные часы у гр-ки Терентьевой, пообещала последней отремон­тировать их у знакомого ей (Старковой) опытного мастера. Однако часы не .были отремонтированы и не возвращены собственнице.

    С формальной точки зрения, все договоры, поручения, по которым принимала на себя Старкова обязанности (покупки материала, швейной машины, никелированной кровати Ш т. д.), являются действительными, поскольку даже наруше­ние формы в этих случаях имеет своей санкцией лишь недо­пущение свидетельских показаний (примечание к ст. 136 ГК). Однако по существу Старкова и не собиралась принимать на себя обязанности, она лишь обещала — обманывала. Можно ли рассматривать такого рода «сделки» как договоры в соб-'ственном гражданско-правовом смысле этого слова? По суще-•ству своему указанные выше «сделки» ие являются догово­рами, поскольку у поверенного не было намерения принять на себя обязанность и выполнить ее, а были иные обманные на­мерения — мошенническим путем присвоить суммы излишне Доверчивых доверителей. В данном случае договор выступал лишь как «юридическое средство» в совершении противоправ­ных деяний, форма, которой прикрывала «поверенная» свои

    119

     

    мошеннические действия. В этих «сделках-махинациях» нет важнейшего признака сделки — правомерности поведения обеих сторон, поэтому квалификация данного рода юридиче­ских фактов должна идти по линии установления не того или другого вида договора, но того или другого вида не­правомерных действий1.

    По изложенным соображениям более. правильно рас­сматривать и квалифицировать такого рода «сделки» не как недействительные договоры, а как неправомерные юридиче­ские действия. Поэтому трудно согласиться с мнением проф. Д7 М. Генкина относительно того, что правомерность или не­право мер кость ке является необходимым признаком сделки, а лишь только определяет те или другие последствия данного юридического факта. Соглашаясь с тем, что действительно последствия имеют различный характер в зависимости от того, было ли совершенное сторонами действие правомерно или противоправно, в то же время нельзя признать правиль­ным отправной, указанный выше тезис проф. Д. М. Генкина. Последовательно проводя обсуждаемую точку зрения, необ­ходимо было бы признать значение договора не только за мошенническими действиями Старковой в приведенном выше деле, но вообще рассматривать в качестве сделки любое со­глашение между лицами, даже, если тем или другим согла­шением предусмотрено оказание взаимопомощи в процессе исполнения преступления (хищения госсобственности, убий­ства и т. д.). Подобные соглашения не находятся под охраной и защитой советского закона: они не являются договорами в правовом смысле;(3акон предоставляет охрану и защиту лишь гщавомеглгому по»ед1жШтптггг~~Поэтому следует признать, что характерной чертой гражданско-правовой сделки являет­ся ее правомерность.

    Целенаправленный характер сделки позволяет сделать

    вывод, что лицо устремляет свою деятельность к достижению

    именно положительных результатов, В том случае, когда ре­

    зультаты оказываются не положительными, а отрицательны­

    ми в силу неправомерности совершенного действия, нельзя

    утверждать, что эти действия |Субъекта были направлены на

    возникающие нежелательные Ьля него юридические послед­

    ствия.     1

    Говоря о том, что «правомерность или неправомерность не является необходимым элементом сделки», мы этим самым снимаем и вопрос о ьаправленности данного юридического акта, и потому сделку следовало бы определять просто как юридическое действие безотносительно к его направленности. Но такое утверждение означало бы отождествление сделки и

    1 См, дело народного суда 1-го участка Железнодорожного рай­она г. Свердловска по обвинению Старковой, 1955 г.

    120

     

    t деликта.  Деликт может протекать в форме сделки. Именно только в форме, которая не может   определить   существо юридического факта. Неправомерность «соглашения» сторон k превращает сделку в правонарушение, лишает ее юридиче­ской природы, о которой говорит ст. 26 ГСК-

    Таким образом, необходимо признать, что правомерность является конститутивным элементом сделки как юридиче-;ского факта.

    1 6. Вопрос о юридической природе двусторонних сделок (догов.оров). не лишен своей "актуальности. В этом отношении характерным является случай из нашей судебной практики. Даритель, подписав договор в присутствии нотариуса и сви­детеля, «будучи в твердом сознании и ясной памяти», неожи­данно умер до подписания договора одаряемой. Нотариаль­ная контора договор как недооформленный окончательно документ постановила считать недействительным. Одаряемая обратилась в суд с иском о признании договора. Началось су­дебное дело, которое нашло свое окончательное разрешение в-Коллегии по гражданским делам Верховного Суда СССР. В определении Коллегии была совершенно правильно выражена следующая мысль: «Смерть дарителя, оформившего со своей стороны договор дарения, не может служить препятствием для дальнейшего оформления договора»1.

    : Это положение, по нашему мнению, имеет своим обосно­ванием то, что^ договор не является суммой двух односторон­них сделок, но представляет собой единое изъявление воли Квух или более лиц.

    [ Обращение в нотариальную контору (как и вызов нота­риуса на дом) предполагает наличие согласованного воле­изъявления. Нотариус только проверяет указанное согласова­ние.

    I В рассматриваемом случае единый волевой акт имел ме­сто до прихода нотариуса и свидетелей. Согласие дарителя было установлено И надлежащим образом оформлено. Уста­новлено было и согласие одаряемой. Поэтому не было ни­каких оснований для прекращения оформления договора. Воля сторон изъявлена, и требуется лишь дооформление изъ­явления. Оформление договора никогда не должно быть сме­шиваемо с самим договором, взаимным волеизъявлением сторон: «Договор есть тот конечный результат, в котором их воли находят свое общее юридическое выражение»2. Оформ­ление же договора — это только юридическое закрепление су­ществующего взимного волеизъявления.

    Таким образом, следует признать, что договор является Не суммой двух односторонних сделок, а тем.конечным   ре-

    | ' См. «Сборник постановлений Пленума и определений коллегии Верховного Суда СССР 1940 г.», Юриздат, 1941, стр. 223. 2 К. Маркс, Капитал, т. I, Госполитиздат, 1949, стр. 182.

    121

     

    зультатом, в котором воля сторон находит свое общее выра. жение, то есть единым, с.юридической точки зрения, волевым актом.

    s

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 24      Главы: <   14.  15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.  22.  23.  24.





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.