Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 32      Главы:  1.  2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11. > 

     1. ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ СОУЧАСТИЯ

    В советском уголовном праве определение соучастия

    впервые было дано Руководящими началами, в ст. 21

    которых' говорилось: <За деяния, совершаемые сообща

    группой лиц (шайкой, бандой, толпой), наказываются

    как -исполнители, так и подстрекатели и пособники>.

    В приведенном тексте выделялось два признака: нали-

    чие группы лиц и совершение ею преступления сообща,

    Субъективная сторона соучастия в нем не характери-

    зовалась.

    В специальной литературе обращалось внимание на

    узость данного определения, поскольку оно охватывало

    только групповые деяния*.' Было бы, однако, точнее го-

    ворить о его противоречивости. Рассматриваемое опре-

    деление являлось и чрезмерно узким, так как оставляло

    за пределами соучастия совместные деяния преступни-

    ков, не составлявших группы. Оно было и слишком ши-

    роким, поскольку приравнивало к преступной группе

    бесчинствующую толпу - стечение лиц, хотя и обладаю-

    щее общей разрушительной силой, но субъективно не

    спаянное.

    . Первое определение соучастия сыграло положитель-

    ную роль уже тем, что указало на важность его сущест-

    вования в уголовном законодательстве. Несовершен-

    ство его, естественное для начального периода развития

    советского уголовного права, свидетельствовало скорее

    о том, что .сформулировать ценное в теоретическом отно-

    ' См. А. Н. Т райни н, указ. работа, стр. 47; <Курс советского

    уголовного права>, М., 1970, т. II, стр. 450.

    шении и пригодное для судебной практики определение

    соучастия невозможно было без обстоятельного изуче-

    ния данной проблемы.

    В работах, выполненных на базе Общей части Уго-

    ловных кодексов РСФСР 1922 и 1926 гг., наметился

    двоякий подход к построению определения соучастия.

    Одни специалисты предлагали считать соучастием <совер-

    шение одного или нескольких преступлений совместной

    деятельностью двух или более лиц>'. В их определениях

    преимущественное внимание уделялось объективным.эле-

    ментам совместности преступных деяний. Субъективные

    признаки не указывались в определении, но соучастие

    допускалось и в нед^др^жном преступлении. Наиболее

    отчетливо такой подход к определению соучастия выра-

    жен в монографии А. Н. Трайнина <Учение о соучас-

    тии>^

    Большинство советских специалистов признавало

    допустимым соучастие только в умышленных преступле-

    ниях. Совместность деяний соучастников при этом не

    отрицалась, но и не выделялась в качестве общего приз-

    нака соучастия^. Из ранних определений наиболее раз-

    витой характеристикой субъективной стороны соучастия

    отличались определения А. А. Пионтковского. Он реко-

    мендовал считать соучастием <умышленное участие двух'

    или нескольких лиц в совершении умышленного пре-

    ступления>^

    В целом эти поиски приемлемого определения со-

    участия были шагом вперед по сравнению со ст. 21 Ру-

    ководящих начал. В них получили обоснование такие

    существенные черты соучастия, как совместность и

    умышленный характер преступного деяния. Слабость их

    заключалась в том, что эти тесно связанные по сущест-

    ' А. А. Г а ни н, Уголовный кодекс РСФСР в вопросах и отве-

    тах, М., 1927, стр. 26; А. Н. Т райни н, Уголовное право. Общая

    часть, М" 1929, стр. 339-346.

    " См. указ. работа, стр. 77.

    "См. Э. Я^ Немировский, Советское уголовное право,

    Одесса, 1926, стр. 144; Г. К. Рогинский, Уголовный кодекс

    РСФСР, Л., 1928, стр. 57; А. Я. Э с три н, Начала советского уго-

    ловного права, М., 1930, стр. 81.

    ' А. А. П и онтковски и, Уголовное право РСФСР, М" 1924,

    стр. 183-186; его же, Уголовное право. Общая часть, М., 1938,

    стр. 314.

    ву признаки использовались в характеристике соучастия.

    разрозненно.

    В работах, изданных позднее, все более признава-

    лась необходимость единого определения соучастия, со-

    четающего умышленную вину с совместным достиже-

    нием преступного результата. Таким образом, ко време-

    ни разработки действующих Основ уголовного законо-

    дательства теорией уголовного права были установлены

    общие признаки соучастия: совместность преступных

    деяний и их умышленный характер.

    В 1958 году в советском уголовном законодательстве

    появилось новое определение соучастия. В ч. 1 ст. 17

    Основ (ст. 17 У К РСФСР) оно определяется как <умыш-

    ленное совместное участие двух или более лиц в совер-

    шении преступления>.

    Определение соучастия стало рабочей формулиров-

    кой для судебной практики и широко используется при

    разрешении спорных случаев обвинения в совместной

    преступной деятельности* Оно служит вместе с тем за-

    конодательной основой для теоретической разработки

    проблемы соучастия.

    ^' Наука, однако, не знает пределов совершенства.

    Вслед за принятием Основ уголовного законодательства

    стали предприниматься попытки углубить, развить нор-

    мативную характерисгику совместной преступной дея-

    тельности. Эти попытки тем более основательны, что су-

    ществующее определение не исключает, как будет пока-

    зано далее, противоречивых толкований.

    Большинство исследователей данной темы полагает

    необходимым включить в определение соучастия указа-

    ние на умышланный характер совершаемого преступле-

    ния'. Такое дополнение конкретизировало бы законода-

    тельное определение и облегчило судебной практике от-

    граничение соучастия от сходных неосторожных деяний,

    объективно связанных, но субъективно не согласован-

    ных.

    Ф. Г. Бурчак высказался за построение двух законо-

    дательных определений соучастия, одно из которых

    * См., например, А. А. П и онтковски и. Курс советского уго-

    ловного п()аиа,'М" 1970, т. II, стр. 452; М. И. Ковалев, указ. ра-

    бота, ч. 1, стр. 130; Ф. Г. Бурчак, Учение о соучастии по совет-

    скому уголовному праву, Киев, 1969, стр. 58.

    включало бы признаки, свойственные всем формам

    умышленной совместной преступной деятельности, дру-

    гое - только соучастию с исполнением различных ро-

    лей'. Позднее это предложение повторил А. В. Ушаков^.

    Количество определяемых законом разновидностей од-

    ного и того же явления вряд ли может быть произволь-

    ным. Оно должно вытекать из соотношения их общих и

    специфических признаков. Действующее определение со-

    участия является родовым, оно включает общие для всех

    форм соучастия признаки. Отдельные формы соучастия

    в законодательном порядке пока не определяются. Даль-

    нейшее развитие института соучастия, вероятно, позво-

    лит выработать такие определения. В Общей части Уго-

    ловного кодекса логично иметь либо определение всех

    форм соучастия наряду с его родовым определением,

    либо только родовое определение соучастия. Определе-

    ние одной формы - соучастия с исполнением различных

    ролей - может осложнить применение норм Уголовного

    кодекса. Возникнут трудности сопоставления двух  раз-

    ных по объему определений совместной преступной дея-

    тельности, появится вопрос, почему одна форма соучас-

    тия в законе определена, другие - нет.

    Вряд ли приемлемое предложение внес И. П. Мала-

    хов. Он за то, чтобы считать соучастием <умышленное

    участие одного лица в преступном деянии другого>^. Его

    определение исходит из наличия состава преступления

    только в деяниях исполнителя преступления и, следова-

    тельно, допускает ответственность остальных соучастни-

    ков за <чужой> состав преступления, что не отвечает

    давно сложившемуся в 'теории советского уголовного

    права и оправдавшему себя на практике правилу, до-

    пускающему ответственность лица только при наличии

    в его деяниях состава преступления. Подобное определе-

    ние непригодно для понимания-таких форм соучастия,

    как соисполнительство, преступная группа, организация,

    где нельзя выделить <чужое> деяние. В известной мере

    ' См. указ. работа, стр. 38.

    " См. А. В. Ушаков, Основание и пределы ответственности

    соучастников по советскому уголовному праву, автореферат канд.

    дисс., М., 1971, стр. 8.

    ' И. П. Малахов, Соучастие в воинских преступлениях в све-

    те общего учения о соучастии по советскому уголовному праву, М-,

    1960, автореферат канд. дисс., стр. 15.

    оно напоминает господствовавшую в начале XIX века

    акцессорную теорию соучастия, не придававшую дея-

    тельности всех соучастников, кроме исполнителя, само-

    стоятельного значения, теорию, отвергнутую советским

    уголовным правом по ряду соображений и прежде всего

    потому, что она не исключает ответственности за чужую

    вину.

    Из всех кратко рассмотренных попыток совершенст-

    вования действующего определения соучастия наиболее

    конструктивным представляется предложение более чет-

    ко указать в ст. 17 УК' на умышленный характер пре-

    ступлений, совершаемых в соучастии. Следовало бы да-

    лее указать в определении соучастия на обязательность

    для данной формы преступления взаимной осведомлен-

    ности лиц о совместном характере деяний. От решения

    этого вопроса зависит квалификация преступлений. Дис-

    куссия по нему, как будет показано далее, затянулась и,

    видимо, достигла того рубежа, когда логично подыто-

    жить ее в законодательном порядке.

    С учетом изложенного можно было бы предложить

    следующее определение. соучастием признается со-

    вершение умышленного преступления совместными соз-

    нательно объединенными деяниями двух ила более лиц.

    Тем самым существующее понятие соучастия допол-

    нялось бы и уточнялось более определенным указанием

    на возможность соучастия в умышленном преступле-

    нии, признанием обязательности для соучастия взаим-

    ной осведомленности не менее двух лиц о совместности

    их деяния и более четким выражением той мысли, что

    соучастие - это своеобразная форма умышленной пре-

    ступной деятельности.

    В охране социалистического правопорядка от пре-

    ступных посягательств институт соучастия выполняет

    специфическую служебную роль. Она состоит в том, что

    в нормах о соучастии: а) раскрываются общие объектив-

    ные и субъективные признаки, свойственные всем случа-

    ям совместной преступной деятельности; б) ограничива-

    ется круг лиц, ответственных за эту преступную деятель-

    ность; в) устанавливается порядок отйетстбенности при

    умышленном совершении преступления с исполнением

    различных ролей; г) указываются особенности назначе-

    ния наказания соучастникам.

    В теории уголовного права служебная роль института

    соучастия трактуется не совсем одинаково. Различно ис-

    толковывается соотношение ст. 17 с нормами Особенной

    части Уголовного кодекса и значение соучастия для

    оценки степени общественной опасности преступления.

    По мнению В. С. Прохорова, институт соучастия, по-

    мимо закрепления критериев назначения наказания со-

    участникам, определяет круг преступных деяний, не пре-

    дусмотренных нормами Особенной части Уголовного ко-

    декса, и устанавливает принципы ответственности за

    них'.

    Подобное понимание назначения норм о соучастии

    вызывает возражение, поскольку оно не отвечает поня-

    тию соучастия как специфической формы преступного

    деяния.1/Г1о смыслу ст. 17 УК, соучаст.и^ нельзя считать

    каким-то новым преступлением, не известным Особенной

    части уголовного законодательства. Оно ддййзает лишь

    специфическую форму, при которой два или более лица

    совместно совершают одно из умышленных преступле-

    ний, предусмотренных Особенной частью Уголовного ко-

    лекса. Любой соучастник, будь то организатор или ис-

    полнитель, подстрекатель или пособник, принимаю-

    щий участие в убийстве либо краже, совершает только

    одни из этих преступлений, но совершает его в своеоб-

    разной форме, приобретающей важное значение для оп-

    ределения порядка и пределов ответственности совмест-

    но действующих лиц. Следовательно, ст. 17 УК, посколь-

    ку речь идет о круге подпадающих под нее деяний, нель-

    зя рассматривать в отрыве от норм Особенной части

    уголовного законодательства, так как она характеризует

    ту форму, которую может принять умышленное преступ-

    ление, предусмотренное Особенной частью Уголовного

    кодекса^

    Принципиальным для теории уголовного права' и су-

    дебной практики является вопрос о соотношении опре-

    ^    ' Здесь, как и в дальнейшем, при ссылках на статьи Уголовного

    ^кодекса имеются в виду статьи Уголовного кодекса РСФСР, а так-

    -же соответствующие статьи Уголовных кодексов других союзных

    республик.

    ' См. <Курс советского уголовного права. Часть Общая>, Л" ^

    1968, т. 1, стр. 584-585; <Уголовное право. Часть Общая>, М" 1969,

    стр. 230.

    13

    Деления соучастия и Других положений ст. 17 УК с нор-

    мами Особенной части уголовного законодательства,

    предусматривающими отдельные случаи совместной пре-

    ступной деятельности. В специальной литературе обыч-

    но проводится мысль о необходимости толкования норм

    Особенной части на базе общих положений уголовного

    законодательства'. Считая непозволительным применять

    статьи Особенной части в отрыве от соответствующих им

    общих положений, Н. Д. Дурманов счел даже возмож-

    ным подчеркнуть, что <без норм Общей части... норма

    Особенной части или совсем не существует или будет

    пониматься извращенно>^

    В последние годы появились, однако, и такие работы,

    в которых наряду с обоснованными решениями вопро-

    сов ответственности за соучастие обнаруживается стрем-

    ление вывести некоторые случаи совместной преступной

    деятельности из-под регламентирующего влияния общего

    определения соучастия и рассматривать их вне связи со

    ст. 17 УК.

    Первым за отрыв соответствующих статей Особенной

    части от ст. 17 УК выступил М. Д. Шартородский. По

    его мнению, случай соисполнительства и групповой пре-

    ступной деятельности не имеют отношения к 'соучастию.

    Статьи Общей и Особенной частей Уголовного кодекса,

    где говорится о преступных деяниях группы лиц, озна-

    чают не соучастие, а просто <совершение при определен-

    ных условиях преступления несколькими лицами>^ О

    'См. В. Н.Кудрявцев,' Общая теория квалификации пре-

    ступлений, М., 1972, стр. 43-50; Я. М. Б райни н. Уголовный за-

    кон и его применение, М., 1967, стр. 15-16, 45, 185; <Курс советско-

    го уголовного праза. Часть Общая>, Л., 1968, т. 1, стр. 70-71.

    ^ Н. Д. Дурманов, Советский уголовный закон, М., 1967,

    стр. 108.

    ^ М. Д. Ш.ар городски и. Некоторые вопросы общего уче-

    ния о соучастии, <Правоведение> 1960 г. № 1, стр. 84-97. Уместно

    заметить, что в уголовном праве отдельных буржуазных государств,

    особенно в уголовном праве Западной Германии, так называемое

    собственно соучастие, включающее подстрекательство и пособниче-

    ство, рассматривается обособленно от соисполнительства и органи-

    зованной преступной деятельности. Однако в буржуазном праве это

    имеет определенный политический смысл, заключающийся в том, что-

    бы не распространять внешне демократические положения Общей

    части на нормы Особенной части Уголовного кодекса о совместной

    антигосударственной деятельности.

    юридической природе подобного совершения преступле-

    ния М. Д. Шаргородский не говорит. Постановка этого

    вопроса могла бы привести его к признанию того факта,

    что совместная преступная деятельность группы лиц по

    своему существу означает не что иное, как умышленное

    участие двух или более лиц в совершении преступления,

    т. е. соучастие'.

    Позднее Ф. Г. Бурчак высказался за распростране-

    ние ст. 17 УК только на случаи соучастия с исполнением

    различных ролей^ Затем Р. Галиакбаров стал призна-

    вать, что рамки соучастия узки для некоторых случаев

    совместной преступной деятельности, предусмотренных

    Особенной частью Уголовного кодекса^. Причем попытки

    рассматривать внешне связанные случаи общественно

    опасных деяний нескольких лиц без учета общего опре-

    деления соучастия привели названных авторов к неосно-

    вательным практическим выводам, к ' рекомендациям

    считать соучастием такие случаи, где умышленной сов-

    местной преступной деятельности фактически нет^

    Само по себе это говорит за то, что вопрос о соот-

    ношении общего определения соучастия и отдельных

    случаев совместной преступной деятельности, предусмот-

    ренных в Особенной части Уголовного кодекса, переста-

    ет быть чисто теоретическим: Он приобретает немалый

    практический смысл, поскольку от разрешения его за-

    висит квалификация совместных деяний и назначение

    наказания.

    По своему существу степень взаимосвязи определения

    соучастия и других положений ст. 17. УК со статьями

    Особенной части о совместной преступной деятельнос-

    ти - часть более широкого вопроса о соотношении норм

    обеих частей Уголовного кодекса. В качестве исходных

    * Ранее М. Д. Шаргородский занимал по этому вопросу иную

    позицию, преступную группу и шайку во всяком случае относил к

    соучастию (см. <Вопросы Общей части уголовного права>, Л" 1955).

    " См. <Учение о соучастии по советскому уголовному нраву>,

    Киев, 1969, стр. 34-38.

    ° <Юридическая природа группы лиц в уголовном праве>, <Со-

    ветская юстиция> 1970 г. №20, стр. 21.

    * М. Д. Шаргородский находит подстрекательство при неосто-

    рожном преступлении (см. <Правоведение> 1960 г. № 1, стр. 92);

    Р. Галиакбаров считает возможным соучастие при одном вменяемом

    лице (см. <Советская юстиция> 1970 г. № 20, стр. 22).

    данных для его решения логично использовать ст. 2 УК.

    и идеи марксистско-ленинской философии о соотноше-

    нии общего и отдельного.

    Согласно ст. 2 УК Общая часть кодекса распростра-

    няется на все деяния, предусмотренные его Особенной

    частью. Это указание логично понимать в том смысле,

    что нормы Общей части распространяются на соответст-

    вующие им элементы и формы преступных деяний, пре-

    дусмотренных Особенной частью. Статьи 8-9 УК, по-

    скольку они объединяют .общие элементы умысла и не-

    осторожности, обязательны для понимания субъективной

    стороны всех составов преступлений. Статьи 10--II УК

    требуются для характеристики субъектов всех преступ-

    лений. Общее определение соучастия, если следовать

    ст. 2 УК, должно распространяться на все случаи умыш-

    ленной совместной преступной деятельности, предусмот-

    ренные Особенной частью Уголовного кодекса.

    Определения, "как учит марксистско-ленинская фило-

    софия, являются результатом абстракции, итогом обоб-

    щения и слагаются из наиболее существенных признаков

    исследуемых явлений. Абстракции эти имеют, однако,

    глубокий практический смысл. Они облегчают проникно-

    вение в сущность отдельных явлений, познание тенден-

    ций их развития.

    В. И. Ленин придавал большое практическое значе-

    ние диалектическому пониманию соотношения общего и

    отдельного. <Общее, - как он указывал, - существует

    лишь в отдельном, через отдельное. Всякое отдельное

    есть (так или иначе) общее. Всякое общее есть (частич-

    ка или сторона или сущность) отдельного>'. Ф. Энгельс

    подчеркивал, что для обыденного употребления краткое

    указание наиболее общих и в то же время наиболее ха-

    рактерных отличительных признаков в так называемой

    дефиниции не только полезно, но даже необходимой Об-

    щее определение, поскольку оно выражает основные чер-

    ты отдельных явлений, призвано служить инструментом

    познания частных случаев.

    За применение философских категорий общего и от-

    дельного в качестве методологической основы выяснения

    * В. И. Лени я, Полн. собр. соч., т. 29, стр. 318.

    " См. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 20, стр. 84.

    взаимосвязи между нормами Общей и Особенной частей

    уголовного законодательства о соучастии говорит и са-

    мо сопоставление ст. 17 с соответствующими статьями

    Особенной части Уголовного кодекса.

    Определение соучастия, излагаемое в ст. 17, является

    по сущее гву ключом для понимания законодательной

    характеристики отдельных составов совместной преступ-

    ной деятельности. По его смыслу о любом случае соучас-

    тия может идти речь при том непременном условии, если

    установлено умышленное совместное участие двух или

    более виновных лиц в совершении умышленного преступ-

    ления. Если сопоставить с ним ст. 77 УК, предусматри-

    вающую бандитизм, либо ч. 2 ст. 89 УК, устанавливаю-

    щую ответственность за групповую кражу, а равно лю-

    бую другую норму о согласованной преступной деятель-

    ности, то можно заметить, что каждая из них предпола-

    гает в качестве обязательных признаков характеризу-

    емых деяний те признаки, которые указаны в общем оп-

    ределении соучастия'.

    Часть 7 ст. 17 УК, обязывающая суд учитывать при

    назначении наказания степень и характер участия лица

    в совершении преступления, в равной мере распростра-

    няется также на составы отдельных совместных преступ-

    ных деяний. В чч. 2-6 ст. 17 УК характеризуются виды

    соучастников, при различном сочетании которых скла-

    дываются отдельные случаи соучастия.              '"'/

    Следовательно, в ст. 17 УК вошли наиболее характер-

    ные общие признаки отдельных случаев совместной пре-

    ступной деятельности. Отраженная в ней объективная,

    а также субъективная общность этих случаев и требует

    того, чтобы составы умышленных совместных преступ-

    ных деяний, предусмотренные в Особенной части Уго- г

    ловного кодекса, рассматривались на базе общего опре-,.-^

    деления соучастия.                               "<

    * Это подчеркивает научную обоснованность постр^ния'

    ной части совегского уголовного законодательства^ ~"  "

    предполагаются включенными соответствующие и>

    щей части. Такой подход к разработке Особенное

    создать достаточно ясные и вместе с тем лакд^

    дельных составов преступлений. /<^.

    2 Заказ 2073 / ^

    /В теории уголовного права различно истолковывает-

    ся влияние соучастия на степень общественной опаснос-

    ти преступление/ Выработка единообразного решения

     

    данного вопроса важна и для судебной Практики/Приз-

    нание соучастия обстоятельством, всегда повышающим

    опасность преступления, поведет к более суровой нака-

    зуемости совместно действующих преступников. И наобо-

    рот, если исходить из того, что соучастие не отражается

    на опасности преступления, то его незачем принимать в

    расчет при назначении наказания.

    /Суждения специалистов по этому вопросу сводятся

    к трем точкам зрения. М. А. Шнейдер высказывался за

    то, чтобы соучастие во всех случаях признавать более

    опасной формой преступления, влекущей повышенную

    ответственность*.

    По мнению М. Д. Шаргородского, соучастие не уси-

    ливает и не ослабляет ответственности, и вообще оно

    <не является квалифицирующим или отягчающим обстоя-

    тельством>^

    ^ Большинство исследователей сходится на том, что со-

    участие хотя и не при всех обстоятельствах, но повышает

    общественную опасность преступления^^

    Решая данный вопрос, следует учитывать, что взаи-

    модействие соучастников не только меняет форму пре-

    ступления, но в ряде случаев повышает его обществен-

    ную опасность. По сравнению с деянием, совершенным

    единолично, соучастие более опасно тем, что в условиях

    взаимной поддержки снижается влияние сдерживающих

    факторов поведения, резко возрастает готовность винов-

    ных к опасным правонарушениям, может быть причинен

    более тяжкий физический или материальный ущерб, бо-

    лее изощренными становятся способы совершения пре-

    ступления и приемы сокрытия его следов. В конфликт

    с обществом втягивается несколько человек, чем отяго-

    щается моральный вред соучастия.

    Вместе с тем в советском уголовном законодатель-

    стве нет норм, позволяющих считать соучастие во всех

    случаях отягчающим обстоятельством. Перечень такого

    рода обстоятельств является в советском уголовном пра-

    ' См. <Соучастие в преступлении по советскому уголовному

    праву>, М., 1958, стр. 4-9;-<Советское уголовное права. Часть Об-

    щая>, М., 1964, стр. 293.

    " <Правоведение> 1960 г. № 1, стр. 85.

    ^ См" например, А. А. Пионтковский, Курс советского уго-

    ловного права, М" 1970, т. II, стр. 452; М. И. Кова.лев, указ. ра-

    бота, ч. 1, стр. 110; <Советское уголовное право. Общая часть>, М.,

    1969, стр. 228-229.

    бе строго ойреДеЛенйым и йсчерпыбающим'. Соучастие

    в целом не входит в данный перечень. Судебная прак-

    тика знает немало случаев, когда единолично действу-

    ющий преступник проявляет большую стойкость преступ-

    ных стремлений, нежели группа лиц, совершающих ана-

    логичное преступление. Следовательно, соучастию нель-

    зя придавать значение обстоятельства, неизменно по-

    вышающего общественную опасность преступления.

    Таким образом, ^олее основательной оказывается

    точка зрения, согласно которой соучастие усугубляет

    тяжесть преступления при определенных условиях^Рас-

    крываются эти условия 'в Общей и в Особенной частях

    Уголовного кодекса. Согласно ст. 39 УК отягчающим

    обстоятельством признается совершение преступления

    организованной группой, а также подстрекательство не-

    совершеннолетних к совершению преступления или при-

    влечение их к участию в преступлении. В нормах Осо-

    бенной части Уголовного кодекса повышенная опасность

    данной формы преступления выражена двумя способа-

    ми. Во-первых, соучастие указано в качестве обязатель-

    ного элемента ряда особо тяжких деяний: организован-

    ной антисоветской деятельности (ст. 72 УК), бандитизма

    (ст. 77 УК) и др. В Уголовном кодексе РСФСР II та-

    ких составов. Во-вторых, оно в ряде составов преступ-

    лений является квалифицирующим признаком, требую-

    щим изменения квалификации преступления и назначе-

    ния более строгого наказания, например ч. 2 ст. ст. 89-

    93, ч. 2 ст.ст. 144-147, ч. 2 ст. 156 и др. Всего в Уголов-

    ном кодексе РСФСР таких составов 15.

    Соучастие - сравнительно распространенная форма

    преступной деятельности. В литературе приводятся не-

    одинаковые показатели ее распространенности, что, ви-

    димо, объясняется различиями в объеме выборки и в ха-

    рактере обобщаемых материалов судебной практики^

    ' В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 30 июня

    1969 г. <О судебном приговоре> правомерно подчеркивается, что

    круг отягчающих обстоятельств строго ограничен законом (см.

    <Бюллетень Верховного Суда СССР> 1969 г. № 4, стр. 12).

    ' При обобщении судебной практики областных, краевых, рес-

    публиканских судов процент соучастия окажется завышенным, пос-

    кольку эти суды рассматривают дела о более тяжких преступлениях,

    при совершении которых чаще встречается соучастие. При обобще-

    нии практики только народных судов процент соучастия окажется

    заниженным.

    По данным А. А. Герцензона, примерно '/з, по сведениям

    Ф. Г. Бурчака, свыше 40% всех умышленных преступле-

    ний совершается в соучастии'. Как отмечается в крими-

    нологической литературе, около 50% краж, 80% грабе-

    жей и разбоев, свыше 30% изнасилований, ,70-75%

    преступлений несовершеннолетних совершается соучаст-

    никами^.

    Выборочные исследования автора настоящей работы

    охватывают судебную практику двух областных и пяти

    народных судов за 5 лет (1967-1971). Выявленная при

    этом частота случаев соучастия в наиболее распростра-

    ненных преступлениях отражена в следующей группи-

    ровке:

    Вид преступления, статьи УК

    Процент преступ-

    лений, совершен-

    ных в соучастии

    Преступления против социалистической

    и личной собственности

    Кража-89 и 144

    Грабеж -90 и 145

    Разбой -91 и 146

    Хищение путем присвоения, растраты, злоупот-

    ребления служебным положением - 92

    Мошенничество-93 и 147

    Хищение в особо крупных размерах - 93'

    Мелкое хищение - 96

    Преступления против личности

    Умышленное убийство при отягчающих обстоя-

    тельствах -102

    Умышленное убийство без отягчающих 'обстоя-

    тельств-103

    Изнасилование - 117

    Хозяйственные преступления

    Спекуляция - 154

    Обман покупателей -

    28

    75

    77,6

    84,2

    41

    92,3

    19,3

    17,2

    10,2

    42,3

    56,5

    20,4

    Преступления против общественного порядка

    Мелкое и простое хулиганство - ч. 1 ст. 206

    Злостное хулиганство -ч. 2 ст. 206

    Особо злостное хулиганство -ч. Зет. 206

    2,2

    31,1

    30

    Обнаруживается известная зависимость между опас-

    ностью наиболее распространенных преступлений и фор-

    мой их совершения. С увеличением опасности возраста-

    ет процент деяний, совершенных в соучастии. По своему

    существу эта зависимость носит корреляционный харак-

    тер'. Ее можно проследить во всех приведенных пре-

    ступлениях и з их отдельных группах. Доля соучастия

    при совершении 16 из них, представляющих большую

    общественную опасносгь (деяния, предусмотренные ст. 96

    и ч. 1 ст. 206, исключаются), равна в среднем 46,6%, а

    при совершении мелких хищений, а также мелкого и

    простого хулиганства- 10,7%. Более опасные формы по-

    сягательств на социалистическую и личную собствен-

    ность - грабеж и разбой - совершаются при соучастии

    в 75-77,6% случаев, а менее опасные посягательства на

    те же объекты - кража и мошенничество - оказыва-

    ются делом рук соучастников в 28-41% всех преступле-

    ний. Та же картина в сопоставлении распространенности

    соучастия при совершении особо крупных (92,3%) и

    мелких хищений ,(19,3%) социалистического имущества.

    Динамика соучастия, т. е. изменения совместной пре-

    ступной деятельности, происходящие с течением време-

    ни, ранее специальному исследованию не подвергалась.

    Первую попытку выявления тенденций развития группо-

    вой преступности предприняла Н. Г. Угрехелидзе. На

    материалах судебной практики Грузинской ССР за 5 лет

    она показала, что доля групповых деяний при совершении

    наиболее распространенных преступлений существенно

    не изменяется^. Выборочные исследования автора дан-

    ной работы показывают, что за 1967-1971 гг. распро-

    страненность соучастия снизилась при совершении гра-

    бежей примерно на 5% и разбоев-на 2%, повысилась

    при совершении краж на 4%, спекуляции-йа 8%, ху-

    лиганства-на 6%. Происходит, таким образом, пони-

    жение доли соучастия в более опасных и повышение в

    менее опасных деяниях, особенно в тех, при совершении

    которых наличие преступной группы не влечет повышен-

    ной ответственности.

    1от.п  " /^^ Герцензон, Уголовное право и социология, М.,

    "'^ "Р- 1^: Ф. 1. Б урча к, указ. работа, стр. 4.

    См. <Криминология>, М., 1968, стр. 343, 419, 428.

    20

    ' Неполная зависимость, при которой с повышением опасности

    преступления хотя и увеличивается доля соучастия, но не в строго

    определенной пропорции.

    " См. Н. Г. Угрехелидзе, Криминологические проблемы со-

    участия, автореферат канд. дисс., М., 1969, стр. 6-7.

    Приведенные данные показывают далее, что в дей-

    ствующем уголовном законодательстве удачно решен во-

    прос об ответственности за соучастие в большинстве

    сравнительно распространенных преступлений. В конст-

    рукцию тех составов, которые чаще остальных соверша-

    ются в соучастии - ст. ст. 89-93, 117, 144-147 и др.,

    введено квалифирующее обстоятельство - совершение

    преступления группой лиц, и в связи с ним повышена

    санкция.. Своего рода исключение составляют спекуля-

    ция и злостное хулиганство. Значительная их часть

    (56,5%, 31,1%) совершается в соучастии. Общественная

    опасность их при групповом образе действий резко воз-

    растает, в связи с чем ч. 2 ст. 154 и ч. 2 ст. 206 УК следо-

    вало бы дополнить указанием на совершение преступле-

    ния группой лиц. За логичность такого дополнения гово-

    рит и сравнение действующих норм права. Состав обма-

    на покупателей (ст. 156 УК), при совершении которого'

    соучастие проявляется в 20,4% случаев, правомерно

    включает в качестве квалифицирующего обстоятельства

    совершение преступления группой лиц. С тем большим

    основанием такое обстоятельство должно признаваться

    квалифицирующим в составах спекуляции' и злостного

    хулиганства, где оно фактически встречается чаще и в

    большей мере повышает опасность преступных деяний.

    * Представляется, что в ст. 149 УК Латвийской ССР совершение

    спекуляции по предварительному сговору группой лиц основательно

    признается квалифицирующим обстоятельством.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 32      Главы:  1.  2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11. > 





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.