Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 31      Главы: <   7.  8.  9.  10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17. > 

    2. Криминальные традиции и ритуалы.

    В жизни каждого народа, нации, общественной организации, учреждения, учебного заведения и неформальной группы складываются более или менее устойчивые традиции, связанные с историческими условиями существования и особенностями того или иного социума. Они возникают на основе тех форм деятельности, которые неоднократно подтвердили свою социальную или групповую (коллективную) значимость и личностную пользу. Традиции — по выражению А. С. Макаренко — «социальный клей» любой общности, обеспечивающий преемственность и устойчивость отношений в группе, их упорядоченность.

    Традиции можно разделить на прогрессивные, например, патриотические — складывающиеся в борьбе народов за освобождение, независимость, национальный суверенитет; культурные — связанные с народными празднествами; бытовые — связанные с поведением людей в быту; трудовые — связанные с производственной и трудовой деятельностью; военные — связанные с порядком прохождения воинской службы, защитой государства, поведением человека в бою; спортивные — регулирующие поведение человека, занятого спортивной деятельностью и др.

    Существуют и реакционные, консервативные традиции, например, связанные с родоплеменными и феодальными общественными отношениями; бытовые, отражающие бесправие женщин в семье и обществе и т. п. Традиции «экономят» сознание людей, санкционируя определенный тип их поведения. Нет ни одной большой или малой общности людей, у которой не было бы традиций.

    Особо привержены к традициям общности несовершеннолетних и молодежи, поскольку традиции эмоционально насыщены и обставлены игровыми элементами, определенными правилами, церемониалом. Традиции не персонифицированы, поэтому подростки и юноши легче подчиняются им, чем прямым указаниям, исходящим от конкретных лиц. В этом сила традиций. Нормы жизни групп, в которых проявляется воля их членов, чаще всего принимают форму традиций. В связи с этим особую опасность представляют криминальные традиции, распространенные в молодежных преступных группах, особенно в закрытых воспитательных и исправительных учреждениях (в «зоне»). Традиция имеет две особенности: устойчивость, некоторую консервативность и способность изменяться, разрушаться, замещаться в связи с изменением объективных социальных условий развития социума, различных привходящих факторов, влияния лидеров и т. п.

    В преступной среде в связи с этим существуют два вида традиций:

    * пришедшие к нам из преступной среды далекого прошлого и трансформировавшиеся в современные с учетом условий жизни общества и господствующих в нем отношений;

    * новые традиции, возникшие и закрепившиеся в преступной среде в современных условиях и не имеющие аналогов в прошлом.

    Причинами трансформации уголовных традиций и появления новых являются изменения, происходящие в социальной действительности, динамике и характере преступности несовершеннолетних и молодежи, оживление национализма и др. Уголовные традиции, как и любые другие, не существуют каждая сама по себе. Они образуют «связку» или «пучок», определенную систему традиций, характеризующих общность преступников в целом.

    Форму традиций чаще всего принимают проанализированные выше нормы криминальной субкультуры («воровские законы», табу, «западло»). Повышая действенность групповых норм и ценностей, традиции обеспечивают сплочение криминальных групп. Уголовных традиций множество; как правило, несовершеннолетние и юноши знают их неписанными и каким-то образом передают друг другу.

    Замечено, что все традиции, проявляющиеся в криминальных группах несовершеннолетних и молодежи отличаются, с одной стороны, всеобщностью, с другой — определенным своеобразием, свойственным для данного региона (спецшколы, спецПТУ, ВТК или воинской части).

    Все уголовные традиции, особенно в воспитательных и исправительных учреждениях обрастают мифами. Это облегчает их передачу из поколения в поколение правонарушителей. «В подростковых камерах «малолетках», уже существует тюремная мифология, законы воровской блатной жизни, целая огромная система, в которой нужно научиться жить и выживать» (367).

    Уголовно-воровская традиция негативного отношения криминальных групп к лицам, сотрудничающим с правоохранительными органами, активистами, лицами, запятнавшими себя доносительством и мужеложством, является всеобщей. Всеобщи и «прописка» новичков, использование для снижения статуса («опускания») таких средств, как уборка туалетов, стирка чужих носков, «парафин», мужеложство, избиение. К всеобщим уголовно-воровским традициям относится также необходимость знания жаргона, ношения клички, нанесения татуировок в соответствии со статусом и т. п.

    Всеобщих традиций в «зоне» много и состоят они главным образом в умении приспособиться, выжить, употребить физическую силу, хитрость — лишь бы доказать собственное превосходство над другими или хотя бы умение «поставить» себя.

    Тюремная мифология различна и многообразна. Например, подросток прибывает в ВТК с твердой установкой, что все красное трогать нельзя — («западло»). Повязку дежурного он одеть наотрез отказывается — красная, подобрать красную бумажку — ни в какую. Такова их вера в «закон» блатной жизни. Естественно, до тюрьмы они об этом не слышали. А теперь нельзя жить по другому, иначе это плохо кончится (367).

    Однако, в каждом регионе (на каждой «тусовке», в каждой преступной группе, в спецшколе, спецПТУ и ВТК) эти традиции наполняются своим содержанием, приобретают свою форму проявления, сопровождаются свойственным лишь данному региону или данной этнической общности (нации, народности) ритуалами. В одних в спецшколах, спецПТУ и ВТК существует традиция, запрещающая «бугру» («шишке», «рогу») участвовать в художественной самодеятельности, а точнее — выступать на сцене. «Бугор» должен управлять людьми, а не веселить других, таков закон криминальной среды. Мужчине нельзя играть женщину, иначе из этого «Мишки сделают Машку», то есть подвергнут мужеложству, «опустят».

    Во многих в спецшколах, спецПТУ и ВТК существуют другие традиции: одна из них — «ни перед кем не становись на колени». Ее сторонники татуируют на коленях шестиконечные звезды. В каждом таком учреждении разработаны свои способы унижения человека таким путем. Если подростка принудили встать на колени или заставили сделать это обманным путем («посмотри, не твоя ли книга, шапка и т. п. лежит под кроватью»), то он считается скомпрометированным и статус его снижается. Кстати, такая же традиция давно существует и в некоторых профессиональных училищах (504).

    Нередко в криминальных группах наблюдаются случаи приспособления социально ценных традиций к криминальному образу жизни. Так, в детских домах, специальных школах и специальных ПТУ (по примеру тюрем и колоний для взрослых) распространилась традиция «ломать корянку». Суть ее заключается в следующем: полученный хлеб на куски не разрезается.

    Члены группы, сидящие за столом, отщипывают кусочки от одной порции (буханки), т. е. ломают корку (горбушку). Отсюда и название традиции. Лица, «ломавшие корянку», становятся как бы названными братьями, это отражается в татуировках. «Ломать корянку» «низам», «отверженным» вместе с «верхами» запрещается. В данной процедуре есть свои правила. Если подросток отломит кусочек хлеба побольше, значит он проявил жадность. В этом случае он становится «проглотом» и может быть исключен из «братства».

    Данная традиция заимствована из народных обычаев, обрядов. У многих народов молодожены разламывают хлеб на счастье. В Узбекистане люди, поделившиеся хлебом, становятся названными братьями. В России почетных гостей встречают хлебом и солью. К сожалению, сотрудники воспитательных и исправительных учреждений, педагоги школ и ПТУ часто этого не знают и запрещают подобные действия, вместо того, чтобы использовать их в воспитательных целях.

    Из рассмотренного примера можно сделать вывод о том, что нельзя все традиции уголовной среды считать асоциальными, вредными. При нахождении правонарушителей в камере следственного изолятора, например, действует ряд традиций, запрещающих пользоваться парашей если кто-то ест, становиться голыми ногами на пол и др. Вряд ли нужно объяснять, что эти правила не вредные.

    О целесообразности и разумности еще одной тюремной традиции повествует Ю. Чурбанов: « В уголовном мире есть непреложный закон: когда человек уходит на этап, то его собирает вся камера. Дают ему с собой у кого что осталось — кто кусок хлеба, кто кусочек сахара, кто сигареты, кто спички, то есть камера собирает тебя в дорогу...

    Почему камера собирает людей на этап? Это не дань каким-то воровским ритуалам, нет, это просто необходимость (подчеркнуто нами — В. П.): куда и сколько ты будешь ехать, никто не знает, в дороге тебя не покормят, вагона-ресторана в поезде нет, поэтому «сухой паек», который выдают в тюрьме, — это все, что у тебя есть на несколько дней. Даже вода в вагоне только холодная, кипятка никто не даст, — вот и катишься, бедолага, по дорогам России» (499).

    К сожалению, автор этой цитаты был руководителем и в то же время заложником тюремной системы. Он мог бы многое поломать и привести в соответствие со Стандартными нормами обращения с заключенными, принятыми ООН. Ведь в царской России даже политзаключенные знали, куда их отправляют. Почему же сегодня эта норма не действует? Ведь сегодня существует (но не действует) положение о том, что осужденный должен отбывать наказание по месту жительства (исключение составляют некоторые категории осужденных). Выходит, что пишется в законе одно, а делается на практике другое. Несовершеннолетних правонарушителей, как каких-нибудь каторжников, из Москвы отправляют за тысячи километров. Нет в Москве ни своей спецшколы, ни своего спецПТУ, хорошо хотя бы ВТК есть близко от Москвы.

    Ю. М. Чурбанов говорит еще об одной традиции — особом отношении к «должникам» в местах изоляции. «Можно, конечно, «стрельнуть», но потом ты уже становишься «должником». Если кто-то из осужденных угостит тебя сигаретой, то потом эту сигарету придется вернуть — таков лагерный закон» (499). Подростки и молодежь в спецшколах, спецПТУ, ВТК, а зачастую и в обычных школах и ПТУ, этот «закон» «усовершенствовали»: неоднократно угостив члена группы сигаретами, его ставят «на счетчик» в самое трудное время, когда у него заведомо нет ни сигарет, ни денег. Например, подросток оказался «должен» 5 сигарет другому подростку. Тот объявляет стоимость каждой сигареты (3 или 5 рублей). Это значит, что сегодня должник заплатил бы 15 руб. (25 руб.), а завтра вдвое больше, послезавтра вчетверо и т. п. «Счетчик» — удобное средство закабаления (140, 358).

    Следует заметить, что обстановка всеобщего распада в стране, негативные социальные и экономические процессы сильно влияют на возникновение новых и оживление старых традиций в местах лишения свободы, в специальных воспитательных учреждениях и в армии. Удорожание прессы немедленно отразилось на традициях и в местах лишения свободы. «Сейчас «зеки» решили «складываться» и выписывают один журнал на 3-4 человека, во всяком случае, я все время слышу такие разговоры, — продолжает Ю. Чурбанов. — А иначе не получается, это просто не по карману» (499).

    Здесь он не точен. Коллективная (на жаргоне — «семейная») подписка на газеты и журналы существовала в колониях и тюрьмах давно. Сейчас она возродилась вновь. При этом в ИТК и ВТК нередко «авторитеты» («воры в законе») норовят подписаться за счет кого-нибудь из заключенных. Молодежь подписывается на журналы «с картинками» (иллюстрированные). Иллюстрации вырезаются и наклеиваются обычно на внутреннюю сторону дверки прикроватной тумбочки или на стену, а может быть, у рабочих мест. С них делают клише для татуировок. С понравившимися представительницами противоположного пола, изображенными в журналах, затевается переписка. У подростков и юношей разработаны целые трактаты о ведении такой переписки, что также является тюремной традицией.

    Автору книги известен такой человек, который сумел жениться около сотни раз благодаря такой переписке, за что неоднократно отбывал наказание.

    Любая традиция обставляется ритуалами. Ритуалы чаще всего связываются с религиозной верою, рассматриваются как совокупность обрядов, сопровождающих религиозный акт и являющихся его внешним отражением. Этот признак присущ ритуалам и криминальной субкультуры, которым подростки и юноши, а в последние годы и взрослые, придают фатальный, магический характер.

    В криминальной субкультуре ритуал выступает как церемониал, сопровождающий традицию, т. е. выработанные в данной группе (в преступной среде в целом) порядок и правила совершения какого-либо поступка, то есть порядок реализации традиции. К наиболее распространенным ритуалам относятся, как мы уже говорили, порядок «прописки» новичка, определения его статуса, места в социальном пространстве — столовой, спальне, школе, а также сферы и места его преступного и иного «промысла» («точки», «квадрата», «маршрута»). Существуют ритуалы «очищения» лиц, «осквернивших» себя прикосновением к «отверженным»; изгнания лиц, утративших доверие группы; приема пищи, мытья в бане; «очищения» себя после пользования туалетом; проводов человека на свободу или в «мир иной» и др.

    Интересные сведения предоставила автору бывшая сотрудница МВД одной среднеазиатской республики Лариса Н., в застойные годы вступившая в неравную борьбу с партийной мафией и незаконно арестованная по доносу. Ей пришлось провести несколько месяцев в следственном изоляторе, который она ранее курировала. Лариса вела себя там так, что была признана преступным окружением, пользовалась его доверием, короче говоря, стала «паханкой», без разрешения которой не совершалось ни одно действие осужденных и заключенных. В этом изоляторе существовала традиция — каждый заключенный, получив посылку или передачу, обязан был часть ее передать лицам, приговоренным к высшей мере наказания. Ослушавшийся мог дорого заплатить за своеволие.

    По словам Ларисы Н. смертников уводили для исполнения приговора глубокой ночью. И всегда вся тюрьма узнавала об этом за считанные секунды и пела так называемую «отходную», специально сложенную песню прощания с жизнью. Мотив и слова этой песни знали все заключенные. Интересно, что оповещала о предстоящем событии камера, расположенная рядом с лестничной клеткой, ведущей в подвал «смертников».

    Еще одно подтверждение этой традиции мы находим у А. Шведова. Так, осужденные, отправляемые по этапу из следственного изолятора, проходя мимо камер лиц, приговоренных к высшей мере наказания, по традиции должны передать сигареты и чай в эти камеры. Ни конвой, ни дежурный помощник начальника СИЗО не могут им помешать. Как видим, в преступной среде жестокость уживается с сентиментальностью (508).

    От члена криминального сообщества требуется четкое знание и беспрекословное соблюдение всех традиций и ритуалов. Если подросток или молодой правонарушитель усвоил и соблюдает их, он имеет возможность занять более высокое положение в групповой иерархии. Нарушитель же может быть подвергнут притеснениям, изгнанию из группы (сообщества), снизит свой статус.

    Многие из криминальных традиций настолько распространены, что строго соблюдаются и законопослушными подростками и молодежью в обычных школах, ПТУ, в трудовых и армейских коллективах. Распространенные, например, традиции и ритуалы превращения новичка в «пацана», а «пацана» в «старичка» («бугра»), а в армейских условиях — «самца» в «ворону» (на флоте — в «карася»), затем «вороны» в «черпака», «черпака» в «дедка» и т. п.

    Переход подростка и молодого человека в новое качество превращается для участников этой церемонии в своеобразный спектакль. Он напоминает магические действа у нецивилизованных народов, связанные с превращением подростка во взрослого или девушки в женщину. Для полноты картины не хватает лишь шамана, бубна и костра около пещеры.

    Наверное, правильно поступают педагоги воспитательного или исправительного заведения, либо армейские командиры, ведя борьбу с асоциальными и криминальными традициями и ритуалами не путем запретов и репрессий, а путем вытеснения их другими социально ценными традициями и ритуалами. Если, например, солдаты уделяют большое внимание превращению солдата, еще не принявшего присяги (их именуют «чайниками», «черепами», «духами», «мамонтами»), в принявших присягу («бичей», «салабонов», «молодых», «сынков», «зеленых», «духов»), а тех в «черпаков» («карасей», «погодков», «фазанов», «дедков»), последних в «дедов», а после приказа об увольнении в запас — в «граждан» («дембелей»), то может быть не стоит запрещать эту процедуру, а придать ей официальный, привлекательный характер. Именно так поступают в специальном ПТУ им. Ф. Э. Дзержинского. Здесь для каждой категории учащихся (в зависимости от времени пребывания в училище и степени исправленное™) существуют свои правила, ритуалы перехода из одной иерархической группы в другую. Например, «старичок» гласно закрепляется за новичком. Он обязан шефствовать над ним, ограждать его от притеснений, поручаться за него и т. п. Вспомним, что в русской армии еще во времена Петра I возникла традиция закрепления «дядек» за новобранцами. «Дядьки» приучали молодых солдат к военному делу, отвечали за их поведение в жизни и в бою. Возрождение таких и подобных им традиций своеобразного наставничества нанесло бы сильный удар по «дедовщине» в армии и, может быть, уменьшило бы жестокость в криминальной среде.

     

    Пирожков В. Ф.

    ЗАКОНЫ ПРЕСТУПНОГО МИРА МОЛОДЕЖИ

    Глава II. ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ АТРИБУТЫ КРИМИНАЛЬНОЙ СУБКУЛЬТУРЫ И ИХ ХАРАКТЕРИСТИКА

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 31      Главы: <   7.  8.  9.  10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17. > 





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.