Главная

Разделы


Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право

  • Вопросы
  • Советы
  • Заметки
  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 82      Главы: <   41.  42.  43.  44.  45.  46.  47.  48.  49.  50.  51. > 

    § 2. Установление отцовства в судебном порядке

    Добровольное установление отцовства не всегда имеет место. Не­редки случаи, когда отец ребенка, рожденного вне брака, отказывается подать заявление о регистрации отцовства. В такой ситуации с целью защиты интересов ребенка возможно установление отцовства в судеб­ном порядке.

    В соответствии со ст. 49 СК предъявить иск об установлении от­цовства вправе один из родителей ребенка. Чаще всего это делает мать, но при определенных обстоятельствах иск может быть предъявлен и отцом ребенка, например если мать препятствует подаче совместного заявления об установлении отцовства.

    Требовать установления отцовства может также опекун или попе­читель ребенка, лицо, на иждивении которого находится ребенок, а также сам ребенок после достижения им совершеннолетия. Несовер­шеннолетняя мать ребенка вправе самостоятельно предъявить иск об установлении отцовства в судебном порядке с четырнадцатилетнего возраста (п. 3 ст. 62 СК).

    Как справедливо отмечал В.А. Рясенцев, на момент предъявления иска об установлении отцовства между ребенком и предполагаемым отцом еще нет никаких правоотношений, следовательно, основанием для предъявления иска в этом случае является не субъективное право, а охраняемый законом интерес ребенка. Этот интерес состоит в том, чтобы знать своего отца и состоять в правовой связи с ним1.

    1 См Советское семейное право /Под род В А Рясснцсва М.1982 С 141

    Глава 20 Установление происхождения детей                 177

    Следует обратить внимание на то, что не требуется согласия ребен­ка, не достигшего совершеннолетия, на установление отцовства как в добровольном, так и в судебном порядке. Это объясняется тем, что установление отцовства по-прежнему рассматривается как констата­ция биологического факта, что в настоящее время не совсем справед­ливо. Социальная сторона этого акта отодвигается на второй план, поэтому ни согласие самого ребенка, ни соображения защиты его ин­тересов не принимаются во внимание.

    В то же время в законодательстве существует определенное проти­воречие. Так, в п. 4 ст. 48 СК сказано, что установление отцовства в отношении лица, достигшего возраста 18 лет, допускается только с его согласия, а если оно недееспособно — с согласия его опекуна или орга­на опеки и попечительства.

    Такое ограничение предусмотрено потому, что в соответствии с существующей в нашей стране концепцией родительских прав и обя­занностей большинство из них прекращается после достижения ребен­ком совершеннолетия. Из этого факта вытекает вывод о том, что до достижения совершеннолетия установление отцовства отвечает инте­ресам ребенка, поскольку это дает ему право на получение содержания, воспитания и защиты со стороны родителей. После достижения ребен­ком совершеннолетия картина меняется, поскольку совершеннолетнее лицо более не нуждается в этом, а родитель, напротив, может быть заинтересован в получении алиментов от ребенка.

    Однако эти соображения нельзя признать обоснованными. Уста­новление отцовства в отношении несовершеннолетних детей далеко не всегда отвечает их интересам. Поэтому нет никаких оснований не учи­тывать мнение ребенка до 18 лет и не позволить суду руководствовать­ся принципом защиты его интересов при вынесении решения.

    Соображения биологического происхождения не должны столь сильно преобладать над социальной стороной установления отцовст­ва. Суд, по нашему мнению, должен быть наделен правом отказать в иске об установлении отцовства, если ребенок старше 10 лет, его вто­рой родитель или опекун возражает против этого и у суда сложится мнение, что установление отцовства противоречит интересам ребенка.

    Ответчиком по данным делам чаще всего является предполагае­мый отец ребенка. Иск об установлении отцовства может быть предъ-ярлен и к несовершеннолетнему или недееспособному лицу. В случае недееспособности ответчика его интересы защищает опекун. Учиты­вая тот факт, что несовершеннолетний отец наделен правом самостоя­тельно признавать свое отцовство, можно предположить, что он может самостоятельно отвечать по иску об установлении отцовства в судеб-

    12-1148

    178          Раздел VI. Правоотношения родителей и детей

    ном порядке, и участие в деле его попечителя необязательно, хотя никто не может запретить несовершеннолетнему воспользоваться его помощью при защите от иска.

    Действующее семейное законодательство не содержит перечня об­стоятельств, принимаемых во внимание судом при установлении от­цовства. Статья 49 СК говорит о любых доказательствах, с достовер­ностью подтверждающих отцовство. В КоБС 1969 г., напротив, был предусмотрен целый ряд обстоятельств, создававших презумпцию от­цовства определенного лица1.

    Прежде всего речь шла о совместном проживании и ведении обще­го хозяйства матерью ребенка и его предполагаемым отцом в момент зачатия ребенка. Если такие отношения имели место, бремя доказыва-ния того, что он не является отцом ребенка, перелагалось на предпола­гаемого отца.

    В настоящее время сожительство отца и матери ребенка также, безусловно, будет принято судом во внимание. Это имеет в нашей стране особое значение, поскольку российское семейное законодатель­ство не признает никаких правовых последствий за фактическими брачными отношениями, в том числе и в плане установления отцовст­ва. Поэтому применение указанной презумпции к лицам, состоявшим в фактическом браке, позволит хоть как-то защитить интересы ребенка и его матери.

    Однако, учитывая, как правило, длительный и стабильный харак­тер фактических брачных отношений (по этим признакам они и отли­чаются от кратковременной связи), на них следовало бы распростра­нить правила о презумпции отцовства фактического супруга, анало­гичные тем, которые применяются в отношении лиц, состоящих в зарегистрированном браке2.

    Вторым, обстоятельством, которое предусматривалось КоБС 1969 г., было совместное воспитание или содержание ребенка его ма-

    1 Пленум Верховного Суда РФ указал, что в отношении детей, родившихся в период с 1 октября 1968 г. (введение в действие Основ законодательства о'браке и семье) и до 1 марта 1996 г. (введение в действие СК РФ), отцовство должно устанавливаться на ос­новании обстоятельств, перечисленных в ст. 48 КоБС РСФСР (п. 5 постановления № 9 Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. «О применении судами Семенного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов» // ВВС РФ. 1997. № 1.

    2 Это один из тех случаев, когда фактический брак следовало бы приравнять к заре­гистрированному. Государство вправе отказаться признавать за ним юридическую силу и правовые последствия брака, не желая поощрять подобные слюзы. Однако при этом не должны страдать интересы детей, рожденных в фактическом браке, поскольку дети не могут быть принуждены нести ответственность за решение своих родителей не реги­стрировать брак.

    Глава 20. Установление происхождения детей                 179

    терью и предполагаемым отцом. Это также создавало лишь предполо­жение отцовства. На предполагаемом отце лежало бремя доказывания того, что воспитание или содержание было связано не с происхожде­нием ребенка от него, а обусловливалось иными причинами. После принятия Семейного кодекса суды будут по-прежнему принимать эти факты во внимание. Они не могут быть признаны доказательствами, с достоверностью подтверждающими отцовство, но, безусловно, долж­ны приводить к перераспределению бремени доказывания.

    Перечень доказательств, которые могут быть использованы в про­цессе об установлении отцовства, в принципе не ограничен. Это могут быть письма, дневники, официальные документы, подтверждающие признание ответчиком своего отцовства. Они также не являются сто­процентным доказательством происхождения ребенка. Предполагае­мый отец может заявить, что в момент написания письма он считал себя отцом ребенка, но в дальнейшем выяснил, что таковым не является.

    При установлении отцовства возможно использование и свидетель­ских показаний. Однако к ним суды традиционно подходят весьма осто­рожно. Чаще всего в процессе об установлении отцовства приходится иметь дело с двумя группами свидетелей, вызванных по инициативе спорящих сторон, каждая из которых интерпретирует факты в интере­сах той или другой стороны. Тем не менее определенных свидетелей трудно заподозрить в предвзятости. Если, например, родители предпо­лагаемого отца ребенка, заявляют, что он признавал ребенка своим в беседах с ними, их показания, как правило, заслуживают доверия.

    Суд может также назначить экспертизу для установления отцовст­ва. Более доступная и широко распространенная экспертиза крови не может дать достоверного положительного результата, но может дать достоверный отрицательный результат. Поэтому в некоторых случаях ее проведение целесообразно. Важное значение может иметь и меди­цинская экспертиза на предмет установления способности ответчика к зачатию ребенка.

    Единственной экспертизой, позволяющей установить происхож­дение ребенка от того или иного лица, является генетическая дактило­скопия. Однако в России она по-прежнему является достаточно доро­гой и малодоступной. К ней следует прибегать только в тех случаях, когда установление отцовства с помощью иных доказательств не по­зволило устранить обоснованные сомнения и ответчик настаивает на проведении экспертизы.

    Несмотря на то что формально генетическая дактилоскопия, как и всякая экспертиза, не имеет для суда заранее установленной силы (см. п. 6 постановления № 9 Пленума Верховного Суда РФ от 25 ок-

    12*

    180          Раздел VI. Правоотношения родителей и детей

    тября 1996 г.), положительное заключение такой экспертизы должно вести к удовлетворению иска.

    Статья 50 СК допускает установление факта признания себя отцом ребенка после смерти лица, которое признавало себя его отцом. Этот факт устанавливается в порядке особого производства.

    Такое установление допускалось и ранее, но до принятия Семейно­го кодекса необходимо было доказать не только факт прижизненного признания отцом своего отцовства, но и то, что ребенок находился на иждивении отца. Первоначальное происхождение этой нормы связано с тем, что с 8 июля 1944 г. и до введения в действие Основ законодатель­ства о браке и семье 1 октября 1968 г. в нашей стране не допускались ни добровольное признание отцовства, ни установление его в судебном по­рядке. После принятия Основ необходимо было защитить интересы детей, чьи отцы умерли, не имея правовой возможности оформить свои правоотношения с ребенком. Поэтому допускалось установление факта признания ими отцовства в судебном порядке и установление на этой основе правовой связи между ребенком и умершим отцом.

    Несмотря на значительное количество времени, прошедшего с мо­мента принятия Основ, необходимость в таком установлении может возникнуть и сейчас. Это может потребоваться, например, для установ­ления родственных отношений между ребенком и его родственниками по отцовской линии в целях получения наследства. Установление факта признания умершим лицом до смерти своего отцовства возмож­но и в отношении лиц, умерших после 1968 г., несмотря на то, что они в принципе имели возможность зарегистрировать свое отцовство. По действующему законодательству достаточно доказать один только факт признания умершим лицом до смерти своего отцовства, факта нахождения ребенка на его иждивении не требуется.

    При установлении факта признания отцовства допускаются все средства доказывания. Чаще всего доказательствами являются показа­ния свидетелей и письменные документы. В данных делах нет спора о праве. Заявитель подает заявление об установлении факта признания отцовства и представляет необходимые доказательства. Если суд счи­тает их достаточными, отцовство признается установленным.

    Установление отцовства является основанием для возникновения родительских правоотношений между родителем и ребенком. Этот юридический факт действует с обратной силой: правоотношения между ребенком и его отцом возникают с момента рождения ребенка.

    Однако из этого правила есть ряд исключений. Например, взыска­ние алиментов за период, предшествовавший установлению отцовства, невозможно, поскольку в это время отец не был обязан уплачивать

    Глава 20. Установление происхождения детей                181

    алименты, так как правовая связь между ним и ребенком еще не суще­ствовала.

    На основании установления отцовства органами загса производит­ся запись об отце ребенка.

    В случае если отцовство в отношении ребенка не признано добро­вольно и не установлено в судебном порядке, запись об отце ребенка в книге записей рождений делается по указанию матери. Фамилия отца ребенка записывается по фамилии матери, а имя и отчество отца — по ее указанию. При этом, поскольку отцовство не было установлено, правовой связи между ребенком и лицом, которое записано в качестве отца, не возникает. В книге записи рождений об этом делается специ­альная отметка.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 82      Главы: <   41.  42.  43.  44.  45.  46.  47.  48.  49.  50.  51. > 





    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2018 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.