Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления Кол-во книг: 2253

Разделы

Теория государства и права
Аграрное право
Государственное право зарубежных стран
Семейное право
Судебные и правоохранительные органы
Криминальное право
История государства и права России
Административное право
Гражданское право
Конституционное право России
История государства и права зарубежных стран
История государства и права Украины
Банковское право
Правовое регулирование деятельности органов ГНС
Юридическая психология
Финансовое право
Юридическая деонтология
Трудовое право
Предпринимательское право
Конституционное право Украины
Разное
История учений о государстве и праве
Уголовное право
Транспортное право
Авторское право
Жилищное право
Международное право
Международное право
Наследственное право
Налоговое право
Экологическое право
Медицинское право
Информационное право
Судебное право
Страховое право
Торговое право
Хозяйственное право
Муниципальное право
Договорное право
Частное право
загрузка...



загрузка...

§ 3. Понятие, формы и виды хищений имущества

В прим. 1 к ст. 158 УК указывается, что «под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества».

Определение хищения – это дефиниция, в которой сконцентрированы и взаимосвязаны признаки, присущие всем формам и видам хищений и отличающие хищения от других преступлений. В цитированное законодательное определение хищения включены следующие шесть признаков:

1) чужое имущество;

2) изъятие и (или) обращение в пользу виновного или других лиц;

3) противоправность;

4) безвозмездность;

5) причинение ущерба собственнику или иному владельцу;

6) корыстная цель.

Из этих признаков – пять объективных, относящихся один к объекту и четыре к объективной стороне преступления, и один субъективный. К объекту относится первый из перечисленных признаков, характеризующий предмет хищения; к объективной стороне – четыре последующих; к субъективной стороне – шестой – последний из приведенных признаков. Отсутствие хотя бы одного из них исключает возможность признания совершенного деяния хищением.

загрузка...

Характеристика первого объективного признака – чужого имущества как предмета хищения – основана на понимании предмета преступления в теории уголовного права. Предмет преступления – это предмет материального мира, одушевленный или неодушевленный, в связи с которым или по поводу которого совершается преступление, на который непосредственно воздействует преступник, совершая преступление. Материальный субстрат, выступающий в качестве предмета преступления, является поводом или предпосылкой возникновения и существования общественных отношений, представляющих собой объект преступления. Предмет преступления отличается от объекта преступления тем, что предмет – явление объективной реальности, а объект – явление субъективной реальности (общественное отношение к чему-либо как к социальной ценности).

Предмет хищения – имущество, характеризующееся совокупностью признаков: 1) с социальной стороны имуществом являются лишь вещи, в создание которых вложен общественно необходимый труд человека, обособливающий вещь из природного состояния*; 2) с экономической стороны: а) обладание материальной ценностью и б) определенной стоимостью; 3) с физической стороны -движимый или недвижимый характер.

*См., например: Кригер Г.А., Бабаев М.М. Социалистическая собственность неприкосновенна. М.: Знание, 1968. С. 14; Ляпунов Ю.И. Уголовно-правовая охрана природы органами внутренних дел. М.: Академия МВД СССР, 1974. С. 73-74.

Имуществом являются лишь ценности, имеющие стоимость и ее денежное выражение – цену. Стоимость выражает объективную ценность вещи, ее общественную полезность. Имущество, утратившее в силу тех или иных причин материальную ценность для государства, юридических и физических лиц, не может быть предметом хищения в случае завладения им каким-либо лицом*.

*См., например: Ляпунов Ю.И. Понятие социалистического имущества как предмета хищения // Соц. законность. 1978. № 2. С. 53; Его же. Драгоценные металлы как предмет преступлений // Соц. законность. 1981. №7. С. 33.

Определение ценности имущества, в частности как предмета хищения, осуществляется посредством оценки его в денежном выражении в соответствии с разъяснением, содержащимся в ч. 1 п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности», в котором указано, что «при определении стоимости имущества, ставшего объектом преступления, следует исходить, в зависимости от обстоятельств приобретения его собственником, из государственных розничных, рыночных или комиссионных цен на момент совершения преступления. При отсутствии цены стоимость имущества определяется на основании заключения экспертов»*.

загрузка...

*Российская газета. 1995. 31 мая.

Особая историческая, научная или культурная ценность предметов или документов, являющихся предметом преступления, ответственность за которое была предусмотрена ст. 1472  УК  РСФСР, согласно п. 9 названного выше Постановления «определяется на основании экспертного заключения с учетом не только их стоимости в денежном выражении, но и значимости для истории, науки, культуры». Ценность иностранной валюты, ценных бумаг в иностранной валюте определяется в рублях по курсу Центрального банка России на день совершения хищения, а драгоценных металлов и природных драгоценных камней, за исключением ювелирных и других бытовых изделий и лома таких изделий, – в соответствии со специальным порядком, установленным законодательством РФ. Стоимость имущества, находящегося в пользовании, определяется с учетом износа.

В зависимости от стоимости имущества хищение подразделяется на виды. В частности, при стоимости похищенного имущества, не превышающей одного минимального размера оплаты труда, хищение чужого имущества путем кражи, присвоения, растраты или мошенничества признается мелким и является не преступлением, а административным правонарушением, ответственность за которое предусмотрена ст. 49 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях*. Когда же стоимость имущества пятисоткратно превышает минимальный размер оплаты труда, установленный законодательством РФ, то хищение квалифицируется как совершенное в крупных размерах по пунктам «б» ч. 3-х ст. 158 159, 160, 161 или 162 УК РФ.

*См.: Федеральный закон «О внесении изменения в статью 49 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях» от 13 января 1999 г. № 20-ФЗ // Российская газета. 1999.2 февраля.

 

Важно отметить, что размер хищения определяется исходя из стоимости похищенного имущества, а не из размера всего ущерба, причиненного хищением.

С физической стороны имущество как предмет хищения может быть как движимым, так и недвижимым. На основании п. 1 ст. 130 ГК РФ «к. недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты и все, что прочно связано с землей, т.е. объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе леса, многолетние насаждения, здания, сооружения. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество». В соответствии с пунктом 2 этой статьи «вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом».

Движимое имущество, определяемое в теории уголовного права как «имущество, которое по своей физической природе поддается изъятию»*, всегда признавалось предметом хищения, Причем до относительно недавнего времени оговаривалось, что только оно может быть предметом хищения** и, следовательно, недвижимое имущество таким предметом являться не может.

*Гаухман Л.Д., Серова М.В. Ответственность за мелкое хищение государственного или общественного имущества. М.: Профиздат, 1990. С. 48.

**Там же. С. 47-48.

Признание недвижимого имущества предметом хищения вовсе не означает, что такое имущество может быть предметом любой формы хищения. Теоретически и практически оно может являться предметом мошенничества, присвоения и растраты. Вместе с тем в качестве предмета кражи, грабежа, разбоя абсолютно не могут выступать земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты, леса и т.п., т.е. то, что вообще не поддается изъятию; и лишь с бесконечно малой степенью вероятности таким предметом могут быть дома.

С правовой стороны имущество как предмет хищения характеризуется общими и специальным признаками. Общие – это признаки, присущие предмету любого хищения, характеризующие имущество, во-первых, в гражданско-правовом и уголовно-правовом значении, во-вторых, как чужое для виновного и, в-третьих, наличное, т.е. находящееся в собственности или владении собственника или иного владельца. Специальный – это признак, присущий только предмету присвоения и растраты.

Понятие имущества в гражданско-правовом значении вытекает из содержания нормы, предусмотренной ст. 128 ГК, в соответствии с которой имущество может быть разнообразным и представляет собой, в частности, вещи, включая деньги и ценные бумаги, а также имущественные права.

Понятие имущества в уголовно-правовом значении является более узким по содержанию. Это обусловлено тем, что в него не включаются права на имущество, как это усматривается из содержания диспозиции ч. 1 ст. 159  УК  РФ, которой установлена ответственность, с одной стороны, за хищение чужого имущества и, с другой – за приобретение права на чужое имущество. Под имуществом как предметом хищения в уголовно-правовом значении понимаются вещи, деньги, документы, предоставляющие право на имущество, обладание которыми равносильно обладанию имуществом (например, облигации государственных займов)*.

*См.: Ворошилин Е. Предмет преступления при мошенничестве // Соц. законность. 1976. № 9. С. 60. С точки зрения гражданского права правильнее говорить о документах, подтверждающих право на имущество или на его получение.

Разрешая вопрос о признании таких документов имуществом, необходимо исходить из их экономико-правовой природы. Имуществом являются документы, в частности ценные бумаги, которые обладают эквивалентно-обменными свойствами. Другими словами, это такие документы, которые могут непосредственно обмениваться на деньги по номиналу или в иной пропорции (например, облигации, на которые пал выигрыш) либо на материальные предметы (вещи) или иные имущественные блага по их стоимости, при условии, что такого рода обменные операции имеет право производить любое не персонифицированное лицо*. Иные же документы, предоставляющие права на имущество, но не обладающие эквивалентно-обменными свойствами, могут в уголовно-правовом значении выступать в качестве средства совершения, а не предмета преступления.

*См.: Ляпунов Ю.И. Ценные бумаги как предмет хищения // Соц. законность. 1982. № 9. С.31-34.

Чужим для виновного является такое имущество, независимо от формы собственности, на которое он не имеет ни действительного, ни предполагаемого права собственности или законного владения. В п. 1 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъясняется, что «предметом хищения и иных преступлений, ответственность за совершение которых предусмотрена нормами главы пятой  УК  РСФСР, является чужое, т.е. не находящееся в собственности или законном владении виновного, имущество». Чужим для виновного имуществом является, в частности, и имущество, находящееся в совместной собственности.

Предметом хищения может быть только наличное, т.е. находящееся в собственности или владении собственника или иного владельца имущество, а именно: поступившее в собственность или владение и не выбывшее из них. Этот признак позволяет отграничить предмет хищения от предметов преступлений, ответственность за которые предусмотрена ст. 165,201 и 285  УК  РФ. Предметом последних преступлений может быть и имущество, которое должно было поступить, но еще не поступило в собственность или владение собственника или иного владельца*.

*См.: Ляпунов Ю.И. Изъятие как обобщенный способ хищения // Соц. законность. 1984. № 8. С. 37.

Специальным признаком, характеризующим имущество как предмет присвоения и растраты, является вверенность имущества виновному. На это указано в ч, 3 п. 3 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г., где говорится, что хищение «имущества, вверенного виновному, следует квалифицировать как присвоение или растрату чужого имущества»*.

*Российская газета. 1995. 31 мая.

Вверенность имущества означает, что оно до хищения находится в правомерном владении виновного и последний наделен в отношении его определенными правомочиями, вытекающими из правомерного владения. Однако они отличаются от правомочий собственника.

С одной стороны, собственник обладает правомочиями владения, пользования и распоряжения имуществом, а лицо, которому оно вверено, только одним из них – правомочием владения. С другой – правомочие владения последнего является ограниченным по сравнению с одноименным правомочием собственника. Эта ограниченность состоит в следующем. Во-первых, лицо, которому вверяется имущество, получает его от собственника или иного владельца и отчитывается за него по документу. Оно несет полную материальную ответственность за такое имущество, будучи материально ответственным лицом. Общие условия, создающие возможность передачи имущества в правомерное владение отдельного лица, – договор о материальной ответственности последнего с собственником или иным владельцем или их специальное поручение. Во-вторых, вверенность представляет собой временное владение, т.е осуществляемое в течение определенного промежутка времени, чья максимальная продолжительность не может превышать периода исполнения служебных обязанностей с материальной ответственностью на данном участке работы либо периода выполнения специального поручения, включая отчете нем. В-третьих, лицо, которому вверено имущество, может пользоваться в отношении него правомочиями, вытекающими из правомочия владения, только в соответствии с теми целями, для достижения которых оно вверяется, и с соблюдением установленных собственником или иным владельцем правил осуществления правомочий. Указанное лицо пользуется правомочиями по распоряжению, управлению, доставке или хранению, которые производны от правомочия владения, не выходят за его рамки и носят технический характер. В частности, правомочие по распоряжению существенно отличается от одноименного правомочия собственника. Последнее выходит за рамки владения имуществом, а первое – нет, поскольку в отличие от собственника названное лицо не имеет права своим волевым актом устанавливать те или иные правоотношения по поводу имущества и распоряжается им лишь в пределах, установленных собственником, в соответствии с целевым назначением.

Таким образом, имущество в качестве предмета хищения в наиболее общем и сжатом виде определяется как материальный предмет, созданный общественно необходимым трудом, имеющий материальную ценность и определенную стоимость, представляющий собой движимую или недвижимую вещь и являющийся чужим для виновного.

Это определение имущества как предмета хищения позволяет отграничить хищение от других, смежных составов преступлений: по вложению в его создание общественно необходимого труда – от экологических преступлений, по отношению к нему виновного – от самоуправства.

Не могут быть предметом хищения, определенного в прим. 1 к ст. 158  УК  РФ: а) радиоактивные материалы; б) огнестрельное оружие, комплектирующие детали к нему, боевые припасы, взрывчатые вещества, взрывные устройства; в) наркотические средства, психотропные вещества; г) документы, штампы, печати, паспорта, личные документы. Хищения названных предметов посягают не на собственность, а на другие объекты. Ответственность за эти преступления предусмотрена специальными нормами Особенной части уголовного законодательства – соответственно ст. 221,226, 229 и 325  УК  РФ. Это связано с тем, что в отечественном уголовном праве существует положение, согласно которому, если деяние подпадает под действие двух норм – общей и специальной, применяется только специальная норма.

В определении хищения предусмотрено четыре признака, характеризующих объективную сторону преступления. Из них первые три характеризуют деяние, а четвертый – последствие.

Первым таким признаком является изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, представляющее собой действие.

Изъятие – это извлечение чужого имущества из владения собственника или иного владельца с одновременным обращением его в обладание виновного или других лиц. Изъятие всегда сопряжено с обращением чужого имущества в пользу виновного или других лиц. При изъятии уже в момент его совершения сам переход имущества в обладание виновного осуществляется против или помимо воли собственника или иного владельца. Изъятие чужого имущества происходит при краже и грабеже, а также в случаях фактического завладения им при разбое.

Обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, когда ему не сопутствует изъятие, – это перевод виновным чужого имущества, добровольно переданного ему собственником или иным владельцем, в свое окончательное обладание, выражающееся в поставлении виновным себя или других лиц на место собственника. При таком обращении сам переход имущества к виновному происходит по воле собственника или иного владельца: при мошенничестве – под влиянием обмана или злоупотреблением доверием; при присвоении и растрате – в силу правоотношений между собственником или иным владельцем, с одной стороны, и виновным – с другой. Перевод же этого имущества виновным в окончательное обладание им самим или другими лицами осуществляется против или помимо воли собственника или иного владельца. Такой перевод производится посредством совершения определенных действий, обеспечивающих фактическое приобретение виновным или другими лицами статуса собственника или иного владельца, например: представления фиктивного документа об израсходовании или списании вверенного имущества; утайки и непредъявлении этого имущества в момент инвентаризации, сопряженных с последующим вывозом с охраняемой территории предприятия или с продажей, дарением, потреблением; укрывательства виновного с имуществом, полученным путем обмана или злоупотребления доверием, от собственника или иного владельца.

Вторым признаком хищения, относящимся к объективной стороне, является противоправность изъятия и (или) обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц. Под противоправностью следует понимать совершение названных действий, во-первых, в нарушение законодательства, регламентирующего порядок распределения материальных благ в государстве, и, во-вторых, в формах, предусмотренных уголовным законом (кражи, мошенничества, присвоения, растраты, грабежа и разбоя), которые определяются в ч. 1-х ст. 158, 159, 160, 161 и 162  УК  РФ.

Третий признак хищения, относящийся к объективной стороне, – безвозмездность – характеризует хищение как изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц без возмещения его эквивалента, т.е. как паразитическое обогащение (при отсутствии у виновного намерения осуществить такое возмещение в будущем).

Безвозмездность имеет место при изъятии и (или) обращении в пользу виновного или других лиц имущества как вообще без возмещения его эквивалента, так и частичного возмещения. В последнем случае безвозмездность распространяется на невозмещенную часть.

 Последний (четвертый) признак объективной стороны, содержащийся в законодательном определении хищения, представлен последствием, которым является причинение ущерба собственнику или иному владельцу. Под таким ущербом понимается лишь положительный материальный ущерб в размере стоимости имущества, изъятого и (или) обращенного в пользу виновного или других лив. В размер ущерба не включается упущенная выгода, о которой упоминалось ранее. Наличие в определении хищения данного признака позволяет отграничить хищение от изъятия предметов, не имеющих стоимости.

Признаком, включенным в законодательное определение хищения, относящимся к субъективной стороне, является корыстная цель.

Суть корыстной цели состоит в том, что, совершая хищение, виновный стремится обогатиться сам или обогатить других лиц за счет чужого имущества с нарушением порядка распределения материальных благ, установленного законодательством. Корыстная цель имманентно присуща хищению. Она представляет и представляла собой критерий для отграничения хищения от ряда других преступлений, например, от злоупотребления полномочиями, злоупотребления должностными полномочиями, уничтожения или повреждения имущества, самоуправства, хулиганства.

Не может быть признано хищением изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц не с корыстной целью, а для его уничтожения или повреждения либо для нарушения общественного порядка, а также для осуществления виновным своего действительного или предполагаемого права. Содеянное в таких случаях представляет собой не хищение, а соответственно уничтожение или повреждение имущества, хулиганство либо самоуправство.

Помимо признаков, включенных в законодательное определение хищения, любому хищению присущи еще такие общие признаки, как объект посягательства и умышленная форма вины.

Объект хищения соответствует родовому объекту преступлений против собственности, которым являются отношения собственности, независимо от ее форм. Кроме того, обязательным признаком отношений собственности как объекта всякого хищения является порядок распределения материальных благ, установленный и регламентированный законодательством. Совершающий хищение нарушает отношения собственности и одновременно законный порядок распределения материальных благ. Таким образом, объект хищения – это общественные отношения собственности, связанные с законным порядком распределения материальных благ.

Умышленная форма вины как признак хищения обусловлена правовым статусом данного преступления. Он заключается в намеренном и целенаправленном обогащении виновного за счет чужого имущества. При таком обогащении возможен только прямой умысел и исключается неосторожная форма вины или даже косвенный умысел. Констатация данного положения – возможности совершения хищения только с прямым умыслом – позволяет установить направленность на совершение хищения в том или ином размере; является предпосылкой для констатации предварительной преступной деятельности (приготовления к хищению, покушения на него) и соучастия в преступлении, ибо то и другое свойственно преступлениям, совершаемым только с прямым умыслом; представляет собой критерий для отграничения хищения от злоупотребления полномочиями, злоупотребления должностными полномочиями, халатности, неправомерного завладения автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения.

Установление направленности умысла на хищение в том или ином размере необходимо главным образом потому, что в зависимости от размера различаются хищения: мелкие – до одного минимального размера оплаты труда, установленного законодательством РФ, за совершение которых предусмотрена только административная ответственность (ст. 49 КоАП РСФСР); в значительном размере – свыше одного до пятисот минимальных размеров оплаты труда (ст. 158-162  УК  РФ, за исключением пунктов «б» частей 3-х этих статей, где предусмотрена ответственность за хищения в крупных размерах); в крупных размерах – свыше пятисот минимальных размеров оплаты труда (пункты «б» частей 3-х тех же статей). Кроме того, размер является одним из критериев определения особой исторической, научной или культурной ценности предметов или документов (ст. 164), а также кражи, мошенничества, присвоения, растраты, грабежа, причинивших значительный ущерб потерпевшему (части 2-е ст. 158-161  УК  РФ).

Наличие прямого умысла на хищение, включающего, как было отмечено, в качестве элемента его волевого момента цель хищения, отличает данное преступление от неправомерного завладения автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения. На это указано в п. 5 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5*.

*См.: Российская газета. 1995. 31 мая.

Таким образом, с учетом законодательного определения на теоретическом уровне хищение необходимо определить как посягающее на отношения собственности, связанные с порядком распределения материальных благ, совершенное в формах и видах, предусмотренных законом (ст. 158-162, 164  УК  РФ), умышленное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Хищения подразделяются на формы и виды. Деление на формы проводится по такому основанию, как типичный наиболее общий способ совершения хищения, предусмотренный уголовным законом, а на виды – по размеру хищения.

Формы хищений – это отличающиеся друг от друга типичные, наиболее общие способы совершения хищений, определенные в уголовном законе. По  УК  РФ формы хищений определены в ст. 158-162 У К, причем при определении кражи (ч. 1 ст. 158), мошенничества (ч. 1 ст. 159), присвоения (ч. 1 ст. 160), растраты (ч. 1 ст. 160) и грабежа (ч. 1 ст. 161) прямо указано, что каждое из этих преступлений является хищением чужого имущества, а при определении разбоя (ч. 1 ст. 162) – что он совершается с целью хищения чужого имущества. Отнесение разбоя к одной из форм хищения, хотя он и признается оконченным с момента нападения, соединенного с указанными в законе насильственными действиями, независимо от факта хищения чужого имущества, обосновывается тем, что, во-первых, осуществляемое в результате разбоя хищение полностью охватывается составом данного преступления и, во-вторых, фактическое хищение чужого имущества имеет место в подавляющем большинстве совершенных разбойных нападений.

В соответствии с  УК  РФ выделяются шесть форм хищений;

1) кража (ст. 158);

2) мошенничество (ст. 159);

3) присвоение (ст. 160);

4) растрата (ст. 160);

5) грабеж (ст. 161);

6) разбой (ст. 162).

Хищения дифференцируются на виды в зависимости от размера хищения. Как отмечалось, различаются следующие виды хищений: 1) мелкое; 2) в значительном размере; 3) в крупных размерах. В качестве видов хищений необходимо рассматривать также хищение предметов и документов, имеющих особую историческую, научную или культурную ценность, и кражу, мошенничество, присвоение, растрату и грабеж, причинившие значительный ущерб потерпевшему, хотя применительно к этим видам хищений их размер является не единственным и определяющим, а лишь одним из оснований деления хищений на виды. Значительный размер хищения является признаком основных, квалифицированных и особо квалифицированных составов всех форм хищения; крупный размер – их особо квалифицированных составов; значительный ущерб потерпевшему – квалифицированных составов кражи, мошенничества, присвоения, растраты и грабежа, а особая историческая, научная или культурная ценность – основного и квалифицированного составов преступления хищения предметов, имеющих особую ценность.

Среди форм и видов хищений, согласно ч. 3 ст. 15  УК  РФ, преступлениями средней тяжести признаются: кража, мошенничество, присвоение, растрата и грабеж, совершенные без отягчающих и особо отягчающих (квалифицирующих и особо квалифицирующих) обстоятельств (части 1-е ст. 158,159,160 и 161  УК  РФ); ч. 4 ст. 15 этого  УК  тяжкими: кража, мошенничество, присвоение и растрата, совершенные при отягчающих и особо отягчающих обстоятельствах (части 2-е и 3-й ст. 158, 159, 160), грабеж, совершенный при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 161), и хищение предметов, имеющих особую ценность, совершенное без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 164); ч. 5 ст. 15  УК  особо тяжкими: грабеж, совершенный при особо отягчающих обстоятельствах (ч. 3 ст. 161), разбой, совершенный при отягчающих и особо отягчающих обстоятельствах (ч. 2 и 3 ст. 162), и хищение предметов, имеющих особую ценность, совершенное при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 64  УК  РФ).

Кража (ст. 158  УК  РФ)

Объект и предмет кражи полностью соответствуют объекту и предмету любого хищения.

Объективная сторона кражи характеризуется тайным хищением чужого имущества. Хищение при краже выражается в изъятии и обращении чужого имущества в пользу виновного или других лиц, т.е. представляет собой похищение такого имущества.

Тайным хищение имущества признается при наличии двух критериев – объективного и субъективного. Объективный критерий состоит в том, что изъятие чужого имущества осуществляется в одной из следующих ситуаций: 1) незаметно для потерпевшего и окружающих; 2) на глазах окружающих, не осознающих противоправности изъятия; 3) в присутствии лиц, которые понимают, что происходит хищение, но ввиду определенных взаимоотношений с виновным (родные, близкие, друзья, знакомые) не противодействуют или, по его мнению, не могут или не должны противодействовать хищению. Субъективный критерий заключается в осознании виновным того, что изъятие он совершает тайно – незаметно для потерпевшего, окружающих, а также для иных посторонних лиц, т.е. не являющихся его родными, близкими и т.д., или что посторонние лица, наблюдая факт изъятия имущества, не понимают, что происходит хищение*. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала тайным, а не открытым хищением чужого имущества действия 3., который, придя со своей знакомой М. в квартиру Л. для распития спиртного и оставшись там ночевать, предложил М. совершить кражу магнитолы, принадлежащей матери Л., а после отказа М. в ее присутствии и в одиночку совершил эту кражу, сознавая, что М. для него близкий человек, и будучи уверен в сохранении тайны хищения**.

*См. также Гаухман Л.Д.,Серова М.В. Указ. соч. С. 51.

**См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Фкдкрации. 1995. №2. С.6-7.

Если объективный и субъективный критерии не совпадают, т.е. в коллизионных случаях, решающим при определении тайного способа хищения является субъективный критерий*. Например, кражей, а не грабежом признается хищение, когда виновный намерен изъять имущество тайно, но его действия замечены.

*См. например: Советское уголовное право. Часть Особенная. М.: Юрид. лит., 1979. С. 111

Тайность изъятия отличает кражу от грабежа, характеризующегося открытым изъятием имущества.

Способ хищения – тайный или открытый – определяется на момент изъятия имущества. При этом сомнения при установлении того или иного способа истолковываются в пользу виновного, т.е. хищение в таких случаях признается тайным.

Кража, как и грабеж, считается оконченным преступлением, когда чужое имущество изъято и обращено в пользу виновного или других лиц, т.е. когда виновный, как указано в ч. 1 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4 «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества» с изменениями от 21 сентября 1977 г., 27 ноября 1981 г. и 26 апреля 1984 г., «имеет реальную возможность им распоряжаться по своему усмотрению или пользоваться им»*.

*Бюллетень Верховного Суда СССР. 1972. № 4; 1977. № 6; 1982. № 1; 1984. № 4. ,

Вопрос о моменте окончания кражи имеет существенное значение для квалификации действий исполнителя и причастных к хищению лиц. Постановка этого вопроса вызвана тем, что особенности хранения имущества в ряде случаев вынуждают лицо, совершающее кражу, действовать в несколько этапов. Так, при краже с охраняемой территории чужое имущество может быть взято со склада или из цеха, затем перемещено в другое место на территории предприятия, после чего вынесено из проходной. В соответствии с приведенным разъяснением Пленума Верховного Суда СССР хищение является оконченным, когда изъятое чужое имущество вынесено с охраняемой территории, поскольку только с этого момента виновный получает реальную возможность распоряжаться им по своему усмотрению или пользоваться им, т.е. обратить его в свою пользу или пользу других лиц. Приведенное положение означает, что, во-первых, с момента изъятия имущества с отведенного ему места до момента, когда оно вынесено с охраняемой территории, содеянное представляет собой покушение на кражу и, во-вторых, лица, содействовавшие виновному в указанный период в утаивании или выносе имущества, согласно ч. 2 п. 10 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. с изменениями от 21 сентября 1977 г., 27 ноября 1981 г. и 26 апреля 1984 г., являются соучастниками хищения*.

*См. Бюллетень Верховного Суда СССР. 1972. № 4; 1977. № 6; 1982. № 1; 1984. № 4.

Кроме того, момент окончания кражи имеет значение для квалификации содеянного, когда возникает вопрос о том, имеет ли место так называемое «перерастание» кражи в грабеж либо разбой или нет. В этой связи в ч. 2 и 3 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности» содержатся следующие указания: «Действия, начатые как кража, но затем обнаруженные потерпевшем или другими лицами и, несмотря на это, продолженные виновным с целью завладения имуществом или удержания его, должны квалифицироваться как грабеж, а в случае применения насилия, опасного для жизни и здоровья, либо угрозы применения такого насилия – как разбой.

Если насильственные действия совершены по окончании кражи с целью скрыться или избежать задержания, они не могут рассматриваться как грабеж или разбой и подлежат самостоятельной квалификации по соответствующим статьям  УК  в зависимости от характера этих действий и наступивших последствий».

Последствием оконченной кражи, ответственность за совершение которой предусмотрена ч. 1 ст. 158  УК  РФ, является материальный ущерб, причиненный собственнику или иному владельцу имущества, на сумму, превышающую минимальный размер оплаты труда, установленный законодательством РФ. Этот ущерб не должен быть значительным для потерпевшего, поскольку при причинении такого ущерба ответственность за кражу наступает по ч. 2 ст. 158  УК  РФ, или крупным (ч. 3 ст. 158).

Субъект кражи – лицо, достигшее 14-ти лет.

Субъективная сторона кражи, как и любого хищения, характеризуется прямым умыслом и корыстной целью.

Частью 2 ст. 158  УК  РФ предусмотрены четыре квалифицирующих признака, характеризующих совершение кражи: 1) группой лиц по предварительному сговору (п. «а»); 2) неоднократно (п. «б»); 3) с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище (п. «в») и 4) с причинением значительного ущерба гражданину (п. «г»). Для квалификации кражи по ч. 2 ст. 158  УК  РФ достаточно наличия любого из перечисленных признаков.

Определение первого квалифицирующего признака кражи – совершение ее группой лиц по предварительному сговору – основывается на законоположении, содержащемся в ч. 2 ст. 35  УК  РФ.

Для наличия названного квалифицирующего признака необходимы, с одной стороны, участие в совершении кражи в качестве соисполнителей не менее двух лиц, каждое из которых обладает всеми признаками общего субъекта преступления, т.е. является физическим вменяемым лицом, достигшим 14-летнего возраста, и, с другой – сговор между этими лицами, состоявшийся до начала совершения кражи.

Состоявшимся до начала совершения кражи признается сговор до начала осуществления действий, непосредственно направленных на совершение данного преступления, т.е. до покушения на кражу.

Второй квалифицирующий признак кражи – неоднократность – определяется прим. 3 к ст. 158  УК  РФ, где  указано что «неоднократным в статьях 158-166 настоящего Кодекса признается совершение преступления, если ему предшествовало совершение одного или более преступлений, предусмотренных этими статьями, а также статьями 209, 221, 226 и 229 настоящего Кодекса».

Кроме того, в соответствии с содержащимся в п. 10 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5 разъяснением кражу, а равно мошенничество, присвоение, растрату, грабеж и вымогательство необходимо признавать неоднократным преступлением, если виновный был ранее судим как за преступления, перечисленные в прим. 3 к ст. 158  УК  РФ, так и за преступления, перечисленные в ч. 3 прим. к ст. 144  УК  РСФСР в редакции упоминавшегося Федерального закона от 1 июля 1994 г., и за преступления, ответственность за которые была предусмотрена ст. 89-93 и 95, входившими в перечень примечания к ст. 144 УК РСФСР до принятия упоминавшегося Федерального закона РФ от 1 июля 1994 г., исключившего названные статьи.

Вместе с тем, как разъяснено в п. 11 ранее называвшегося Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г., № 5 «судимости в других странах СНГ после прекращения существования СССР не должны приниматься во внимание при квалификации преступлений, но могут учитываться при назначении наказания как отягчающее обстоятельство в соответствии со статьей 76 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам стран-участниц СНГ от 22 января 1993 г.»*.

*Российская газета 1995. 31 мая

Кража должна признаваться неоднократной, если до ее совершения виновный был судим за любое из преступлений, во-первых, перечисленных в прим. 3 к ст. 158  УК  РФ, во-вторых,  указанных в ч. 3 прим. к ст. 144  УК  РСФСР в редакции после 1 июля 1994 г., в-третьих, предусматривавшихся статьями 89-93', 95, входившими в перечень статей, содержавшийся в прим. к статье 144 этого же  УК  до принятия упоминавшегося Федерального закона РФ от 1 июля 1994 г., и, в-четвертых, ответственность за которые предусматривалась соответствующими статьями  УК  союзных республик 1959-1961 гг. бывшего СССР, ныне стран-участниц СНГ, при условии осуждения виновного в этих странах до прекращения существования СССР.

Для признания кражи неоднократной по признаку судимости за  указанные преступления необходимо, чтобы эта судимость не была погашена или снята в порядке, установленном уголовным законом.

Рассматриваемый квалифицирующий признак кражи – неоднократность – налицо как тогда, когда за ранее совершенное преступление виновный был судим, так и тогда, когда за него он судим не был. При отсутствии судимости за предшествовавшее преступление необходимо, чтобы не истек срок давности привлечения к уголовной ответственности за его совершение (ч. 2 ст. 16  УК  РФ).

Третьим квалифицирующим признаком кражи является ее совершение с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище. Содержание данного признака раскрывается в сохраняющих свое действие в меру не противоречия новому уголовному законодательству постановлениях Пленума Верховного Суда СССР от 26 апреля 1984 г. № 2 с изменениями от 21 июня 1985 г. «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении  указов Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1982 г. «О дальнейшем совершенствовании уголовного и исправительно-трудового законодательства») и от 15 октября 1982 г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР»* и от 5 сентября 1986 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности»**.

*См. Бюллетень Верховного суда СССР. 1984. № 3; 1985. N4.

**См. Там же. 1986. №6

Согласно ч. 2 п. 9 названного Постановления Пленума Верховного суда СССР от 5 сентября 1986 г. «проникновение – это вторжение в жилище с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. Оно может совершаться не только тайно, но и открыто, как с преодолением препятствий или сопротивления людей, так и беспрепятственно, а равно с помощью приспособлений, позволяющих виновному извлекать похищаемые предметы без входа в жилище»*. Аналогичное определение проникновения в помещение, иное хранилище или жилище содержится в ч. 2 п. 14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 26 апреля 1984 г. с изменениями от 21 июня 1985 г.**

*См. Там же. 1986. № 6.

**См. Там же. 1984. № 3; 1985. N4.

В соответствии с ч. 3 и 4 п. 9 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. «жилище – это помещение, предназначенное для постоянного или временного проживания людей (индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице, дача, садовый домик и т. п.), а также те его составные части, которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (балконы, застекленные веранды, кладовые и т.п.).

.Не могут признаваться жилищем помещения, не предназначенные и не приспособленные для постоянного или временного проживания (например, обособленные от жилых построек погреба, амбары, гаражи и другие хозяйственные помещения)*. По существу так же определено понятие жилища в ч. 5 п. 14 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 26 апреля 1984 г. с изменениями от 21 июня 1985 г**.

*См.: Там же 1986. №6

**См.: Там же 1985. №4

Для наличия рассматриваемого квалифицирующего признака кражи необходимо, чтобы проникновение в жилище, помещение или иное хранилище было осуществлено именно с целью хищения находящегося там имущества. На это обращено внимание в ч. 5 п. 9 цитированного Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г., где  указано, что «решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, признака проникновения в жилище, необходимо выяснить, с какой целью виновный оказался в жилище и когда именно у него возник умысел на завладение имуществом. Если лицо вначале находилось в жилище без намерения совершить хищение, но затем завладело чужим имуществом, в его действиях  указанный признак отсутствует»*.

*Бюллетень Верховного Суда СССР. 1986. № 6.

Проникновение в жилище, помещение или иное хранилище представляет собой квалифицирующий признак кражи при условии, что оно осуществлено незаконно, то есть при отсутствии права проникнуть туда без ведома, разрешения или согласия собственника или владельца либо для осуществления общественно необходимой деятельности.

Четвертый квалифицирующий признак кражи – это причинение значительного ущерба гражданину. На раскрытие содержания данного признака ориентирует разъяснение, содержащееся в п. 7 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5, согласно которому при решении вопроса «о наличии в действиях виновного признака причинения значительного ущерба собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить как из его стоимости, так и других существенных обстоятельств. Ими, в частности, могут быть материальное положение физического лица, финансовое положение юридического лица, значимость утраченного имущества для собственника или иного владельца»*.

*Российская газета. 1995. 31 мая.

Данный квалифицирующий признак, с учетом приведенной рекомендации

Пленума Верховного Суда РФ, необходимо устанавливать на основании объективного и субъективного критериев. Объективный критерий складывается из трех моментов: 1) стоимости похищенного имущества; 2) материального, в частности финансового, положения потерпевшего и 3) соотношения того и другого. Субъективный критерий заключается в осознании виновным названных моментов и, исходя из этого, ущерба потерпевшему как значительного.

Следует подчеркнуть, что рассматриваемый квалифицирующий признак является преимущественно оценочным. Его наличие или отсутствие определяется на основе анализа конкретных обстоятельств совершенного преступления, характеризующих названные критерии. Причем необходимо иметь в виду, что верхний предел размера значительного ущерба не должен пятисоткратно превышать минимальный размер оплаты труда, поскольку такое превышение характеризует крупные размеры хищения, представляющие собой особо квалифицирующий признак кражи.

Частью 3 ст. 158 УК РФ предусмотрены такие особо квалифицирующие признаки, как совершение кражи: 1) организованной группой (п. «а»); 2) в крупном размере (п. «б») и 3) лицом, ранее два или более раза судимым за хищения или вымогательство (п. «в»).

Первый особо квалифицирующий признак кражи – совершение ее организованной группой – определяется в ч. 3 ст. 35 УК РФ. Понятие организованной группы детализируется в п. 4 называвшегося ранее Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г., в котором разъясняется, что «под организованной группой следует понимать устойчивую группу из двух или более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких преступлений. Такая группа характеризуется, как правило, высоким уровнем организованности, планированием и тщательной подготовкой преступления, распределением ролей между соучастниками и т.п.»*. Перечень признаков, присущих организованной группе, не является исчерпывающим. Ими могут быть также «подготовка средств и орудий преступления, подбор соучастников, обеспечение заранее мер по сокрытию преступления, подчинение групповой дисциплине и  указаниям организатора преступной группы»**.

*Российская газета. 1995 31 мая.

**Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1995. № 9. С. 14

Представляется, что определяющим признаком организованной группы, характеризующим ее устойчивость, является наличие организатора или руководителя группы.

Совершение кражи преступным сообществом (преступной организации) представляет собой совокупность преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 и ст. 210  УК  РФ.

Понятие второго особо квалифицирующего признака определено в прим. 2 к ст. 158  УК  РФ, где закреплено, что «крупным размером в статьях настоящей главы признается стоимость имущества, в пятьсот раз превышающая минимальный размер оплаты труда, установленный законодательством Российской Федерации на момент совершения преступления».

Содержание этого особо квалифицирующего признака конкретизируется в п. 8 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5, где предлагается «иметь в виду, что как хищение в крупных размерах должно квалифицироваться и совершение нескольких хищений чужого, в том числе и государственного, имущества, общая стоимость которого двухсоткратно (по  УК  РСФСР 1960г.; пятисоткратно – по  УК РФ 1996г. -Л.Г.) превышает минимальный размер оплаты труда, если они совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в крупных размерах»*.

*Российская газета. 1995.31 мая.

Третьим особо квалифицирующим признаком кражи является ее совершение лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство.

На основании прим. 4 к ст. 158  УК  РФ «лицом, ранее судимым за хищение либо вымогательство, в статьях настоящей главы, а также в других статьях настоящего Кодекса признается лицо, имеющее судимость за одно или несколько преступлений, предусмотренных статьями 158-164, 209, 221, 226 и 229 настоящего Кодекса».

Для наличия данного особо квалифицирующего признака кражи чужого имущества необходимо, чтобы лицо до совершения кражи было не менее двух раз судимо за любые, независимо от последовательности, из преступлений,  указанных в прим. 4 к ст. 158 УК, и эти судимости не были погашены или сняты в порядке, установленном уголовным законом. При наличии только одной прежней судимости за какое-либо из этих преступлений кража признается совершенной неоднократно и квалифицируется по п. «б» ч. 2 ст. 158  УК  РФ.

Мошенничество (ст. 159  УК  РФ)

Объект и предмет мошенничества полностью соответствуют объекту и предмету любого хищения, за исключением мошенничества в форме приобретения права на имущество, не являющегося хищением.

В уголовно-правовом значении имущественные права не охватываются понятием имущества, поскольку в этой отрасли законодательства имущество и право на имущество представляют собой разные категории, отличные друг от друга.

Объективная сторона мошенничества выражается альтернативно в одном из двух действий: 1) хищении чужого имущества или 2) приобретении права на чужое имущество, каждое из которых реализуется также альтернативно путем обмана или злоупотребления доверием.

Хищение чужого имущества при мошенничестве – это обращение такого имущества в пользу виновного или других лиц. Причем  указанное обращение осуществляется в результате не изъятия имущества против или помимо воли собственника или владельца, а в результате добровольной передачи его последними виновному, которая, однако, не основана на осведомленности потерпевшего о ее истинных условиях и последствиях, поскольку вызвана заблуждением вследствие обмана или злоупотребления доверием.

Приобретение права на чужое имущество – это обращение такого права в пользу виновного или других лиц, осуществляемое аналогично хищению имущества.

Обман и злоупотребление доверием – это способы, средства завладения чужим имуществом или приобретения права на имущество.

Обман представляет собой сознательное искажение истины (активный обман) или умолчание об истине, состоящее в сокрытии фактов или обстоятельств, которые при добросовестном и соответствующем закону совершении имущественной сделки должны быть сообщены (пассивный обман). Мошенническим может быть любой обман, направленный на непосредственное обращение чужого имущества в свою пользу или пользу других лиц или приобретение права на имущество, независимо от его формы, искусности и убедительности выражения, а также степени доверчивости и характера заинтересованности потерпевшего.

Мошеннический обман осуществляется в словесной форме – устной или письменной – либо посредством действий. Обычно обе формы обмана сочетаются. Так, после устного обмана, вследствие которого мошенник получает от потерпевшего, например, деньги для якобы удовлетворения потребности последнего, виновный скрывается, обратив эти деньги в свою пользу.

Обман может относиться к различным обстоятельствам, в частности, касающимся личности виновного, предмета мошенничества, тех или иных действий имущественного характера.

Так, обман относительно личности виновного может выражаться в том, что мошенник выдает себя за другое лицо, приписывая себе качества, которыми он в действительности не обладает.

Получая по похищенному или найденному номерку чужое пальто в гардеробе, мошенник приписывает себе права собственника или владельца данного пальто, которыми он фактически не обладает.

Обман в предмете мошенничества состоит в создании у потерпевшего искаженного представления относительно качества, свойств или количества вещей или ценностей, например в придании предмету внешнего вида другого предмета, более ценного. Так нередко преступники сбывают фальшивые бриллианты, выдавая их за натуральные.

Изготовление поддельных денег или ценных бумаг представляет собой фальшивомонетничество, ответственность за которое установлена ст. 186  УК  РФ. Однако изготовление путем грубой подделки денежных купюр, которые могут быть использованы лишь для обмана отдельных граждан, является мошенничеством.

Следует заметить, что обман относительно предмета сделки является одним из наиболее распространенных способов мошенничества. Формы такого обмана весьма разнообразны. Они могут выражаться в уплате за вещь меньшей сумммы денег, чем обусловлено соглашением; в передаче вместо обещанной другой вещи, обладающей худшими качествами; во вручении вместо денег или товара так называемой «куклы», т.е. свертка с нарезанной в форме денег бумагой или не имеющими ценности предметами, имитирующими то, что желает приобрести потерпевший, и т.п.

Мошеннический обман может проявляться в сообщении заведомо ложных сведений об обстоятельствах прошлого, настоящего и будущего.

Злоупотребление доверием – это использование виновным доверительного отношения к нему потерпевшего во вред последнему. Такое отношение может возникнуть в результате правовых (например, доверие к лицу как представителю власти) или фактических взаимоотношений (доверие к знакомому, сослуживцу и т. д.). Доверие – это вера в честность, искренность, добропорядочность, хорошие намерения другого человека.

Злоупотребляя доверием, мошенник использует уже сложившиеся доверительные отношения с потерпевшим, вследствие чего для изъятия имущества или приобретения права на имущество не требуется прибегать еще и к обману.

При мошенническом злоупотреблении доверием, как и при обмане, потерпевший передает имущество или право на имущество сам по своей воле, а виновный обращает это имущество в свою пользу или пользу третьих лиц либо присваивает  указанное право. В этом отличие мошенничества от кражи, совершенной путем злоупотребления доверием.

Аналогичный критерий лежит в основе отграничения мошенничества от грабежа, совершенного путем так называемого самочинного обыска. Самочинный обыск заключается в том, что виновные, выдавая себя за работников милиции или прокуратуры и предъявляя поддельные документы на право производства обыска, проникают в квартиру потерпевшего, где и производят незаконный обыск, отыскивая и изымая обычно наиболее ценные вещи и деньги, якобы необходимые для приобщения к уголовному делу, с которыми скрываются. Подобный обыск может быть расценен как мошенничество лишь тогда, когда потерпевший, не подозревая обмана, убежден в правомерности обыска и изъятия имущества и не препятствует происходящему с его ведома и согласия. В случаях же, когда потерпевшего не удается ввести в заблуждение относительно истинного характера самочинного обыска, так как он обнаруживает его фиктивность и протестует против изъятия имущества, а виновные все-таки изымают имущество вопреки воле и согласию собственника или иного владельца, деяние представляет собой не мошенничество, а грабеж. Кроме того, лица, производящие самочинный обыск и выдающие себя за работников милиции, прокуратуры, иных представителей власти или должностных лиц, если они таковыми не являются, несут ответственность еще по ст. 288  УК  РФ за присвоение полномочий должностного лица, а если являются – по ст. 286 этого  УК  за превышение должностных полномочий.

Мошенничество, как и кража, считается оконченным преступлением, когда чужое имущество обращено в пользу виновного или других лиц, т.е. в момент, когда виновный получает реальную возможность распоряжаться этим имуществом по своему усмотрению или пользоваться им.

Субъект мошенничества – лицо, достигшее 16-ти лет. Мошенничество имеет сходные черты с обманом потребителей, ответственность а который установлена ст. 200  УК  РФ, когда он совершается в значительном размере постоянным или временным работником организации, осуществляющей реализацию товаров или оказывающей услуги, либо гражданином, зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя в сфере торговли. Различаются эти преступления по субъекту и объекту. Субъектом обмана потребителей являются  указанные работники организации, осуществляющей реализацию товаров или оказывающей услуги, или гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя в сфере торговли, а мошенничества – любое иное частное лицо. Объект обмана потребителей – общественные отношения, обеспечивающие интересы в сфере экономической деятельности – торговли и бытового обслуживания населения, а также являющийся дополнительным – общественные отношения, обеспечивающие имущественные интересы потребителей. Объект же мошенничества, как и любой формы хищения, – общественные отношения собственности, связанные с порядком распределения материальных благ в государстве.

Отмеченное позволяет заключить, что субъектом мошенничества является любое лицо, за исключением  указанных работников организаций, осуществляющих реализацию товаров или оказывающих услуги, либо граждан, зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей в сфере торговли, при осуществлении ими соответствующей служебной или предпринимательской деятельности.

Субъективная сторона мошенничества характеризуется прямым умыслом и корыстной целью.

Понятие корыстной цели при мошенничестве шире, чем при любой другой форме хищения, поскольку представляет собой стремление виновного незаконно обогатиться посредством не только обращения в свою пользу или пользу других лиц чужого имущества, но и приобретения права на имущество*.

*См.: Гаухман Л.Д., Пашковский В.А. Уголовно-правовая охрана личной собственности граждан. М.: Знание, 1978. С. 45-50.

Частью 2 ст. 159  УК  РФ предусмотрены четыре квалифицирующих признака, характеризующих совершение мошенничества: 1) группой лиц по предварительному сговору (п. «а»); 2) неоднократно (п. «б»); 3) лицом с использованием служебного положения (п. «в») и 4) с причинением значительного ущерба гражданину (п. «г»), а ч. 3 этой статьи – три особо квалифицирующих признака, состоящих в совершении мошенничества: 1) организованной группой (п. «а»); 2) в крупном размере (п. «б») и 3) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение или вымогательство (п. «в»).

Содержание этих квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков, кроме третьего из перечисленных квалифицирующего признака, совпадает с содержанием одноименных признаков, рассмотренных ранее применительно к краже. Причем для квалификации мошенничества как совершенного по предварительному сговору группой лиц или организованной группой необходимо, чтобы участники той и другой групп были осведомлены о совершении именно мошенничества либо допускали возможность совершения этого преступления.

Третий квалифицирующий признак – совершение мошенничества лицом с использованием своего служебного положения – имеет место при наличии совокупности трех обстоятельств, первым из которых является статус субъекта вторым – использование последним своего служебного положения и третьим – особенности правовой природы имущества как предмета данного вида мошенничества.

Субъект мошенничества, ответственность за которое предусмотрена п. «в» ч. 2 ст. 159 УК РФ, специальный. Таковым являются лица, статус которых определен в примечаниях к ст. 285 и прим. 1 к ст. 201  УК.

Использование своего служебного положения – это, применительно к рассматриваемому квалифицирующему признаку, злоупотребление для хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество полномочиями, предоставленными лицу любой из перечисленных категорий для исполнения возложенных на него служебных обязанностей.

Имущество как предмет мошенничества, совершенного лицом с использованием своего служебного положения, по своей правовой природе не является вверенным виновному, поскольку имущество, вверенное виновному, представляет собой предмет присвоения или растраты, но не мошенничества. В качестве предмета данного квалифицированного вида мошенничества чужое для виновного имущество может быть находящимся в его оперативно-хозяйственном управлении* либо таким, в отношении которого он вправе совершать действия, имеющие юридическое значение, то есть влекущие получение права на приобретение имущества самим виновным или другими лицами.

*См.: Курс советского уголовного права (часть Особенная). Л.: ЛГУ, 1973. Т. 3. С. 430.

В связи с исключением из уголовного закона в качестве самостоятельной такой формы хищения, как хищение путем злоупотребления должностного лица своим служебным положением, возникла проблема квалификации и отграничения от мошенничества совершенного лицом, имеющим очерченный статус, с использованием своего служебного положения хищения чужого имущества, или имущества, находящегося в оперативно-хозяйственном управлении, или имущества, в отношении которого лицо управомочено осуществлять действия, имеющие юридическое значение, при отсутствии обмана или злоупотребления доверием.

От мошенничества с использованием лицом своего служебного положения данные деяния отличаются тем, что при их совершении виновные не используют такие способы обращения чужого имущества в свою пользу или пользу других лиц, как обман или злоупотребление доверием, а изымают имущество, обращая его в свою пользу или пользу других лиц, тайно или открыто, злоупотребляя при этом предоставленными им полномочиями или превышая их.

Присвоение или растрата (ст. 160  УК  РФ)

Объект присвоения и растраты полностью соответствует объекту любого хищения. Предметом этих форм хищения является вверенное имущество, понятие которого раскрыто при характеристике предмета хищения.

Объективная сторона рассматриваемого преступления характеризуется как хищение чужого имущества, вверенного виновному. Формами совершения данного преступления являются альтернативно присвоение или растрата.

Присвоение – это форма хищения, представляющая собой обращение в свою пользу или пользу других лиц вверенного имущества посредством  уклонения от его возвращения собственнику или владельцу, т.е. совершение действий, обеспечивающих удержание у себя такого имущества и установления над ним незаконного владения.

Растрата – форма хищения, при которой виновный обращает вверенное имущество в свою пользу или пользу других лиц посредством отчуждения, расходования, потребления, т.е. совершения действий, представляющих собой незаконное распоряжение или пользование этим имуществом взамен правомерного владения им.

Рассматриваемое преступление характеризуется признаками как общими для обеих форм хищения, так и отличающими их друг от друга.

Первый общий признак состоит в обращении виновным в свою пользу или пользу других лиц имущества посредством незаконного использования правомочий, которыми он наделен в отношении этого имущества. Совершая присвоение или растрату, виновный взамен правомерного устанавливает незаконное владение имуществом либо противоправно пользуется или распоряжается им.

На данный признак и возможность отграничить с его помощью эти формы хищения от кражи  указано в п. 2 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4 с изменениями от 21 сентября 1977 г., 27 ноября 1981 г. и 26 апреля 1984 г.: «присвоение либо растрата от кражи отличаются тем, что виновный использует имеющиеся у него правомочия в отношении похищаемого им государственного или общественного имущества. Как присвоение либо растрата вверенного или находящегося в ведении... имущества должно квалифицироваться незаконное безвозмездное обращение в свою собственность или в собственность другого лица имущества, находящегося в правомерном владении виновного, который в силу должностных обязанностей, договорных отношений или специального поручения... организации осуществлял в отношении этого имущества правомочия по распоряжению, управлению, доставке или хранению (кладовщик, экспедитор, агент по снабжению, продавец, кассир и другие лица). Хищение совершенное лицом, не обладающим  указанными выше полномочиями, но имеющим к нему доступ в связи с порученной работой либо выполнением служебных обязанностей, подлежит квалификации как кража»*.

*Бюллетень Верховного Суда СССР. 1972. № 6; 1977. № в; 1982. № 1; 1984. N 4.

Второй общий признак присвоения и растраты – отличный от других форм хищения способ обращения имущества в свою пользу или пользу других лиц, состоящий в действиях, обеспечивающих невозвращение виновным вверенного ему имущества. Их сущность выражается в нарушении правомерности владения, посредством чего над имуществом устанавливается незаконное владение.  указанные действия могут быть разнообразными. Конкретное содержание их зависит от различных обстоятельств, в частности от физических свойств похищаемого, особенностей его учета, хранения, целевого назначения, порядка охраны, местонахождения. Они могут выразиться, например, в представлении фиктивного документа о списании вверенного имущества вследствие якобы его порчи, в недоставлении полученного по накладной имущества в пункт назначения (магазин, склад и т. д.), соединенном с его продажей.

Отличающим присвоение от растраты признаком является нахождение (ненахождение) имущества у виновного в момент окончания хищения. При присвоении имущество находится у виновного, который устанавливает над ним незаконное владение взамен правомерного. Растратой же является его противоправное отчуждение, израсходование, потребление посредством замены правомерного владения на незаконное пользование или распоряжение.

При совершении хищения имущества лицом, которому оно вверено, может иметь место или присвоение, или растрата, т.е. они взаимно исключают друг друга. При этом форма хищения определяется на момент окончания хищения.

Исходя из определения момента окончания хищения в п. 10 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4 и из содержания признаков, индивидуализирующих присвоение и растрату, следует признать, что в момент окончания присвоения обращаемое в пользу виновного или других лиц имущество находится у виновного и он имеет реальную возможность распоряжаться или пользоваться им, а в момент окончания растраты он реализует эту возможность, т.е. фактически распоряжается или пользуется  указанным имуществом. При растрате между правомерным владением и незаконным распоряжением или пользованием имуществом отсутствует какой-то промежуток времени, в течение которого виновный незаконно владеет им.

Субъект присвоения и растраты специальный – материально ответственное лицо, т.е. лицо, которому имущество, являющееся предметом хищения, вверено его собственником или владельцем по документу. Оно может быть как должностным (заведующий складом, шофер-экспедитор и др.), так и не должностным  (продавец, шофер-экспедитор и т. д.).

По субъекту, а также предмету присвоение и растрата отличаются от мошенничества, совершенного путем злоупотребления доверием. Субъектом такой разновидности мошенничества является лицо, которому обращаемое в его пользу или пользу других лиц имущество не вверено по документу, а доверено в силу доверительного отношения к нему потерпевшего – собственника или владельца этого имущества. Иными словами, субъект присвоения и растраты находится с собственником или владельцем  указанного имущества в служебном правоотношении, а субъект мошенничества – нет.

Субъективная сторона присвоения и растраты характеризуется прямым умыслом и корыстной целью.

Виновный осознает, что безвозмездно незаконно обращает в свою пользу или пользу других лиц вверенное ему имущество, превышая полномочия, которыми он наделен в отношении этого имущества, до объема правомочий собственника; предвидит причинение материального ущерба собственнику или владельцу данного имущества и желает этого.

Кроме того, совершающий присвоение также осознает, что обращение имущества в его пользу или пользу других лиц осуществляется посредством установления над данным имуществом незаконного владения взамен правомерного, благодаря чему он получает реальную возможность распоряжаться или пользоваться им. Осознанием виновного в совершении растраты охватывается то, что обращение имущества в его пользу или пользу других лиц происходит путем незаконного распоряжения или пользования имуществом вместо правомерного владения им.

Корыстная цель при присвоении и растрате по содержанию совпадает с корыстной целью, присущей хищению.

О существовании умысла и корыстной цели при присвоении и растрате всегда свидетельствуют определенные действия или бездействие виновного. Ими могут быть, например, представление фиктивного отчета об израсходовании якобы на производственные нужды или о списании полученного под отчет имущества; неоприходование к моменту инвентаризации или ревизии денег, полученных от незаконной продажи имущества; невозвращение к этому моменту взятой для использования в собственном хозяйстве вещи или ее денежного эквивалента; фактическое неполучение имущества при оформлении документа о его получении; выезд виновного в неизвестном направлении с деньгами, изъятыми из кассы.

Частью 2 ст. 160 УК РФ предусмотрены четыре квалифицирующих признака, характеризующих совершение присвоения или растраты: 1) группой лиц по предварительному сговору (п. «а»); 2) неоднократно (п. «б»); 3) лицом с использованием своего служебного положения (п. «в») и 4) с причинением значительного ущерба гражданину (п. «г»).

Первый, второй и четвертый из  указанных квалифицирующих признаков совпадают по содержанию с одноименными квалифицирующими признаками кражи, охарактеризованными ранее, хотя и с оговоркой, что предварительный сговор должен заключаться в соглашении о совершении именно присвоения или растраты либо участники этого соглашения должны допускать возможность совершения названных форм хищения.

Третий квалифицирующий признак тождествен по содержанию одноименному квалифицирующему признаку мошенничества, рассмотренному ранее. Единственным отличием от последнего является то, что виновный совершает хищение имущества, которое ему вверено.

Частью 3 ст. 160 УК РФ предусмотрены такие особо квалифицирующие признаки, как совершение присвоения или растраты: 1) организованной группой (п. «а»); 2) в крупном размере (п. «б») и 3) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение или вымогательство (п. «в»).

Эти признаки совпадают по содержанию с одноименными особо квалифицирующими признаками, рассмотренными ранее применительно к краже, с уточнением, что участники организованной группы должны быть осведомлены о совершении хищения именно в рассматриваемых формах или допускать возможность совершения этих форм хищения.

Грабеж (ст. 161  УК  РФ)

Объект и предмет грабежа соответствует объекту и предмету любого хищения. Грабеж, соединенный с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, посягает альтернативно еще и на второй обязательный объект: с применением  указанного насилия – на общественные отношения, обеспечивающие такие блага личности, как телесная неприкосновенность и свобода, а с угрозой применения такого насилия – на общественные отношения, обеспечивающие безопасность этих благ личности.

Объективная сторона грабежа характеризуется открытым хищением чужого имущества. Именно открытый характер изъятия чужого имущества отличает грабеж от кражи, которой, как было показано, присущ тайный характер такого изъятия.

Открытым хищение имущества признается при наличии двух критериев – объективного и субъективного. Объективный критерий заключается в том, что изъятие чужого имущества осуществляется в присутствии и на глазах собственника или иного владельца имущества либо других лиц, осознающих противоправность изъятия и, по мнению виновного, могущих противодействовать хищению. Субъективный критерий выражается в осознании виновным того, что он совершает изъятие чужого имущества в присутствии потерпевшего или других лиц и для них очевиден характер его преступных действий.

Момент окончания грабежа не отличается от момента окончания кражи.

Признаки субъекта грабежа те же, что и субъекта кражи.

Субъективная сторона грабежа отличается от субъективной стороны кражи тем, что умыслом виновного в совершении грабежа охватывается открытый характер изъятия чужого имущества, тогда как при краже умысел направлен на изъятие такого имущества тайно.

Частью 2 ст. 161 УК РФ предусмотрены четыре квалифицирующих признака, характеризующих совершение грабежа: 1) группой лиц по предварительному сговору (п. «а»), 2) неоднократно (п. «б»), 3) с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище (п. «в»), 4) с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия (п. «г») и 5) с причинением значительного ущерба гражданину (п. «д»),

Первые три и пятый из перечисленных признаков грабежа совпадают по содержанию с соответствующими квалифицирующими признаками кражи, рассмотренными ранее, за исключением того, что предварительный сговор должен представлять собой соглашение о совершении именно грабежа либо участники сговора должны допускать возможность совершения этого преступления.

Четвертый квалифицирующий признак грабежа – это его совершение с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия. В ч. 1 п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности» насилие, не опасное для жизни и здоровья, определяется как «причинение легкого телесного повреждения, не повлекшего за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности (пункт 22 Правил судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений, утвержденных приказом Министерства здравоохранения СССР от 11 декабря 1978 г. № 1208), а также причинение потерпевшему физической боли или ограничение его свободы, если это не создавало опасности для жизни и здоровья»*.

*Бюллетень Верховного Суда СССР. 1986. № 6.

В этой связи важно заметить, что возможны ситуации, когда потерпевшему не причинено никакого вреда здоровью, однако в момент применения насилия была создана реальная опасность для его жизни или здоровья. В последнем случае налицо насилие, опасное для жизни или здоровья. Поэтому степень интенсивности насилия – является оно не опасным либо опасным для жизни или здоровья – необходимо оценивать не только по наступившим последствиям (фактически причиненному вреду), но и по способу действия. Грабеж характеризуется насилием, которое как по последствиям, так и по способу действия не являлось опасным для жизни и здоровья*.

*См.. Гаухман Л.Д., Пашковский В.А.  Указ. соч. С 37.

Угроза применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, – это запугивание потерпевшего нанесением ему побоев, причинением физической боли или ограничением его свободы. Такая по интенсивности угроза в качестве признака объективной стороны состава преступления грабежа должна, во-первых, быть реальной, во-вторых, представлять собой запугивание немедленным применением насилия.

Реальной угроза является тогда, когда она воспринимается потерпевшим в качестве действительной. Такое восприятие осознается виновным, который этого желает.

Угроза при грабеже характерна тем, что является запугиванием непосредственным, немедленным, а не в будущем применением физического насилия, не опасного для жизни или здоровья. При такой угрозе потерпевший стоит перед дилеммой: или выполнить требование преступника, или подвергнуться тотчас насилию  указанной степени интенсивности.

Применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, или угрозы таковым в качестве квалифицирующего признака грабежа должны быть средством изъятия и обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц. Это означает, что  указанные изъятие и обращение должны быть осуществлены вследствие и в результате применения насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевшего, либо угрозы таковым.

Частью 3 ст. 161 УК РФ предусмотрены три особо квалифицирующих признака совершения грабежа: 1) организованной группой (п. «а»); 2) в крупном размере (п. «б») и 3) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение или вымогательство (п. «в»),

По своему содержанию эти признаки совпадают с рассмотренными ранее признаками кражи. Лишь для квалификации грабежа как совершенного организованной группой необходимо, чтобы такая группа была создана для совершения грабежей либо ее участники допускали возможность совершения этого вида преступления.

Разбой (ст. 162  УК  РФ)

Разбой всегда посягает на два непосредственных объекта. Первый – общественные отношения собственности, связанные с порядком распределения материальных благ, – соответствует объекту любого хищения. Второй объект альтернативен: при применении физического насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего, – это общественные отношения, обеспечивающие здоровье человека; при угрозе применения такого насилия – общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни или здоровья человека. Предмет разбоя полностью совпадает с предметом кражи и грабежа. Объективная сторона основного состава преступления разбоя характеризуется только деянием. Его составляют: 1) нападение; 2) насилие, опасное для жизни или здоровья потерпевшего, и 3) угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего. Нападение представляет собой обязательный признак объективной стороны состава преступления разбоя, а  указанные насилие и угроза – альтернативные признаки. Это означает, что объективная сторона состава разбоя налицо при сочетании нападения и насилия, опасного для жизни или здоровья, либо нападения и угрозы применения такого насилия.

По законодательной конструкции состав преступления разбоя является усеченным, и это преступление признается оконченным с момента совершения нападения, соединенного с насилием или угрозой  указанной степени интенсивности. На данное обстоятельство  указано и в п. 14 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. № 1*. Для наличия состава оконченного разбоя не требуется, чтобы виновный изъял и обратил в свою пользу или в пользу других лиц чужое имущество и причинил ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Вместе с тем фактически осуществленные изъятие, обращение и причинение ущерба полностью охватываются составом разбоя и дополнительной квалификации по другим статьям  УК  РФ не требуют.

*См . Бюллетень Верховного Суда СССР 1986. № 6.

Нападение – это «активное противоправное умышленное действие, предпринятое с целью завладения имуществом и создающее реальную опасность немедленного применения насилия, опасного для жизни и здоровья»*.

*Владимиров В А. Квалификация похищений личного имущества. М. Юрид. лит., 1974. С 67.

Вместе с тем представляется, что нападение при разбое следует определить как «действие, являющееся элементом объективной стороны состава разбоя и характеризующее собой связь между посягательствами на собственность и личность, которая обусловливает единство этих посягательств»*. Такое определение нападения при разбое обосновывается посредством грамматического и логического толкования диспозиции ч. 1 ст. 162 УК РФ. В ней термин «нападение» сочетается со словами «в целях хищения чужого имущества» и «соединенное с насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего, или с угрозой применения такого насилия». Это позволяет заключить, что законодатель употребил термин «нападение» как связывающий термины «цель хищения чужого имущества» и «насилие» или «угроза». Анализируя приведенное сочетание, следует обратить внимание на то, что если цель хищения чужого имущества характеризует посягательство на отношения собственности, а насилие и угроза – на отношения, обеспечивающие блага личности, то нападение связывает эти посягательства, обусловливая их единство. Суть  указания в законе на «нападение» и назначение данного понятия состоит в том, чтобы подчеркнуть, что сущность разбоя заключается в неразрывном единстве насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы таковым и цели хищения чужого имущества. Этим объясняется и то, что при отсутствии насилия или угрозы  указанной интенсивности либо цели хищения чужого имущества нападение утрачивает юридическое значение для квалификации деяния как разбоя. Такое понимание позволяет рассматривать нападение и как предпосылку для определения роли насилия или угрозы при разбое в качестве средства хищения чужого имущества.

*Гаухман Л.Д. Насилие как средство совершения преступления. М.: Юрид лит., 1974. С 108.

Насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего, как признак объективной стороны всех видов состава разбоя, оцениваемое по последствиям и по способу действия, – это физическое насилие, повлекшее умышленное причинение потерпевшему тяжкого, средней тяжести или легкого вреда здоровью либо представляющее собой по способу в момент применения реальную опасность для его жизни или здоровья.

Неосторожное причинение названных видов вреда здоровью может быть результатом насилия, не опасного для жизни и здоровья, например перелом черепа, относящийся к тяжкому вреду здоровью, от удара о бордюр тротуара вследствие падения потерпевшего от толчка.

При оценке по способу действия всегда является опасным для жизни или здоровья потерпевшего насилие с применением оружия или предметов, объективно заменяющих оружие, либо отравляющих или ядовитых веществ, а также осуществленное общеопасным способом, например путем сталкивания с движущегося транспорта или под движущийся транспорт, выталкивания из окна дома и т. д.

Угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего, – это устрашение потерпевшего причинением ему смерти или вреда здоровью. Такая по интенсивности угроза как признак объективной стороны состава преступления разбоя, как и грабежа, должна, во-первых, быть реальной, во-вторых, представлять собой запугивание немедленным применением насилия. Эти признаки угрозы аналогичны соответствующим признакам угрозы при грабеже, рассмотренным применительно к последнему.

Угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего, выраженная неопределенно не может рассматриваться в качестве признака объективной стороны состава разбоя, а представляет собой угрозу, присущую составу грабежа.

Свойственные разбою насилие или угроза являются, как и насилие или угроза при грабеже, средством изъятия и обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц.

Субъект разбоя по своим признакам не отличается от субъекта кражи и грабежа.

Субъективная сторона разбоя характеризуется прямым умыслом и целью хищения чужого имущества.

Виновный в совершении разбоя осознает, что, во-первых, применяет к потерпевшему насилие, опасное для жизни или здоровья, или угрозу таковым и, во-вторых, использует насильственное действие в качестве средства изъятия и (или) обращения чужого имущества, в частности удержания уже изъятого, в свою пользу или в пользу других лиц и желает этого. Цель хищения – это цель противоправного безвозмездного изъятия и обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц.

Частью 2 ст. 162 УК предусмотрено четыре квалифицирующих признака, характеризующих совершение разбоя: 1) группой лиц по предварительному сговору (п. «а»); 2) неоднократно (п. «б»); 3) с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище (п. «в») и 4) с применением оружия или других предметов, используемых в качестве оружия (п. «г»).

Первые три из  указанных квалифицирующих признаков совпадают по содержанию с рассмотренными ранее квалифицирующими признаками кражи, но с оговоркой, что предварительный сговор должен состоять в соглашении о совершении именно разбоя или участники этого соглашения должны допускать возможность совершения данного преступления.

Четвертый из названных квалифицирующих признаков – это совершение разбоя с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Под применением при разбое оружия или  указанных предметов понимается использование их в процессе совершения данного преступления для повышения степени интенсивности насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы таковым. Такое в применение может выражаться при физическом насилии в воздействии или попытке воздействия оружием или предметами, используемыми в качестве оружия, на физическую сферу организма потерпевшего в виде нанесения ударов ножом, кастетом, выстрела из пистолета и т. д., а при угрозе применения насилия – на психическую сферу личности в виде запугивания демонстрацией оружия или других предметов. Как  указано в ч. 1 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. с изменениями от 23 декабря 1970 г. и 27 июля 1983 г. «О судебной практике, по делам о грабеже и разбое» применительно к названному физическому воздействию, «по пункту «б» части 2 статьи 146  УК  РСФСР (соответствующему п. «г» ч. 2 ст. 162  УК РФ-Л.Г.) надлежит квалифицировать нападение с целью завладения имуществом независимо от того, были или не были оружием или другими предметами причинены потерпевшему телесные повреждения (вред здоровью – Л.Г.)»*.

*Бюллетень Верховного Суда РСФСР. №6; 1971. №4, 1983. №10.

Понятие оружия раскрывается в ст. 1 Федерального закона РФ «Об оружии» от 13 декабря 1996 г.:

«Оружие – устройство и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели, подачи сигналов;

огнестрельное оружие – это оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда;

холодное оружие – это оружие, предназначенное для поражения цели с помощью мускульной силы человека при непосредственном контакте с объектом поражения;

холодное метательное оружие – это оружие, предназначенное для поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение с помощью мускульной силы человека либо механического устройства;

пневматическое оружие – это оружие, предназначенное для поражения цели снарядом, получающим направленное движение за счет энергии сжатого, сжиженного или отвержденного газа;

газовое оружие – это оружие, предназначенное для временного поражения живой цели путем применения слезоточивых или раздражающих веществ»*.

Ведомости Федерального Собрания Российской Федерации. 1996. № 35. Ст. 1470.

Под оружием,  указанным в п. «г» ч. 2 ст. 162  УК  РФ, необходимо понимать все разновидности оружия, перечисленные в Федеральном законе РФ «Об оружии», за исключением сигнального оружия, которое конструктивно предназначено для подачи световых, дымовых и звуковых сигналов. Такое решение подтверждается разъяснением, содержащимся в ч. 1 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм», согласно которому к оружию применительно к бандитизму, предусмотренному ст. 209  УК  РФ, предлагается относить огнестрельное, холодное, в том числе метательное, оружие как заводского изготовления, так и самодельного, различные взрывные устройства, а также газовое или пневматическое оружие*.

*См . Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1997. № 1.

Применение при разбое подпадающих под запрет ст. 222 и 220  УК  РФ огнестрельного, газового или холодного оружия либо оружия или иных предметов, поражающее действие которых основано на использовании радиоактивных излучений, должно найти свое юридическое выражение в квалификации содеянного по совокупности преступлений: по п. «г» ч. 2 ст. 162 и соответственно по ч. 1 или 4 ст. 222 либо ст. 220  УК.

Предметами, используемыми при разбое в качестве оружия, являются, во-первых, объективно заменяющие оружие, которыми может быть причинен вред здоровью, и, во-вторых, являющиеся лишь имитацией оружия, которыми в соответствии с их предназначением причинение такого вреда невозможно и которые применимы только при угрозе насилием, опасным для жизни или здоровья потерпевшего.

Понятие предметов, используемых при разбое в качестве оружия, определено ч. 2 и 3 п. 9 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. с изменениями от 23 декабря 1970 г. и от 27 июля 1983 г.: «Под другими предметами, используемыми в качестве оружия, следует понимать предметы, которыми могут быть причинены потерпевшему телесные повреждения, опасные для жизни и здоровья (бритва, топор, ломик, дубинка и т. п.). При этом для квалификации действий виновного по указанным пунктам (п. «б» ч. 2- Л.Г.) статей 91 и 146  УК  РСФСР не имеет значения, были ли оружие или другие предметы, используемые в качестве оружия, приготовлены заранее или взяты на месте совершения преступления.

Если виновный угрожал заведомо негодным оружием или имитацией оружия, например макетом пистолета, игрушечным кинжалом и т. д., не намереваясь использовать эти предметы для причинения телесных повреждений, опасных для жизни и здоровья, его действия (при отсутствии отягчающих обстоятельств) следует квалифицировать как разбой, предусмотренный частью 1 статьи 91 или частью 1 статьи 146 УК РСФСР»*.

*Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1966. № 6; 1971. № 4; 1983. N10.

В соответствии с приведенным разъяснением Пленума Верховного Суда РСФСР не был признан оружием, а также предметом, используемым в качестве оружия, неисправный и непригодный к стрельбе самодельный пистолет, которым Д. угрожал потерпевшему В. с целью завладения золотым перстнем-печаткой, и последний, опасаясь выстрела, снял с рук и этот перстень и передал его Д.*

*См.: Там же. 1993. N 5. С. 12-13.

Вместе с тем рекомендация, содержащаяся в ч. 3 п. 9 цитированного Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР, представляется недостаточно обоснованной, что подтверждается противопоставляемыми ей следующими аргументами. Во-первых, для наличия состава разбоя вовсе не требуется, чтобы виновный при угрозе насилием, опасным для жизни или здоровья, намеревался в случае отказа потерпевшего выполнить его требования привести угрозу в исполнение, в частности причинить вред его здоровью. Достаточно, чтобы он осознавал, что потерпевший воспримет такую угрозу как реальную, и рассчитывал на это как на средство хищения чужого имущества. Во-вторых, при угрозе имитацией оружия потерпевший, не подозревая о фиктивности оружия, воспринимает угрозу как запугивание применением именно оружия, что существенно повышает степень ее интенсивности, и это также осознаваемо и желаемо виновным, т.е. охватывается его прямым умыслом. В-третьих, возможно использование имитации оружия не по предназначению соответствующего ему настоящего оружия, например непригодного к стрельбе пистолета или изготовленного из олова игрушечного пистолета для нанесения потерпевшему ударов, что делает этот предмет не менее опасным, чем ломик или дубинка, которые отнесены Пленумом Верховного Суда РСФСР к предметам, используемым при разбое в качестве оружия. Наконец, в-четвертых, сопротивление потерпевшего виновному, угрожающему имитацией оружия, существенно осложнено по сравнению с сопротивлением в случаях, когда последний угрожает, например, дубинкой, или вообще при угрозе не демонстрирует никаких предметов. Приведенные аргументы позволяют заключить, что применяемые при разбойной угрозе негодное оружие или имитацию оружия необходимо относить, вопреки рекомендации Пленума Верховного Суда РСФСР, к предметам, используемым при разбое в качестве оружия.

Частью 3 ст. 162  УК  РФ предусмотрены четыре таких особо квалифицирующих признака, как совершение разбоя: 1) организованной группой (п. «а»); 2) в целях завладения имуществом в крупном размере (п. «б»); 3) с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (п. «в») и 4) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство (п. «г»).

Первый и четвертый из перечисленных признаков по содержанию не отличаются от одноименных особо квалифицирующих признаков, рассмотренных применительно к краже, с одной оговоркой, согласно которой для квалификации разбоя, совершенного организованной группой, необходимо, чтобы данная группа была образована для совершения разбоев либо ее участники допускали возможность совершения этого вида преступлений.

Второй из названных особо квалифицирующий признак разбоя налицо тогда, когда виновный в совершении этого преступления преследует цель завладеть имуществом в крупном размере, причем не имеет значения, удалось ему достичь этой цели или нет. Фактическое завладение чужим имуществом в крупном размере при разбое полностью охватывается п. «б» ч. 3 ст. 162 и дополнительной квалификации по иным статьям не требует.

Третий из перечисленных особо квалифицирующих признаков – совершение разбоя с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего – определяется в ч. 1 ст. 111  УК  РФ и в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. с изменениями от 23 декабря 1970 г. и от 27 июля 1983 г., где  указано, что по п. «в» ч. 2 ст. 146  УК  РСФСР «должно квалифицироваться нападение с целью завладения имуществом, соединенное с насилием, которое фактически повлекло за собой причинение потерпевшему тяжких телесных повреждений (тяжкого вреда здоровью – Л.Г.}»*. Однако данное определение не совсем точно, поскольку рассматриваемый квалифицирующий признак налицо тогда, когда тяжкий вред здоровью причинен в результате применения не любого насилия, а только опасного для жизни или здоровья потерпевшего.

*Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1966. № 6; 1971. № 6; 1983. № 10.

Согласно ч. 2 и 3 п. 6 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г., «если тяжкие телесные повреждения (тяжкий вред здоровью – Л.Г.) повлекли смерть потерпевшего, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом «в» части 2 статьи 146  УК  РСФСР и части 2 статьи 108  УК  РСФСР (п. «в» ч. 3ст.. 162  УК  РФ и ч. 4 ст. 111  УК  РФ – Л.Г.).

Разбойное нападение, сопряженное с умышленным убийством, надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом «в» части 2 статьи 146  УК  РСФСР и пунктом «а» статьи 102  УК  РСФСР (п. «в» ч. 3 ст. 162  УК  РФ и п. «з» ч. 2 ст. 105  УК РФ- Л.Г.)»*

*Бюллетень Верховного Суда СССР. 1986. № 6

Хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164  УК  РФ)

Непосредственный объект данного преступления полностью соответствует объекту любого хищения. Предметом этого преступления являются предметы или документы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность. Как  указано в п. 9 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5, такая ценность определяется на основании экспертного заключения с учетом не только стоимости предметов и документов в денежном выражении, но и значимости их для истории, науки или культуры. Учитывая, что в ст. 164  УК  РФ по сравнению со ст. 1472  УК  РСФСР характеристика предмета данного преступления дополнена  указанием на художественную ценность, последняя также должна определяться на основании экспертного заключения не только о стоимости предметов и документов, но и об их значимости для искусства. Следует отметить, что названные и предметы, и документы представляют собой имущество, поскольку историческая, научная, художественная или культурная ценность тех и других имеет еще всегда денежное выражение и соответствующую стоимость, притом весьма высокую.

Объективная сторона рассматриваемого преступления характеризуется любой формой хищения.

Субъект данного преступления общий – лицо, достигшее 16-ти лет.

Субъективная сторона данного преступления совпадает по содержанию с субъективной стороной соответствующей формы хищения.

Частью 2 ст. 164  УК  РФ предусмотрены три таких квалифицирующих признака, как совершение этого преступления: 1) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «а»); 2) неоднократно (п. «б») и 3) повлекшее уничтожение, порчу или разрушение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность (п. «в»).

Первые два из перечисленных квалифицирующих признака по содержанию соответствуют одноименным квалифицирующим и особо квалифицирующему признакам кражи, охарактеризованным ранее применительно к краже, с оговоркой, что участники предварительно сговорившейся группы лиц и организованной группы должны быть осведомлены о совершении хищения именно предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность.

Предусмотренные п. «в» ч. 2 ст. 164  УК  РФ уничтожение или разрушение названных предметов или документов – это последствия в виде полной утраты их особых свойств и соответственно ценности, не поддающейся восстановлению, а порча – частичной утраты этих качеств, которая может быть восстановлена путем реставрации или ремонта, затраты на которые меньше ценности  указанных предметов или документов.

Хищение предметов или документов, имеющих особую ценность, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 164  УК  РФ, совершенное в форме грабежа лицом, ранее два или более раза судимым за хищение или вымогательство, или в форме разбоя, совершенного неоднократно или сопряженного с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище или с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, или с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего или лицом, ранее два или более раза судимым за хищение или вымогательство, необходимо квалифицировать по совокупности преступлений: по ч. 1 ст. 164 и п. «в» ч. 3 ст. 161 либо п. «б», «в» или «г» ч. 2 либо п. «в» или «г» ч. 3 ст. 162 УК РФ. Это обосновывается тем, что верхние пределы наиболее суровых наказаний в санкциях ч. 3 ст. 161 и ч. 2 ст. 162 и ч. 3 ст. 162 выше, чем верхний предел наказания в санкции ч. 1 ст. 164, а нижние пределы тех же наказаний в санкциях ч. 2 и 3 ст. 162 выше нижнего предела соответствующего наказания в санкции ч. 1 ст. 164  УК  РФ.

Лучшие книги

Введение в право - П. Сандевуар.
Господарське право України - В.С. Щербина.
Основи римського приватного права - Є.М. Орач, Б.Й. Тишик.
Жилищное право - О.А. Городов.
Государственное и региональное управление - Э.А. Уткин, А.Ф. Денисов.
Адвокат как субъект доказывания в гражданском и арбитражном процессе - А.А. Власов.
Защита в советском семейном праве - З.В. Ромовекая.
Использование специальных знаний при установлении фактических обстоятельств уголовного дела - В.Д. Арсеньев, В.Г. Заблоц
Идентификация при расследовании преступлений - В.Я. Колдин.
Правоохранительные органы. Конспекты лекций - Р.А. Беленков.
Государство и местное самоуправление в России. Теоретико-правовые основы взаимодействия - Е.М. Ковешников.
Организация управления оперативно-розыскной деятельностью - В.П. Хомколов.




 
polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.